6
Дверь захлопнулась с глухим эхом, оставляя Ферита на мгновение в абсолютной тишине. Он стоял на пороге, вжав пальцы в дверную ручку, как будто мог остановить всё, если просто удержит её крепче.
Сейран уже скрылась в машине, рядом с Суной, которая молча наблюдала за ней, будто понимая каждую эмоцию, которая металась в её груди. А Сейран, не говоря ни слова, просто смотрела в окно, за которым проносился вечерний город.
Ферит повернулся. В его взгляде не было ни тени сомнения. Он посмотрел на Пелин — холодно, прямо, с тем гневом, который так долго скрывал.
— Ты соврала, — сказал он тихо, но сдавленным голосом, в котором с каждой секундой нарастал металл. — Ты пришла сюда не случайно. Ты знала, что Сейран дома. И ты знала, что это её заденет.
— Я просто хотела поговорить... — начала Пелин, но Ферит резко перебил:
— Не ври мне. Ты никогда меня не любила, и я тебя тоже. Мы оба знали, что между нами ничего нет. Это было... просто бегство. И ты это использовала.
Пелин попыталась сохранить самообладание, но слова Ферита резали по живому.
— Ты пришла сюда, чтобы разрушить то, что у нас с Сейран. Но ты опоздала. Она — не игрушка. И не твоя мишень.
Он сделал шаг к ней, и голос стал твёрже:
— Если ты когда-нибудь снова появишься у моего дома без приглашения — ты пожалеешь. И больше никогда не лги о том, что любила меня. Потому что любовь — это не про эгоизм.
Пелин стояла, прикусывая губу, но ничего не сказала. Просто развернулась и вышла, хлопнув дверью.
Ферит остался в пустой квартире, полной её тишины. В этой тишине только одно было громким — чувство тревоги за Сейран. Он сел на диван, провёл рукой по лицу и прошептал:
— Я должен всё исправить. Она не должна думать, что я позволю кому-то ранить её.
Ему впервые стало по-настоящему страшно — потерять её.
Суна завела Сейран в свою уютную квартиру — мягкий свет, плед на диване, чайник уже закипал. Не дожидаясь вопросов, Сейран села и обхватила колени руками, взгляд опущен в пол.
— Он мне нравится, Суна... — тихо выдохнула она. — И это пугает меня до дрожи.
Суна села рядом, не перебивая.
— Я чувствую рядом с ним спокойствие, — продолжала Сейран. — Как будто мир вокруг на секунду замирает, когда он рядом. Но в то же время... я не знаю, смогу ли позволить себе довериться. Я боюсь, что всё опять разрушится. Как всегда.
— Ты не обязана сразу ему верить, — мягко сказала Суна, обнимая подругу. — Но, Сейран... он рядом. Всегда. Он не отвернулся, когда ты плакала. Он не ушёл, когда тебе было плохо. Он даже пижамы тебе покупает, ты в курсе?
Сейран впервые за вечер слабо усмехнулась, прижавшись к подруге.
— Я знаю... Он другой. Совсем другой.
— Так может, стоит попробовать дать ему шанс? Только ты решаешь, сколько шагов сделать. Один или сто. Но ты не обязана всё делать сразу.
Сейран кивнула и, немного помолчав, прошептала:
— Я просто не хочу снова почувствовать себя сломанной. Не после всего.
— И не почувствуешь, — уверенно сказала Суна. — Я рядом. И он тоже.
Молчание снова воцарилось в комнате, но уже не тягучее, а тёплое. Сейран положила голову на плечо подруге и впервые за весь день позволила себе немного выдохнуть.
Абидин ответил на звонок Суны почти сразу — у него, как всегда, был тон спокойный, но внимательный.
— Суна. Что-то случилось?
— Привет, дядя. Слушай, у меня к тебе просьба... — Суна сделала паузу и набрала воздуха. — Мне нужен номер Ферита. Только не пугайся, всё нормально. Просто — по-дружески.
— Уже настораживаешь, — усмехнулся он, — но хорошо, держи. Только, надеюсь, ты не планируешь сводить их в ЗАГС?
Суна усмехнулась.
— Нет, наоборот. Хочу немного притормозить.
Она набрала номер Ферита и после короткого гудка услышала его голос:
— Алло?
— Ферит, привет, это Суна. Мы с тобой не особо знакомы, но я думаю, ты понимаешь, почему я звоню. Я рядом с Сейран.
Ферит тут же стал серьёзным:
— Как она? Всё хорошо?
— Относительно. Она держится, но, Ферит... — Суна замолчала на секунду. — Ей нужно время. Не только от тебя, а вообще от всего. Просто отдышаться, прийти в себя. Я прошу тебя не приезжать за ней сразу. Хотя бы дней пять. Не потому что ты сделал что-то плохое. А потому что ей надо почувствовать, что она может выбирать. Не спеша.
Ферит молчал. Потом выдохнул:
— Хорошо. Если ей так будет лучше — я подожду. Но... скажи ей, пожалуйста, что я не исчез. Что она может позвонить. Всегда.
— Обязательно, — ответила Суна с лёгкой улыбкой. — Спасибо тебе, Ферит.
— Нет, это я тебе спасибо. За то, что рядом с ней.
Звонок закончился, а Суна, посмотрев на Сейран, сказала ей:
— У тебя есть время. Столько, сколько нужно. А он... он действительно не собирается тебя ломать.
Суна и Сейран провели день так, как давно не проводили: просто как две девушки, без тревог и ожиданий. Они готовили вместе ужин, при этом обсыпая друг друга мукой, устроили мини-спа с масками на лице и смехом до слёз, разбирали старые фотографии и даже попытались вместе станцевать под глупую песню из подросткового сериала.
Внутри всё ещё было тревожно — как после бури, когда солнце вроде вышло, но ты всё ещё ждёшь грома. Но рядом с Суной ей было легче.
— Я даже не помню, когда в последний раз позволяла себе просто ничего не бояться, — призналась Сейран, лёжа на диване и уставившись в потолок.
— Вот и хорошо. Значит, сегодня начался твой "в последний раз бояться", — ответила Суна и щёлкнула подругу по носу.
А в это же время, в своей квартире, Ферит буквально не находил себе места.
Он пытался работать — не получалось. Открывал ноутбук, закрывал. Брал в руки телефон, но не решался написать. Он вспоминал каждую её улыбку, каждый взгляд, каждый жест — и всё внутри сжималось от того, как сильно ему её не хватало.
Он бродил по квартире, потом сел на балконе, посмотрел на небо — на то самое, под которым они говорили о звёздах. Ему не хватало не просто Сейран — ему не хватало её спокойного дыхания рядом, её шёпота, её доверия.
Он смотрел на ту самую пижаму, которую она забыла, на рисунок, который всё ещё стоял у окна, и сжал зубы:
— Пять дней, — пробормотал он. — Лишь бы только ей стало лучше.
Ферит сидел в полутемной комнате, опершись локтями на колени, сжав руки в замок. Его мысли метались, как птицы, потерявшие ориентацию в шторме.
Он и сам не заметил, как Сейран стала чем-то гораздо большим, чем просто девушка, с которой у него завязался неожиданный контакт. Она вошла в его жизнь как вихрь — не громко, не бурно, но так, что теперь, когда её не было рядом, всё будто остановилось.
Он думал:
«Как? Как за несколько дней человек может стать таким важным? Почему именно она?»
Он вспоминал, как она улыбалась, прикусывая губу, как воровато поправляла прядь волос, как смешно сморщивала нос, если что-то не нравилось. Как её голос, тихий и немного хрипловатый от утренней сонливости, звучал как лучшее утро в его жизни.
— Это ненормально, — выдохнул он в пустоту. — Она... стала моим воздухом.
Он встал и прошёлся по комнате. Остановился у балкона, открыл дверь, вдохнул прохладный весенний воздух, но он не наполнил его. Не тот воздух. Не её.
И тогда он понял — это уже не просто увлечение. Это не влечение, не привычка, не потребность. Это стало чем-то, без чего он не может быть собой.
— Сейран... — прошептал он, уткнувшись лбом в холодное стекло. — Ты и правда стала для меня всем. И я подожду. Хоть вечность. Только вернись.
Ферит будто сам себе не поверил, когда подошёл к комоду, вытащил ту самую зелёную шелковую пижаму, которую она оставила, и поднес к лицу. От ткани исходил тот тёплый, едва уловимый ягодный запах, который теперь ассоциировался только с ней — с её смехом, с её мягкими шагами, с её тишиной в утренней комнате.
Он не задумываясь взял ещё и подушку, с которой она спала. Несколько мгновений стоял в дверном проёме, а потом пошёл на балкон. Было прохладно, но свежо. Именно так, как она любила. Он аккуратно устроился на широком диване, подложив подушку, укрывшись пледом, всё ещё держа пижаму в руках.
Луна подсвечивала город серебром, но ему было всё равно — глаза медленно закрывались. В груди что-то щемило, но запах пижамы успокаивал. Он тихо выдохнул:
— Доброй ночи, принцесса...
Сейран лежала, прижавшись к Суне, как в детстве, когда казалось, что мир рушится, а одна только подруга могла его собрать. Суне уже дышала ровно и спокойно, но у Сейран глаза не смыкались. Потолок казался бесконечным, и в голове не было ни одного законченного предложения — только Ферит.
Её мысли возвращались к его взгляду — внимательному, будто он умел читать её без слов. К его голосу, в котором всегда было то странное спокойствие, от которого у неё исчезали все тревоги. К тому, как он готовил ей завтрак, покупал пижамы, спрашивал, поела ли она между парами. К тому, как он просто... был.
"Он стал привычкой? Или больше?" — подумала она, крепче прижимаясь к подушке, — "Почему мне его не хватает так... глупо, быстро, сильно?"
Сейран прикрыла глаза. В висках гудело от мыслей, а в сердце будто что-то стягивалось. Она тихо прошептала в темноту:
— Ферит...
Но ответа не было. Только ночь и еле слышное дыхание Суны.
Утро выдалось тяжёлым.
Сейран проснулась раньше Суны, лежала на спине, уставившись в потолок, будто в нём был ответ на внутреннюю пустоту. За окном шумел город, а внутри всё было тихо. Не хотелось говорить, не хотелось улыбаться — даже любимая одежда не спасла. На парах она сидела, как тень самой себя: не делала заметок, не смеялась с девчонками. Преподаватели что-то говорили, а в голове у неё крутились совсем другие слова. Его слова.
На удивление — или, может, на облегчение — Юсуф в университете так и не появился. Ни его самодовольной улыбки, ни скользящих взглядов. Только тревожное ощущение того, что буря не закончилась, а просто затаилась.
А тем временем Ферит сидел в своём кабинете, за стеклянной стеной с видом на город, и смотрел в экран ноутбука, не читая ни одной строчки. Бумаги на столе лежали нетронутыми. Совещание прошло впустую — он говорил чётко, но равнодушно, будто внутри выгорело всё тёплое.
"Я не должен был её отпускать," — мелькало в мыслях, но каждый раз он гнал эту мысль прочь. У неё был выбор. Он дал ей пространство. Но всё равно, с каждым часом, этим воздухом дышать становилось тяжело.
Ферит сидел за своим рабочим столом, глядя в окно, где весёлые лучи солнца не могли пробиться через его мрак мыслей. Он почувствовал этот холод внутри себя, который начал заполнять его, как только Сейран ушла. Они не расстались, но всё равно что-то изменилось. Он отпустил её с каким-то внутренним беспокойством, не понимая, почему в этот момент ему не хватило смелости сказать больше.
Когда она уехала с Суней, он остался один, и в голове крутились вопросы. «Почему я не остановил её? Почему не сказал, что она всё ещё для меня важна, что я не могу без неё?» Его голова была полна этих мыслей, и он не знал, как это решить. Всё было так сложно.
Он знал, что не должен был её отпускать — не в том смысле, что они должны были оставаться вместе 24/7, а скорее в том, что должен был показать ей, насколько она важна для него. Он должен был быть рядом, чтобы поддержать её, чтобы она чувствовала, что она не одна, что он здесь, чтобы помочь и быть опорой.
Но сейчас, сидя в своём офисе, он понял, что он слишком много времени тратил на работу и слишком мало внимания уделял ей. Его сердце не было на работе, оно было там, где Сейран. Он знал, что она переживает, что она всё ещё не чувствует себя полностью безопасно, что ей нужно время. Но ведь и он тоже нуждался в этом времени. Время, чтобы разобраться в своих чувствах.
«Я не должен был её отпускать», — снова прокрутил ферит эти слова в голове, но теперь он знал, что это не просто сожаление, а решение. Он должен сделать шаг вперёд, дать ей понять, что она для него важна, и что он готов быть рядом, даже если это будет сложно.
Сейран и Суне лежали в постели, обсуждая завтрашний день, когда в дверь неожиданно постучали. Суне удивлённо посмотрела на подругу, а та, не ожидавшая визита, сразу встала и пошла к двери. Открыв её, она встретила взгляд Ферита, который стоял на пороге, словно пришёл к ней за ответом, которого сам не мог себе найти так ещё и с взъерошенными волосами.
— Я больше так не могу, — сказал он, глядя ей в глаза. — Я даже глаз сомкнуть без тебя не могу.
Её сердце сжалось, и в этот момент она поняла, что тоже чувствует невыносимую пустоту, когда он не рядом. Тёмные глаза Ферита, полные отчаяния и нежности, были для неё как магнит. Не успев ответить, она почувствовала, как слёзы начали появляться на глазах. Она быстро обернулась, чтобы скрыть их, но Ферит заметил и шагнул ближе. В её душе кипели чувства, но она не могла сдержать слёзы, когда он так искренне выразил свою боль.
Она расплакалась. Она хотела что-то сказать, но не могла. Все слова застряли в горле. Всё, что она сделала, — это бросилась в его объятия. Ферит прижал её к себе, чувствуя, как её тело дрожит. Он не знал, что ещё сказать, он просто держал её, пока её слёзы не стихли.
— Я не могу быть без тебя, — снова сказал он, тихо и уверенно.
Внезапно, словно не замечая ничего вокруг, он подхватил её на руки. Она не сопротивлялась, а наоборот, прижалась к нему, ощущая его тепло и силу, которая давала ей уверенность. Он бережно поднял её, и она обняла его шею, ощущая, как её сердце начинает биться в унисон с его.
Ферит быстро шагнул в коридор и направился к выходу. Сейран всё ещё не могла поверить в происходящее, но в какой-то момент она осознала, что не хочет от этого убегать. Хоть её жизнь была полна боли и недосказанности, но в его руках она чувствовала себя в безопасности.
Он бережно отнёс её к машине, и, когда они сели, он ещё раз взглянул на неё. Он знал, что это не просто момент слабости. Это был шаг к тому, чтобы они были рядом, несмотря на все сложности.
— Всё будет хорошо, — сказал он, когда завёл двигатель.
И, несмотря на всю неясность, которая всё ещё была в их жизни, Сейран почувствовала, что всё-таки в его руках она найдёт свой дом.
Когда они приехали в квартиру, Ферит снова бережно подхватил Сейран на руки, словно боясь, что она исчезнет, если он хоть на секунду её отпустит. Он перенёс её в комнату и аккуратно уложил на мягкий диван на балконе, под тёплым светом уличных фонарей. Сейран, чувствуя его заботу, уютно устроилась и посмотрела на него, ожидая продолжения.
Ферит, казалось, был готов поделиться тем, что мучило его в последнее время. Он сел рядом с ней, тяжело вздохнув.
— Ты знаешь, что было с Пелин... — начал он, его голос был тверд и спокойный, как будто он пытается осознать, что произошло. — Я... Я никогда не был с ней таким, каким я был с тобой. С ней не было никакой близости, ни поцелуев, ни ласк. Мы просто... существовали рядом. И это было неправдой, я сам это прекрасно понимаю.
Сейран внимательно слушала, пытаясь понять, что именно он хочет сказать. Она всегда ощущала, что между ними с Пелин было что-то искусственное, но никогда не задумывалась, что это могло быть настолько пустым для Ферита.
— Я никогда не чувствовал того, что чувствую сейчас. И, возможно, это странно, но я не был счастлив с ней, хотя и пытался убедить себя в этом, — продолжил он, поглаживая её руку. — Ты же... Ты мне что-то большее, чем просто кто-то. Ты — что-то настоящее для меня.
Сейран почувствовала, как её сердце растаяло, и тихо вздохнула, не зная, что сказать. Он никогда не был таким откровенным и открытым с ней. Это показывало, насколько он доверяет ей. Она поняла, что его слова — это не просто признание, это его истина, его потребность быть настоящим с ней.
— Я просто хочу, чтобы ты знала, что с тобой всё иначе. Я не хочу, чтобы ты переживала из-за этого, — сказал Ферит, его голос стал мягким и нежным.
Сейран закрыла глаза, пытаясь осознать всё, что он сказал, и почувствовала, как её душа наполнилась тёплыми, но сложными эмоциями. Ей было непросто, но она чувствовала, что с ним она действительно может быть собой. Она открыла глаза и посмотрела на него, и в её взгляде было всё — благодарность, понимание и что-то большее.
— Спасибо, что рассказал мне, — наконец, сказала она, её голос был тихим, но искренним.
Ферит мягко улыбнулся, ощущая облегчение, что она его поняла.
Ферит немного замолчал, как будто его слова нужно было тщательно подобрать. Он смотрел в темноту, но знал, что Сейран всё равно слушает его, чувствует каждый его вздох.
— Я... Я ненавижу показывать свою тактильность, особенно в любовном плане, — сказал он, голос его стал чуть тише, как будто он делился чем-то очень личным. — Мне всегда казалось, что это слабость, что это требует слишком много от меня, и я не был готов к этому.
Сейран заметила, как он нервничал, как будто боится, что его слова могут не найти отклика. Она знала, что в его жизни не было много открытости и тепла, особенно в том, что касалось интимности.
— Но... с тобой всё другое, — продолжил Ферит, взгляд его стал мягким, а слова будто выходили из глубины души. — Я даже не могу объяснить, что именно в тебе заставляет меня хотеть это. Когда я рядом с тобой, мне не хочется прятать себя, мне хочется показывать тебе всё, что я чувствую... Это... Это страшно, потому что я никогда не был таким.
Сейран почувствовала, как её сердце сжалось. Эти слова, эти признания были неожиданными, и они тронули её до глубины души. Она смотрела на него, и в её глазах читалась тёплая благодарность. Она чувствовала, что именно сейчас, в этот момент, Ферит открыл перед ней совершенно новую сторону себя.
— Ты не должен бояться этого, — тихо сказала она, прижимаясь к нему чуть ближе. — Ты можешь быть собой рядом со мной. Мне не нужно ничего скрывать.
Ферит тихо вздохнул и посмотрел на неё с лёгкой улыбкой. Его лицо стало немного мягче, а напряжение, которое он испытывал, казалось, постепенно уходило.
— Я... я хочу, чтобы ты знала, что с тобой я чувствую себя живым, — сказал он, его голос был полон эмоций. — И это гораздо важнее, чем всё, что я раньше считал важным.
Когда утренний свет мягко пробился через окно, Ферит проснулся первым, ощущая тепло, которое исходило от Сейран, лежащей рядом. Но вдруг он почувствовал, как её рука случайно коснулась его, и это мгновение пронзило его, словно электрический ток.
Он открыл глаза и посмотрел на неё — она всё ещё спала, спокойная и безмятежная. Её рука лежала рядом с ним, и он ощущал её близость. Этот момент был настолько естественным, что он не знал, как реагировать, но сердце его бешено забилось.
Сейран, почувствовав, как её рука случайно скользнула по его груди, проснулась. Она сразу же застыла, почувствовав, как она нарушила некую границу.
— О, прости, я... — начала она, но Ферит, успокаивающе улыбаясь, взял её руку в свою.
— Не извиняйся. Всё в порядке, — сказал он, его голос был мягким и успокаивающим. — Ты не должна переживать.
Сейран молчала, чувствуя, как её щеки слегка покраснели. Она поняла, что между ними было что-то важное, что-то настоящее. Их отношения развивались медленно, но, возможно, именно это было самым правильным.
Ферит заметил её лёгкое замешательство и мягко погладил её руку.
— Сейран, мне не нужно больше объяснений. Мы здесь, и это важно, — сказал он тихо, не спеша отдалять её от себя. — Просто будь рядом, и всё будет хорошо.
Сейран взглянула на него, ощущая внутреннее тепло, и кивнула.
— Я здесь, — ответила она, ощущая, как её сердце наполняется тёплыми чувствами к нему.
И в этот момент, когда оба понимали, что в их жизни началась новая глава, они просто лежали рядом, наслаждаясь тишиной и простыми, но важными моментами, которые они могли разделить только вдвоём.
Они поднялись с кровати, и Ферит предложил готовить завтрак. Сейран улыбнулась, подумав, что это отличный способ начать день. Она всегда любила совместные моменты, когда они могли быть вдвоем, не спеша и не переживая ни о чём.
— Что будем готовить? — спросила она, открывая шкафчики и вытаскивая несколько ингредиентов.
— Думаю, омлет с авокадо и томатами, — предложил Ферит, усмехнувшись. — И, конечно, кофе.
Сейран кивнула, добавив свои предложения, и они начали готовить вместе. Атмосфера была спокойной и уютной — как-то по-домашнему. Пока они резали овощи, смеялись и болтали о мелочах, Ферит чувствовал, как он ценит такие простые моменты. Он был уверен, что это — одна из причин, по которой ему так нравится проводить время с ней.
После того как завтрак был готов, они сели за стол, наслаждаясь едой. Ферит заметил, как Сейран смотрит на него с лёгким интересом.
— Ты любишь готовить, — сказал он, подмигивая. — А я думал, ты всего лишь говоришь об этом.
Сейран смеялась, кусая тост.
— Ну, я предпочитаю больше экспериментировать с чем-то новым. Не всегда получается, но... — она замолчала, с улыбкой глядя на него. — Сегодня получилось.
Ферит наслаждался этим моментом. Он всегда ценил, когда кто-то умел в простой, но искренней манере заставить его забыть обо всех заботах и просто быть здесь и сейчас.
Когда они закончили завтрак, Сейран посмотрела на часы и заметила, что скоро время для университета.
— Ну, мне пора, — сказала она, вставая и надевая куртку.
Ферит встал следом, тоже собираясь в дорогу.
— Я тебя подкину, — предложил он.
— Не нужно, — ответила она с улыбкой. — Ты ведь знаешь, я люблю немного пройтись.
Ферит кивнул, понимая, что ей нужно немного личного пространства, чтобы собраться с мыслями. Он подошел к ней, нежно поцеловал в щеку и сказал:
— Хорошо, но если что, я рядом. Дай знать, если что-то случится.
Сейран улыбнулась и, немного смущённо, ответила:
— Обещаю, я справлюсь.
Она вышла, а Ферит остался смотреть ей вслед, не в силах избавиться от мыслей, что, возможно, каждый новый день с ней станет ещё важнее, чем предыдущий.
Ферит стоял у двери и смотрел, как Сейран уходит, её лицо было полно радости и лёгкости, она не могла скрыть того, как она счастлива снова быть рядом с ним. Когда она вышла из дома, он почувствовал странное тепло в груди, его мысли начали кружащиеся вокруг неё, и всё, что он мог сделать, это продолжать наблюдать за её уходом.
Он знал, что её улыбка, её взгляд, её энергия изменили что-то в нём, и он не мог больше оставаться равнодушным. Он не думал, что это произойдёт, но её присутствие стало для него невыносимо важным, и он всё больше понимал, что не хочет отпускать её.
Когда её фигура исчезла из поля зрения, он стоял на месте, пытаясь осознать, что чувствует. Это было больше, чем просто привязанность. Это было что-то глубокое, что-то, что он не мог объяснить словами. И, несмотря на это, он понимал, что не мог просто так подойти к ней и сказать всё сразу.
Он вернулся в дом, но его мысли всё ещё оставались с ней. Каждый её шаг, каждое её слово, которое она произнесла, запечатлелось в его памяти. Он не знал, что будет дальше, но уже понимал, что не может просто продолжать жить, не задумываясь о том, что между ними происходит.
Когда они приехали домой, Сейран сразу побежала в ванную, чтобы переодеться в новую пижаму, которую ей подарил Ферит. Он остался в коридоре, немного нервничая — этот жест был для него важным, и он надеялся, что она оценит его внимание. Когда Сейран вернулась, она выглядела просто потрясающе в своей пижаме с «звёздным» узором, её глаза сверкали, и она выглядела умиротворённой, как никогда раньше.
— Как тебе? — спросила она, немного кокетливо поворачиваясь, чтобы он смог рассмотреть её.
Ферит сдержал улыбку, восхищённый её внешним видом.
— Ты выглядишь как ночное небо, — сказал он, подходя к ней ближе и осторожно поправляя её волосы. — Точно так же прекрасна и загадочна.
Сейран покраснела, но её сердце растаяло от его слов. Они оба смеялись, а затем Ферит вспомнил, что они ещё не закончили свой совместный проект.
— Ты помнишь, что мы хотели нарисовать рассвет? — спросил он, с лёгкой усмешкой.
Сейран кивнула, её глаза загорелись при мысли о рисовании. Она обожала этот процесс, а особенно когда можно было сделать что-то вместе с Феритом.
— Конечно! Давай нарисуем его! — сказала она, побежав за своими красками и альбомом.
Они сели за стол, и каждый из них взял свою кисть. Сейран начала с лёгких, нежных мазков, создавая первые лучи утреннего солнца, а Ферит выбрал тёмно-синие оттенки для неба, чтобы изобразить ночную тишину, постепенно исчезающую с приходом нового дня.
Это было особенное занятие, не только творческое, но и наполненное теплотой и близостью. Время как будто замедлилось, и они наслаждались каждым моментом, создавая что-то важное и личное для себя.
Когда они закончили рисовать, атмосфера в комнате была тёплой и наполненной удовлетворением от проделанной работы. Сейран откинулась на спинку стула, улыбаясь и любуясь их совместным творением, а Ферит с удовлетворением смотрел на картину. Но внезапно его телефон зазвонил, и, увидев имя на экране, его лицо немного напряглось.
— Прости, я должен ответить, — сказал Ферит, извиняясь, и взял трубку.
На другом конце линии был его коллега, который сообщил, что ситуация с Юсуфом всё ещё требует вмешательства. Он рассказал, что Юсуф продолжает избегать ответственности за свои действия, и теперь требуется решить, как дальше поступать с ним.
Ферит нахмурился, но постарался говорить спокойно.
— Хорошо, я зайду в офис завтра и разберусь. Не делайте поспешных шагов, я сам все улажу. — Он сделал паузу и добавил: — Юсуф должен понести наказание за всё, что он сделал. Это не останется без последствий.
После завершения звонка, он положил телефон и вернулся к Сейран. Её глаза были полны беспокойства, и она заметила, что его лицо стало более серьёзным.
— Всё в порядке? — спросила она, чуть нервничая.
Ферит вздохнул и пожал плечами.
— Да, просто немного сложная ситуация с Юсуфом. Но не волнуйся, я все улажу.
Сейран кивнула, но она чувствовала, что его напряжение не исчезло. Ей хотелось бы поддержать его, но в данный момент она понимала, что решение проблемы лежит на его плечах.
— Ты всё сделаешь правильно, я в тебя верю, — сказала она тихо, мягко протягивая руку, чтобы он мог взять её.
Ферит улыбнулся, почувствовав от неё поддержку. Это был ещё один момент, когда он понимал, насколько важна для него была Сейран.
— Спасибо, — сказал он, беря её руку в свою. — Мне сейчас важно, чтобы ты была рядом.
Он не стал дальше углубляться в тему Юсуфа, предпочтя проводить время с Сейран, который был рядом, и это поддерживало его даже в самых сложных моментах.
Ферит подошёл ближе, обнял Сейран крепко, как будто только в этом прикосновении мог найти тишину среди всей суматохи. Он прижал её к себе и вдохнул её аромат.