Billie Eilish

Несколько недель после церемонии премии я прожила как на иголках. Призрак Билли маячил на периферии сознания, отвлекая от работы, мешая сосредоточиться на новых ролях. Эхо её взгляда, её смеха, её запаха - всё это, казалось, пропитало воздух вокруг меня. Я ругала себя за эту слабость, за то, что позволила прошлому так легко ворваться в мою новую, спокойную жизнь. Марк, кажется, ничего не замечал, или делал вид, что не замечает, по-прежнему оставаясь воплощением надёжности и равновесия.
Я убеждала себя, что это была просто случайность, мимолетный момент ностальгии, вызванный неожиданной встречей. Что скоро всё уляжется, и я снова смогу спокойно дышать.
Но судьба, или, возможно, просто беспощадный мир индустрии развлечений, решил иначе. Я получила приглашение на закрытую вечеринку одного из влиятельных продюсеров после громкой премьеры нового блокбастера. Подобные мероприятия были частью моей работы - налаживание связей, поддержание имиджа, поиск новых проектов. Я шла туда с Марком, готовая улыбаться, позировать и вести светские беседы, играя свою обычную роль.
Вечеринка проходила на крыше роскошного отеля. Играла громкая музыка, сотни людей сновали по площадке, смеялись, разговаривали, пили дорогие напитки. Сверкали огни города внизу. Это был типичный мир, в котором мы обе вращались - блестящий, шумный, немного искусственный, но до жути реальный.
Я разговаривала с режиссёром, обсуждая возможности совместной работы, когда почувствовала знакомый пронзительный взгляд. Сердце сжалось. Я медленно повернула голову.
Она стояла в нескольких метрах от меня, окружённая своей обычной свитой - командой, Лео, который выглядел как идеальный рок-н-ролльный спутник, и группой восторженных поклонников, которые пытались пробиться поближе. Билли. В этот раз она была в смелом, с ярким макияжем, соответствующим её образу. Она смеялась, откидывая голову, её волосы разметались. Она была в своей стихии, в центре внимания, сияющая и недоступная.
Но когда наши взгляды встретились, всё изменилось. Шум музыки, голоса людей, огни - всё словно отошло на задний план, сосредоточившись на этих нескольких метрах, разделяющих нас. На её лице, только что озарённом смехом, мелькнуло то же выражение, что и на премии - смесь шока, удивления и... чего-то ещё. Того самого "эха", которое я чувствовала в себе.
Разговор с режиссёром оборвался на полуслове. Марк, стоявший чуть позади меня, не заметил этой невидимой связи. Он повернулся ко мне, ожидая, что я продолжу беседу.
Я не могла пошевелиться. Я просто смотрела на Билли, а она смотрела на меня. В этот раз не было толпы между нами, только несколько человек, которые могли в любой момент отойти. Это было более опасно, более интимно, несмотря на десятки окружающих нас людей.
Билли перестала смеяться. Лео что-то сказал ей на ухо, но она, кажется, его не слышала. Её взгляд был прикован ко мне, и я чувствовала, как её эмоции проникают через толпу, через шум, прямо ко мне.
Мгновение. Короткое, тягучее мгновение, которое длилось вечность.
Затем она сделала шаг. Всего один. Её команда и Лео остались на месте, ожидая. Билли направилась прямо ко мне. Медленно, решительно. Люди вокруг неё расступались, словно чувствуя какую-то невидимую силу.
Я тоже не могла отвести взгляд. Что она делает? Здесь? В окружении всех этих людей? Это было немыслимо, безрассудно.
Она подошла почти вплотную, остановившись буквально в метре. Мой агент, стоявший рядом с режиссёром, замер с поднятым бокалом. Марк повернул голову, наконец осознав, что происходит что-то необычное.
Билли не улыбалась. Её глаза были серьёзны, в них читалась та же внутренняя борьба, которую я видела в себе.
-Ариша, - тихо сказала она, её голос был едва слышен из-за музыки, но я услышала его идеально.
-Билли, - ответила я, тоже тихо.
Напряжение в воздухе стало почти физическим. Я чувствовала, как взгляды некоторых людей вокруг начинают скользить в нашу сторону. Шепотки. Любопытство. Это была бомба замедленного действия.
Она оглянулась на мгновение, быстро оценивая ситуацию - Лео, её команда, мой агент, Марк, десятки незнакомых лиц, готовых схватить любую крупицу информации.
-Нам нужно... поговорить, - сказала она, понизив голос ещё больше, почти до шёпота. -Не здесь.
Её взгляд был умоляющим, но в то же время решительным. Она не устраивала сцену. Она просто констатировала факт. Эхо было слишком сильным, чтобы его игнорировать, и оно требовало выхода.
Я посмотрела на Марка. Его брови были слегка нахмурены, он явно не понимал, что происходит, но видел напряжение между нами. Я посмотрела на своего агента, на его застывшее лицо. Они все ждали моей реакции.
Внутри меня боролись разум и инстинкт. Разум кричал: "Нет! Это самоубийство! Уходи! Сделай вид, что это просто короткое приветствие!" Инстинкт, подгоняемый эхом, шептал: "Иди. Ты ждала этого. Тебе это нужно."
Я сделала выбор. Выбор, который, я знала, повлечет за собой последствия.
-Да - тихо ответила я. -Нужно.
Билли едва заметно кивнула.
--Найди меня, - прошептала она, и в её голосе промелькнуло обещание, вызов. -Позже.
Она задержала на мне взгляд ещё на мгновение, словно пытаясь передать что-то важное одним только взглядом. Затем, так же медленно, как подошла, она повернулась и направилась обратно к своей группе, вновь надевая на лицо маску светской звезды.
Я осталась стоять посреди толпы, чувствуя себя обнажённой. Режиссёр попытался продолжить разговор, мой агент наконец отмер и сделал шаг ко мне, чтобы, вероятно, начать что-то выяснять. Марк подошёл ближе.
-Кто это был?- тихо спросил он, его голос был осторожным.
-Билли - ответила я, чувствуя, как дрожит мой собственный голос. -Билли Айлиш... та певица. Мы... были знакомы раньше. По работе.
Ложь. Снова.
-Понятно- сказал Марк, но в его глазах читался вопрос.
Я заставила себя повернуться к режиссёру, принужденно улыбнуться и попытаться вернуться к прерванному разговору. Но мысли мои были далеко. Они были с Билли, с её взглядом, с её словами: "Найди меня. Позже."
Эхо теперь не просто звучало внутри. Оно вырвалось наружу, заявило о себе в самом эпицентре нашего контролируемого мира. И теперь мне предстояло решить, как на него ответить. Как найти её в этом хаосе. И что будет, когда мы снова окажемся наедине. Вечеринка продолжалась вокруг, шумная и слепящая, но для меня она внезапно превратилась в поле битвы - с прошлым, с настоящим и с непредсказуемым будущим.

Пятнадцать минут казались бесконечностью. Я судорожно придумывала предлоги, чтобы уйти. Сослалась на головную боль, на усталость после тяжелой недели. Извинилась перед режиссером, пообещав связаться с ним позже. Марк, хоть и выглядел немного обеспокоенным моим внезапным уходом, согласился поехать со мной. Это было проблемой. Я не могла пойти к служебному входу с ним.

-Милый, я думаю, тебе стоит остаться, - сказала я Марку, когда мы направлялись к выходу с основной площадки. -Тебе нужно пообщаться, это важно для твоей работы. А я правда себя неважно чувствую. Возьму такси.

Он нахмурился. -Но я могу поехать с тобой. Мне не так уж обязательно здесь оставаться.

-Нет-нет, правда, - настаивала я, чувствуя себя отвратительно из-за обмана. -Ты оставайся. А я лучше немного отдохну. Увидимся дома.

Я поцеловала его в щеку, быстро попрощалась с агентом, который, кажется, всё ещё что-то подозревал, и направилась к лифтам, ведущим с крыши. Спустившись, я не стала искать такси. Вместо этого, убедившись, что никто за мной не следует, я быстро нашла коридор, ведущий к служебному входу, который указала Билли.

Там было темно и тихо, совсем не так, как на крыше. Запах мусорных контейнеров смешивался с запахом сигарет. В тусклом свете одинокого фонаря я увидела силуэт, прислонившийся к стене. Билли. Она стояла там, скрестив руки на груди, её взгляд был устремлен куда-то в темноту. Она тоже, видимо, как-то ускользнула от своей свиты.

Я подошла тихо, не желая её напугать. Она повернула голову, услышав мои шаги. В свете фонаря её глаза казались огромными.

-Думала, не придешь, - тихо сказала она.

-Пришла, - ответила я, чувствуя, как дрожь пробегает по телу, несмотря на прохладный воздух. Мы стояли в тени, скрытые от всех, всего в нескольких метрах от громкой, сверкающей вечеринки, которая была нашим миром.

Наступила пауза. Неловкая, напряженная. Два года, изменившие всё, стояли между нами.

-Зачем ты хотела поговорить? - наконец спросила я, не выдержав тишины.

Она пожала плечами, но это движение было нервным. -Я не знаю. Просто... увидела тебя там. И... поняла, что не могу просто пройти мимо.

-Там было много людей - заметила я, и в моём голосе, возможно, звучал упрек. Ее поступок был невероятно рискованным.

-Именно поэтому, - тихо ответила она, глядя мне прямо в глаза. -Потому что там было много людей. И потому что я почувствовала... то самое. Снова.

-То самое.
Эхо. Она тоже его почувствовала.

-Билли... ты изменилась, - вдруг сказала я, высказав вслух то, что не давало мне покоя с той премии. Я сделала шаг ближе, сокращая наше физическое расстояние, но не уверенная, что могу сократить эмоциональное.
-Ты теперь совсем другая на публике. С Лео... вы не скрываетесь. И ты не выглядишь... такой испуганной.

Я вспомнила, как мы прятались по углам, как она вздрагивала от каждого звонка, как её команда называла меня "риском". И вот теперь она стоит здесь, в тени, после того, как при всех подошла ко мне на вечеринке, а днём раньше сверкала на премии рядом со своим парнем, которого не прячет.

-Вспомни, как мы... как всё было у нас, - продолжила я, и слова вырывались сами собой, неконтролируемо. -Мы планировали каждый выход, каждую встречу. Боялись каждого шороха. Твоя команда... они называли меня проблемой. И ты сама... ты так боялась, что я... что мы... всё разрушим.

Я видела, как мои слова попадают в цель. Лицо Билли напряглось.

-И теперь ты вот так... выходишь с Лео, смеешься перед камерами, ведёшь себя так, будто... будто ничего не боишься. Я не понимаю. Как так? - в моём голосе было столько вопросов, столько невысказанной боли и разочарования от того, что ради него она, кажется, смогла преодолеть страх, который разрушил нас.

Билли глубоко вздохнула, её плечи немного опустились. Она отвела взгляд, посмотрев на мерцающие огни ночного города.

-Это... это не так просто, как кажется, Ариша, - тихо сказала она. - И я не... не перестала бояться. Просто... научилась с этим жить. Или играть лучше.

Она снова посмотрела на меня. В её глазах не было прежнего страха паники, но была глубокая усталость и что-то вроде грусти.

-С Лео... это другая история - начала она объяснять, подбирая слова

Её слова были как удар.

-Это... это не значит, что там нет... чего-то настоящего, - быстро добавила она, словно прочитав мои мысли. -Но... это совсем не то... что было с нами.

Она сделала шаг к мне, сокращая расстояние ещё больше. Теперь мы стояли так близко, что я чувствовала тепло, исходящее от неё, слышала её тихое дыхание.

-С нами... это было... неконтролируемо», - прошептала она, и в её голосе появились те самые нотки, которые я так хорошо помнила. Нежность, уязвимость. -Это не вписывалось ни в один их план. Это было... слишком сильно. Слишком реально. И именно поэтому... они так боялись. И я боялась... за всё.

Она остановилась. Слова повисли в воздухе, тяжёлые от признаний.

Она подняла руку и осторожно коснулась моей щеки. Это было первое прикосновение за два года. Нежное, осторожное.

-Но когда я увидела тебя... - её голос дрогнул. -На премии. Сегодня... Я поняла, что... эхо всё ещё здесь. И оно... оно всё ещё звучит только для тебя. Не для камер. Не для публики. Только для тебя.

Её прикосновение, её слова - всё это растопило лёд, который нарастал во мне эти два года. Боль от обиды не ушла полностью, но теперь я видела её страх, её борьбу, её признание в том, что то, что было между нами, было настоящим и поэтому таким пугающим для мира, в отличие от того, что она демонстрирует сейчас.

-Ты думаешь...- начала я, но слова застряли в горле.

Билли не ответила. Она просто смотрела на меня, её взгляд был глубоким и полным невысказанных эмоций. В темноте служебного входа, вдали от шума и блеска вечеринки, мы на мгновение снова стали теми, кем были раньше - двумя людьми, связанными чем-то сильным и опасным для их публичных жизней.

Её пальцы нежно скользнули по моей щеке, задержались на мгновение, а затем медленно опустились. Воздух снова стал плотнее. Мы поговорили. Я высказала свои вопросы, она дала свои ответы - ответы, которые были болезненными, но, кажется, искренними. И теперь эхо не просто звучало. Оно стало осязаемым, реальным, стоящим прямо передо мной в темноте. И я не знала, что делать с этой реальностью дальше.

Она сделала ещё один крошечный шаг, и теперь мы стояли так близко, что я чувствовала её дыхание на своём лице. Я смотрела в её глаза, пытаясь прочитать в них правду, пытаясь понять, что стоит за этими словами. Страх? Раскаяние? Желание всё вернуть? Или просто признание того, что наше прошлое было слишком реальным, чтобы его забыть?

Моё сердце колотилось как сумасшедшее. Я чувствовала, как всё моё тело напряжено, готовое либо оттолкнуть её, либо притянуть к себе. Два года я строила новую жизнь, убеждала себя, что всё в порядке, что я нашла своё спокойствие. И вот одно прикосновение, один взгляд - и всё пошатнулось.

-Билли... - выдохнула я, её имя сорвалось с губ не как вопрос, а как признание. Признание того, что она всё ещё имеет над мной власть.

Она не сказала ни слова. Просто продолжала смотреть на меня, её взгляд был таким интенсивным, что казалось, проникал мне прямо в душу. В этом взгляде я видела отражение всего - и безумной страсти, и нашего общего страха, и боли расставания, и, возможно, даже сожаления.

Медленно, словно в замедленной съемке, она подалась вперёд. Моё дыхание перехватило. Я знала, что произойдёт. Я знала, что это неправильно. Что это предательство. Но я не могла пошевелиться. Не могла отвернуться.

Её губы коснулись моих. Это был не страстный поцелуй, не требовательный. Он был мягким, осторожным, полным нежности и грусти. Поцелуй-воспоминание. Поцелуй-признание. Признание того, что эхо не просто звучит - оно живёт.

Мои глаза закрылись сами собой. Я ответила на поцелуй, вкладывая в него всю накопившуюся за эти годы боль, все невысказанные вопросы, всю нерастраченную нежность. Мир вокруг нас исчез. Остались только мы в этой тёмной нише, два человека, которые когда-то были всем друг для друга, а теперь просто эхо прошлого, столкнувшееся в настоящем.

Длилось это недолго. Всего несколько секунд. Секунд, которые показались вечностью. Секунд, после которых всё уже не могло быть прежним.

Билли первой оторвалась. Она отступила на шаг, её глаза всё ещё были прикованы к моим. На её губах застыло то же самое сложное выражение.

Я не могла найти слов. Вкус её губ всё ещё был на моих. Сердце бешено стучало. Дыхание было сбитым.

Мы стояли так, глядя друг на друга, в тишине, прерываемой лишь далёкими звуками вечеринки. Что теперь? Что это означало? Это было прощание? Или что-то другое?

-Нам... нужно идти, - наконец тихо сказала Билли, её голос был дрожащим. Она оглянулась на секунду в сторону, откуда доносились голоса и музыка. Реальность нашего мира снова ворвалась в наш маленький пузырь.

Я только кивнула. Слова застряли в горле.

- Ариша...- снова позвала она, и когда я посмотрела на неё, в её глазах было столько всего, что я не могла расшифровать. Боль, сожаление, возможно, даже проблеск надежды.

Но она ничего не сказала. Просто медленно повернулась и пошла прочь, обратно к свету, к шуму, к своей "безопасной" жизни.

Я осталась стоять в темноте, прислонившись к холодной стене. Чувствовала себя опустошённой и наполненной одновременно. Опустошённой от того, что всё закончилось так быстро, так непонятно. Наполненной - воспоминаниями, эмоциями, ощущением её губ на своих.

Что это было? Момент слабости? Прощание? Или знак? Знак того, что эхо слишком сильно, чтобы его игнорировать?

Я не знала. И, возможно, пока не хотела знать. Нужно было вернуться. Вернуться на вечеринку, к Марку, к своей жизни. И притвориться, что ничего не произошло. Снова играть роль. Но теперь я знала, что эхо не просто где-то там. Оно внутри меня. И после этого поцелуя оно стало звучать ещё громче.

Я глубоко вдохнула холодный ночной воздух, пытаясь успокоить бешеное сердцебиение. Затем выпрямилась, поправила одежду и, стараясь придать лицу невозмутимое выражение, вышла из тени и направилась обратно к свету и шуму вечеринки. Игра продолжалась. Но ставки теперь были намного выше. И я не была уверена, что смогу играть свою роль так же убедительно, как раньше.