|7 глава|
Тем временем майор Юнги, согнувшись пополам, почти бежал в сторону своего коттеджа, расположенного на территории части. Волны спазмирующей боли в животе были такими сильными, что по его лицу, искаженному гримасой, катился градом холодный пот. Каждый шаг отдавался новым мучительным позывом.
— Сука... — сдавленно выругался он, с силой распахивая дверь в дом и едва успевая добежать до двери ванной комнаты. — Успел... — он облегченно, почти стоном, выдохнул, облокотившись головой о прохладную стенку, но облегчение было мимолетным. Внезапно живот снова сдавила острая, крутящая боль, заставившая его скулить и вжаться в себя.
«Что за черт? Я ел то же, что и всегда... — в его голове, затуманенной болью, пронеслась мысль. — Или это... этот розоволосый ублюдок... Убью... Живым закопаю...» — ядовито шипел он про себя, сжимая кулаки так, что костяшки побелели, и в воображении уже рисовал себе многочисленные, жестокие способы расправы над дерзким новобранцем.
****
На полигоне царила напряженная атмосфера. Лейтенант Тэхён, наклонившись к самому уху Чимина, произнес тихо, но так, что каждое слово впивалось в сознание как игла:
— Я знаю, что ты что-то подсыпал майору.
— Что? О чем вы, товарищ лейтенант? — Чимин сделал самое невинное и недоумевающее лицо, какое только смог изобразить, но мелкая дрожь в кончиках пальцев выдавала его.
— Можешь не прикидываться. Я видел, как ты прятал в карман какую-то баночку, — Тэхён не моргая смотрел на него, его взгляд был тяжелым и всевидящим. — Когда Юнги вернется, он с тебя шкуру спустит. Живого места не оставит.
— А он вряд ли сегодня вообще встанет с толчка, — не удержался Чимин, и сдавленный смешок вырвался у него наружу.
— Что ты сказал? — голос лейтенанта стал тише, но от этого только опаснее. Он приподнял бровь.
— Никак нет, товарищ лейтенант! — Чимин мгновенно вытянулся в струнку, приняв идеальную стойку «смирно», глядя прямо перед собой.
— Хах, давненько я Юнги в таком амплуа не видел, — неожиданно уголки губ Тэхёна дрогнули в улыбке, и он снова похлопал Чимина по плечу, на этот раз почти по-дружески. — Ладно, действуй. Но смотри, аккуратнее. Майор у нас орешек крепкий, он такие шутки не прощает. А теперь, — он повысил голос, обращаясь ко всем, — учимся разбирать пистолет!
На этот раз Чимин слушал внимательно, впиваясь глазами в каждое движение лейтенанта. Слова Тэхёна засели в нем глубоко, но не страхом, а азартом.
«Это только начало», — пронеслось в голове у розоволосого, и на его лице промелькнула тень заговорщицкой ухмылки.
Остаток дня солдаты упорно, но с переменным успехом, тренировались в сборке и разборке оружия. Картина была удручающей: один собирал детали не в том порядке, другой напрочь забывал про возвратную пружину, третий с трудом справлялся даже со шомполом. Лейтенант Тэхён смотрел на это с нескрываемым горем в глазах, мысленно вздыхая о том, какой же неудачный набор «недотёп» им в этот раз достался.
— Так, на сегодня всё! — наконец скомандовал он, устало потирая переносицу. — Завтра под чутким контролем майора будете сдавать норматив. Надеюсь, хоть кто-то из вас что-то запомнил. Субин, Минхо, Лиам, Чимин, Тэри — более-менее сносно. Остальные — удручающе. Теперь оружие на место, и в казармы! Отбой по расписанию. И кое-кому, — он задержал взгляд на Чимине, — я бы настоятельно рекомендовал выспаться. Ибо завтра... — Он не договорил, но многозначительная пауза сказала сама за себя.
— Так точно! — уставшим хором ответили солдаты и, еле переставляя ноги, поплелись в казармы.
В казарме тишина и мерный храп воцарились почти мгновенно. Все, кроме Чимина. Он ворочался на своей жесткой койке, не в силах сомкнуть глаза. Пролежав так с полчаса, он тихо поднялся, на цыпочках вышел в ночную прохладу и замер, прислушиваясь. Охраны на привычном посту не было.
«Странно... Неужели так просто?» — мелькнула в голове мысль, и он, стараясь ступать как можно тише по щебню, двинулся в сторону офицерских коттеджей.
— Снова нарушаешь устав, рядовой Чимин? — из темноты послышался низкий, спокойный голос. Из тени высокого здания возникла массивная, но знакомая фигура мужчины в штатском — Намджуна. На нем не было формы, что делало его загадочной фигурой в этой военной части.
Чимин вздрогнул, но, узнав его, облегченно улыбнулся.
— Не спится, Намджун-хён. Голова гудит.
— Значит, мало загоняли на тренировках, — с легкой усмешкой произнес мужчина. Он снова был обременен тяжелыми картонными коробками. Чимин, не дожидаясь просьбы, тут же взял у него половину, чтобы помочь. — Или совесть мучает?
— Я просто не устал. Вот и решил тебя наведать. Кстати, раз уж мы друзья, — Чимин заглянул ему в лицо, — сколько тебе лет, хён? Ты выглядишь старше меня, но не сильно... Лет на пять, не больше? — он старался быть тактичным.
Намджун рассмеялся — мягко и глухо. Он остановился и посмотрел на юношу с какой-то отеческой теплотой.
— Лестно, конечно. Но нет. Мне в этом году исполнилось сорок пять.
— Что?! — Чимин аж подпрыгнул на месте, едва не выронив коробки себе на ноги. Он смотрел на гладкое, почти без морщин лицо мужчины с недоверием.
— Брось ты, — Намджун махнул рукой и снова тронулся в путь к своему двухэтажному дому. — Цифры — всего лишь цифры.
— Но... сорок пять? — Чимин не мог прийти в себя, шарахаясь взглядом от коробок к спокойному лицу мужчины. — Я думал, мы... ровесники по духу...
— А разве мы не ровесники по духу? — Намджун снова остановился, уже у порога своего жилища. — Мой возраст тебя смущает?
— Нет, просто... как-то неуважительно выходит. Вы намного старше, мудрее... Я даже не знаю, как к вам обращаться...
— Обращайся как и обращался — хён. И точка. Забудь про цифры, хорошо? — Увидев смущенный кивок Чимина, он улыбнулся. — Пошли в дом, выпьем чаю. Дома никого, сыновья на задании.
— У тебя есть сыновья?! — Чимин снова не сдержал громкости.
— Тссс! — Намджун быстро прикрыл ему рот ладонью, оглядываясь по сторонам. — Кричи тише. Хочешь внеочередной наряд от своего майора? Заходи быстро, посидим немного, и я тебя тихонько провожу.
— Хорошо... Спасибо, хён, — с благодарностью кивнул Чимин.
Дом Намджуна оказался просторным и уютным, обставленным с какой-то солидной, но неброской элегантностью. Чимин с нескрываемым любопытством разглядывал чистую, аскетичную, но обжитою гостиную, прочную деревянную лестницу, ведущую на второй этаж. Это была такая разительная перемена после казарменной обстановки, что он чувствовал себя почти как в другом мире.
— Хён, а сколько твоим сыновьям? — спросил он, пока Намджун хлопотал на кухне.
— Моим-то сорванцам? — донесся голос из-за угла. — Старшему двадцать восемь, младшему — двадцать семь.
Вернувшись с подносом, на котором стоял чайник и тарелка с печеньем, Намджун предложил гостю угощение. Чимин с наслаждением откусил кусочек печенья, и оно таяло во рту, напоминая о далекой, почти забытой гражданской жизни.
— Спасибо. Хён, а это твоя семья? — он указал на большую фотографию в рамке на стене, где был запечатлен Намджун в молодости, красивая женщина и двое маленьких мальчиков.
— Да, — мужчина кивнул, наливая чай. — Это моя жена, и мои сыновья.
— А где твоя жена сейчас? — с невинным любопытством спросил Чимин, запивая печенье горячим чаем.
Намджун на секунду замолчал, его взгляд стал отрешенным.
— Мы с ней... развелись много лет назад. Не сошлись характерами. Жизнь в гарнизоне, постоянные переезды... Не каждый выдерживает. Да и немного погодя она скончалась от болезни. Поэтому я один воспитывал сыновей.
— Ой, прости... я не хотел, — Чимин смущенно опустил голову, чувствуя, что влез в душу.
— Все в порядке, — махнул рукой. — Мы справились. Сыновья хоть и росли в суровых армейских условиях, но зато мужчинами выросли. Не без помощи моих друзей-офицеров, конечно. — Он перевел взгляд на Чимина. — Твой отец, я думаю, тоже хотел бы, чтобы ты стал настоящим мужчиной. Верно?
— Может, и так, но он многого не понимает! — лицо Чимина исказила гримаса злобы, и он с силой поставил кружку на стол. — Это из-за его вечных упреков и вечной работы мама от нас ушла! А теперь он еще и меня учит, как жить! Решил сдать в армию, как какую-то вещь!
— Отцы... они редко умеют говорить о любви. Чаще — через приказы и строгость. Но в глубине души они всегда желают своим детям только лучшего.
— Только не мой.
— И твой тоже. Вот увидишь, — Намджун положил свою большую, твердую руку на плечо Чимину. И в этом жесте было столько неожиданного тепла и понимания, что у парня внутри что-то ёкнуло. Впервые за многие годы он почувствовал что-то похожее на отцовскую поддержку, без упреков и унижений.
— Спасибо, хён, — тихо сказал он. — Но мне правда пора. Иначе завтра майор мне всю спину отдерет от остального тела.
— А что, майор уж такой злой? — проводил его до двери Намджун.
—Не то слово! Один его вид говорит, что сегодня я буду вас иметь по порядку! Он меня в первый же день отдубасил. —выходя из коридора, говорил Чимин, оглядываясь назад, и совсем не смотрел под ноги. — А еще его эта фраза "СЛУШАЕМ СЮДА, ГОСПОДА УРОДЫ" — пародировал голос своего командира рядовой. Чимин не заметил высокий порог, споткнулся и полетел вперед, прямо на кого-то, кто только что подошел. Его лицо с силой впечаталось в чью-то твердую спину в форме.
—КАКОГО ХУЯ?! Рядовой Пак?
___________________________________________ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ
___________________________________________