Глава 6.
"Если вы поймали птицу, то не держите ее в клетке, не делайте так, чтобы она захотела улететь от вас, но не могла. А сделайте так, чтобы она могла улететь, но не захотела."
(с) Ошо.
***
Дни шли своим чередом, сменяясь один за другим.
Меняя не только дни, но и недели, месяцы, меняя что-то в жизни Айсель и Заура.
Нет, они не стали ближе, но заметное улучшения в их отношениях были.
Он ни разу больше не упрекал ее по-напрасному, не повышал на нее голоса, и девушка заметно расслабилась, переставая считать собственного мужа домашним тираном.
В целом, их отношения напоминали дружеские. Она целыми днями занималась домом, готовила, а вечером после работы приходил он, не забывая интересоваться тем, как проходят дела у Айсель и даже обсуждал с ней некоторые вопросы.
Айсель могла бы сказать, что все идет на поправку, если бы не одно "но". Он все так же общался с Магдалиной, даже не пытаясь скрыть это от нее, что немного задевало Айсель, которая надеялась, что со временем у них все должно было прийти в норму, но при этом понимала, что сама согласилась на это, иначе в ее семейной жизни творился бы полный хаус.
Через месяц или два все должно было решиться: либо она возвращается в родительским дом, либо остается женой Заура, но на последнее надежды не было.
Их брак был обречен, и это было дело решенное.
Оставалось преподнести правильно эту новость родителям, но для это пока было рано, и поэтому Айсель с Зауром приходилось искусно врать, рассказывая байки о том, как у них все радужно обстоит.
Все было запланировано, еще чуть-чуть, и они должны были разойтись, как Айсель узнает шокирующую новость - она беременна, чувствуя, как что-то рухнуло внутри.
Сначала девушка не хотела в это верить.
Пыталась обмануть себя, убеждая в том, что этого не могло произойти.
Она начала высчитывать, когда в последний раз у нее были критические дни, с ужасом понимая, что с последнего момента уже прошло больше 2-х месяцев.
А эти странные недомогания? Тошнота, слабость, усталость?
Она же до последнего считала, что до сих пор не адаптировалась в новом месте, в добавок, трудности с Зауром, неудивительно, что ей не здоровилось.
Но все оказалось сложнее, чем она думала.
Айсель металась, словно львица в клетке, хватаясь за голову и не зная, как дальше быть.
"Так, - размышляла она. - Это еще ничего не значит, совсем нечего. Нужно купить тест на беременность и только потом думать, что делать, а пока рано приходить к поспешным выводам." - успокаивала она себя, понимая, что все напрасно.
Все ее недомогания говорили только об одном - она беременна.
Тут даже можно было обойтись без теста.
Но Айсель было легче думать, что она чем больна, чем признать страшную истину - она носит ребенка Заура под сердцем.
Испуганная, потерянная, дрожа от холода, она в тайне от Заура идет в магазин, благо хорошо, что в последнее время его доверие к ней возросло, и девушка могла хоть отходить от него, сслылаясь на то, что гуляет неподалеку, рассматривая витрины.
И он ее отпускал, не догадываясь, что происходит на самом деле.
Она купила тест, даже не один.
И когда первый тест оправдал ее опасения, она перепроверила на втором, а потом перепроверила еще раз.
Но от правды было не уйти, она беременна и это факт.
"Беременна." - и от осознания этого ей не становилось легче.
Она недоуменно смотрела на свой живот, не веря, что в ней растет новая жизнь.
Но как такое могло произойти?
У них все было только один раз!
Но, видимо, этого одного раза было достаточно для Айсель, чтобы забеременеть.
"Ну, почему? Почему так произошло?!" - в отчаянии, ломая руки, спрашивала она, проклиная всю свою жизнь.
Что ей теперь оставалось?
Идти на аборт?
Да одна мысль об этом вызывала в ней отвращение.
Пусть она не хотела этого ребенка, но и убить она его не сможет.
Это живое существо, которое имеет право на жизнь так же, как и она.
Но как ей быть?
Сказать Зауру?
Нет, это тоже невозможно.
Он только начал уважительно к ней относится, а, узнав о ее беременности, он может снова разозлиться на нее и тогда для нее снова начнется ад.
Тем более у них был уговор, согласно которому причина развода - ее мнимое бесплодие.
А что будет теперь?
Теперь, они никак не могли развестись, поскольку девушка, на самом деле, была беременна, опровергая их идею о бесплодии.
Да и кто теперь им позволит развестись?
Теперь одного их желания недостаточно, Айсель была беременна и даже, если Заур захочет бросить их, прежде всего, его семья не позволит ему это сделать.
Да и семья Айсель не примет ее с ребенком обратно.
"Что же делать?" - снова и снова задавалась она этим вопросом.
"А, может, будет лучше, если сказать ему?" - возникала в ее голове мысль, но тут же угасала.
Если она скажет, то нет никакой гарантии, что у Заура проснутся нравственные добродетели, и он останется с ней ради ребенка.
Скорее, он отправит ее на аборт, а этого она не могла допустить.
"Скрыть, нельзя говорить!" - мысленно твердит она себе, судорожно думая, как это сделать.
Ее радовало, что живот еще был не особо заметен, а это означало, что Заур не заметит изменений, происходящих в ней.
Тем более они спали в раздельных комнатах, он не прикасался к ней, чтобы что-то заподозрить, а это только упрощало ей задачу.
Она скроет свою беременность от него до самого развода, надевая балахоны, когда живот округлиться заметнее.
А пока... пока ей оставалось решить другую проблему.
Дорога в родительский дом ей была закрыта, чтобы не раскрыть свою тайну.
Ее бы никто не поддержал, а еще хуже - ее вернули бы мужу.
Поэтому ей нужно было остаться здесь.
Но и как это сделать девушка тоже слабо представляла.
У нее не было никого в этом городе, кто мог бы ей чем помочь.
Даже не было друзей, к которым она могла обратиться.
Чтобы снять квартиру и содержать себя, а в будущем ребенка, ей нужна была работа.
А кто сейчас возьмет беременную девушку на работу?
Никто не станет так рисковать.
И Айсель понимала это не хуже, чем кто-либо другой.
Размышляя об этом, ее взгляд падает на ее свадебные драгоценности.
Эти побрякушки никогда не имели для нее никакой ценности, а сейчас были очень даже кстати.
Продав их, ей хватит денег на первое время, а если она подойдет к этому вопросу с умом, то сможет использовать деньги, полученные от продажи драгоценностей, еще на более длительное время.
А после - она обязательно придумает что-нибудь.
Главное, что сейчас ей есть на что жить.
И впервые за все время она была, действительно, рада, что семья Заура не поскупилась купить ей, в свое время, огромное количество золотых украшений, хотя тогда ей это показалось лишней и ненужной тратой денег.
"Так, на первое время, деньги у меня будут. Сейчас нужно найти, у кого снимать квартиру по дешевой и выгодной цене, а все остальные проблемы буду решать по мере поступления."
Она понимала, как глупо мыслит.
Одна, без поддержки, в огромном чужом городе, где ее поджидало столько неприятностей и опасностей, что она могла сделать? Чего добиться? Но и другого ей не оставалось.
Была лишь слабая надежда, что все возможно обойдется, и ей не придется прибегать к подобным мерам.
Надежда и вера на лучшее будущее - это единственное, что у нее оставалось и что давало ей силы двигаться дальше.
- Айсель. - постучались в дверь ее комнаты, и она сразу же встрепенулась, стараясь придать себе безразличный вид.
- Да, Заур, входи. - легко и небрежно бросила она, замечая, как ее муж открыл дверь и остановился на пороге.
Она непринужденно улыбнулась, но внезапно заметила, что забыла спрятать тесты, которые лежали на самом видном месте.
Стоило Зауру только повернуть голову и взглянуть на ее комод, как ее тайна была бы раскрыта.
Холодок пробежался по ее спине, и она беспокойно заерзала, что не укрылось от Заура.
- Что-то случилось? - спросила она, стараясь не кидать взгляды в сторону комода, чтобы не привлечь в ту сторону внимание Заура.
- Нет, разве, должно что-то случиться. чтобы я мог зайти к собственной жене? - лукаво спросил он, что не особо понравилось Айсель. - Просто ты сегодня подозрительно тихая, и меня это немного смутило. - он с любопытством разглядывал девушку, и Айсель показалось, что она погибла, когда его взгляд соскользнул на ее живот.
Да, живот еще не был заметен, но что если он заметит? Догадается?
Она, словно невзначай присела на кровать, подложив руки перед собой.
- Я просто неважно себя чувствую сегодня, наверно, приболела. - соврала она, протирая свой лоб, для пущей убедительности. - Голова болит, но я уже выпила таблетку, она должна помочь. - проговорила она, моля, чтобы Заур побыстрее покинул ее комнату.
"Это надо же быть такой глупой! Оставить тесты на комоде."
- Наверное, из-за погоды. Полежи, отдохни. - понимающе кивнул Заур, потеряв к ней интерес и перестав ее рассматривать.
Айсель спокойно вздохнула.
Значит ей лишь показалось, Заур ничего не понял, не догадался.
Она настолько была издергана, что даже не могла правильно соображать.
Откуда ее голову посетила глупая мысль, что, кинув случайный взгляд на ее живот, он что-то поймет?
Но ее напряжение до сих пор не спадало.
Заур все еще был в комнате.
И ее сердце чуть не упало в пятки, когда, развернувшись, чтобы уйти, он кивнул взгляд на комод, но, видимо, настолько был поглощен своими мыслями, что не заметил ничего странного.
Когда дверь за ним захлопнулась, Айсель сразу же подскочила к комоду, собрав тесты и кинула их себе в сумку.
"Нужно, когда выйду гулять, выкинуть их. Нечего держать подобное у себя. Сегодня мне повезло, он не заметил, но в другой раз - это будет моей роковой ошибкой."
Она облегченно вздохнула, когда спрятала сумку в шкаф.
Ей повезло.
Она была на волосок от гибели, но сам Бог ее уберег.
"Хотя, - невзначай подумал девушка. - Может, даже лучше было бы, если он увидел? В последнее время, он стал лучше относиться ко мне, мы даже подружились. Может, к этой новости он отнесся бы не так, как я думаю?"
Но все же, что-то подсказывало Айсель, что лучше не рисковать.
Да, отношение Заура к ней стало лучше, но он никогда не давал намеки на что-либо большее.
Чисто для галочки интересовался ею, как это было сейчас, даже подшучивал над ней, когда был в особом расположении духа. Все эти вещи носили формальный характер, без единого намека на то, что он передумал.
Она не видела в его отношении к себе трепетности, нежности той, с которой он общался с Магдалиной.
Его сердце принадлежало ей.
А Айсель он дал изначально понять, что она пустое место в его жизни.
Девушка даже не удивилась бы, узнав, что он считает дни до их расставания.
Ведь уже было известно, как только она покинет этот дом, сюда, на правах уже полноправной хозяйки вернется она - Магдалина.
И только благодаря тому, что скоро Айсель исчезнет из его жизни, предоставив возможность быть с ней, только именно поэтому отношение Заура поменялось к Айсель.
Но все же слабая надежда в Айсель не угасала, что, возможно, Заур останется с ней.
Всего еще пару месяцев, и она узнает окончательное решение, хотя она догадывалась о том, какое именно оно будет.
Она уже сама с нетерпением ждала этого момента.
Вечно скрывать свою беременность у нее не получится и поэтому, чем скорее все решится, тем даже было бы лучше для нее.
Если он остается с ней, что было маловероятно, то она может сообщить ему об этой новости, а если нет, то нужно было поспешить с разводом.
Поэтому она все чаще в разговоре с Зауром затрагивала эту тему, призывая его, побыстрее сообщить все родителям.
Заур согласно кивал, но не торопился.
Излишняя спешка была тоже не к чему, подобные новости нужно было преподносить осторожнее.
Из-за его медлительности у Айсель даже начали закрадываться подозрения, что ее муж, возможно, передумал, но все они в скором времени были развеяны, когда спустя два месяца, он ей объявил, что на днях, состоится разговор с их родителями.
Услышав это, девушка не удивилась, догадываясь о подобном исходе изначально, не разрешая тешить себя пустыми надеждами.
Она только лишь ощутила, как, наконец, с ее плеч будто спал груз, который она устала нести на себе, ожидая ответа.
Зато теперь сомнений не оставалось.
Ей нужно действовать решительно и быстро.
Собрать свои вещи, продать свои драгоценности и попрощаться с Зауром навсегда, уступая его сопернице, чья победа была явном фактом.
Если честно, то и девушка заметно подустала от этого всего.
Мало того ее тревожили мысли о скором разводе, так помимо этого, она жила в постоянном страхе, что ее тайна раскроется.
За это время живот заметно округлился, ей приходилось прилагать все усилия, чтобы скрыть это от Заура.
Она носила широкую одежду, которая помогала скрывать ее беременность, старалась реже попадаться ему на глаза.
Да и Заур был настолько увлечен Магдалиной, что не замечал очевидных вещей, что говорило о его полном безразличии к жене.
Его не удивляло, что она стала одеваться в мешковатые вещи, по сути, ему было все-равно.
Пусть делает, что хочет.
Главное, скоро он от нее избавится.
И Айсель только еще больше убеждалась, что правильно поступила, умолчав о ребенке.
Этот ребенок ему не нужен так же, как и она.
Но этот малыш был нужен ей, и у нее было предостаточно времени, чтобы это понять.
Выйдя за Заура, она лишилась всего, и теперь, когда она получала развод, то она оставалась совсем одна.
Лишняя обуза для родителей.
Девушка, у которой даже нет смысла дальше жить.
Клеймо "разведенки" следовало бы за ней повсюду, она была бы лишена даже обычных радостей - посиделок с Гюнель, поскольку контроль за ней был бы теперь только еще строже.
Даже, если она снова бы вышла замуж, то это лишь говорило бы о настоящих чувствах со стороны ее избранника.
Зато теперь у нее есть ребенок, ради которого, она найдет в себе силы жить, который станет ее смыслом жизни.
И подобные мысли успокаивали девушку.
Оставаясь наедине, она гладила свой округлившийся живот, поражаясь тому, что скоро станет матерью, будет иметь собственного ребенка, а затем принималась размышлять о своем будущем, и эти размышления не оставляли ее в покое, поскольку она даже представить не могла, что ее дальше ждет.
Будущее было туманным, непонятным.
И от этих мыслей ей становилось страшно, не по себе.
Она даже не могла с кем-то поговорить, чтобы высказать все, что твориться у нее на душе. Разговоры с Гюнель были при Зауре, и она не могла всего ей рассказать.
Она была лишена элементарного - поддержки.
Ведь намного же легче, когда тебе есть к кому обратиться, чтобы решить какую-то проблему.
Когда этот человек сможет дать тебе определенный совет, выскажет свое мнение.
Пусть оно даже будет идти в разрез с твоим, зато это даст тебе новую пищу для размышлений, заставит задуматься, а правильно ли ты поступаешь?
Но девушка не могла себе такое позволить.
Поэтому ей оставалось полагаться только на себя, надеясь, что она не прогадает.
Новость, которая сначала ее ошеломила, теперь стала ее спасением.
"У нее будет ребенок!"
И уставшая, после напряженного дня, она с радостью скидывала свои одеяния, надевая ночнушку, плотно облегающую ее тело.
Она разглядывала свой живот в зеркале, вертясь перед ним.
Обхватывала его руками, с восхищением любуясь.
Это были единственные моменты, доставляющие ей радость за целый день.
Моменты, когда она оставалась одна, и наслаждалась своим одиночеством.
Она не боялась, что будет замечена Зауром.
Когда она удалялась в свою комнату, он к ней не заходил, а если и заходил, то обязательно стучался, давая тем самым ей время, чтобы она могла накинуть халат.
Но в этот день что-то пошло не так.
Айсель, как обычно, разглядывала свой живот в зеркале, как в этот момент с телефоном в руках в комнату ворвался Заур.
- Да, я сейчас передам ей трубку, она... - он замер на полуслове, с непониманием разглядывая, открывшуюся ему картину.
Если бы не этот звонок ее родителей, которым нужно было поговорить с Айсель, то сегодня ему ничего не открылось бы.
Он настолько спешил, что даже позабыл о том, что обычно стучится прежде, чем к ней войти.
Да и время было еще не совсем позднее, обычно она так рано не собиралась спать.
Но в этот день что-то пошло не так.
Он должен был узнать о ее беременности, это был лишь вопрос времени.
То, что должно случится, обязательно произойдет, как бы мы это ни оттягивали.
Тогда, несколько месяц назад, он не заметил тестов, лежавших у нее на комоде, зато сегодня он увидев прямое доказательство ее беременности.
- Я попозже перезвоню... - произнес он, вспомнив, что на том конце от него ждут ответа.
Он отложил телефон в сторону, не отрывая взгляда от нее.
Только сейчас Айсель осознала весь ужас ситуации, она судорожно накинула на себя халат и зажалась в угол, не зная, какой реакции ожидать.
Он обо всем узнал, ей теперь никак не отвертеться.
"Если бы я могла спрятаться, прямо сейчас уйти, я бы не задумываясь это сделала!" - думала она, наблюдая за Зауром.
Как ни странно, но он молчал.
Она ожидала от него совершенного другой реакции, и на минуту ей показалось, что ничего страшного не произошло.
Наоборот, даже к лучшему, что он сейчас зашел и все увидел.
Это не изменит его отношения к ней, но это, возможно, спасет ее брак.
- Ты беременна? - наконец, обрел дар речи он, не понимая, как все это время не замечал, что прямо у него под носом ходит беременная девушка.
Айсель молчала, не в силах выдавить из себя это злополучное "да".
Такое простое слово, но в тоже время такое сложное.
Да и к чему ей было отвечать, когда все и так было ясно?
Этот вопрос не требовал ответа, просто Заур был растерян, чего она никак не ожидала.
Скорее, она думала, что он накинется на нее с кулаками, это было более в его духе.
Поэтому его спокойную реакцию она приняла за хороший знак.
- Я ничего не понимаю. - растеряно произнес он, мечтая, чтобы это была чья-то глупая и неудачная штука. - Как так?
Он вспомнил ту злополучную ночь, когда выполнил свой супружеский долг. В первый и последний раз. И то под натиском родных.
Мысленно посчитав, он понял, что все сходится.
Именно та ночь и привела к подобным последствиям, хотя он был уверен, что все обойдется.
Они с Магдалиной столько мечтали о детях, но ничего не получалось, хотя были оба здоровы.
А тут, девушка, на которой его насильно женили, забеременела с первого же раза.
Почему жизнь так несправедлива?
Было бы намного лучше, если бы никакого ребенка не было или он был у них с Магдалиной.
Но у Бога были свои планы, которые не всегда были понятны.
- Почему ты скрывала это от меня? - раздраженно произнес он, с ненавистью глядя на Айсель и ее выделявшийся живот. - Ты до последнего собиралась молчать?
- Я... я... - начала было девушка, но, разволновавшись, не могла ничего толком объяснить.
- Почему ты в свое время не сказала? Я бы повел тебя на аборт, а сейчас уже ничего не сделаешь! - яростно прокричал он, и, глядя на него, на его буйную реакцию, которая не сразу проявилась, глядя на этот ненавидящий взгляд, она поняла, что ее отчаянные мечты, ее желания, надежды потерпели крах.
Она догадывалась, что, если Заур узнает об этом, то его реакция будет подобная, но все-таки надежда на лучшее оставалась в ее душе, которую теперь она потеряла окончательно.
Страх поселился в ее сердце, превращая ее жизнь в ад.
Теперь, когда он знает, что будет с ней? Что он будет делать?
- Я же с тобой развесить собирался, развестись, понимаешь? А что будет теперь? - продолжал кричать он, хватаясь за голову.
- Заур, так разведись, я никому ничего не скажу о ребенке, я не вернусь обратно, я отселюсь от тебя, а ты женишься на ней! Заур, я... - но девушка так и не договорила, получив пощечину, которая оказалась настолько крепкой, что опрокинула ее на постель.
- Заткнись! Не хочу ничего слышать! Я уже один раз послушал тебя и вот к чему все привело. Ты живешь в мире иллюзий. Очнись! Ты не сможешь скрывать наличие ребенка у себя долго, об этом будет известно. Твои родители не разрешат тебе остаться здесь, они поднимут такой переполох, если ты не вернешься обратно! А, когда о ребенке узнают, то ад ждет не только тебя, но и меня, ты понимаешь?! Ни о каком разводе теперь не может быть и речи. - злобно, словно выплескивая яд, проговорил Заур, хватая Айсель за руку, но затем резко отпустил, начав метаться по комнате. - Что я Магдалине скажу? Она не согласится даже общаться со мной, если узнает о наличии ребенка, который разрушит все наши планы!
"Будь проклята твоя Магдалина." - проклинала в душе ее девушка, до сих пор не убирая руку с пылавшей от пощечины щеки.
Он резко повернулся к Айсель и, схватив за руку, потянул к себе, от чего девушка вскрикнула.
- Как я тебя ненавижу, ты бы знала! Только я думал, что счастливо заживу, как ты снова разрушила мои планы. Тебе нужен был этот ребенок? Нужен? Он никому не нужен ни мне, ни тебе. Аборт - решил бы эту проблему. В итоге, и ты сейчас была бы свободна, и я, но ты даже не соизволила об этом никому сказать.
- Я никогда не пойду на аборт! - в приступе ярости ответила Айсель, за что получила еще одну пощечину.
По ее лицу струились слезы.
"Господи, да он же убьет меня!" - пронеслась в ее голове мысль, когда он снова, одним рывком, привлек ее к себе.
- Закрой свой рот! Я тебя слышать не хочу! Не пойдет она на аборт. - зло передразнил он девушку. - А ты подумала в какой семье будет жить ребенок? М? Подумала? Так вот, зная, что, раз, мне счастья нет, то и у тебя его не будет. Ты сама сделала этот выбор. - прошипел он, откидывая девушку в сторону, и стремительно вышел из комнаты.
Послышалось, как хлопнула входная дверь. И Айсель осознала, что снова осталась совершенно одна. Он ушел, возможно, к той, к другой, возможно, куда-либо еще, но не это было важно. Важно было другое, когда теперь он вернется?
Неужели, он оставит девушку, как и прошлый раз, надолго одну?
"Нет, в этот раз он не может так поступить. Он же не совсем изверг, это же и его ребенок тоже!" - успокаивала она себя, прекрасно понимая, что он ненавидит этого ребенка, возможно, даже больше, чем ее.
"Но, может, так будет сейчас? Может, увидев малыша, взяв его на руки, он поменяет свое решение?" - пыталась настроить себя на оптимистический лад Айсель, хотя сама похолодела, не зная, какой ужас ждет ее дальше.
Она пыталась сосредоточиться, найти какой-то выход, но не успевала собраться с мыслями, как новый приступ страха заглушал все.
Сердце ее бешено колотилось, дышать было трудно.
Она чувствовала, что снова расплачется, ощущая, как волнение и беспокойство захлестывают ее.
Подобное она даже не могла увидеть в самом страшном сне.
Ей, любящей свободу, обещали жизнь в золотой клетке.
И она согласилась, попрощалась с тем, что любила, а в итоге, клетка, в которую ее посадили, оказалась из стали.
Ее не любили, ее здесь не ждали.
А самое трудное, что она хотела улететь, но не могла, привязанная к Зауру руками и ногами.
Теперь, узнав обо всем, она никак не сможет выбраться из этой квартиры, где, походу, ей суждено прожить свои последние дни.
Ее план о побеге, о новой жизни потерпел крах.
Она оставалась рядом с Зауром, всем сердцем этого не желая.
Клетка была захлопнута и теперь пути на свободу нет.
Ею овладело растущие уныние и безнадежность.
Она не могла рассчитывать на чью-то поддержку, не могла полагаться даже на своих родителей, которым легче принять факт ее смерти, чем дочь-разведенку.
Ей не откуда ждать помощи.
Когда-то, она очень глупо поступила, сделав неправильный выбор, пошла на поводу у родителей, а теперь, эти же самые родители не согласились бы принять ее обратно, признать свою ошибку, но и так жить она тоже не могла.
Она обвила руками живот, словно подобным образом пыталась защитить его от всего плохого.
Слава Богу, что Заур сильно не разошелся и не ударил ее случайно по животу, а обошелся только двумя пощечинами.
Ей было страшно не только за себя, но и за малыша, за которого она теперь была в ответе.
Парадокс. Ей нужно было защищать его от собственного же родного отца.
- Но почему все так случилось? Почему? Почему нельзя было мне подарить счастье и сделать женой Мурада, а не Заура? - обращалась она в пустоту, причитая.
Тревога.
Волнение.
Отчаяние.
Вот, что она чувствовала в этот момент, не зная, как себя успокоить.
Ее жизнь рушилась на мелкие кусочки, которые теперь никак не склеить.
И она лишь оставалась молчаливой наблюдательницей ко всему.
Да, в чем-то Заур был прав, ее план был плохо продуман, хромал.
Вполне возможно, о ней и ребенке узнали, но она хотя бы попыталась сделать что-нибудь.
Он был прав и по поводу ее родителей, они не дали бы ей остаться здесь, настаивая на том, чтобы она вернулась обратно.
Но сейчас, охваченное злобой, она поняла, что пошла бы наперекор решению родителей.
"Хватит! Довольно! Я больно много их слушала. Это моя жизнь и как прожить ее, должна решать я сама, без их помощи!"
В данный момент, она ненавидела их, осознавая, что они ни в коем случае не желали ей подобной участи, но как факт, она оказалась здесь по их милости.
Хотя...
Нельзя было в данной ситуации винить только родителей, ее вина тоже была.
Вместо того, чтобы поступить, как хочет она, Айсель решила плыть по течению, которое, в конце концов, привело ее к этому.
Внезапно ее взгляд падает на телефон, который Заур забыл дома, выбежав злым и расстроенным.
Вот он - ее шанс.
Она внимательно прислушивается, чтобы не попасться врасплох и берет телефон в руки.
Ей выпал шанс, который она должна использовать, но так, чтобы Заур ничего не заметил.
Недолго размышляя, она отправляет Гюнель смс с текстом.
"Позвони мне срочно. Нам нужно поговорить. Звони сейчас или потом будет поздно."
К сожалению, позвонить сама она не могла.
Заур сразу бы это заметил, ведь деньги на счету стремительно таяли, когда приходилось звонить заграницу.
И поэтому вся надежда оставалась на Гюнель, которая не должна была ее подвести.
И она не подвела.
Раздался звонок, на который девушка мигом же ответила.
- Алло, Гюнель?
- Айсель, что случилось? Что у тебя с голосом? - сразу же заметила не менее напуганная Гюнель, что с подругой что-то не так.
- Гюнель, я не знаю, когда он вернется. Звоню в тайне от него. Я понятия не имею, что мне делать, моя жизнь сущий ад.
- Айсель, рассказывай по порядку.
Айсель вздохнула, закрывая глаза.
Вся надежда на Гюнель, которая мало чем, но все-таки могла ей помочь.
- Гюнель, он ненавидит меня. Я живу, словно на пороховой бочке, ожидая, что вот-вот он взорвется, и мне наступит конец. Если говорить коротко, то все очень плохо. Он не воспринимает меня, как жену. Может позволить себе ударить, оскорбить, изменять, не скрывая от меня ничего. Я так больше не могу. - судорожно всхлипывала Айсель, прижимая трубку ближе к уху, с опаской оглядываясь на входную дверь.
- Вот это дааа. - шокировано протянула девушка. - Я, конечно, знала, что тебе там несладко живется, но не так, чтобы настолько.
- Это еще не все.
- Что еще?
Айсель еще раз оглянулась на дверь.
- Я в положении. Я скрывала от него этого.
- Но почему, Айсель? - перебила ее Гюнель.
- Потому что мы с ним договорились о разводе по причине моего бесплодия, только тогда он оставил меня в покое. Когда я узнала о беременности, то решила скрыть, боясь, что он отправит меня на аборт или еще что хуже. Сегодня все открылось. Гюнель, он словно озверел. Влепил пару пощечин, злился, что я не сказала в свое время, потому что тогда он повел бы меня на аборт, а сейчас уже поздно. Он пообещал, что я пожалею обо всем. Он страшный человек, Гюнель! Мне страшно находится в этом доме. Я боюсь...
- Твои родители не в курсе, я правильно понимаю?
Айсель раздраженно закатила глаза.
- Нет, но на них не стоит даже рассчитывать. Ты сама, лучше меня, знаешь моих родителей.
- Милая, тебе нужно срочно бежать оттуда, пока не поздно.
- Я понимаю. - отчаянно воскликнула девушка. - Прекрасно это понимаю, но мне некуда бежать. Я заперта в квартире, он скоро вернется, и я боюсь представить, что будет дальше.
Она замолкла, чувствуя, как устала от проблем.
В последние дни она превратилась в комок нервов.
- Я понимаю, что ты мне тоже не можешь, чем помочь. Но просто... Просто я выговорилась, и мне сейчас стало легче. Я устала быть одна, устала... - обессилено упала девушка на кровать, заливаясь горькими слезами.
- Айсель, держись, не переживай, я обязательно что-нибудь придумаю!
Девушка сквозь слезы улыбнулась.
- Чем ты поможешь? К сожалению, ты тут бессильна. А, если ты рассчитываешь на моих родителей, то это бесполезно. - обреченно проговорила Айсель, не представляя, как ей быть.
Если бы она не позвонила Гюнель, то точно бы сошла с ума от своих же собственных мыслей.
- Я скажу Мураду, он...
- Не смей! - сразу же перебила ее девушка. - Даже не смей впутывать сюда Мурада. Хорошо?
- Хорошо. - недовольно буркнули на том конце.
- Мои семейные отношения его не касаются. И я представить не могу, чем он может помочь, как бы только все хуже не сделал...
Почему она так болезненно реагирует, когда тема касается Мурада?
Она должна относится проще к тому факту, что все осталось в прошлом.
Она должна была еще давно принять этот факт, но не может.
Он - частичка ее.
И всегда будет в ее сердце.
- Мурад теперь не имеет никакого отношения ко мне. Пусть строит свою жизнь.
- Ладно, как скажешь. - сдалась Гюнель, недовольно фыркнув. - Но я обязательно что-то придумаю, вот увидишь.
Это обещание Гюнель снова вызвало у девушки улыбку.
- У меня в голове не укладывается, что с тобой происходит подобное. - продолжала девушка. - Все говорили, что ты будешь жить, как в сказке...
- А я и живу, как в сказке, Гюнель, меня не обманули! Просто умолчали о том, что не все сказки со счастливым концом.
- Ладно, если убрать тот факт, что говорили люди. Айсель, он же твой родственник в какой-то степени. Твои родители были уверены, что они отдают тебя в надежные руки, что даже, если между вами не будет чувств, то он хотя бы точно обижать тебя не будет. А что получается в итоге? - возмущению Гюнель не было предела. - Да, как он смеет с тобой так обращаться? Ты не его вещь! - кипятилась девушка, осознавая, что сейчас находится далеко и не может даже прийти к подруге.
- Гюнель, страх прочно засел в моем сердце, что-то будет, вот увидишь! А я уйти даже не могу! - снова и снова твердила Айсель.
- Может, обойдется? Может, остынет, придет, и у вас постепенно начнет все налаживаться?
- Нет, я в это не верю. Он изначально дал мне все понять.
- Ты права... - пришлось согласится Гюнель, которая судорожно размышляла, как можно помочь Айсель в сложившейся ситуации.
- Гюнель, я не могу больше говорить. Мне неизвестно, когда он вернется. А, если он сейчас внезапно поймает меня с сотовым в руках, то мне несдобровать. - вспомнила девушка, вскочив со своего места и внимательно прислушиваясь.
- Хорошо, милая. Но помни, я тебя в беде не оставлю! Ты не одна! - клятвенно заверила ее Гюнель, поправившись.
Когда разговор был окончен, Айсель сразу же замела следы, удалив свое смс и звонок Гюнель в телефоне.
Она положила телефон обратно и заметно успокоилась.
Все-таки разговор с подругой не прошел бесследно, она хоть кому-то смогла все рассказать, а главное - она нигде не совершила ошибки, вовремя окончив разговор и удалив улики.
Теперь, что ей оставалось - это запастись терпением и ждать.
Ждать того, как дальше будут разворачиваться события.
И в данной ситуации, это было самое сложное.
Она не могла сомкнуть глаз, постоянно думая, думая, думая...
Она вставала, снова ложилась, но мысли не оставляли ее в покое.
В итоге, она ходила по комнатам, ожидая, когда вернется Заур, но вместе с тем испытывала страх.
Ждала, но боялась.
И ее, вполне, можно было понять.
Ведь теперь она боролось не только за свою жизнь, но была в ответе и за другого человечка.
Резко вспомнив про него, она снова обвила свой живот.
Он - самое дорогое, что теперь у нее есть.
Она улыбнулась, представляя, как совсем скоро, это маленькое чудо уже будет сладко и мирно спать на ее руках.
Почему-то ей казалось, что это мальчик.
Она вспоминала, как женщины в деревне, любили рассуждать о поле ребенка, разглядывая живот беременной девушки.
Обычно считалось, что аккуратный, маленький живот - это означает, что ребенок будет мужского пола, а если живот был, наоборот, большим и неаккуратным, то это девочка.
Айсель успела отметить, что животик был аккуратным, маленьким, благодаря чему, ей без особых проблем удавалось скрывать свою беременность.
Но здесь было не только это.
Ей подсказывала интуиция, что ребенок будет мужского пола.
У нее будет сын.
И она не собиралась отступать от этой мысли.
Она даже знала, как его назовет - Мурад.
Она имела на это полное право - сама выбрать имя своему ребенку, которым совершенно не интересовался отец.
Она вырастит его настоящим мужчиной, правильно воспитав, привив ему уважение к старшим, к лицам женского пола, к беспомощным.
Она раздумывала над этим, и эти мысли помогали ей отвлечься.
Она вздохнула и легла обратно на кровать, закрыв глаза.
Она пыталась, как могла избавиться от беспорядочных мыслей в голове, но ей это не удавалось.
Сон не шел.
Да и о каком сне могла идти речь, когда происходило подобное?
Но она понимала, что ей надо хотя бы чуть-чуть вздремнуть.
Здоровый сон нужен не только ей, но и ребенку.
Тем более никому не станет легче, если она будет, словно лунатик, бродить по пустым комнатам, ожидая прихода мужа.
"Вполне возможно, он сегодня не придет, может быть и завтра, а может быть и после завтра..." - она снова отогнала от себя эти мысли, закрыв глаза.
У нее еще будет предостаточно времени обо всем об этом подумать.
Как только Айсель начала проваливаться в сон, она услышала, как входная дверь открылась и мигом встала, чувствуя, что ее сердце вот-вот выпрыгнет из груди.
Заур вернулся.
Но она только плотнее укуталась в одеяло, не желая идти ему навстречу.
Пусть он думает, что она спит.
Так будет легче, если она выйдет к нему, то скандал неизбежен.
***