После прогулки
После прогулки Чара, Фриск и Крис вернулись домой. Ториель встретила их на кухне и сразу заметила, что Крис выглядит бледнее обычного.
— Всё нормально? — спросила она, внимательно посмотрев на него.
— Да, — коротко ответил Крис.
Фриск уже собиралась рассказать про падение, но он перебил:
— Просто поскользнулся.
Чара нахмурилась:
— Арх, Крис, что с тобой не так? — резко сказала она. — Почему ты так реагируешь? Может, ты ударился, когда упал?
Фриск осторожно коснулась её рукава:
— Чара... не дави на него так, — тихо сказала она. — Может, он просто не хочет об этом говорить.
На кухне повисла неловкая тишина. Крис стоял у двери, будто решая, остаться или уйти.
Позже ночью Чара и Фриск сидели в комнате Чары. Свет уже погас, только из коридора тянулась узкая полоска лампы. Комната была тихой, слышались лишь тихие звуки улицы — шелест ветра за окном, где-то далеко лай собаки.
Фриск долго молчала, как будто пыталась подобрать правильные слова, а потом тихо сказала:
— Как думаешь... он просто устал или заболел? — голос был почти шёпотом. — Он сегодня выглядел, мягко говоря, не очень. Как будто сил нет.
Чара лежала на спине, глядя в потолок. Её мысли прыгали туда-сюда, но никакой ясной картинки не складывалось:
— А может, он просто не хочет с нами разговаривать? — сказала она после паузы. — Но тогда почему ему вдруг стало так плохо на улице?
Фриск нахмурилась, её пальцы нервно теребили край одеяла:
— Может, нам просто кажется, что что-то не так... а на самом деле всё нормально?
Чара тихо хмыкнула, скрестив руки за головой:
— Если бы было так, он бы сейчас так не выглядел.
Несколько секунд они лежали молча, слушая, как скрипят половицы под лёгким движением ветра, и даже это скрипение казалось им странно громким.
— Знаешь... — тихо пробормотала Фриск, — мне кажется, он что-то обдумывает. Что-то... серьёзное.
Чара повернула голову к двери комнаты Криса. Её глаза чуть сузились, в груди сжалось чувство тревоги и беспокойства:
— Ладно. Завтра поговорю с ним нормально. Без шуток.
Она ещё на секунду посмотрела на пустую дверь, слушая тихое шуршание бумаги, доносящееся оттуда. И в голове всплыла мысль, которая заставила её сердце сжаться: Он слишком один... слишком замкнут... и я не знаю, как до него достучаться ночью Чара и Фриск сидели в комнате Чары. Свет уже погас, только из коридора тянулась узкая полоска лампы.
Фриск долго молчала, потом спросила:
— Как думаешь... он просто устал или заболел? — тихо сказала она. — Он сегодня выглядел, мягко говоря, не очень. Как будто сил нет.
Чара лежала на спине, глядя в потолок:
— А может, он просто не хочет с нами разговаривать? — сказала она после паузы. — Но тогда почему ему вдруг стало так плохо на улице?
Фриск нахмурилась:
— Может, нам просто кажется, что что-то не так... а на самом деле всё нормально?
Чара тихо хмыкнула:
— Если бы было так, он бы сейчас так не выглядел.
Несколько секунд они лежали молча. Чара повернула голову к двери комнаты Криса:
— Ладно. Завтра поговорю с ним нормально. Без шуток