Удаленные слова
Вика открыла дверь квартиры и едва переступила порог, как тут же услышала голос Леры:
— Это тебя что, Егоров подвозил? — Лера стояла в коридоре, руки на бедрах, глаза блестят любопытством и едва скрываемым удивлением.
Вика устало вздохнула, стараясь спрятать эмоции:
— Лер, не начинай...
Она прошла на кухню, Лера следом, не отступая.
— Нет, я начну! — Лера насмешливо сложила руки. — Я видела в окне его машину, Смолина! Что за дела? То ты страдаешь, то тебя Егоров привозит...
Вика устало оперлась на стол:
— Между нами ничего нет. Он просто подвез меня.
Лера прищурилась, скрестив руки на груди:
— Ага, конечно. Просто подвёз. Вечером. После работы. На своей машине. —
Она подняла бровь. Вика закатила глаза:
— Ну вот, началось...
— Не «началось», а «продолжается»! — не унималась Лера. — Давай, рассказывай. Что там случилось на самом деле?
Вика глубоко вздохнула и села на стул. Начала рассказывать: как Кирилл появился у ресторана, как спас её от Романа, что произошло с администратором, как они сначала случайно встретились в ресторане... Лера слушала, не мигая, потом выдохнула, хлопнув ладонью по столу:
— Ну и урод этот твой управляющий! Совсем совесть потерял.
Она хмыкнула и добавила, чуть мягче:
— А Егоров, надо признать, молодец. Не растерялся.
Вика фыркнула, качая головой:
— Ещё недавно ты была готова его прибить, — усмехнулась она. — А теперь снова сватаешь меня с ним?
Лера пожала плечами, невозмутимо:
— Ну, знаешь... когда человек вот так лезет на рожон ради тебя — это что-то значит.
Вика закатила глаза, но в уголках губ мелькнула слабая улыбка.
— Куда ты ни пойдёшь, а судьба идёт за тобой, Смолина... — мечтательно протянула Лера.
— Задолбала эта судьба! — психанула Вика, устало опираясь на стол.
Лера скрестила руки, наблюдая за ней:
— И что ты теперь будешь делать?
— Не знаю... — тихо сказала Вика, уставившись в кружку. — Завтра в ресторане напишу заявление на увольнение.
— А с Егоровым? — прищурилась Лера.
— Не знаю... — вздохнула Вика. — Я запуталась. И ещё тот поцелуй... он вывел меня из себя.
Лера прищурилась и с улыбкой протянула:
— О поцелуе ты ничего не говорила.
— Да, да, мы поцеловались, — коротко подтвердила Вика.
— И что ещё можно думать, ждать пока вы вместе не проснетесь в одной постели, — хитро улыбнулась Лера.
— Лера! — воскликнула Вика, шутя, но с ноткой раздражения.
Лера лишь засмеялась, и Вика снова устало оперлась на стол:
— Я не хочу идти на поводу у чувств... Ладно, я в душ и спать. Завтра снова искать работу.
— Мы ещё вернёмся к Егорову, — весело крикнула Лера ей вслед.
Вика лишь кивнула, устало улыбнулась и пошла в ванную, оставляя Леру с мыслями о том, что история далеко не закончена.
———
Кирилл только захлопнул за собой дверь, как услышал знакомый голос из прихожей:
— Ну что, герой, покажись.
Он обернулся. У стены, скрестив руки, стоял его отец — Сергей Сергеевич.
При виде сына он поднял брови и усмехнулся:
— Ну прям красавец... — кивнул на ссадину над бровью и рассечённую губу.
Кирилл выдохнул, устало бросив:
— Пап, только не начинай, ладно?
— Та не, сын, — отец сделал пару шагов вперёд, — я, конечно, горжусь тобой. Герой, всё такое, можешь постоять за девушку.
Он сделал паузу и добавил, уже с оттенком раздражения:
— Но без последствий звонка из полиции, было бы куда приятнее.
Кирилл провёл рукой по лицу, чувствуя, как тянет кожу на рассечённой губе.
— Я разберусь, — коротко ответил он.
Отец хмыкнул:
— Разберусь он... Я уже разобрался. Но, знаешь ли, не очень приятно, когда вечером звонит капитан полиции и говорит, что мой сын избил человека.
Он посмотрел прямо в глаза Кириллу.
— Это хорошо, что меня в городе все знают. И знают, кто мой сын. Считай, тебе повезло.
Кирилл опустился на диван, потерев виски.
— А что говорить-то? Этот урод приставал к Вике. Что мне ещё оставалось делать? Это он ещё легко отделался.
Сергей Сергеевич вздохнул, качая головой:
— Считай, дело замяли. Я поговорю с капитаном, чтобы пересмотрел камеры. Можешь не благодарить.
Он уже направился к двери, но на секунду остановился, глядя на сына через плечо:
— Кстати... я решил вопрос с институтом.
Помолчал, потом добавил, чуть тише:
— Она ведь тебе девушка ещё, да?
Кирилл опустил взгляд, сжал кулаки.
— Спасибо, пап, — сказал он глухо.
Потом, чуть слышно:
— Я не знаю, кто мы...
Отец ничего не ответил. Только тихо выдохнул, покачал головой и ушёл, оставив Кирилла одного — с болью, злостью и мыслями, от которых не уйти.
Квартира погрузилась в тишину. Только тиканье часов и редкий шум машин за окном.
Кирилл сидел на диване, опустив голову, локти на коленях, взгляд — в никуда.
Мысли метались, будто кто-то швырял их в разные стороны: слова отца, лицо Вики, поцелуй, её испуганные глаза у ресторана.
Он медленно достал телефон, посмотрел на экран. В списке чатов — её имя. Простое, до боли знакомое: «Вика».
Палец сам нажал. Пустое окно сообщения.
Он долго смотрел на курсор, мигающий внизу. Потом набрал:
«Ты в порядке?»
Минуту просто смотрел на эти три слова.
Сжал губы — и стёр.
Вдохнул, выдохнул, снова набрал:
«Мне нужно тебя увидеть.»
Секунда. Две. Три. Он стёр и это.
Сердце билось неровно, где-то в груди будто скребло.
Пальцы снова заскользили по экрану.
«Прости. За всё.»
Он почти нажал «Отправить»... но остановился. Глаза закрылись сами собой, пальцы дрогнули — и сообщение исчезло.
Кирилл опустил телефон рядом на диван, откинулся назад, прикрыв глаза.
Всё казалось таким простым — просто написать. И одновременно невозможным.