Глава одиннадцатая.
Постепенно я привыкла к косым взглядом, которые сопровождают меня, пока я иду к своему кабинету. Я не задумываюсь о том, что они говорят как только я прохожу мимо. Я гордо поднимаю голову с осознанием того, что если они шепчутся обо мне, значит моя жизнь в сто раз интереснее их. И этим нужно гордиться.
Я тактично больше не предлагала никому обедать со мной. Не хочу заставлять их выдумывать оправдания отказа или вынуждать себя. Но Натали и Том сами предлагали мне с ними ходить. Это было очень приятно. Мне нравилось слушать то, как Том жалуется на своего нового парня и бесконечные истории Натали.
В среду я решила порадовать своих девочек и приехала к ним на квартиру. Мы пробыли весь вечер вместе, как в старые добрые времена. Но Хеллен была какой-то грустной. Когда я спрашивала её об этом, она отмахивалась и говорила, что проблемы на работе. Я вижу, что это более личное и это очень гложет её. Но еще я вижу, что она не хочет говорить об этом, а я не хочу заставлять её.
***
- Правда, здорово!? – Визжит Миа в трубку. Я отодвигаю телефон потому, что так можно оглохнуть.
- Попытайся объяснить нормально. Пока я ничего не поняла из твоего объяснения.
Я занималась очередным заданием от Марка, когда позвонила Миа и начала что-то кричать в трубку. Я разобрала только несколько слов. Катер, уикенд, весело, три пары. Кокой-то бред несвязный.
- Что тут непонятного? – Даже не видя Миа, я могу поклясться, что сейчас она закатила глаза. – Я уговорила маму разрешить мне взять наш катер на выходные. И теперь мы все можем поехать. Здорово?
- Я не знаю...
- Ну, соглашайся!
- Мне нужно поговорить с Джеймсом. – Хорошее оправдание.
Нет, я не против поехать на прогулку на катере и провести выходные с друзьями, но... Я не знаю, но мне просто хочется побыть дома. Залезть под плед с кружкой горячего шоколада и своей любимой книжкой.
- Я знала, что ты так скажешь, поэтому уже позвонила Джеймсу. Он сказал, что это отличная идея.
- А Хеллен? Они с Джоном едут?
- В этом и проблема. Хеллен сказала, что поедет только, если поедешь ты. А Джон так же сказал про Джеймса. У них какие-то проблемы и может это поможет им. Ради Хеллен? – Миа! Знает же, что в таком случае я точно не откажу, и бьёт по самому больному.
- Хорошо. – Нехотя отвечаю я и слышу радостный вопль Миа. Хоть кого-то я сегодня порадовала.
Мы решили выехать в пятницу, чтобы всю субботу провести на катере, а воскресенье вернуться. Пришлось брать выходной. Марк только посмотрел на меня и кивнул. Это меня очень бесит. Неужели он не хочет накричать на меня за такое. Я долго отсутствовала, замужем за его главным конкурентом и врагом детства. При моём шатком положении с образованием, меня тут вообще не должно было и это прекрасный шанс, который выпадает единицам. А я еще выходной беру.
Еще у меня дикое желание наорать на Джеймса за то, что он не отказал Миа. В целом он не виноват. Он думал, что я обрадуюсь этому и буду рада провести время с друзьями. Но всё равно хочется накричать на него за это, а я даже не понимаю почему.
Весь вечер в четверг я собирала нам с Джеймсом вещи на два дня. Это тоже меня злило. И то, что он сейчас работает в своём кабинете, как ни в чём не бывало. Пока я складывала вещи в сумку, пыталась понять причины такой агрессии и смены настроения. Увы, но не один из выводов не сложился, поэтому я решила принять горячую ванну после того, как закончила с вещами.
У родителей Миа есть маленький коттедж на берегу залива в двух часах езды от города. Когда я говорю маленький, то подразумеваю, что он маленький для них. На самом деле он просто огромен, хотя очень аккуратен.
В одну машину мы бы всё равно не влезли, поэтому Джон повёз Миа и Хосе в своей, а Хеллен поехала со мной и Джеймсом. Это опять стало тревожным звонком, и я задалась вопросом, всё ли у них хорошо? Надо с ней поговорить об этом. Не хочу, чтобы она ходила грустная. Всю дорогу она просто смотрит в окно. По лицу видно, она погружена в свои мысли и погружена очень глубоко.
- Ты сегодня какая-то хмурая. – Говорит мне Джеймс.
- Нет. Просто уставшая.
- Я всегда знаю, когда ты врёшь.
- Почему ты согласился поехать?
- Что? – Джеймс бросает на меня быстрый взгляд и переводит его обратно на дорогу.
- Ты согласился перед тем, как обсудить это со мной.
- Я думал, что тебе это понравится. Ты скучала по всем, когда мы путешествовали, и я мне показалось, что совместные выходные порадуют тебя. И я не давал Миа согласия. Я сказал, что это хорошая идея, но последнее слово за тобой.
- Мне не нужно последнее слово. Мне нужно, чтобы ты решил обсудить это со мной, а не решать за меня или скидывать всё на меня.
- Я не понимаю, что сделал не так.
- Всё ты сделал так. – Огрызаюсь я и снова отворачиваюсь к окну.
- Ты не хотела ехать?
- Возможно.
- Тогда зачем согласилась? Могла просто отказаться или попросить Миа собраться в другое время.
- Ты уже дал своё согласие. И если бы я отказалась, Миа бы расстроилась и разозлилась на меня.
- А что я должен был ответить? Извини, но я не знаю, какое сегодня настроение у моей жены? Будет она себя вести, как стерва или нет? Так ты себе представляешь?
- Я стерва!?
- Нет! Но сейчас ты очень хорошо её изображаешь.
Я снова отворачиваюсь к окну и чувствую, что к глазам подступают слёзы. Как он может меня еще оскорблять? Ведь я его жена. И если верить его словам, он любит меня. А теперь сидит и выставляет меня, будто я виновата во всём.
- Вики, да что с тобой? – Джеймс замечает, что я почти плачу.
- ПМС! – Громко говорит Хеллен. – Когда она жила с нами было еще хуже. Мы к ней даже не подходили. А во время месячных просто кивай, когда она будет кричать. Потому что она будет только кричать.
Чёрт! Точно. У меня же должны начаться месячные. Отсюда и идёт меланхолия и эта ужасная злость на весь мир. Теперь я поняла, что в действительности вела себя, как стерва. И мне жутко стыдно перед Джеймсом. Я накричала на него за какую-то ерунду и выставила дураком. Отличная из меня получается жена.
- Прости. – Тихо говорю я, а слёзы текут по щекам. И почему я стала такой размазнёй? Чуть что, сразу плакать. – Я не хотела кричать. И я рада, что мы поехали. Спасибо за это.
- Не расстраивайся. Я понимаю. Один раз мы уже сталкивались с твоими гормонами. – Усмехается он, а я не могу не улыбнуться.
- Ого! – Снова подаёт голос Хеллен. – Слёзы и извинения? Это что-то новенькое.
- Заткнись!
- А вот это моя Вики.
Я была в доме родителей Миа всего один раз. Тогда она устроила вечеринку на своей день рождения. Но вечеринка вышла за рамки дозволенного её родителями и дом, и имущество понесли ущерб. После этого родители категорически запретили дочери приводить сюда друзей. Но видимо условия о том, что с нами будет ответственная Хеллен, растопило их сердца и нам сделали исключения.
В доме есть гораздо больше, чем нужно для обычного удобства. Небольшой домашний кинотеатр, бильярд, домашняя сауна, бассейн на улице и джакузи. Родители Миа и она сама привыкли к дорогой жизни. Иногда я удивляюсь, как она может жить в нашей – в их с Хеллен – маленькой квартирке, и ей может быть удобно.
Вечером мы решаем все вместе устроиться в джакузи. Оно достаточно просторное и можно отрегулировать температуру, чтобы было не холодно. После этого мы выбираем, какой фильм посмотреть. От меня не ускользает того, что Джон и Хеллен сидели рядом, но как-то отстранённо друг от друга. Словно пытались отодвинуться как можно дальше и это общество их тяготит. Нужно не забыть узнать у неё, что с ними происходит.
На следующий день мы с самого утра отправляемся кататься на катере. Он гораздо больше, чем я думала. И красивее. Когда мы поднимаемся на борт, я понимаю, что никто из нас не умеет управлять этой штукой. Удивляюсь, когда Хосе говорит, что он умеет. Он проводил тут много времени с Миа и её родителями, а папа Миа хорошо разбирается в катера и лодках и умеет ими управлять.
Весь день мы не отплывали далеко от берега. На некоторое время останавливались, и катер был в свободном плаванье. Теперь я стою у края борта и смотрю, как красное солнце, наполовину скрылось в воде. Почему я вообще не хотела ехать? Всё так замечательно. Лучше и быть не может. Кроме одного. И это одно как раз стоит недалеко от меня.
- Красивый закат. – Говорю я Джону и становлюсь рядом с ним.
- Да. – Соглашается он и отпивает что-то из стакана. Что угодно готова поставить на то, что это бурбон.
- Что у вас с Хеллен? – В лоб спрашиваю я. Зачем начинать издалека, если всем очевидно, что что-то не так.
- Всё хорошо.
- Да ладно? – Он знает, что меня трудно провести, но попытка не пытка.
- Не лезь. – Бросает он и допивает остатки из своего стакана.
- А я буду. Потому что вы мои друзья. И вы оба мне дороги. Когда мне нужна была помощь с Джеймсом, вы были рядом и теперь я хочу отплатить тем же. Я хочу помочь вам. Так что случилось?
- Всё сложно. – Вздыхает он и устремляет взгляд полный печали на горизонт.
- Многозначный ответ.
- У меня раньше такого не было. – Признаётся он. Мне кажется, что скорее себе, чем мне, но я всё равно слушаю и не перебиваю. – У меня никогда не было настолько серьёзных отношений с девушкой. Не было такой привязанности. Такой любви. И это...пугает. – Тихо добавляет он.
- Чем же?
- Если я расскажу тебе всю правду наших отношений, ты меня убьёшь.
- Попробуй. – С сомнением говорю я. Что там может быть такого?
- У нас не было серьёзных отношений. Я сразу дал понять, что она мне понравилась, но это ничего не значит. Когда она призналась, что любит, я ответил, что это ничего не меняет...
- Да ты просто!..
- Я же сказал, что ты захочешь меня убить. – Произносит он. Ладно. Пусть живёт до конца рассказа. – Но Хеллен не выгнала меня и не убежала сама. Мне стало интересно почему, а она сказала, что хочет провести со мной как можно больше времени и запомнить это до конца жизни.
Джон смотрит вперед и продолжает над чем-то думать. Он углублён в свои мысли. Мне хочется треснуть по голове его за то, что он так поступал с Хеллен, но этот его печальный взгляд останавливает меня.
- Что же потом? – В нетерпении спрашиваю я.
- Потом я полюбил её.
- Так в чём проблема?
- Ненавижу привязываться к людям. Я всегда думаю, что если привяжусь, это остановит меня на месте, и я ничего не добьюсь.
- Тогда в квартире ты сказал...
- Что люблю её. Да. Но ей я не сказал.
- Ты должен.
- Не могу. Люди становятся очень глупыми, когда поддаются своим чувствам, и их эмоции управляют их поступками.
- Ты пытаешься сказать, что я глупая? И мои эмоции руководят мной?
- Ты другое дело. – Отмахивается он, а мне становится очень любопытно, почему меня он выделяет? Увидев вопрос в моих глазах, он начал пояснять. – Твоё отношения к привязанности и чувствам схоже с моим. Ты впускаешь Джеймса в свою жизнь, но продолжаешь быть осторожной. Это говорит опыт от развода твоих родителей. Правда, я до сих пор удивлён, что ты вообще пустила его в свою жизнь.
- Джеймс тоже осторожен. У него был неудачный...
- Опыт в пятнадцать лет! – Заканчивает за меня Джон. – Это глупо. Все любили кого-то в пятнадцать и всем разбивали сердца. Он не знает настоящих проблем. Просто накрутил себя из-за ерунды.
- Не правда! Я не любила в пятнадцать. И мне не разбивали сердце.
- И мне. – Усмехается он. Гад!
- Мы отвлеклись от основной темы разговора. Ты и Хеллен.
- Не хочу это обсуждать. – Отмахивается он и отворачивается.
- Тогда не надо! Просто слушай. От этого нельзя убежать. Я долго пыталась, но в конечном итоге встретила Джеймса и поняла, что, сколько бы я не бегала, всё равно это догоняет. И это происходит по-разному. Сначала я медленно влюблялась в Джеймса. Постепенно, в каждою мелочь. А потом меня, словно по голове ударили, когда я поняла, что люблю его. Я хотела отрицать. Думать, что это просто моё воображение играет злую шутку. Внушала, что это не любовь, а любовь это зло. Но это глупо.
Сколько бы я себе не внушала, это было бесполезно. Джон. – Он снова поворачивает голову в мою сторону. – Я видела, какой ты рядом с Хеллен. И какая она рядом с тобой. Когда-то ты мне говорил то же самое про меня и Джеймса, но я не понимала. Теперь я возвращаю тебе твои слова и говорю, что ты станешь самым большим глупцом на свете, если бросишь Хеллен. Ты выделили меня из толпы людей, которые позволяют эмоциям руководить их действиями. А почему ты не можешь стать таким же исключением?
Говорить что-то еще не нужно, поэтому я просто разворачиваюсь и отправляюсь на поиски Джеймса. Сейчас больше всего я хочу прижаться к нему и понять, что всё это действительно не зря, что риск того стоит и что он оправдывается.
***
Трудно было вернуться к работе, после таких замечательных выходных. Теперь мне кажется, что я была последней идиоткой, когда хотела отказаться ехать. И полнейшей стервой, когда наорала на Джеймса. Он же ни в чём не виноват. Я все выходные извинялась перед ним, а он заверял, что не злится.
Трудно было сконцентрировать внимание на отчёте, который мне принесла Натали. В мыслях я всё время возвращалась на катер. Надо как-то собраться. Мало того, что я пропускаю работу, так еще и отвлекаюсь.
Когда я, наконец, собралась с мыслями, на столе зазвонил телефон. Тэд. Странно.
- Алло. – Отвечаю я.
- Вики ты можешь подъехать в Центральную больницу? – Без приветствия говорит он.
- Что? Зачем?
- Вики прошу. – Огрызается он. – Без вопросов. Просто приезжай. Не хочу говорить с тобой по телефону.
Он даже не даёт мне возможность ответить. Просто сбрасывает вызов. Это заставляет меня волноваться еще больше. Он никогда так не разговаривал со мной. Это я всегда была раздражительной и на всех кричала, а Тэд был сдержан.
Я знаю, что должна предупредить Марка. Или хотя бы попросить Натали предупредить его, что я ухожу. Но мне так страшно, что случилось что-то ужасное. Я чувствую это. Пока я еду в такси в голове мелькают разные мысли. Кто-то умер? Только не это! А может Тэд преувеличивает? Может там что-то незначительное, а он принял это слишком близко к сердцу? Сомневаюсь. Он бы не стал так пугать меня.
Когда я вхожу в здание больницы, то на первом этаже вижу Тэда, который ждёт меня.
- Что случилось? – Спрашиваю я, как только подбегаю к нему.
- Не паникуй. Успокойся.
- После твоего звонка я не могу быть спокойна. – Кричу я. Он еще мне на нервы действует.
- Пошли. – Он грубо хватает меня за локоть и ведёт в сторону лифтов. Пока мы поднимаемся на седьмой этаж, Тэд молчит. Когда створки лифта раскрываются, я читаю вывеску.
- Отделение интенсивной терапии!?
Тэд не обращает внимания, а тащит меня дальше по коридору. Я замечаю Райана, Сару с маленьким Максом на руках, Рэя. Что всё это значит? Не хочу больше быть в неведении, поэтому вырываю руку из хватки брата и поворачиваюсь к нему.
- Объясни, в конце концов, что тут происходит!? – Чётко и громко прошу я. Моё терпение уже на пределе.
- Виктория. – Я оборачиваюсь и смотрю на Райана. Он небрит и одежда на нём мятая. Он выглядит очень помятым и усталым. – Дело в твоей маме.
- Что с ней? – Рычу я. Почему они продолжают издеваться надо мной? Нельзя сказать сразу всё, как есть?
- У неё рак мозга.