Часть 31
— Неужели я сейчас реально этим занимаюсь?
Я сидела за рабочим столом, по привычке прижав к туловищу левую ногу, и таращилась скептическим взором на ноутбук. Его небольшой экран был единственным источником света в комнате, ведь для конспирации даже окна зашторила, чтобы никто не увидел, какой хернёй я на ночь глядя страдала.
С одной стороны: Ира, алё, второй этаж, кто захочет следить за тобой? Но с другой… Есть один фрукт, что любит ползать по стенам и проникать в чужие квартиры. И именно из-за него в строке поиска был вбит запрос: «как понять, что человек одержим дьяволом». Как я пришла к выводу, что внутри Разумовского сидел хуебес? Просто перестала искать логику и пошла во все тяжкие.
Мне святого отца вызывать придётся, чтобы он беса треклятого изгнал. Того самого, что в Очень страшном кино 2 сказал «Ну нахер».
Глубоко вздохнув, я закрыла очередной сайт со статьёй про историю экзорцизма и признаки одержимости по мнению ватиканских священников. Но Разумовский не подошёл ни по одному пункту списка людей, что попадали в вероятность стать сосудом для злого духа. Он не был ни сатанистом, ни женщиной средних лет, увлекающейся чёрной магией и гаданиями, ни ребёнком, зачатым во время ритуала.
Отпив большой глоток второго по счёту энергетика, кликнула по клавише и перешла на следующий сайт. Даже если отбросить причину моих поисков, читать статьи на данную тему оказалось довольно увлекательно. Но где-то в середине текста я пробежалась глазами по непримечательной строчке о том, что в средние века одержимость часто путали с психическими заболеваниями и приступами эпилепсии. Изогнув бровь, вслух промычала:
— Психические заболевания… — и почесала прилично отросшими ногтями подбородок.
Что ж… Такая версия тоже имела место быть. Я окинула прищуренным взглядом смятый детский рисунок Серёжи по правую сторону от ноутбука, словно его вытащили не из рукава, а из жепы. Этот чёрный ворон, изображённый мальчиком — ответ на все вопросы. Не зря же Чумной Доктор просил называть себя Птицей. Но какой конкретно из отделов психических заболеваний мог мне помочь? Шизофрения? Где-то сейчас чихнул Пучков.
Совершенно не ведая, где копать и насколько глубоко, я вновь полезла в Интернет. За изучением терминов психических заболеваний, их разновидностей и симптомов я просидела в общей сложности более двух часов. В лишний раз убедилась, что отказ сдавать ЕГЭ по биологии с химией и поступать в медицинский были лучшими решениями в моей жизни.
Когда время перевалило за десять вечера, а мозг по расписанию превратился в тыковку, уже собралась плюнуть на данную затею и поддаться течению обстоятельств. Но упёртость с рождения текла по моим венам. Моё достоинство и недостаток одновременно.
— Сложна-а-а, — простонала от бессилия и схватилась за ноющую голову. — Какой же ты мутный, Бэтмен недоделанный.
Глаза уже были красными от усталости, но благодаря энергетикам сон как рукой сняло. Чуяла моя пятая точка, что его я увижу ближе к рассвету и ни черта не высплюсь. Вспомнив своего любимого супергероя комиксов, что аккуратно лежали на книжных полках, меня озарило предположение, ставшее точкой отправки моей кукухи по направлению в дурдом.
Чумной Доктор и тёмный мститель Готэма… Они реально были похожи друг на друга, как ни посмотри. Оба — богатые бизнесмены, что с заходом солнца надевали маску и вершили правосудие. Не зря Птица сравнивал себя с этим персонажем, но считал себя круче, раз мог запачкать руки в крови своих врагов… Жертв, если быть точнее.
Но Чумной Доктор и Разумовский всегда проводили грань между собой, и поэтому я долго не могла докопаться до истины. Стоило вбить в мою голову установку, что под маской скрывался Олег Волков, как я сразу перестала ловить подсказки. Ведь Птица всегда называл рыжика тряпкой и слабаком, а сам Серёжа считал поступки первого аморальными, чудовищными, словно не был согласен с его методами «очищения города».
Я начала вспоминать все неоднозначные моменты в разговорах с ними. В одном из самых запоминающихся (ибо потом меня страстно засосали и повалили на кровать) Птица поведал, как защищал Серёжу с самого детства от жестоких детей, как помогал ему в разработке социальной сети. «Мы с Разумовским одно целое, и невозможно удовлетворить амбиции одной стороны, наплевав или закрыв глаза на другую» — признался Птица в тот вечер, но до сегодняшнего дня я не понимала смысл этих слов.
Невозможно быть таким разным с маской и без. Полная противоположность в характерах, модели поведения и моральных принципах. Если только… в одном теле не уживались две личности.
— Нет… Это не одержимость… И не шиза. Тут всё намного интереснее, — бормотала, словно загипнотизированная, едва разжимая губы, пока пальцы с остервенением стучали по клавиатуре.
Диссоциативное расстройство личности. Или простыми словами — раздвоение личности. Психическое расстройство, при котором личность человека «делится» на две и более субличности. В определённые моменты в человеке происходит «переключение», при котором контроль над телом и сознанием берёт иная личность. Также она может оказывать пассивное влияние, к примеру, быть голосом в голове, указывающим на те или иные действия.
Причинами этого расстройства могут служить тяжёлые эмоциональные травмы в раннем детстве, повторяющееся физическое, сексуальное или эмоциональное насилие. В этот момент срабатывает механизм психологической защиты: человек начинает воспринимать происходящее с ним так, будто это происходит с кем-то посторонним. Таким образом, он перекидывает ответственность за поступки и вину, которые не вписываются в моральные рамки, на «другого». Но человек остаётся один, как и его желания и стремления. Иногда происходит парадокс, при котором человек не знает о своём расстройстве и воспринимает иную личность как другого человека. Во время переключения сознаний больные также часто забывают, что делали в тот или иной момент, или, как они часто описывают, впадают в «глубокий сон» …
— А-ху-еть, — вынесла я вердикт после прочитанного. — Неужели никто за все эти годы не заподозрил неладное?
Для галочки я отыскала фотографии Серёжи на мероприятиях за последние четыре года: научных конференциях, благотворительных выставок и сходок питерских олигархов. Моей целью являлось найти то, что долгое время находилось у всех прямо под носом, но при этом было недоступно. На одном из кадров с прошлогоднего мероприятия засветился Разумовский в компании делового мужчины. Приблизив до максимума лицо, я увидела это…
www.barutkemer.com
Глаза… Они были янтарными. От этого человека веяло чем угодно, но точно не страхом или неуверенностью. Ровная осанка, высоко задранный острый нос и хищный прищур. Разумовский с нескрываемой ненавистью пожирал взглядом своего собеседника, который, наоборот, был необычайно весел. Ради интереса разузнала личность неизвестного — Вячеслав Климов. Был одним из соучредителей благотворительного фонда «Вместе». Ключевое слово — был. Тело мужчины нашли в его загородном доме через месяц после данного мероприятия. Типа инсульт стукнул.
Значит, мне стоило ориентироваться по цвету радужек его глаз. Не знаю, какая магия вне Хогвартса меняла их с голубого на жёлтый, но, как бы сказал Лосяш, это феноменально!
Какой вывод из этого расследования? Мой парень — псих, в голове которого жили две личности: социофоб-мизантром и кровожадный маньяк. Круто. Такой подставы от жизни я точно не ожидала.
Возможно, Серёжа поначалу не был в курсе о своём расстройстве, оттого и воспринимал свою вторую личность как лучшего друга. А когда узнал, то попытался защитить от Птицы, решив даже пожертвовать нашим общением. И причин на это имелось множество: начиная с попыток пернатого запугать меня с целью отдалить от рыжика и заканчивая нестандартными проявлениями симпатии.
Из состояния вялого овоща меня вывел дверной звонок, что прозвучал крайней устрашающе в царившей в квартире тишине. Я на цыпочках подкралась к двери и взглянула в глазок: на лестничной площадке стоял парень не старше тридцати лет.
— Кто там?
— Курьер, — мгновенно ответили мне. — Доставка на имя Ирины.
«Серёжа опять мне что-то заказал?» — пришла единственная мысль в голову. Главное, чтобы в этой посылке точно оказалось успокоительное. И обязательно снотворное, иначе я после прочтённого вряд ли засну этой ночью.
Открыв дверь, я с удивлением обнаружила, что курьер держал в руках огромный букет из веточек сирени, обёрнутых в сиреневую бумагу с белой ленточкой. Расписавшись, где меня попросили, и проводив человека, повертела неожиданный ночной презент как диковинную вещь. Между веточек была приложена небольшая открытка с выгравированными позолоченными буквами:
Аромат этих цветов теперь навсегда будет ассоциироваться с тобой. Ты лечишь моё израненное сердце и наполняешь пустую жизнь смыслом.
Люблю до сумасшествия ♡
Сердечко в груди ёкнуло от прочтения этих строк. Насчёт сумасшествия он попал не в бровь, а в глаз. Вдохнув полной грудью лёгкий аромат сирени, я поставила букет в хрустальную вазу на рабочем столе. Всего одна деталь, а комната преобразилась моментально.
Не прошло и пяти минут, как отправитель букета решил связаться со мной по телефону. Мне потребовалась минута, чтобы сжать в кулаках самообладание и ответить на звонок без запинки и волнения. Если спросит, почему долго не брала трубку, скину всё на зажигательный рингтон.
— Привет, — решила я поздороваться первой и услышала в динамике многозначительный вздох.
— Здравствуй… — голос Серёжи был заметно уставшим и вымученным. — Ты уже получила мой подарок?
— Буквально пару минут назад, — ответила я, метнув восторженный взгляд на цветы. — Уже второй букет за неделю… Что за повод? Вроде сегодня не годовщина и не международный женский праздник.
Мои слова немного рассмешили Разумовского. Он задал риторический вопрос, что заставил задуматься о правильности собственного мировоззрения:
— А разве он нужен, чтобы порадовать любимого человека?
— Возможно… — я потупила взгляд на босые ступни. — Мне прочно вбили в голову, что ничего не делается просто так. Подобные подарки всегда следует заслужить.
— Это тебя матушка такой глупости научила? — Серёжа хохотнул, возможно, приняв мои слова за сарказм или шутку.
Ох, если бы она…
— Ладно. Я не с этого начала разговор. Следовало поблагодарить тебя, а не искать подвох.
— Самое главное, что тебе понравилось, душа моя. Постараюсь радовать такими мелочами как можно чаще, — судя по голосу, Серёжа воодушевился данной затеей. — Ты этого достойна.
Достойна?.. Я?
Тогда почему мне раньше твердили с пеной у рта, что букеты — пустая трата денег, и их дарят только на праздник? Но при этом я их даже на день рождения не получала. Потому что Серёжа мог себе это позволить из-за лишних миллионов в кармане? Или всё зависело от самого человека и его желания?
— Ира, ты чего вдруг замолчала? Я что-то не то сказал?
— Нет-нет! Извини, задумалась о своём, — я тряхнула головой, вернувшись в реальность. — Мы скоро… увидимся? Ты так внезапно захотел, чтобы я осталась у себя, толком ничего не объяснив. Возможно, мои утренние слова показались тебе слишком резкими, но я волнуюсь за тебя… И за Чумного Доктора тоже.
— Ира… — в голосе Серёжи появились стальные нотки. — Сейчас последователи Чумного Доктора ещё больше активизировались, а полиция наступает на пятки, поэтому тебе опасно находиться рядом со мной. Если они выйдут на Чумного Доктора, то выйдут и на нас с тобой… Так что пока не выходи на улицу, особенно в вечернее время. Ты поняла?
— Поняла… — прикусив нижнюю губу, я уставилась на детский рисунок в размышлениях: сказать то, что вертелось на языке, или не стоило. — Будьте осторожны. Вы оба.
Разумовский замолчал, наверное, минут на пять. Моё пожелание застало его врасплох и лишило дара речи. Я же убрала смятую бумажку в верхний ящик стола, лишь бы больше не лицезреть чёртову ворону.
— Я… Эм… Мне нужно работать… Прости, — заикнулся Серёжа и, вновь проглотив язык, внезапно сбросил звонок.
Что ж… Мои последние слова явно были лишними. Кинула телефон на кровать, отчего тот чуть не отрекошетил на пол, и плюхнулась следом, вдохнув аромат свежевыстиранного белья. Усталость внезапно накатила на меня, стоило только принять горизонтальное положение и уткнуться носом в мягкую синтепоновую подушку. Мысленно пообещала себе, что обязательно приберусь на столе и выключу ноутбук… Но чуть позже. Прилягу всего на пять минуточек…
www.akrahotels.com
***
Со стороны балкона сквозь дрёму послышался скрежет металла. Спросонья почудилось, что звуки издавал Солнышко, что решил на ночь глядя разведать новую территорию и пометить её когтями. Обои и занавески оказались в огромной опасности. Недовольно замычав, разлепила веки, которые будто склеили чем-то липким. По ощущениям мне казалось, что я пролежала на кровати все выделенные пять минут, и не секундой дольше. Но настенные часы, указывавшие время далеко за полночь, уверили об обратном.
Когда противный металлический скрип повторился, моя голова тут же загудела, и неприятно свело во рту. К счастью, он не разбудил рыжее чудо, зарывшееся под одеяло около моих ног… Погодите, почему он лежал здесь? Откуда тогда исходили эти инородные звуки?
Не до конца прояснённый взгляд устремился на балкон: слегка приоткрытая дверь впускала в комнату свежий ночной воздух, развевающий атласные шторы. И вдруг на них упала высокая чёрная тень, а со стороны улицы раздалась череда глухих тяжёлых шагов. Они становились всё ближе и ближе, и мужская рука в чёрной перчатке потянулась к полупрозрачной ткани.
Я беззвучно блякнула, догадавшись, какая персона решила навестить меня на ночь глядя. Однако желание с ней контактировать было на нуле, если вообще не под плинтусом. Тут же в голову пришла идея притвориться спящей красавицей из одноимённой сказки, которой только диадемы и погребального букета в руках не хватало… Лишь бы «принц» не удумал разбудить меня волшебным поцелуем. Или того хуже: не лёг рядом в ожидании моего естественного пробуждения.
Тупости мне не занимать… Я же хотела запереть этот блядский балкон. Нахрен вообще решила вздремнуть на ПЯТЬ МИНУТОЧЕК?
Теперь я могла лишь ориентироваться на слух. Судя по направлению шагов, мой ночной гость обошёл кровать и остановился прямо напротив рабочего стола. Я приоткрыла левый глаз и проследила за его действиями, когда тот перестал издавать звуки.
Птица внимательно осмотрел стол, но из-за маски я, увы, не узнала, как поменялось его лицо от вида хаотично раскиданных тетрадок и пустых банок. Взяв одну в руку, он повертел жестянку из стороны в сторону, встряхнул, не услышав всплеск энергетика, и аккуратно поставил на место.
— И эта всякой дрянью свой организм травит, — в какой-то степени родительским тоном пробурчал питерский мститель, стараясь говорить максимально тихо. — Чем ты тут вообще занималась на ночь глядя?..
Когда его рука потянулась к ноутбуку, что-то внутри меня щёлкнуло. Я вспомнила, что не успела стереть все улики и оставила открытой вкладку с научной статьёй про недуг Разумовского. И если сейчас он увидит, что именно я искала… Благо дело, рисунок в ящик хотя бы убрала, иначе разбора полётов было бы не избежать.
В попытке хоть как-то отвлечь любопытного птеродактиля я притворно замычала и перевернулась на правый бок, натянув на плечо одеяло. Это сработало: Птица отдёрнул руку от ноутбука, но тут же перевёл фокус внимания на другую цель. Двигаясь тише прежнего, он приблизился к подаренному Серёжей букету и вытащил двумя пальцами приложенную записку. Мысленно прочитав строчки, что вызвали у меня взмахи крыльев бабочек в животе, Чумной Доктор лишь усмехнулся.
— Что за ванильная чушь? — на секунду окинул взглядом моё неподвижное бренное тело. — Неужели это тебе нравится? Пустая трата денег.
В прочем, другого комментария я от этого сухаря не ожидала. Но затем он словно завис в раздумьях, когда вновь прочитал признание Разумовского на записке. От засранца повеяло… грустью? Или мне просто показалось…
Запоздало почувствовав появление постороннего, из-под одеяла выполз Солнышко. Вытянул длинное тельце в потягушках и обнажил крохотные зубки. Совершенно не палевно щурясь, я стала свидетелем, как к котёнку подошёл Чумной Доктор и, святые угодники, почесал того за ухом! Делал он это крайне топорно, словно вообще не умел проявлять нежность и шёл против собственных принципов. Но Солнышко в ответ на грубую ласку Птицы довольно прикрыл зелёные глазки и потёрся мордашкой о его руку.
И этот индивидуум мне заливал в уши, что ненавидит животных, ага.
— Защищай свою хозяйку, пока меня нет рядом, — приказал он котёнку как своему подчинённому. — Она не умеет сидеть на попе ровно и постоянно ищет на неё приключения…
Что за милота, люди добрые? От лицезрения этой сцены по моей щеке прокатилась невидимая слезинка. Кототерапия воистину творит настоящие чудеса даже с такими сухарями, как Птица. Вот бы ещё заснять на видео столь сакральный момент и потом им шантажировать засранца. Мол: «Ты меня больше не обманешь! Я теперь знаю, что ты умеешь быть добрым».
— …Иначе я тебя на шашлык пущу.
Стрекотание сверчков, которое, похоже, слышала только я. Поднимаю лапы вверх — этого человека ничего не исправит.
Наплевав на конспирацию, я полностью распахнула левый глаз, на что молниеносно отреагировал внимательный засранец. У него на лбу третий глаз вырос? Последнее, что заметила перед тем, как вновь притвориться спящей: плавно поворачивающуюся в мою сторону маску.
Птица не спеша обошёл кровать и встал прямо за моей спиной, заставив сердце забиться быстрее прежнего. Деревянная половица зловеще скрипнула под его ногой, и я ненароком представила, будто надо мной склонился монстр из ожившего кошмара. Впрочем, так оно и было.
— Ты же не спишь, притворщица, не так ли? — выдал засранец, нагнувшись к моему фальшиво умиротворённому лицу.
Зараза, быстро же меня спалили. Я не показала внешне, как внутри выла от собственной тупости. Ладно, не паникуем раньше времени и симулируем до последнего.
— Разумовский, может, и поверит твоим обещаниям сидеть тихо, но меня не проведёшь, птенчик, — судя по насмешливому голосу, он только забавлялся моей плохой актёрской игрой. — Я предупреждаю, чтобы ты потом не жаловалась: не высовывайся на улицу завтра вечером. Ослушаешься — пеняй на себя.
Испугалась? Нет, обосралась.
Мои глаза лихорадочно забегали под веками. Похоже, птеродактиль пришёл сегодня убедиться, что я никуда не намылилась к чёрту на кулички. Ещё свежа была его рана на плече… Рана, которую я видела на спине Серёжи. Как же странно осознавать, что под маской самого знаменитого маньяка страны всё это время скрывался твой парень.
www.akrahotels.com
Птица, не став прерывать мой спектакль, громко выдохнул и перестал нависать надо мной как голодный коршун. Занавески зашумели, а дверь балкона скрипнула из-за проржавевших петель.
— Не заставляй меня беспокоиться о тебе, — попросил он меня перед тем, как выскользнуть на улицу и оставить после себя гнетущую пустоту.
Убедившись, что я осталась одна, тут же распахнула глаза и легла на спину. Солнышко спрыгнул с постели и, подойдя к распахнутой двери, жалобно мяукнул вслед Птице. Переживаешь о папочке, малыш? Понимаю тебя. Я тоже… переживаю об этом засранце. А, судя по последним словам, это у нас взаимно.
***
— polnalyubvi — Больше ничего —
Воспроизводя в голове слова Чумного Доктора снова и снова как заезженную кассету, я не смогла уснуть до самого рассвета. Мои глаза превратились в кровавое месиво, а под ними на ровном месте выросли синяки. Вроде мне не сказали ничего особенного. Более того — открыто пригрозили в случае, если пойду поперёк его слов. Но почему-то волновалась так, будто мне в любви самым романтичным способом признался главный красавчик университета.
Из-за лютой бессонницы организм не выдержал нагрузки и вырубился на подзарядку. По итогу я проснулась почти под вечер, и меня не смогли разбудить ни голодные завывания Солнышко, ни звонок из больницы. К слову, со мной пытался связаться лечащий врач и сообщить о том, что Миша пришёл в сознание. Об этом я узнала, когда перезвонила мужчине.
В темпе вальса и в ритме скерцо я начала сборы в больницу, не забыв покормить кота. Да, Птица предупредил меня, чтобы я не выходила с покровом сумерек на улицу, но он не уточнил, после какого конкретного часа начинался сие запрет — и это исключительно его упущение. Русский человек всегда в законах и правилах найдёт лазейку!
Надела лёгкое голубое платье в мелкий цветочный принт с тонкими лямками, а сверху укуталась в чёрную объёмную джинсовую куртку. Массивные ботинки на ноги, рюкзак на плечо и собранные в низкий хвост волосы — и я готова.
Питерские улицы стали напоминать мне локации книг в жанре антиутопии. Почти в каждой подворотне разгуливали хулиганы с битами и кастетами, на стенах и витринах магазинов уличные художники оставляли свои каракули, а где-то даже горели табачные киоски. По воздуху летали газеты и плакаты Чумного Доктора, которые часто падали на автомобильные стёкла и мешали движению.
Город поглотил хаос. Простые работяги боялись выходить из дома и напороться на спятивших последователей, и несколько сотен людей лишилось из-за этих ублюдков работы. Полиция патрулировала улицы днём и ночью в поисках психа в костюме и с огнемётами, но даже она не была в силах остановить накатывающие волны преступности. А о количестве пострадавших в городских больницах я вообще умолчу.
Если Чумной Доктор такими радикальными переменами хотел изменить город к лучшему, то эта цель стоила жизней не только Гречкина и Исаевой, но и всех тех, кто пострадал от их гибели. Поэтому я хоть на один процент, но не буду согласна с методами Птицы.
У регистратуры меня встретил лечащий врач Миши и, вкратце описав его состояние, что только улучшалось, проводил до палаты.
— Ещё раз спасибо за всё, доктор, — выразила свою признательность мужчине и вручила коробку конфет, что купила по дороге.
— Не стоит, — отмахнулся он, однако небольшой презент всё же принял.
В палате меня ждал большой сюрприз в лице моего бывшего руководителя — Олега Геннадьевича. Мужчины, что приходились друг другу старыми приятелями, о чём-то оживлённо беседовали, поэтому не сразу заметили моё появление.
— А вот и моя племяшка пожаловала, — Миша нервно хохотнул, увидев мою фигуру у двери. — Я же просил этого чёртого доктора не звонить ей…
— Я, между прочим, всё слышу, — скрестив на груди, одарила родственника сердитым взглядом.
— О чём ты? Я ничего не говорил.
— Давно не виделись, Ирина, — Макаров прервал нашу тираду и кивнул на своего бывшего сослуживца. — Объясни хоть ты мне, как этот идиот умудрился в поножовщину ввязаться? Главное, звонит мне в обед и говорит: «Сладкий мой, тащи свою задницу в больницу и привези апельсинов». А теперь болтает обо всём, чём угодно, но не о своём состоянии.
Я скривила кислую мину, услышав прозвище Макара, что поблёскивала голубоватым цветом. Так и знала, что эти мемы с гачи-мучи до добра не доведут и наставят на неправильный путь.
— Поверьте, Олег Геннадьевич, у меня к нему тоже масса недовольств скопилось, — больной тут же заёрзал от моего укоризненного взгляда и виновато почесал полую репу. — Видите ли, этот дурак пропустил ножевое во время атаки последователей Чумного Доктора и умолчал об этом. Потом чуть коньки не отбросил, но, благо дело, я рядом была и его на этом свете удержала до приезда скорой.
— Ну, Михалыч, ну ты даёшь, — мужчина с изнеможённым вздохом хохотнул, однако на его осунувшемся лице не прослеживалось ни капли радости.
— Ой, всё, хватит. Я, между прочим, пострадавший, поэтому меня нельзя ругать, — по-детски пробурчал Миша и надул губы от обиды. — Ты почему моей сестре сказала, что я загулял? Я сегодня очнулся и увидел от неё десять пропущенных. Перезвонил, а меня алкашом обозвали и отказались разговаривать. За что ты со мной так?
— А что ты хотел, чтобы я ей сказала? — ожидаемо возмутилась я, приблизившись к его койке. Бросив сумку на свободный стул, изобразила пальцами телефонную трубку у уха. — Может, это: «Привет, мамуль. Что? Почему дядька не отвечает? Да ты не переживай, он просто влез в драку и чуть на небеса обетованные не отправился, а сейчас дрыхнет под наркозом. А где была я в этот момент? Там же, смотрела на всё со стороны».
После каждого моего саркастично брошенного слова лицо Миши искривлялось в геометрической прогрессии. Почесав слегка отросшую щетину на широком подбородке, задумчиво протянул:
— Ну, да… Как-то хреново звучит.
— Вот-вот. Так что пусть первое время думает, что ты устроил себе каникулы в стиле «Мальчишника в Вегасе». А я, как приличная девушка, сижу дома, читаю книжки и не попадаю в передряги.
Высказав лишь мизерную часть того, что хотелось озвучить, я слегка угомонилась. Не хотелось окончательно портить мнение Макарова о себе, ибо мужичок с охреневшим лицом молча слушал нашу перепалку. Это я на практике вела себя более сдержанно, а сейчас показала ему своё истинное лицо.
www.akrahotels.com
— Зачем ты вообще на рожон полез?
Дядя сразу кивнул на меня и непривычно серьёзным тоном сознался:
— Макар, я головой за неё отвечаю, — он резко схватился за место, где располагалась ещё свежая рана, и заботливо погладил рукой бинты под больничной пижамой. — К счастью, Иру вовремя вывел из казино Сергей, и она не пострадала. А я… Принял удар на себя.
— Разумовский? — изумлённо уточнил Олег, будто бы не верил, что его босс был способен на героизм во время экстренных ситуациях. Признаюсь, я тоже так думала, пока не узнала о секрете этого социофоба.
— Да! Представляешь моё удивление, когда я узнал, что моя племяшка состоит в отношениях с САМИМ Разумовским. Даже не предполагал, что познакомлюсь с ним при таких забавных обстоятельствах.
Их считаешь забавными только ты!
— Кстати, передай ему слова благодарности, — Миша хитро подмигнул мне, вновь послав серьёзность далеко и надолго. — Хоть я с ним мало знаком, но уже могу сказать одно — Сергей хороший и заботливый парень. Даже не думал, что он выйдет вперёд и попытается договориться с теми отморозками.
Заметив, как армейский друг внезапно притих, не особо впечатлившись положительной рекомендацией на программиста, дядя тут же поинтересовался:
— Ты чего нос развесил, Макар?
— Нет, ничего…
Миша равнодушно пожал плечами, не став копаться в голове своего приятеля. А затем соединил большой, указательный и средний пальцы вместе, перекрестившись в воздухе, и заявил на серьёзных щах на глазах у свидетеля:
— Вот моё благословение на вашу свадьбу, если что.
Я обессиленно вздохнула, чуть не пробив рукой череп от фейспалма. И за всем этим цирком дюсолей наблюдал охреневший Макаров. Какой позор…
— Значит, Разумовский произвёл на тебя… хорошее впечатление, — задумчиво протянул Олег Геннадьевич, нахмурив широкие брови.
— Ну, кандидат на сердце Иры он явно неплохой: защитил её в нужный момент, в достатке живёт да и на личико вышел далеко не уродом… Жаль только, что с алкоголем не дружит. В бане с ним не попаришься.
— Понятно, — сказал, как отрезал Макар и, хлопнув по коленкам, встал со стула. — Я, пожалуй, оставлю вас наедине. Вам обоим наверняка есть что обсудить.
Не прощаясь, мужчина быстрым шагом покинул помещение, на что Миша насупил брови и задумчиво протянул:
— Какой-то он странный сегодня. Так неожиданно рванул, что даже «пока» не сказал.
— Наверное, случилось что-то, — предложила вариант, с которым в глубине души была абсолютно не согласна.
Его слова заставили меня задуматься и вновь ворошить в голове ящики с документированными воспоминаниями. Олег Геннадьевич действительно неоднозначно отреагировал на слова дяди, когда тот упомянул Разумовского, причём в положительном ключе. А если вернуться в прошлое, в самые первые деньки моей чумовой практики, то единственным запоминающимся случаем вылезает один разговор с мужчиной. Когда он посоветовал не связываться с Серёжей якобы, цитата: «общение с ним до добра не доведёт». Вопрос на засыпку: сказал он мне эти слова, потому что подозревал своего босса, или имел на это свои личные причины?
— Ладно, давай не будем о грустном, а то я чувствую себя как на собственных поминках, — измученно попросил Миша и, кряхтя от боли в животе, принял горизонтальное положение. — Я тогда даже не успел спросить: ты же не пострадала в тот вечер?
— Нет, вы с Серёжей меня… защитили, — уверила я с благодарной улыбкой. — Ты не представляешь, как я испугалась за тебя.
— Представляю… Прости, малышка, что заставил переживать.
Давненько я не слышала от этого человека чистосердечных извинений, особенно за свои косяки. Дядя всегда отмахивался и переводил стрелки, и окружающие постепенно всё забывали. А тут такой нонсенс…
— Я так привык решать свои проблемы в одиночку и не ввязывать в них своих близких, что забыл уже, каково это — выглядеть в их глазах слабым, — пояснили мне и отвернулись. Миша не любил чувствовать себя уязвимым, и это качество распространялось на все сферы его жизни.
— Не говори чушь: сейчас ты в моих глазах не слабак, а глупец, — фыркнула я, но без обиды и злости. — Твоя гордыня и упёртость чуть не стоили тебе жизни.
— Ты права, как и всегда… — я вдруг заметила, как по его щеке прокатилась скупая мужская слеза, и раскрыла от удивления рот. Этот человек никогда не плакал передо мной. — Только сейчас понимаю, что нужно открываться перед любимыми людьми. Только они не осудят и поддержат.
— Миша…
Я не удержалась и, присев на стул, погладила его руку, в вену которой через иглу поступал физраствор. Стоило ему сказать парочку душещипательных слов, как я мгновенно растаяла и забыла все обиды. Сейчас не то время, когда следует ссориться с близкими людьми.
— Мы с мамой никогда тебя не осудим за твои чувства. На то мы и родня, чтобы поддерживать друг друга.
— Спасибо тебе, родная моя…
Теперь Миша не сдерживался и позволил себе, наверное, впервые за последние годы расплакаться. Слушать его хныканье и видеть красные от слёз глаза оказалось так непривычно, ведь он являлся единственным человеком на моей памяти, что всегда смотрел на жизнь с улыбкой. Но, оказывается, даже у таких весельчаков бывали трудные периоды.
— Я так… испугался. Последней моей мыслью… был страх, что я больше никогда… тебя не увижу… — надрывно шептал, шмыгая носом и вытирая солёные дорожки с лица. — Тебя, сестру… Я боялся умереть с сожалением, что… не выполню своё обещание перед твоей мамой и не поставлю тебя на ноги… Что не поведу к алтарю на твоей свадьбе…
Заметив, как я уже сама начала плакать, дядя по-доброму усмехнулся и свободной рукой провёл большим пальцем по щеке, растерев по ней влагу.
— Поэтому не повторяй моих ошибок, Ира, — умоляюще попросил он меня. — Всегда будь честна с собой и не подавляй негативные эмоции. Быстро выгоришь и потеряешь смысл жизни.
www.barutkemer.com
— О чём ты?
— Ты думаешь, я не замечаю, как ты натягиваешь фальшивую улыбку или отшучиваешься, пока внутри бушует ураган, а сердце кровоточит от глубоких ран, — дядя нахмурился и накрыл мою подрагивающую ладонь своей. — Ты можешь обманывать кого угодно, но не меня: я всё вижу, потому что сам такой. Хотя бы иногда думай о себе и своих чувствах, а не о других… Или позволь родным помочь тебе справиться с этой болью.
Меня чуть не затрясло от сказанных Мишей слов. Они не вызвали новый поток слёз и не обидели. Они… заставили меня задуматься. Если так посмотреть, то я всегда ходила с толстым панцирем под названием «вечно позитивная рожа». Это оказалось единственным лекарством, что помогло справиться со всем пережитым пиздецом и остаться человеком. А не бесчувственной эгоистичной тварью с камнем вместо сердца.
Но сейчас этот способ стал давать трещины и не справляться с потоком эмоций, которые я по привычке сдерживала внутри. А дядя… он всё понял сразу.
— Я… Тебя услышала, — я устранила на лице следы истерики, потянулась к заспанному лицу Миши и, поцеловав, оставила на лбу отпечаток помады. — Мне нужно идти, но обещаю, что скоро вернусь. Выздоравливай…
— И ты береги себя, малышка.
Я неторопливым шагом вышла из палаты, у двери напоследок послав воздушный поцелуй. К моему удивлению, Олег Геннадьевич не вернулся в офис, а всё это время проторчал в коридоре. Заметив меня, он убрал смартфон во внутренний карман пиджака и подошёл ближе.
— Ох, ты уже вышла? — мужчина огляделся и растянул воротник рубашки, словно он пережимал его горло. — Забыл спросить: я от девчонок недавно узнал, что в эту больницу также Марину положили.
— Да, всё верно, её палата на этом же этаже, но в другом крыле, — сообщила я и указательным пальцем тыкнула на дверь, что открывала дорога к нужному месту.
Вопрос мужчины не вызвал у меня сильного удивления: он был, есть и остаётся её непосредственным начальником, поэтому беспокойство о своих подчинённых являлись одной из его обязанностей как руководителя.
— Сможешь меня тогда проводить, если сейчас никуда не торопишься? — Макаров стыдливо опустил взгляд. — Я всё не успевал навестить её из-за нагрузки, а теперь видишь, как судьба сложилась…
— Да, конечно…
Нет, вновь объявляться возле палаты Воробьёвой я вообще не хотела, особенно после её вчерашней истерики. Но отказать мужчине не смогла, хоть всё моё нутро протестовало данному решению. Однако… Даже оно имело свои преимущества…
— Олег Геннадьевич, позвольте задать один вопрос, — нерешительно начала я.
— Эм, да, конечно. Что тебя беспокоит? — к последнему он пришёл, заметив мою растерянность.
— Помните, в начале практики вы как-то обмолвились, чтобы я не связывалась с Сергеем Разумовским? — вновь услышав это имя, мужчина заметно напрягся. — Почему вы мне… это сказали?
Он резко затормозил и раскрыл рот, не в силах что-либо ответить. Да-да, я помню и такую мелочь. Но затем собрался с мыслями и объяснил:
— Не пойми меня неправильно: я даже думать не хотел о Разумовском что-то плохое. К тому же, твой дядя хорошо к нему относится. А Миша, как ты знаешь, редко о ком так тепло отзывается, — он ненадолго замялся, завершив в своей речи самую лёгкую часть. — Но слухи внутри коллектива никто не отменял, и я, признаюсь, в них поверил в своё время.
— О каких слухах вы говорите? — с недоумением поинтересовалась я, заранее настроив себя на худшее.
— Точно, ты же не застала эту историю, а сейчас о ней уже почти никто не вспоминает.
Макаров почесал залысину, думая, с чего ему следовало начать.
— Это произошло примерно год назад. В пиар-отдел устроилась молодая девушка, такая же студентка, как и ты. Я пару раз видел её, и она на меня произвела положительное впечатление, — воспоминание о ней заставили мужчину улыбнуться… но эта улыбка отражала грусть и тоску. — Со всеми была мила, добра, ни с кем не ссорилась и всегда ответственно подходила к работе. Именно поэтому её Маргарита приметила, сделав своей помощницей. Тогда-то она впервые и столкнулась с Разумовским.
Последняя фраза из его уст прозвучала как приговор. И, сдаётся мне, история оказалась не романтичной комедией про служебный роман, а трагедией с несчастным финалом… Или же стояло надеяться на лучшее? Авось пронесёт.
— В офисе начали расползаться слухи об их отношениях, и я сам стал свидетелем их крайне… милого общения.
От неловкости у Олега Геннадьевича даже в горле запершило, а я ощутила вспышку… ревности? Нет, это не она… Или она. Как ещё мне следовало назвать зародившееся в сердце жгучее чувство, стоило представить рыжика в компании другой девушки? Я тут же захотела ударить себя по лицу или ущипнуть, лишь бы его больше не испытывать.
— И… что в этом такого? Может, она ему… понравилась, — последнее слово я чуть ли не выплюнула. Во мне проснулось собственничество, дожили…
— Да вот тут и загвоздка кроется… Не прошло и месяца, как она напала на Сергея в лифте с ножом, — воспоминания словно пронеслись перед его глазами и заставили вновь ужаснуться. — Представляешь, какой скандал?
Ёбушки-воробушки. Такого сюжетного поворота моя фантазия даже не представляла. Но он показался мне… знакомым. Будто я уже слышала о чём-то похожем, но очень давно и вскользь.
— Что-то я такое припоминаю… — задумчиво протянула я и ахнула. — Точно! Мне же Вероника рассказывала об этом инциденте в первый день моей практики… Только по её словам та девушка была безумной фанаткой, а тут всплывает… совершенно другая версия.
— Ну, то, что безумной — это да… — мужчина сдержанно хохотнул и скривил губы. — Разумовский не хотел, чтобы эта ситуация стала достоянием прессы, поэтому её уладили максимально быстро и тихо. Но нашлись в офисе фантазёры, что распространили слушок о невменяемости девушки. Так и прижилась здесь эта версия.
Немного замявшись, словно подытожив в голове вышесказанное, добавил:
— Но я, если честно, считаю её чушью.
www.barutkemer.com
— Почему же?
— Да странно это всё, как ни посмотри… Девчонка-то реально адекватной была, но начала вести себя странно как раз после знакомства с Разумовским, — мужчина даже сделал на этом акцент, протянув имя босса по слогам. — Я подумал, что это общение с ним на неё так повлияло.
Нет, не с ним конкретно. То был другой Разумовский, и теперь я чётко это понимала. И, как оказалось, в офисе нашёлся человек, что видел дальше собственного носа и заметил странности в поведении программиста. Точнее, странности у него были всегда, но корень проблемы был зарыт глубоко в землю.
— Поэтому вы и не хотели, чтобы я с ним сближалась?
— Да, но повторюсь, что у меня и в мыслях не было думать плохое о Сергее! — похоже, Макаров запаниковал, что я наябедничаю рыжику, поэтому поспешил переобуться. — Я с ним не первый год работаю, поэтому привык к его «нестандартному поведению». И я действительно рад, что мои опасения не подтвердились. Ты тому доказательство.
— Я? — повысив голос, переспросила в неверии.
— Ну да, ты же с ним сейчас в отношениях, насколько я понял… Прости, если лезу не в своё дело. Но ты же не хочешь его зарезать как она?
Нет, я хочу его придушить подушкой во сне.
Но эта история… Её нельзя отнести к категории «такое часто случается, поэтому ничего удивительного». Некая сотрудница так же как и я начинает общаться с Разумовским, но по итогу пытается совершить покушение на его жизнь. И, как меня заверил Олег Геннадьевич, она не производила впечатление психически нездорового человека…
Погодите… Неужели, её такой сделал Птица? Его безумие оказалось настолько заразным, что оно могло лишить рассудка психически здорового человека?
— А вы не помните, случаем, как звали ту девушку? И что с ней в итоге стало? — эта информация мне почему-то оказалась важна, словно я умру, если не узнаю правду.
— Хм… её подруга из пиар-отдела как-то проболталась, что бедняжку положили в какую-то психиатрическую клинику. А зовут… — мужчина устремил взгляд на потолок, а на его лбу проступили вены. Включил мыслительные процессы, походу. — Ох, я даже и не вспомню, наверное…
Он замолчал на пару минут, и я уже утратила надежду на то, что получу ответы на свои вопросы. Мы на такой ноте в спокойном темпе подошли к крылу, где лежала Марина, и Макаров внезапно щёлкнул пальцами от осознания, сказав громче обычного:
— Вру. София её звали. А фамилия… Дай подумать. Лебедева вроде… — второй щелчок прямо у меня перед носом. — Да, точно, София Лебедева!
София… Лебедева?.. Почему мне кажется, что я её знаю? Бред полный, ибо девушки с подобным именем не было ни среди моих одноклассниц в школе, ни в университете. А настоящие имена своих интернет-друзей в онлайн-играх не спрашивала. Тогда как я вообще могла её знать? Это же невозможно!
София. София… Имя, которое начинается на ту же букву, что и имя Разумовского.
Платок.
Чёрт, тот белый платок в коробке принадлежал этой девушке! Всё тут же сошлось воедино: они познакомились на работе, начали тесно общаться и, возможно, встречаться… Забудь об этом, сейчас другое важно. Затем София вышила на платке первые буквы их имён, добавив между ними плюсик, таким образом обозначив близкую связь…
Макаров также сказал, что девушку положили в психиатрическую клинику после инцидента с нападением… А я недавно как раз видела подозрительный перевод со счёта Серёжиного благотворительного фонда для клиники какого-то Рубинштейна. И в комментарии перевода было указано: «Для С.Л.». Это же сокращённые инициалы Софии Лебедевой! Именно ей Разумовский переводил деньги на лечение… Словно хотел искупить вину за то, что довёл её до такого состояния. Точнее, его вторая личность.
«За все годы лишь дважды этот барьер был надломлен, но люди, в конечном счёте, не оправдали моих ожиданий. Поэтому оказались там, где и все остальные — на дне!» — сказал однажды Чумной Доктор. Теперь я поняла смысл этих слов. Первым человеком, что пошатнул власть Птицы над Серёжей, был Олег Волков. А второй — София. Он подпустил её так же близко, как и своего лучшего друга.
— Ира, с тобой всё хорошо? Ты как-то побледнела, — Олег Геннадьевич заметил, как от моего лица отлила кровь, и по-отечески положил руку на плечо.
— Да, всё в порядке… — я отвернулась от обеспокоенного взгляда мужчины и заметила проклятые цифры — «213». — Мы подошли кстати… Чего?
Из палаты Марины двое санитаров в спешке уносили постельное бельё и полупустую коробку. Будто бы девушку выписали из больницы, и медперсонал освобождал комнату для нового больного. Макаров, первый выйдя из оцепенения, подошёл к ним и поинтересовался:
— Извините, а здесь же лежит Марина Воробьёва?
— Уже нет, — на отъебись ответил ему один из ребят, стрельнув в сторону мужчины равнодушным взглядом.
— Что значит «уже нет»? — впряглась я в разговор, встав по левую руку от Олега Геннадьевича.
— То и значит. Прошлой ночью она с собой покончила: разбила вазу на тумбочке и вскрыла вены, — обыденным тоном, будто говоря про готовку ужина, объяснил санитар, а я поразилась его нечеловеческой хладнокровности. — Вы её родственники что ли?
Мы с мужчиной отрицательно закивали и переглянулись. Я увидела на его лице те же эмоции, что сейчас читались на моём — шок и мандраж. Но во мне они бушевали сильнее: в отличие от Макарова я видела её вчера, разговаривала с ней… Наблюдала за её истерикой, слышала обвинения и проклятья в свой адрес. И словно случайно брошенная между этим фраза: «Вам до меня не добраться»… Марина настолько сильно испугалась, что Птица навестит её, если узнает о нашем разговоре, что не побоялась наложить на себя руки. Оказывается, бывает нечто страшнее самой смерти.
— Не может… быть… — рвано прошептал мужчина, будто из-за приступа астмы. — Боже… Бедная девочка. Наверное, жизнь с этими ожогами оказалась для неё невыносимой, раз она решилась на такой отчаянный шаг.
Я ничего не ответила. Попросту не смогла, потому как единственное, что хотелось сделать — это закричать во всё горло. Пародируя зомби из одного популярного сериала, мы поплелись к выходу. Олег Геннадьевич предложил подвезти меня до дома, но я вежливо отказалась. Мои ближайшие планы на сегодня — проветрить загруженную мыслями голову и выпить. Точнее, напиться в хлам и заснуть в какой-нибудь подворотне с надеждой, что алкоголь вылечит мою душу. Не зря же отец до развода каждый день приходил пьяный после изнуряющей работы. Это было его единственное душевное лекарство на протяжении пяти лет. Я поклялась себе не идти по его стопам, но… вдруг оно и мне поможет?..
www.akrahotels.com
***
Для осуществления своей цели я заглянула в ближайший круглосуточный магазин. Я знала его продавщицу, с которой подружилась при первом же посещении. «Вежливая и светлая девочка» — такую характеристику мне дала тётя Лена, пока я покупала пельмени.
«Пельмени объединяют людей» — берите кто-нибудь из производителей этот слоган, дарю бесплатно.
Увидев меня на пороге магазина, тучная женщина в голубом халате среднестатистической школьной поварихи и дешёвой химии на голове лучезарно улыбнулась и встала у кассы.
— Какие люди! Давненько ты к нам не захаживала.
— Здравствуйте, тётя Лена, — зная, что она не упустит возможности поворковать, сразу озвучила причину своего визита. — Мне, пожалуйста, бутылку вермута.
— С каким вкусом, милая? — уточнила она.
— Оригинальный.
Тут же уткнулась в телефон и вышла из покрывшейся паутиной и пылью страницы Лебедевой, на которую она не заходила десять месяцев. Я довольно быстро нашла её в социальной сети, изучив беглым глазом. Как и говорил Макаров, София внешне была очень милой и красивой девушкой: с длинными светлыми волосами и серыми большими глазами, обрамлёнными густыми ресницами. На меня с фотографии словно смотрел ангел, спустившийся с небес.
Добрая, весёлая, имеющая кучу друзей, ответственная и ухоженная — просто идеальная партия для Разумовского… В отличие от меня. Чем она Птице не угодила?
Мысленно матюкнувшись, вышла от греха подальше из соцсети и убрала смартфон в рюкзак. Продавщица выжидающе таращилась на меня, и я ожидаемо изогнула бровь с вопросом в глазах: «Что-то не так?».
— Паспорт, пожалуйста.
И тут я прихуела. Ибо паспорт я ей показывала единственный раз в жизни: при первой закупке алкашки на девичник с Катей. Она запомнила, что я уже была девочкой совершеннолетней, поэтому просьба вызвала у меня диссонанс. Забыла уже что ли?
— Тётя Лен, я у вас уже не первый год закупаюсь. Какой к чёрту паспорт? — настроение и так было на нуле, а сейчас я начала конкретно подкипать.
— Не смотри так на меня, это не моя прихоть — директор камеры поставил, чтобы следить за этим. А то его уже два раза штрафанули, — для убедительности она подняла руки вверх, и пальцем тыкнула на чёрную точку в углу у потолка.
— Ох, ладно, — пробурчала я, сдавшись. Если не пойду навстречу, то не видать мне чудодейственного высокоградусного лечебного зелья.
Продемонстрировала документ, удостоверяющий личность, и сразу положила нужную сумму наличкой. Тётя Лена сложила деньги в кассу и перед тем, как вручить мне нужную бутылку, полюбопытствовала:
— Что-то ты какая-то грустная… С Катькой своей поссорилась?
— Нет, с ней… Проблемы одна на другую наложились, — и вместе они стали медовиком, который я терпеть не могу, ага.
— Что такое, милая? Расскажи мне, вдруг полегчает.
Рассказать? Ей? Она сейчас серьёзно?.. Хотя, мне же дядя посоветовал эмоции в себе не держать, так что почему бы и нет!
— Да ничего особенного… Пустяки, — сделала небольшую паузу и уставилась на женщину стеклянным, совершенно пустым взглядом. — Дядя в больнице с ножевым ранением лежит, бывшая коллега по работе с собой покончила, и я отчасти стала этому причиной. А мой новый парень оказался социофобом с раздвоением личности… Ах, да, забыла: он также свою бывшую до психушки довёл.
А затем я внезапно засмеялась на манер сумасшедшего учёного, сильно смутив или даже напугав продавщицу. Оно и понятно: сначала лицо куклы без намёка на эмоции, затем подобная жуть и резкие приступы смеха. Тут и до дурки дозвониться не грех — заберут меня как миленькую.
Мой неуловимый криповый смех прервал звук взрыва и слабый, почти незаметный толчок. Не оглушительный как при ядерной бомбёжке, но вполне слышимый даже через звуки телевизора, что был включён на полную громкость. Тело парализовало на минуту, и на экране старого ящика хит-парад песен прервала прямая трансляция федеральных новостей:
«Срочные новости! Чумной Доктор не думает останавливаться. Буквально несколько минут назад прогремел взрыв на Невском проспекте: линчеватель в маске проник на территорию Казанского собора и взял в заложники всех священнослужителей, в том числе митрополита собора — Димитрия*. У себя на странице в социальной сети он вместо прямого эфира загрузил трёхминутное видео, на котором засветились все пленённые заложники…»
Я загипнотизированным взглядом уставилась на выпуклый экранчик, по которому забегали помехи. Федеральный новостной канал включил ту самую запись Чумного Доктора: на ней он вальяжно расхаживал по сияющему золотом собору между связанных попов, а затем встал напротив того самого митрополита, про которого Серёжа рассказывал на открытии казино. Его Птица привязал верёвками за руки и ноги к высокому кресту подобно Иисусу.
Служители божьи, несущие его волю. Какое… лицемерие. Вы обворовываете прихожан и набиваете за счёт их пожертвований свои карманы…
Чумной Доктор поднёс камеру к лицу старика, на лице которого уже красовалось несколько ссадин.
Смотрите внимательнее: вот лицо человека, что наживается на вашем горе. Пока вы отдаёте свои деньги, заработанные кровью и потом, на молитвы, он покупает себе дорогие иномарки и часы…
Для наглядности он помахал перед лицом митрополита снятым с руки аксессуаром.
Ах, да! Твои прихожане, наверное, не знают, что ты ещё платишь деньги несовершеннолетним детям и просишь их интимные фотографии… Не знал, что наша религия одобряет педофилию.
Старик испуганно зажмурился в ожидании нового удара, однако его не последовало. После озвученного факта его с виду миловидное лицо вызывало лишь отвращение. Чернознамённый бес обошёл крест и, перекрестившись одной из сотен икон, он тут же пояснил свои действия:
Я помолюсь, чтобы бог, которому ты служишь, наказал тебя на том свете по заслугам вместе с твоими приспешниками.
Кто-то на заднем фоне жалобно закричал, что не знал о грехах своего митрополита, и вообще ничего противозаконного не делал, но Чумной Доктор остался непреклонен. Поблагодарив своих последователей за верность его делу, он артистично поклонился в камеру и… Трансляция резко прервалась.
www.barutkemer.com
«Полиция уже выехала на место преступления. По предварительным данным количество погибших насчитывает тридцать шесть человек. Пострадавшие отсутствуют. В сеть уже попали фотографии и видео с места событий. А мы будем дальше следить за новостями!».
Они также показали несколько снимков, которые сделали обычные прохожие. Практически весь собор охватило яркое пламя, а прогремевший взрыв выбил все окна. Не дождавшись ухода на улицу, я открыла литровую бутылку вермута и сделала первый глоток. Жидкость приятно обожгла горло, оставив на языке приторно-сладкий вкус. Почему-то глядя на то, что осталось от некогда красивого собора, я не испытала грусть за всех тех, кто умер вместе с тем митрополитом-извращенцем. Либо я пропиталась цинизмом до мозга костей, либо вообще перестала что-либо чувствовать.
Тётя Лена глазами по пять рублей уставилась на трансляцию, и я решила, что это был идеальный момент для незаметного побега. Едва слышно попрощавшись для приличия, я выскользнула на улицу и почувствовала в воздухе слабый запах гари. Сделала второй глоток и направилась по запустелой улице. Куда-то, где бы меня не нашёл Птица. К счастью, я находилась далеко от собора, поэтому мне вполне хватило бы времени вернуться домой и не спалиться.
Погода поддержала местное настроение, и над городом нависли чёрные тучи. Когда на часах стукнуло девять вечера, меня накрыл плотный ливень, и я за пару секунд промокла до нитки. Гулять под дождём не входило в список моих любимых занятий из-за страха заболеть после такой экстремальной прогулки. Однако ощущения крупных капель на голых участках тела и прилипшей одежды не принесли какого-либо дискомфорта. Только одна ебанашка разгуливала на улице, а не бежала сломя голову домой — и это я.
— Дайте мне белые крылья. Я утопаю в омуте-е-е*, — тихонько напевала мелодичным голосом строчки песни, периодически попивая вермут. Перед глазами начало быстро мутнеть, а голова — тяжелеть. — Через тернии, провода… В небо, только б не мучаться.
Удача, видимо, была на моей стороне, потому как никаких подозрительных личностей на горизонте не наблюдалось: маргиналы, видимо, испугались растаять от дождичка как Снегурочки. А полиция была занята более важными делами, чем отлов пьющих в общественном месте дам. Одним словом — ИДЕАЛЬНО.
— Тучкой маленькой обернусь и над твоим крохотным домиком… Разрыдаюсь косым дождём…
Наклонила лицо назад небу и прикрыла глаза, позволив каплям омыть лицо и привнести ему крупицу жизни. Я чувствовала очищение души: как дождь смывал с собой на землю все негативные мысли, переживания и боль. В груди стало так хорошо и свободно… Или этот эффект оказал разлившийся в желудке алкоголь. Но разве это так важно?
— Знаешь, я так соскучился…
Сквозь шум, что закладывал уши и рассеивал внимание, засекла затылком чей-то взгляд… Возможно, я просто ошиблась на хмельную голову и просто превратилась в параноика, но интуиция твердила обратное.
— Знаешь, я так соскучилась… — шёпотом пропев строчку песни, обернулась и столкнулась лицом к лицу с тем, кто успел навести шумиху в городе и прибавить работу полиции.