Красная лента.
AU - в котором Дима и Мирослав являются соседями по комнате, в одной шараге.
В последнее время полнейшая печаль стала наполнять прозрачную чашу Мирослава холодной ртутью. Впервые впечатления на резкую смену настроения создавались необычные. А из-за чего все это? Одиночество.
В тот момент Мира оторвался от всего мира, казалось, что сама жизнь проходит сквозь него...
- Ты будешь чай допивать?
Над ухом после всех раздумий стал доносится голос парня, с которым Мирослав учился в одной и той-же шараге.
Типичный друг-сосед по несчастью, с которым его свела общая дорога в универ.
- А чë тебе-то?
Мирослав поставил эту же чашку с чаем, правда уже с холодным, на стол напичканный разными бумагами и хламом.
- Тестировал твой слух, - Дмитрий же ставит стопку книг, с которой он зашел в комнату после очередных пар, на стол, находящийся у его собственной кровати-дивана, открыл одну книгу из стопки. Не замечая того, как и сам сильно устал.
- И чë мой слух тебе говорит?
Мирослав с презрением и неким таким, удивлением во взгляде поворачивается на своей табуретке, которая и не табуретка вовсе, к другой половине комнаты, на которой жил Дима.
- То, что ты либо глухой, либо опечален чем-то, - не отрываясь от книги произносит Дмитрий, заканчивая фразой. - Я так понял, чай ты не будешь?
Мира и сказать ничего не успел как оглянулся на свою кружку с чаем в руках соседа по комнате и обреченно вздохнул со свистом: допивай. В благодарность чего получил половину пирожка с яблоком на салфетке из столовой.
- Купил на выходе, думал ты голоден, - Дима опускает "мордочку" в чашку и делает глоток, резко морщась от кислоты и горького вкуса. - Фу, блять, ты чай без сахара пьешь?
Мирослав в неведение смотрит на салфетку с половиной его будущего обеда и думает, почему к нему проявили солидарность и что он мог такого хорошего сделать.
- Сахар кончился, - не отводя взглядов от своего стола как-бы "в пофигизме, но нет" отвечает Дима, пялясь в сенсорный экран телефона на столе, который включился от пришедшего уведомления.
- Ничего сам найти без меня не может.
Дмитрий закатывает глаза от усталости и лени, разворачивается и шагает в свою сторону комнаты, и ищет мешочек поочередно шурша чем-то в ящиках.
Вообще, Мирослав не мог не подметить что Дима был действительно классным. Одним из тех соседей, с которыми не хочется расставаться при переездах. Как давний бакуган из под дивана, который жаль выбрасывать. В общем он был не парень, а золото. Так же в народе говорят про таких как он? Несмотря на его доброту и все остальное, у девочек он особой популярностью не пользовался, что не скажешь про Мирика, по которому пол шараги красавец сохло хрен знает почему. Если бы не повод искать сахар в мешочке, Мира бы с радостью продолжал бы наблюдать за веляющей по половине комнаты тушкой. Красивой? Да. Но тушкой. Хотя, даже не смотря на то, что Мира там думает у себя в голове. В отражении экрана компьютера он уже больше минуты смотрит как завороженный за изящными и тонкими ножками, которых почти что до колена обтягивает черная толстовка. Что выглядит довольно...
- Ты чего смотришь? - Дима еще лазит по шкафáм на верхних полках, но не может не подметить что чувствует на себе взгляд собеседника. Даже и не зная что этот вопрос сильно так, встряс сердце Мирослава.
- А было бы на что, - ловко выкручивается из ситуации замкнутого капкана Мира. Поворачиваясь за свой стол, кусает пирожок, избегая разговора.
- Раз так пристально смотришь, значит есть на что? - Дмитрий тихо улыбается и разворачивается назад, расставляя руки по бокам. - Любуешься, м?
Мирослав прожевал откусанный кусок с неясным выражением лица, но было понятно, что в голове у него разом крутится весь набор шестерёнок, отвечающий за быстрое мышление. Придумывать ловкий ответ времени не было, поэтому Мира честно выдал:
- Может и так.
Сердце парня в толстовке забилось чуть-чуть быстрее обычного. Мира не часто, что значит не часто? Никогда так не отвечал на подобные подколы, скорее, вежливо молчал очередной стëб или нелепый подкат в его сторону. К тому же, немного странно, что Мирослав-хладнокровный пыл, внезапно разбавил неловкую паузу своим подчиванием, явно чтобы избежать разговора. Хотя нет, странно то, что Дима начал нервничать и смущается от парочки комплиментов от него.
-..Ну, я... Ага, - Дмитрий даже растерялся, обычно он придумывал ещё сотню ответок на каждое слово Мирика, однако сейчас в голову лезла лишь чушь.
Дима не находит слов что можно было бы сказать Мирославу, поэтому просто коротко отвечает. Сползает ногами с кровати-дивана и, надеясь, что никто не заметит, зарывается в одеяло как ребенок и чуть дышит. Похож на мальчишку которого сильно засмущала девочка в детском саду словами: "Ты красивый."
Ну как девочка.
Мужчина.
Наступает действительно минута неловкого молчания: Мира молчит потому что думает что Дима сейчас заснет после пар, а Дмитрий молчит потому что не хочет портить момент.
Оба еще такие юные, неопытные.
- Что ты как гусеница завëрнут? Засмущался?
Мира не мог пройти эту тему и улыбнулся, забывая про тяжкий период жизни связывающий его плотной веревкой со смертью.
Дима не отвечает, Дима правда очень устал после пар и действительно, стал погружаться в кратковременный сон. Странные эмоции заставляют сердце биться чаще.
- Ты только на следующие пары разбуди, пожалуйста, - мычит в одеяло Дмитрий, завернувшись в него с головой.
- Да будь что будет.
Мирослав встает из-за своего стола и сразу же открывает тумбочку под лампой около подоконника, находя тот самый мешочек.
- Сахар в тумбочке.
- Я же там смотрел уже, - сонной нотой тянет собеседник, уставший и измученный за день.
- Значит плохо смотрел, - фырчит Мира и скрипит носками по поласу, направляясь к выходу из комнаты.
- Ты куда? - Дмитрий лениво поднимает голову в сторону звука не открывая глаз.
- Пойду найду где там твоя голубая лапка, а то спиздят ее.
- Если её украдет твоя очередная фанатка, то передай ей что ты со мной и шли ее нахуй!
- Обязательно...
Мирослав смотрит на эту картину и не может не умилится. Дима воистину выглядит как ребенок, немного уставший правда, но это ничего. Ни одна девушка с шараги с ним не сравнится, сам решает для себя Мирослав, совершенно не осознавая, что вот оно, совсем рядом: лекарство от его пустоты внутри.
Выходя из комнаты он даже не знает что дальше все будет лучше, чем было.
Да. Одиночество привязало его к себе верëвкой. Это без вариантов.
Но Дима привязал его к себе красной лентой... Лентой под названием любовь.