К чему приводят желания
Он не знает, когда все началось.
Может, именно тогда, когда мальчишка отказался от своей возможной славы, признания обществом и нехило так апгрейднутого костюма. Когда действительно здравым, взрослым поступком он заставил посмотреть на себя непредвзято.
Может быть, это началось еще тогда, когда он впервые увидел мальца на пороге комнаты, и разглядел что-то такое… Особенное.
Стоящее внимания и вложенных ресурсов.
Могли быть бесчисленно разные моменты, но он пропустил тот самый, когда стал смотреть на Паркера иначе, со-овсе-ем в другом свете…
Хотел бы он знать, откуда, а главное, почему взялся этот неожиданный интерес. Еще ему было интересно… Почему именно Питер? Возможно, он увидел в нем себя любимого?
Возможно…
Какова реакция нормального человека? Конечно, отторжение, даже не столько из-за пола, — подобные предрассудки Старк никогда не воспринимал всерьёз, — сколько из-за возраста (совсем еще ребенок!).
Но будет ли Тони после этого Тони, если станет подавлять в себе желания? Пожалуй, единственный вопрос, на который он мог дать ответ со стопроцентной гарантией уверенности.
Да и нормальным его вряд ли можно назвать.
Было совершенно очевидно, что Питер понятия не имеет о настоящем отношении к себе своего столь обожаемого кумира, и именно это, пожалуй, больше всего подначивало Старка действовать.
Что такого непоправимого может случиться после невинных?..
Тут мужчина осекся, не удержавшись от иронии: «Невинных, как же, нужно признать, что мысли о пареньке давно перешли эту границу».
Но все и ограничивалось влечением, не более.
Да и как сам объект — пусть пока не осознавая своего положения, — отреагировал бы на это?
Долгое время Старк не сомневался: нет такой «системы», которую нельзя подкупить, обойти. Ан нет — кое-какие хорошие знакомые ясно дали понять, что у каждого правила есть исключение, и к сожалению, не одно.
«Да-а, — думал иногда Тони, — услышь меня сейчас кэп со своей высокоморальностью и железными принципами, прибил бы к чертовой матери».
Капитан…
Еще одна головная боль, сбежавшая в никуда и упорно скрывающаяся уже несколько месяцев. Не то, чтобы он так хотел его найти.
Понадобилось много времени, чтобы обдумать, переосмыслить.
Как бы не было больно тревожить эту рану, Стив прав. Барнс невиновен, и со временем, пусть и со скрежетом, Тони его простил.
Его, но не Роджерса — тогда, на заброшенной базе в Сибири он предал его, ради друга… Другого друга. А предательство Старк простить не мог, сколько бы времени не прошло.
Чем глубже мужчина уходил в воспоминания, тем мрачнее становился. На корне языка загорчило, хотелось выпить.
Не самое хорошее решение, он знал.
Еще знал, что утром умница Пеппер опять будет в праведном гневе вытаскивать его из дерьмового состояния, приводить в более-менее божеский вид и выпихивать на публику, где он, как всегда, исправно сыграет роль непоколебимого, уверенного в себе гения-миллиардера, успешного во всех проявлениях жизни.
Янтарная жидкость обожгла язык и согрела глотку, стакан с тихим стуком в который раз опустился на идеально гладкую деревянную поверхность. Время успешно миновало отметку в час ночи. В отличие от вечно гудящего Нью-Йорка, в новом убежище было довольно тихо. Вмонтированная в мини-бар подсветка распространяла мягкий матово-желтый свет.
Цепляясь мутнеющим взглядом за стекающие по стенкам капельки виски, он принял решение. В конце-концов, он вряд ли от этого многое потеряет. Доверие мальчишки? Ха!
Из-за алкоголя стало уютно-тепло, даже немного жарко, клонило в сон. Тони фыркнул своим мыслям и побрел к стоящему рядом дивану, выглядел тот сейчас даже более заманчиво, чем кровать.
Едва тело приняло удобное положение, он отключился.
С самого утра день у него не задался: не выспался (впрочем, как всегда), завалил первый в году тест, опоздал на поезд по вине хулигана. Ещё и стащили рюкзак… Опять.
— Тетя Мэй на этот раз точно убьёт, — жалобно простонал Паркер, все же открывая дверь, — я дома! Тетя Мэй?
Ни шороха. Значит, дома он один.
Или не совсем…
Что-то подсказывало, что у Питера все же есть гость. Он тихо, — пусть уже и не было смысла играть в шпиона — на цыпочках подкрался к своей комнате. Заглянул в щель и, уже не прячась, выпрямился.
— О, м-мистер Старк, как вы сюда попали? То есть не подумайте, что я не рад Вас видеть, всё…совсем наоборот… Ух… — мальчик невольно запнулся, встречая знакомый взгляд а-ля «давай без расшаркиваний».
Не дожидаясь приглашения, гость сел, смерил парня выжидающим и чуть нетерпеливым взглядом, будто это Питер за каким-то чёртом прилетел к Старку и сейчас медлит с вопросом.
Вообще-то Тони мог прикрыться чем угодно, придумать любую убедительную отговорку. Но поразмыслив, решил, что сейчас будет лучше говорить начистоту.
— Знаешь… — он выдохнул, откидываясь на спинку стула и расслабляя плечи, — я чертовски устал от этих будней. А ты?
Парень не понял, к чему клонил сидящий перед ним человек, поэтому сказал неуверенное «да» и умостился на кровати.
Гость хлопнул в ладоши, окончательно сбивая с толку.
— Значит, решено. Хочу на побережье. Ты хочешь? — он не особо обратил внимание на попытки Питера возразить что-то о домашней работе, — поехали, перекусим где-нибудь по дороге.
Парню оставалось только удивиться, откуда в доселе уставшем защитнике справедливости взялось столько энергии и энтузиазма.
Да-а, как оказалось, мистер Старк не шутил. Спустя пару минут он ехал в машине, а еще спустя двадцать они прогуливались у моря, пока не остановились рядом с кафе. Старк смотрел какое-то время на большие просторы зеркальной глади, потом, не отрывая взгляда, будто читая там что-то, начал разговор.
— Сколько времени прошло с тех пор, как ты получил новый костюм? Полгода? Год? — не дожидаясь ответа, он продолжил. — Ты подрос за это время.
Наконец, карий взгляд перебежал на лицо парня. Мужчина повернулся к нему всем корпусом.
— Как думаешь, готов ли ты теперь официально стать супергероем? — Паркер недоуменно моргнул, забегал глазами по набережной, пока наконец снова не сфокусировал взгляд на собеседнике.
— Это опять какой-то вопрос с подвохом, проверка, да? Только не говорите, что опять заберете костюм.
Тони хотелось биться головой от мнительности подростка. Он едва слышно вздохнул и подтвердил серьезность своего предложения.
— Так В-Вы серьёзно?! — мальчишка схватился за голову, разлохмачивая и без того растрепанную от бриза прическу. Где-то в солнечном сплетении будто заискрило, ему хотелось оббежать пляж с радостным криком. Но щенячий восторг быстро сменился растерянностью.
Эмоции сменяли одна другую, пока в конце концов на нем не осталось только непоколебимое упрямство. Голос звучал немного хрипло:
— Нет, не готов. Я не могу оставить тетю одну.
Тони лишь вздохнул и понимающие улыбнулся:
— В любом случае, для тебя уже отведена комната, и если захочешь, всегда можешь переехать.
Он потрепал макушку парня, замечая, как тот дрожит от потоков холодного октябрьского ветра.
— Замерз? — Питер слегка кивнул, — пошли в кафе, угощаю.
Они покинули пляж как раз до того, как начался дождь.
***
Сначала каждый визит мистера Старка удивлял… Но и несказанно радовал.
Однако, где-то спустя неделю Паркер будто бы следовал заученному алгоритму: прийти домой, скинуть рюкзак с находкой со свалки, переодеться и встретиться с «наставником», отпросившись у тети на «стажировку».
В последнее время он частенько заглядывал к «учителю», как бы между прочим, ведь чувствовал — его не прогонят, напротив — Тони ждёт.
И вот сейчас они в его мастерской, болтают ни о чём, пока Старк отлаживает механизм. Питер пытается больше шутить и рассказывать что-то смешное, потому что ему нравятся лучики морщинок, расходящихся от уголков глаз Тони, когда он смеется.
Мужчине не нравится, когда Паркер рассказывает о Лиз — его школьной влюбленности, он видит это, хоть и не понимает почему. Но все же старается не разговаривать на эту тему, правда, не всегда получается.
Время летит очень быстро, поэтому мальчик не скрывает удивления:
— Ох… уже так поздно. Кажется, мне пора, тетушка будет волноваться, — невольно в голосе звучат грустные нотки. Было ведь так здорово, а следующий раз будет неизвестно когда: мистер Старк улетает на несколько дней по делам компании.
— Ты можешь остаться на ночь, я предупрежу Мэй, она не будет против.
От добродушного тона своего кумира щеки и уши Питера вспыхнули — раскусил, понял, что он не хочет уходить. Понял и позволил остаться.
Парнишка кивнул, соглашаясь. Чуть позднее ему дали одежду и отправили в душ, попутно рассказав о расположении его комнаты.
***
Мужчина проводил взглядом бодро удаляющийся силуэт и достал начатую бутылку бренди. Налил в стакан, поднес к лицу… Помедлил и поставил обратно.
«Отпустит, стоит лишь раз переспать, — так думал Старк, — мальчишка манит своей недоступностью, вызывает чувства из ряда вон и этим подкупает».
Как оказалось, все не так просто.
Совсем не так, черт побери!
Прошла всего неделя, но он уже понял, что попал, по-крупному. Что-то в этом парне притягивало. И уже не отпускало.
Но… Нет… Он не мог просто взять и… Взять его. Что было интересно, паршивец даже не замечал! Как будто и не было слишком длинных взглядов, частых касаний, дольше, чем нужно. Да внимания вообще.
«Вряд ли притворяется. Еще и про свою подружку вечно рассказывает…»
— Чёрт!
Он махом опрокинул в себя стакан, налил ещё.
Сколько ему лет, в конце концов? Он вот так и будет сидеть и сохнуть, глядя, как парень растёт и двигается дальше? Ждать, пока чувства — тут невольно вырвался презрительный смешок — сойдут на нет?
А если не исчезнут?
Он выпил ещё один стакан, и ещё.
«Не-е-ет, я точно не собираюсь сидеть и наблюдать со стороны».
В этот момент Тони осознал, что шум воды, до этого звучащий где-то на фоне мыслей, стих.
Мужчина сделал глоток из бутылки, встал и, слегка покачиваясь, побрел по коридору: к заветной двери, за которой были слышны тихие шорохи.
Где-то на уровне подсознания билась мысль, что это неправильно, так нельзя. Но кто будет внимать подсознанию, тем более в состоянии Старка?
Как и предполагалось, дверь не была заперта, ручка легко поддалась, а петли не издали ни единого звука, бесшумно впуская мужчину в мягкий полумрак комнаты.
На фоне сумеречного света из окна ясно выделялся силуэт. Тонкие бледные блики играли на гладкой мальчишеской коже, обводя контуром перекатывающиеся мышцы и стройную фигуру.
Зрелище безумно притягивало, и так же сумасшедше возбуждало Старка получить не только эстетическое удовольствие.
— А… Мистер Старк? Что случилось? — парень накинул на еще чуть влажное тело футболку, при этом приводя в беспорядок русые локоны, и сейчас выглядел очаровательно растерянным.
— Ты случился… До чего же… — остановился, выдохнул сквозь стиснутые зубы.
Он не мог вот так играючи переступить ту черту, которую создал сам для себя.
Но с другой стороны… Как же чертовски тяжело было просто стоять и смотреть на окончательно сбитого с толку юношу, беспомощно хлопающего своими по-девчоночьи пушистыми ресницами.
— Мистер Старк, что вам нужно? — в голосе парня появилась слабая дрожь, он начал нервничать.
— Тони, просто Тони, — собственный голос прозвучал хрипло.
Он знал, что от него на милю несёт алкоголем, но правда была в том, что так или иначе, это произошло бы независимо от степени трезвости. Независимо от того, как долго мужчина решал бы для себя, стоит ли делать этот последний шаг, его горячие, пахнущие спиртным губы накрыли бы чужие, принадлежащие не совсем обычному школьнику Питеру Паркеру.
Рано или поздно чуть шершавые мозолистые руки прошлись бы по такой соблазнительной, чуть смуглой коже под футболкой, притягивая и бескомпромиссно прижимая к себе за ладные бедра.
Малец притих, замер в кольце рук Старка, тем самым позволяя последнему дольше смаковать вкус зубной пасты, но спустя ещё несколько мгновений встрепенулся, отталкивая мужчину. Не рассчитал силу — последний попятился, покачиваясь, и все-таки не удержался на ногах.
Парень пулей вылетел из комнаты, в одних боксерах и футболке скрылся за дверным проемом, оставляя гения-изобретателя в гнетущем одиночестве.
***
К его огромнейшему сожалению, на следующее утро пришлось тащиться в школу. Его подвез Хэппи, как всегда хмурый и необщительный, впрочем, как и сам Питер сегодня.
Когда он вчера решился вернуться в комнату (он не сразу осознал, что блуждает по зданию полуголым), там уже никого не было. Та ночь оставила одни беспорядочные мысли и вопросы, а самого Паркера — в смятении и замешательстве.
Пожалуй, это стало одним из самых сильных шоков, которые он испытал за последнее время. А их было не мало.
— Эй, дружище, что с тобой? Домашку опять не сделал, с утра ходишь как в тумане, — на обеде к нему, как обычно, подсел Нэд, переходя на доверительный шепот, — что, опять злодеи хулиганят? Может, надо помочь их найти?
Да, если бы это были очередные негодяи… Юный герой потер глаза и неохотно выдавил из себя:
— Да, это злодеи. Но не беспокойся, я скоро сам их найду и разберусь.
Ну не расскажешь же правду?
«Знаешь, чувак, вчера я ночевал у Железного Человека и тот самый миллиардер Тони Старк полез ко мне целоваться. Это было опупеть как неожиданно, и я до сих пор задаюсь вопросом: "Какого черта?!" ».
Парень в очередной раз вздохнул и отставил обед — аппетит пропал напрочь, чего нельзя было сказать про соседа: со словами «Ты не будешь?» он ловко стащил с его тарелки сосиски. Паркер поспешил покинуть столовую.
***
Он не знал как себя вести, ни малейшей идеи. В памяти безжалостно четко отпечатались последствия, сохраняя все мелкие подробности. И, увы, он даже слишком хорошо помнил, какие податливые и мягкие были губы, как до одури хотелось, чтобы они ответили, раскрылись, впуская его. И как сейчас безумно этого хочется, и не только поцелуев.
За все время пребывания в другой стране Старка преследовало чувство вины. Он прекрасно понимал, что виноват в том, что напился как скотина, что пошел к мальчику, наверняка напугав его.
Виноват, что и сейчас думает вовсе не о заключении нового контракта на права обладания другой фирмой. Он все еще никак не может выкинуть из головы ощущение гибкого сильного тела под ладонями.
И вот, сидя в самолете, он не знает, что скажет Паркеру, как будет смотреть ему в глаза при встрече.
В любом случае, ему жизненно необходимо с ним поговорить.
***
Он пришел гораздо позже обычного, но это стало нормой за последние несколько дней. Возвращаться домой не хотелось, поэтому он до вечера бродил по пустынным улочкам, изредка вылавливая мелких грабителей, хулиганов и прочих преступников.
Сегодня тетя работала допоздна, он знал это, поэтому тихо открыл-закрыл дверь и бесшумной тенью проскользнул в свою комнату.
Переступил через порог и обомлел.
Каждый божий день с той злосчастной ночёвки он в тайне желал и одновременно дико боялся увидеть эту картину, увидеть перед собой Тони Старка.
Парню даже было немного интересно: испытывает мужчина ли хоть толику смущения от того, что вот уже в который раз появляется в его квартире без предупреждения, снова заставая врасплох.
Тот сидел на своем излюбленном месте, опустив плечи и сцепив руки в замок. Форменный пиджак висел сзади, на спинке, малиновая рубашка приоткрывала вид на ключицы и кусочек груди.
Сам Паркер выглядел так себе — Тони сразу это заметил — юнец осунулся, под глазами прочно залегли темные круги.
С минуту они обменивались взглядами. Тишину прервал низкий голос мужчины:
— Питер, нам надо поговорить… — лицо мальчишки исказила болезненная гримаса. —Пожалуйста, выслушай меня.
Школьник устало выдохнул:
— Мистер Старк, я знаю. Мне понадобилось какое-то время, но теперь я понимаю, что вы были пьяны, а я просто подвернулся под руку. Вы не виноваты, так что давайте просто забудем про это, ничего не произошло.
Парень швырнул рюкзак и упал на кровать, подкладывая под спину подушку.
Старк кинул на него виноватый взгляд.
— Питер… Прости, но это не было случайностью. Я знаю, что для тебя это дико звучит, но… Я… То есть… — мужчина тихо выругался, выдохнул и закончил — пожалуй, правильнее сейчас будет сказать, что ты мне очень нравишься.
Он чувствовал себя потерянным ребёнком, не мог подобрать нужные слова и от этого ещё больше нервничал.
Паркер посмотрел на него полу отсутствующими глазами, наверняка не сразу постигая смысл сказанного. А когда все-таки понял, его глаза стали совсем по-детски огромными.
— Но как так? Мы же… — в голове не хотела укладываться столь безумная мысль. Они же оба мужчины, тем более, что Питеру едва стукнуло шестнадцать! И, к тому же, почему именно Питер? Усталость как рукой сняло, в голове поднялся вихрь мыслей, вопросов.
Тони подождал, пока прекратится словесный поток, и спросил:
— Скажи… Тогда тебе было мерзко? Или, может, противно. Ну, если опустить тот факт, что от меня несло алкоголем.
Карие глаза следили за быстро сменяющимися мыслями, написанными на лице мальчишки. После недолгого молчания он смущённо ответил:
— Если честно, я не знаю. Все произошло очень быстро и неожиданно…
Тони плавно встал, медленно подходя, и, не встречая никакого сопротивления, сел совсем рядом с парнем.
— Я могу напомнить, — в позе Паркера появилась напряжённость, увидев негативный отклик в глазах, мужчина мягко заверил, — я не буду делать что-то против твоей воли, остановлюсь сразу же, как только ты этого захочешь.
Питер смерил мужчину долгим взглядом, колеблясь, и едва заметно кивнул.
Не разрывая зрительного контакта, Тони приблизился и заглянул в глубину темных, почти черных глаз, будто искал там ответ на какой-то вопрос. А после этого прикрыл свои, легко, едва ли не робко касаясь губ. Прижался теснее, оглаживая языком, целуя в уголки и снова припадая к ним, губам, словно мучимый жаждой к источнику.
Парень тоже закрыл глаза, сначала оказываясь в темноте, а потом под веками, казалось, вспыхнул фейерверк, голова кружилась от ненавязчивого терпкого запаха одеколона, стоящего, наверное, целое состояние.
Что-то под ребрами щекотно и приятно затрепетало, сами по себе зажглись щеки, отчего стало жарко.
Угадывая мысли, Тони освободил Питера от курточки, скользя теплыми ладонями по плечам парня, сжимая бока футболки с каким-то дурацким принтом.
От неудобного положения у Старка заныла спина, и он поспешил облегчить его, так что лишь спустя какое-то время Паркер осознал, что уже сидит на бедрах мужчины, позволяя ему вытворять ртом такое, отчего становилось жутко стыдно и одновременно сладко ныло внизу живота.
Почему-то освобождение от футболки показалось одуряюще приятным, а когда Старк перешёл на шею и ключицы, выводя пальцами узоры на лопатках, парень не сдержал томного стона.
— Ты маленький дьявол, ты знаешь об этом? — Тони усмехнулся, укладывая Питера на лопатки и подминая под себя. Впрочем, он все так же тесно умостился между ног юного супергероя.
Последнему было неловко смотреть в глаза своему кумиру, вот так, лежа под ним полураздетым, разгоряченным и опьяненным ласками. Но именно их хотелось больше всего: было приятно, было хорошо, поэтому, преодолев смущение, он потянулся за новым поцелуем, выгибаясь навстречу уверенным прикосновениям широких ладоней и длинных пальцев, скользящих по рельефу мышц живота и груди.
Паркер прикусил губу, чтобы не шуметь, но шорох простыней, влажные звуки поцелуев и сбитое дыхание прервал звук захлопнувшейся двери и тетушкино «Питер, я дома! Питер?»
Мутное сознание парня не сразу среагировало, а вот Старк, ухмыльнувшись, напоследок прижался к уже распухшим губам и, на ходу натягивая пиджак, выскользнул за дверь, громко здороваясь с Мэй.
Юноша несколько секунд смотрел на потолок, приводя дыхание в норму, затем вяло натянул футболку и вышел к активно беседующим.
Тётя была неожиданно бодрой, Тони как всегда ослепительно улыбался, исподтишка поглядывая на парня. От чая Старк отказался, ссылаясь на занятость и необходимость срочно уезжать. Питер пошел его проводить.
Едва они вышли из подъезда, мужчина завернул за угол, прихватив мальчишку, затем прижал его к стене. Но, вопреки ожиданиям последнего, ничего не сделал. Только тихо, хриплым шепотом сказал:
— Ты ни разу мне не возразил. Значит, не хотел, чтобы я останавливался? — Паркер почувствовал, как лицо обдает жаром… Снова.
Мужчина выжидающе молчал, Питер немного помедлил и, жутко смущаясь, согласился. Тогда Старк сократил расстояние между ними, со словами «Хороший мальчик» сладко целуя.
Тони еще некоторое время рассматривал осоловевшего подростка, после хитро улыбнулся и растворился в ночной тьме с тихим урчанием машины, надолго оставляя после себя запах дорогого парфюма и мятный вкус на кончике языка.
С того дня прошла неделя.
Как оказалось, в тот вечер Питер пропустил важную часть разговора: Старк приплел тёте с три короба. С утра она разрешила ему, Паркеру, переехать. Как позже выяснилось, он «очень способный мальчик, ему нужно развиваться. А в новом штабе Мстителей есть лаборатория со всем необходимым. Да и в школу будет проще добираться…»
В общем, очередную «стипендию» в особо крупных размерах парень вернуть не успел — Мэй потратила половину — поэтому спустя несколько дней он получил ключи от своей комнаты.
На возмущения мистер Старк… Тони ответил очередной ухмылкой со взглядом «ничего не знаю» и легким поцелуем в лохматую макушку. С тех пор они довольно часто выбирались на прогулки, развлечения и просто зависали в лаборатории.
Но мужчина ни разу не прикоснулся к мальчишке. Последний не знал как на это реагировать, что с этим делать. У них ведь отношения… Ведь так? Или он напридумывал себе?
Питер не знал, правда. Но чувствовал себя не очень: ему не хватало того, что давал Тони. Он дарил приятные ощущения. Он заботился о парне… Но как-то холодно, без особого подтекста.
Паркер не дурак, он понимал, что их отношения (или все-таки нет?) не вызовут восторг у общества, но даже в пределах их комнат тоже ничего не происходило.
Он ждал хотя бы намека от Старка. Но его все не было. Наверное, поэтому однажды мальчик просто взял и оказался на пороге чужой спальни, в пижаме, оробевший и в один миг растерявший уверенность.
Тони был как всегда вымотанным. Но заснуть не мог, зная, что долгое время в мыслях будут крутиться повседневные заботы, не давая покоя, а потом измучают кошмары.
Поэтому мужчина не спешил. А затем пришло это теплое сонное чудо. Заставило пойти в постель и попросилось улечься рядом.
— Я не помешал? И… можно мне с Вами сегодня? — Он мог только усмехнуться и утянуть его к себе, закутывая в свое одеяло.
— Значит, без меня не спится? — произнесенная вслух фраза польстила Старку. Он приподнялся, сбрасывая с себя футболку — его сосед по кровати проследил траекторию падения тряпки и сглотнул. Тони приблизился, не скрывая улыбки:
— Признай, соскучился, — он ласково поцеловал парня в лоб, прокладывая цепочку к губам, нежно глядя: «Пришёл-таки, сам».
Последний заерзал, неловко, но энергично отвечая. Старк снова оказался сверху, прижимаясь к бедру Паркера и давая почувствовать свое напряжение.
Стягивая с него почти расстегнутую рубашку, мужчина заметил, как тот подрагивает, а когда руки нырнули в пижамные штаны, оглаживая ягодицы, и вовсе задрожал.
— Чёрт… Знаешь, пропал настрой, так что не сегодня, — взгляд побитого щенка напротив раздражал Старка, потому что… в этом его вина. Не сам же мальчишка себя напугал.
— Но почему? — Паркер все-таки подтянул к себе рубашку и накинул на плечи.
«Почему? Он еще спрашивает, засранец мелкий».
Мужчина что-то прошипел под нос, сбивая с толку.
Тони вышел из комнаты, кинув последний взгляд на опустившего плечи и голову, виновато покрасневшего Питера.
***
— Так, герой, теперь выводи их на главную аллею, я приму «гостей» на подхвате, — отстраненный, чуть хриплый голос Железного Человека потрескивал в наушнике, пока Человек-Паук подгонял преступников к намеченной точке. Все шло хорошо до того момента, как они начали разделяться.
— О-о-о, ребятки, даже не думайте разбегаться, — как всегда весело проговорил юный супергерой, связывая всех сверхклейкими паутинами.
Ну, почти всех. Один увернулся и убежал, тут же запрыгивая в так вовремя подоспевший автомобиль.
Конечно, Спайдермен тут же пустился в погоню. Но не учел один момент: по нему открыли пальбу. Парочка пуль подскочила мимо, оцарапав кожу. Голос Карен начал предупреждать об опасности и ранениях, отвлекая большую часть внимания.
Мимо на огромной скорости пролетел Железный, играючи отрывая крышу автомобиля и вытаскивая преступников на свет божий. Машина — её не покорёженная часть — съехала в обочину, тормозя о ближайший столб.
Мститель опустился на землю, выходя из железного нутра, которое по-прежнему крепко держало злоумышленников. Когда костюм вернулся в исходное состояние, мужчина проговорил:
— Пятница, доставь их всех в ближайшее отделение полиции, потом возвращайся на базу, — система издала согласный звук и улетела. Старк на пятках повернулся к едва подоспевшему, еще не отдышавшемуся парню.
— И как это назвать? Мы о чем договаривались? — голос мужчины нервно вибрировал, пока глаза тревожно бегали по царапинам на чужом теле.
— Простите, мистер Старк, виноват. Мне очень повезло, что Вы оказались рядом и схватили их.
Мальчишка виновато погладил затылок, обтянутый тканью. Тони снова зашипел.
— Да плевать на преступников! Что было бы, если бы тебя серьезно ранили? Ты о себе подумал?! — он выдохнул, взъерошивая короткие волосы пятерней.
Виноватая мина подростка сменилась возмущенным негодованием, он вошел в раж, едва ощутив, как надавили на больную мозоль.
— Вы в последнее время мне ни одного серьезного задания не дали. А те, что есть, мы выполняем вместе. Да и вообще, при чём тут я? Мне не десять, и я способен о себе позаботиться!
Паркер беспечно стянул с себя маску.
Мужчина кинул на него утомленный взгляд. Его хриплый голос резанул смыслом слов.
— Ты все такой же малолетка. Видимо, зря я…
Весь вид парня ясно давал понять, что сейчас Тони прилетит в нос. И черт возьми, это было бы трижды справедливо, но он не мог уже остановиться. Не мог не высказать все сомнения и сожаления, глядя прямо во влажные от боли глаза, плотно стиснутые зубы и губы.
Питер просто развернулся и ушел, вот так, ничего не говоря, оставляя на совести паршивый осадок.
Конечно, вечером в штабе его уже не было. Как оказалось, у тети тоже. Тони волновался, и это слабо сказано. Но искать не стал. Ему ведь не нужна забота, он же уже взрослый мальчик.
Мужчина направился к подзабытому за последнее время бару.
***
И кого он, интересно, обманывал?
Четыре дня от мальчишки ни весточки, ни напоминания.
— Чёрт возьми! — брюнет стукнул кулаком в руль, вздрагивая от неожиданного сигнала.
Чипа снова не было на месте. В городе все тихо. Но ни слова о красно-синем спасителе.
Нужно было срочно найти мальчишку.
***
Он бесшумно подкрался поближе, ловя отрывки диалога между заказчиком и его, Питера, заданием. Но по-прежнему ничего не было слышно. Нужно выбрать позицию еще ближе, но где? Все остальное пространство заливал свет.
Мысли прервал неожиданно четко и внятно прозвучавший низкий голос:
— Вот и встретились паучок, попался ты в мои сети, — по спине пошли мурашки от прокуренного смеха, — советую не рыпаться, ты под прицелом нашего снайпера.
Он скорее почувствовал, нежели увидел красную точку на себе. После команды пришлось выйти из укрытия с поднятым руками.
Но теперь он был на максимально близком расстоянии от жертвы, оставалось надрать всем задницу.
— Сюрприз, — Питер ловко увернулся от пули, в два прыжка приближаясь к главной цели.
И почти достиг её, но вот незадача — у босса куча огромных головорезов, вооруженных до зубов. На драку ушло слишком много времени — объект скрылся с места, но к сожалению, его телохранители — нет.
Сильнее всего об этом Паркер пожалел после того, как в челюсть прилетело несколько мощных ударов, а в ногу — пуля, полностью выводя из строя.
Ему не удалось сбежать.
Он отключился и периодически приходил в себя, лишь затем, чтоб его снова избили и он снова потерял сознание.
Ненадолго — они знали толк в пытках и убийствах.
Маска давно валялась в стороне, но не для того, чтобы узнать личность, нет. Они просто хотели видеть его слезы, его страх.
В моменты, когда они причиняли адскую боль, заглядывая в глаза, он думал о Старке, каждое мгновение. Хотелось верить, что он придет, спасет его.
Но нет, каждый раз никто не приходил. Каждый раз он слышал сальный гогот и звук капающей крови.
Когда парень вновь едва разлепил веки, он услышал, как сквозь восьмибитное эхо:
— Парни, пора его кончать. Босс дал нам время, оно истекло, — хмурый лысый тип, стоящий все время в сторонке, достал кольт и направил его точно в голову подростка.
Он почувствовал, как холодное дуло надавило на лоб, чувствовал, как боль прошивает все тело… Чувствовал, что очень хочет увидеть Тони.
И он пришел, на сей раз, будто услышав, ворвался и перебил всех, кто делал ему больно. Или ему это только приснилось?
Неужто теплые мозолистые руки, держащие лицо, тихий тревожный голос и знакомые карие глаза — бред затуманенного пытками мозга?
Нет, ветер, треплющий кожу реален. Яркий свет реален. И его спаситель тоже.
Он снова вырубился, теперь не боясь проснуться снова под взором смертельной опасности.
***
Комната, которую он увидел при пробуждении, была ему знакомой. Это та комната, которую ему дал мистер Старк… с которой для него все и началось.
На кресле рядом сидел мужчина. Утомленный, обессилевший, но спокойный. Он отложил телефон и тут же наткнулся на открытые глаза, уже ясные и не пустые.
— Питер… — он навис над мальчиком, с минуту глядя в карие омуты напротив. Затем сел — на самом деле упал — обратно, потирая переносицу.
— Как ты меня напугал. Малец, о чем ты думал, пойдя на одного из самых опасных шишек этого преступного города?!
Парень облизнул пересохшие губы, тихо извиняясь. В глазах плескался немой вопрос. И Тони его понял.
— За анонимность не беспокойся, с этим я разобрался. Поверь, эти ублюдки еще долго не смогут заговорить.
Он понизил тон, накрывая ладонью руку парня.
С минуту они обменивались взглядами: благодарный напротив любящего, а после — улыбками.
— Мистер Старк, я вас люблю.
Мужчина склонился над мальчишескими губами, тихо шепча в полусантиметре от них: «Придурок… Я тебя тоже».
****
— Как видишь, я свои обещания сдерживаю, — Старк подмигнул своему компаньону, — а сейчас даю еще одно. Если закончишь школу на «отлично», разрешаю взять любую тачку из гаража.
На бурное восхищение подростка Тони лишь довольно ухмыльнулся, заворачивая к их домику, который они сняли на зимние каникулы Пита.
Просто Рождественский подарок, без задних мыслей, честно.
Для Паркера вечер был просто фантастическим. С утра они поехали в город, шатаясь по округе, заглядывая в сувенирные лавки и перекусывая в уютных кафешках, перестроенных на зимний праздничный лад.
И вот сейчас, укутанные в один плед, они развалились у камина, потягивая глинтвейн.
Конечно, на Старка он ничуть не подействовал — тот весело рассказывал о курьёзах на работе, уткнувшись носом в порыжевшую от света пламени шевелюру Паркера. А вот последнего развезло, поэтому тот слушал, рассеянно поглаживая чье-то колено.
Он и сам не знал чье, и не хотел.
Все действия были плавными и ненавязчивыми.
Вот они лежат у тёплого огонька, слушая свои голоса, вот Тони отставил их стаканы подальше, укладываясь рядом и обнимая.
Парень пропустил тот момент, когда легкие поцелуи зажгли что-то внутри, отчего невольно хотелось отвечать.
Неторопливые ласки и мягкий баритон, говорящий нежности, распалили собственный камин, поглотили тьмой зрачков, в которых тонули даже блики костра. Питер позволил Тони быть сверху, отдался шершавым рукам и обветренным губам, сладко выцеловывающим стоны удовольствия. Пальцам, ласкающим давно зажившие синяки и раны.
Этим самым карим глазам, следящим жадно, неотрывно за каждым сантиметром кожи, которую он согревает своими большими ладонями.
Разомлевший от ощущений, Питер раскрывается, отдается во власть возлюбленного. Ему немного неловко вот так, спиной к нему, широко расставив ноги. Но это хорошо, даже когда внутри скользко и влажно. Даже когда пальцы заменяет сам Тони, оглаживая талию, спину, трепещущие бедра. Тихо и хрипло стонущий от тех ощущений, которые ему дарит сам Паркер. А после уже оба, почти в унисон.
Он хочет видеть Старка.
Тот почти не останавливается, переворачивает парня, прижимая к себе, завлекая в страстный поцелуй. И он подаётся навстречу, обнимает в ответ, выгибаясь с кошачьей грацией.
Перед глазами танцует, кружится деревянный потолок, мелькает раскрасневшееся лицо Тони, освещенное тёплым светом.
Прежде чем забыться в удовольствии, он ловит его губы, шепча то, что наверняка утром будет всеми силами отрицать.
Они не отпускают друг друга, так и засыпают среди морозной рождественской ночи, пропитанной запахами имбиря и ванили, потрескивания дров, колокольного звона и смеха.