Глава шестая.
К вечеру гости покинули дом Сигмы. А сам Сигма был всё ещё в шоке от произошедшего. Долго он думал о тех самых моментах, когда Николай вёл себя как ребёнок, хоть и выглядел довольно строго. Сигме казалось, что внутри Николай не такой злой, безразличный и холодный. Сигма добился того, чтобы увидеть его глаза, и добьётся того, чтобы узнать этого человека получше. Он собирается стать тем, кто растопит лёд на этом холодном сердце, но задача не из лёгких конечно... Много усилий уйдёт на то, чтобы раскрыть этого человека. Даже улыбку на его физиономии увидеть довольно сложно, это редкое явление. Но Сигма целеустремлённый, и очень-очень любопытный, как уже говорилось ранее.
С последних событий прошло пару дней. Учебный год близится к концу. Сейчас Сигма с грустным, от скуки, лицом, сидит за своей третьей партой, подперев голову кулаком. Так продолжалось до того момента, пока в класс не вошла классная руководительница и не объявила новость.
– Доброе утро, ребят. – Поздоровалась учительница. – Уже практически конец мая, вы рады? – В ответ, конечно же, все дружно закричали: «Да!». – Я понимаю, что сейчас конец года, но меня не устраивает то, что вы все сидите как-то не понятно. В основном на последних партах и по одному человеку многие. Думаю, так не пойдёт. Сгруппируйтесь, пожалуйста, чтобы передние места не были пустые и никто не сидел по одиночке.
Многие не были довольны тем, что их пересаживают, особенно в конце года, но послушаться пришлось. Ребята с последних парт начали подсаживаться к тем, кто сидит спереди один. Гоголь поступил примеру одноклассников, и пересел за парту впереди себя. На третью парту первого ряда, о как совпало. Сигма этого не ожидал, он удивился, а затем обрадовался. Улыбка озарилась на его лице. Сигма начинает замечать, что Николай хоть и аккуратно, не быстро, но начинает самостоятельно сближаться к Сигмой, что поможет ему раскрыть истинную сущность этого человека, прячущего себя за маской безразличия.
И теперь они сидели вместе. Сигма не понимал, от чего его сердце так колотится каждый раз, когда он рядом с ним. На уроках он смотрит только на него и не может оторваться, практически не слушая учителей. Жизнь прекрасна.
***
Сегодня у Сигмы день рождения. Ему семнадцать лет. Он сидит в своей комнате и залипает в телефоне, так как делать больше нечего. На день рождение он обычно никого не приглашает, люди приходят сами, в основном родственники. Спустя несколько часов к нему приехала тётя, сестра его матери, вместе со своей восемнадцатилетней дочерью, которая является двоюродной сестрой Сигмы и очень любит его как родного брата. Но её поведение слегка подбешивает Сигму, хотя ему удаётся это не показывать.
Сейчас все находятся на кухне, кроме самого именинника, он не в настроении, как на зло. Пока дверь в его комнату не открылась.
– Сигма, может выйдешь? – Спросила мать, которая и открылась дверь в комнату. – К тебе тут пришёл кое-кто.
– Кто? Сын троюродной тёти его двоюродного дяди которого я в лицо никогда не видел? – Грустно ответил Сигма, не желая видеть никого из присутствующих.
– Заходи. – Обратилась женщина к кому-то, отходя от двери и исчезая вообще из поля зрения Сигмы. В комнату зашёл нежданный кость.
– Такой грустный ты, никого видеть не хочешь, меня тоже видеть не рад? – Заговорил вдруг он, войдя в комнату, и закрыв за собой дверь. – Ну, я могу уйти, раз ты не рад гостям, если ты конечно хочешь.
– Нет! – Сигма подскочил с кровати и отбросил телефон, подойдя ближе к гостю. – Не уходи!
– Неужели? Ну, тогда, привет.
– П-привет... Я рад, что ты пришёл, Коля. Я правда рад, я просто не ожидал...
– Я мог не прийти, если бы мать меня не заставила.
– «Понятно, значит он и не собирался приходить...» – Подумал про себя Сигма, вновь огорчившись.
– Ну чего ты такой не весёлый? День рождение ведь. Пойдём. – Он взял Сигму за запястье и потащил куда-то на кухню.
– Постой, куда...!
Но Сигму уже притащили на кухню ко всем присутствующим. Там Сигму поздравила мать Николая. Сам Гоголь подошёл к матери, и что-то ей сказал. Она отдала красивый пакет сыну. Николай протянул его Сигме.
– С днём рождения тебя. – Спокойно сказал он, вручив пакет именнинику. Сигма удивился, что он соизволил явиться на его праздник, так ещё и подарок купить, ему даже стало интересно, что он там приготовил. Но достав подарок из пакета, он просто ахнул от восторга и удивления.
– Это... Это же та самая... – Сигма не мог подобрать нужных слов. Он был в шоке.
– То самое худи, которое ты хотел. Благо, его никто не выкупил, поэтому я и решил тебя порадовать.
– Коля... Пять тысяч... Пять тысяч ты потратил на подарок мне...? Я был бы и открытке рад...
– Радуйся, что я хоть что-то тебе подарил. Обычно я никому ничего не дарю, ты первый, на кого я потратил деньги для подарка.
– Я... У меня нет слов... Это лучший подарок в моей жизни... Ты лучший, Коля!
После этих слов, Сигма напрыгнул на одноклассника с объятиями и крепко-крепко прижался к нему. Николай был слегка удивлён такому. Нет, скорее всего, просто от неожиданности удивился, и быстро вернул своё каменное выражение лица. А затем обнял Сигму в ответ и улыбнулся, закрыв глаза. Родители смотрели на них и улыбались тоже. Гоголь сам отстранился первым, и Сигма успел лицезреть тот момент, когда он улыбался. Улыбался искренне, а не наигранно. Сердце было готово вылететь из грудной клетки. И Сигма понял... Он влюбился. Влюбился по уши в этого тихого парня, который никогда никак не реагировал на него. Полюбил его прекрасную внешность, мягкие волосы, добрую улыбку и его чудесные глаза. Он осознал это, но признаться не может. Уверен, что его отошьют. Гоголю было плевать даже тогда, когда они целовались. Сигма об этом задумался, и вновь загрустил, глубоко и тяжело вздохнув. Улыбка с лица Николая тоже пропала.
– Сигма? Да что с тобой такое сегодня? Где праздничное настроение? Почему ты грустишь? – Начал беспокоиться Гоголь, и Сигма это заметил. По телу пронеслось приятное, тёплое ощущение.
– Нет-нет! Всё нормально! Я совсем не грущу!
– Ну-ну...
– Я пойду к себе... Приду позже...
И тут раздался стук в дверь. Как на зло. Сигма даже не знал, кто ещё кроме всех, кто уже пришёл, мог бы прийти к нему на день рождения. И мать Сигмы попросила сына открыть дверь. Настроение Сигмы ухудшилось ещё больше, увидев гостя. О нет. Это же...
– Тацухико собственной персоной! С днём рождения, дорогой мой Сигма. – Произнеся это, парень нагло вошёл в квартиру и приобнял Сигму за талию. Всё это время Гоголь стоял в дверном проёме между кухней и прихожей, наблюдая за этими двумя.
– Лучше бы не приходил. – Грубо произнёс Сигма, отстранившись от красноглазого.
– Ну чего так грубо-то? Прям совсем не рад?
– Безумно рад. – Это был сарказм Сигмы.
– Пойдём-ка поговорим. – Шибусава положил свою ладонь на спину Сигмы и заставил его пойти вперёд под командованием руки Тацухико. Они отошли в гостинную, где не было никого. Там-то Сигма уже и был прижат к стене.
– Отпусти.
– Не убедительно.
– Что тебе нужно?
– Ты знаешь, солнышко, что мне нужно.
– И что же, м? Поделишься секретиком? – С насмешкой, но вполне с серьёзным лицом заговорил Гоголь, уже находящийся в дверном проёме гостинной.
– О-о-о, и ты тоже тут. – Он отошёл от Сигмы на шаг. – Вот же-ж Сигма, каким боком ты сдружился с уродом?
– От урода слышу. – Николай подошёл ближе, и встал между ними, загораживая собой Сигму.
– Где зелье храбрости нашёл? Давно синяков никто не оставлял? Могу исправить. Всё ещё скрываешь свой уродский глаз, вот правильно и делаешь.
– Замолчи! – Неожиданно воскликнул Сигма. – Не смей оскорблять его, и уж тем более его прекрасные глаза! У него они уж точно будут покрасивее твоих!
– А ты, смотрю, Гоголь, защитником себя возомнил? И Сигма, вижу, тоже. Думаешь, защищаешь Сигму, а он будет защищать тебя? Никому такой урод не нужен, знай это. Всегда был один и будешь.
– Нет, это не так. Мне не нужна защита. Я взрослый человек, который может за себя постоять, и защитить других. Отвали от Сигмы, будь хорошим мальчиком. Твоих дружков тут нет, некому прикрывать тебя.
– Хах, ну-ка, я целых... Э... Одиннадцать лет не видел твоего уродского глаза! Дай-ка полюбоваться. – На лице Тацухико появилась ухмылка. Он быстро схватился за повязку на глазу Николая и порвал нить, откинув тряпку на пол. Гоголь и среагировать не успел, лишь вытаращил глаза.
– Сволочь... – Он схватил красноглазого за ворот футболки. – Мне даже плевать, что ты видишь сейчас это. Я стал тебя ненавидеть ещё больше. Знал бы ты, насколько дорога мне эта повязка, тварь.
Всё это время Сигма стоял в непонимании. Он не знал, что делать. Не мог пошевелиться, просто застыл. Но в голове произошёл щелчок. Он пришёл в себя, его взгляд с начала пал на порванную повязку, а затем на этих двоих, которые оба уже были на грани срыва, чтобы побить друг-друга. Сигма быстро среагировал и приобнял Гоголя за руку, оттащив его в сторону.
– Прекратите! Тацухико, уходи. Пропади с глаз моих! Пришёл на праздник, так веди себя нормально!
– Дружку своему скажи. Он тоже себя ведёт неподобающе.
– Уходи! – Громко выкрикнул Сигма.
И Шибусава ушёл к остальным, на кухню. Сигма присел на корточки и поднял повязку, а потом поднялся, и столкнулся со взглядом глаз разного цвета. Эти глаза были настолько завораживающие, гипнотизирующие... Он словно впал в транс и застыл на месте. Гоголь не пытался спрятать глаз, он даже взгляда не уводил. Из-за такого длительного зрительного контакта, щёки Сигмы сами приняли решение покраснеть, но Николай, опять же, никак не отреагировал, хоть и заметил. Но вскоре Сигма пришёл в себя.
– Я... Я куплю тебе новую... – Неуверенно заговорил сероглазый.
– Нет, не нужно. – Безразлично ответил Николай.
– Но как ты...
– Никак. Я не хочу больше скрывать... Надоело. Я знаю, что тебе нравится, когда я не прячу глаза, поэтому... Можешь радоваться. – На его лице воцарилась улыбка. Он приблизился ближе к Сигме и положил руку на плечо. – Ты хочешь задать вопрос? – Заметил он.
– Я... – Сигма залился краской ещё сильнее. Он был слишком близко. Эта близость его смущала. – Вы... Вы... Вы знакомы...?
– Долгая история. А тебя как угораздило с ним связаться?
– Долгая история...
– Используешь мою тактику против меня?
– Почему я должен рассказывать, если ты не хочешь?
– Расскажу, если тебе интересно, но не сейчас.
– Я благодарен... Позволишь... Отблагодарить...?
– Как отблагодарить?
– Вот так. – Быстро произнёс Сигма, а затем чмокнул того в щёку и быстро отстранился. – Прости... Я знаю, что ты сейчас начнёшь говорить, можешь не начинать...
– Раз ты знаешь мою реакцию, то зачем продолжаешь?
– Пойдём уже...