Глава 35. Рождество.
Счастье иногда может быть таким простым, но Фэн Юнь никогда раньше его не испытывал.
Тусклый оранжевый свет уличного фонаря падал сверху на фигуру Нин Аня, будто заключая его в клетку и образуя отдельный маленький мирок.
Юноша в этом мире, казалось, мог не обращать внимания на темные тучи, постепенно опускающиеся над его головой, а также на холодный и завывающий ветер снаружи.
Фэн Юню захотелось поскорее войти в этот маленький мирок, где было так тепло и уютно.
Он подошел к Нин Аню и с легкой улыбкой взъерошил ему волосы.
Нин Ань недовольно дернул головой, но ничего не сказал, лишь поправив растрепанную прическу.
Дела «Юнлай» всегда шли очень хорошо. Даже если Нин Ань договаривался о встрече задолго до назначенной даты, зарезервировать отдельную ложу было нереально.
Они сели в уединенной нише, отделенной от общего зала ширмой.
Их столик располагался рядом с большим окном от пола до потолка с традиционными оконными решетками, вырезанными из бумаги.
Праздничная атмосфера Рождества создавалась снежинками, фонариками и фигурками с Санта Клаусами и оленями.
Звучала тихая музыка, но не «Колокольчики звенят», а нечто более спокойное и романтичное.
Владелец подарил каждому гостю за столом подарок: керамический держатель для палочек для еды в форме розовой вишни, очень маленький и симпатичный.
Нин Ань принял его и прошептал Фэн Юню:
- Актуальненько.... Нам явно не хватает пары подставок для палочек для еды на обеденном столе.
Очевидно, это было всего лишь самое обычное предложение, но Фэн Юнь с трудом сдержал улыбку. Уголки его губ непроизвольно поползли вверх.
Такая улыбка делала его моложе и солнечнее, придавая его лицу выражение какого-то небрежного озорства.
Если бы Чу Яян увидела это, у нее бы точно челюсть упала от шока. Это был совсем не тот равнодушный и безэмоциональный Фэн Юнь, которого она знала.
Блюда готовились быстро, гребешки и морские ежи оказались свежими и сладкими. Нин Ань не смог удержаться, чтобы не положить себе на тарелку чуть больше, чем обычно.
Отложив, наконец, палочки для еды, он взял бокал в руки и посмотрел в окно. Было очень красиво: уличные фонари ярко освещали улицу, а окна и витрины поблескивали мишурой и бегущими огнями.
Все было точно таким же, как и в его мире.
Праздничный шум и суета везде одинаковы. Важно лишь, одинок ли ты в этот праздник или можешь с кем-то его разделить...
В это время дома всегда собиралась вся семья и было очень оживленно. Как же он отпразднует этот новый год?
Нин Ань не осмеливался глубоко задумываться о своем одиночестве, поэтому опустил голову и залпом выпил весь бокал. Настроение у него резко испортилось.
Фэн Юнь посмотрел на помрачневший взгляд юноши. Заметив испачканный в соусе уголок рта, мужчина наклонился и осторожно вытер его большим пальцем.
Нин Ань был застигнут врасплох, а Фэн Юнь продемонстрировал ему испачканный в соусе палец:
- Почему ты все еще как ребенок? И одежду тоже соусом уделал...
Нин Ань покраснел, серьезно рассматривая лацканы.
Фэн Юнь улыбнулся и налил ему чашку горячего чая:
- Ну что, опрокинем по одной?
Они чокнулись чашками.
Нин Ань слегка вздохнул, изо всех сил стараясь избавиться от грусти, и улыбнулся:
- На самом деле, я немного скучаю по дому.
Фэн Юнь тоже улыбнулся:
- Почему ты все еще привязан к родителям, как ребенок? Если хочешь, я сопровожу тебя завтра домой.
- Вернуться домой? - Глаза Нин Аня загорелись, но тут он осознал, что Фэн Юнь говорит о семье Нин Шицю.
В этом мире его отношения с родителями не были близкими. Он навещал их после женитьбы всего дважды. Впрочем, почему бы и не сходить в гости? Юноша одобрительно кивнул.
Когда они вышли после ужина, в небе кружились снежинки.
Нин Ань радостно вскинул голову, восклицая:
- Снег на Рождество - это романтично!
Фэн Юнь не чувствовал себя романтиком.
Большая часть его детства прошла на юге, в маленьком приморском городке, откуда был родом его дед.
Зимой там редко выпадал снег. А если вдруг такое и случалось, то все быстро таяло.
Университет он заканчивал в городе А. Это город, где жили его бабушка и дедушка, и где выросла его мать.
Впервые увидев сильный снегопад после переезда на север, он был взволнован и полон радости.
Но по прошествии стольких лет он вдруг, с какого-то момента, перестал любить снег.
Фэн Юнь посмотрел на взволнованный вид Нин Аня и внезапно осознал, что его нелюбовь к снежной погоде связана именно с юношей. После того, как он увидел Нин Аня, мерзнущего ради съемок и показов, холод и снег начали вызывать у него крайнее неприятие.
Он вспомнил, что Нин Ань снимался несколько раз во время снегопада или несколько дней спустя.
Хотя Нин Ань стойко терпел издержки своей профессии, Фэн Юнь знал, что юноша сильно мерз и в результате пострадал.
Некоторые вещи, которые кажутся красивыми на первый взгляд, на самом деле холодны и жестоки, и снег - одна из них.
Это то, что причинило вред Нин Аню.
Так что ему больше не нравились зима и снег, и он совсем не находил это романтичным.
Мужчина поднял голову. Снежинки падали ему на лицо и ресницы, превращаясь в холодную влагу.
Снег усилился. Казалось, небесный занавес приоткрылся, и снежинки вывалились все сразу из какой-то заоблачной кладовой, устремившись к земле.
Они вдвоем дошли пешком до парковки и немного поиграли в снегу. А перед тем, как сесть в машину, отряхнули друг другу плечи и волосы, как пара самых близких любовников.
Фэн Юнь смахнул снежинки с плеч Нин Аня, говоря:
- Это Рождество - самое счастливое в моей жизни.
Нин Ань поднял на него глаза, немного удивленные и немного сочувствующие, но быстро справился со своими эмоциями и только улыбнулся:
- Когда ты встретишь того, кто тебе понравится, и у тебя появится своя семья, каждое твое Рождество будет счастливым.
Фэн Юнь молча посмотрел на его опущенные ресницы.
......................................................
Фэн Юнь вел машину, а Нин Ань молча смотрел на экран телефона с серьезным выражением лица.
- В чем дело? - спросил Фэн Юнь.
Нин Ань опустил голову и надолго задумался, потом вдруг сказал:
- У меня проблема. Я забыл, когда день рождения Ло Сюдяня.
Выражение лица Фэн Юня стало немного сложным, он сначала поджал губы, а потом едва заметно улыбнулся.
Нан Ань продолжил:
- Нин Хао только что прислал мне сообщение, что курс генкоина резко вырос и несколько раз удваивался. У меня есть какое-то количество. Ранее я потратился на покупку и долгое время ничего не делал. Я даже успел забыть об этом счете...
Если считать 20 000 юаней, потраченных по вине его двоюродного брата Сунь Пина, на счету Нин Аня теперь находилось около 60 000 или 70 000.
Пароль к счету - день рождения Ло Сюдяня.
Нин Ань сменил все пароли, которыми пользовался ежедневно, а про эту учетную запись совсем забыл. Он не поменял пароль своевременно, а теперь не смог войти на портал.
Фэн Юнь небрежно спросил:
- Какое отношение генкоины имеют к Ло Сюдяню?
Нин Ань раздраженно пояснил:
- Пароль от учетной записи - его день рождения.
Фэн Юнь ничего не ответил, поджал уголки губ и посмотрел на дорогу.
- Я не могу спросить об этом Нин Хао, не говоря уже о самом Ло Сюдяне. Да и маму лучше не спрашивать... - Нин Ань подавленно откинулся на сиденье, потер лоб, надул щеки и выдохнул: - А про отца я вообще молчу...
- Он тебе так сильно нравится? Все твои пароли - его день рождения?
На самом деле, они редко говорили о Ло Сюдяне, потому что каждый раз, когда они упоминали его, это всегда приносило какие-то неприятности.
Нин Ань обычно старался не касаться скользких тем, но и не избегал их намеренно. Иногда сокрытие чего-то заставляет людей надумывать лишнее.
Он посмотрел на снежинки за окном, немного подумал о прежнем владельце тела и сказал:
- Возможно, в то время он мне действительно нравился. Именно поэтому я пошел на конфликт со всей семьей Нин.
- Это не похоже на тебя. - Фэн Юнь сжал руль. Помолчав, он спросил: - Он тебе все еще нравится?
- Нет, - улыбнулся Нин Ань. - Как думаешь, я бы забыл дату его дня рождения, если бы он мне нравится?
Фэн Юнь промолчал. Он задавал Нин Аню этот вопрос несколько раз, как наивный ребенок, желающий слышать приятный ему ответ снова и снова.
Каждое упоминание Ло Сюдяня серьезно выбивало его из колеи.
Сегодня ответ Нин Аня, наконец, принес ему облегчение.
Но, глядя в небо, полное ветра и снега, Фэн Юнь понял, что ответ Нин Аня не так уж и важен.
Ну и что, если Нин Ань скажет, что Ло Сюдянь ему нравится? Независимо от того, насколько сильно он ему нравится, всегда найдется способ изменить его мнение.
Сейчас Нин Ань сказал, что Ло Сюдянь ему не нравится? Это хорошо, но все же рано успокаиваться. В конце концов, похоже, Нин Ань и к нему самому пока не испытывает никаких чувств.
- Есть ли какой-нибудь другой способ восстановить пароль?
- Да, - сказал Нин Ань, - надо просто сходить в банк и изменить доступ. Все в порядке, я не тороплюсь.
- Пару дней назад Чу Яян сказала, что весной у Ван Жуна планируется большое шоу, - сменил тему Фэн Юнь.
- Неужели? - Нин Ань слегка нахмурился. - Я пока не слышал никаких новостей.
- Что ж, подготовка только началась. Часть работы принадлежит его студии, а часть - Чухэ.
Помимо того, что у Ван Жуна есть собственная студия, он также является консультантом отдела дизайна, специально нанятым Чухэ, и каждый сезон предоставляет часть своих последних разработок.
- У меня ощущение, что я либо тороплюсь, либо уже безнадежно опоздал, грустно заметил Нин Ань. - Жаль, что я пока не могу представить на этом шоу свои работы.
- Возможность выступить на таком шоу - это действительно вкусно, - согласился Фэн Юнь. - Хотя я и не профессионал и видел не так уж много шоу, но я тебя понимаю.
Нин Ань покачал головой. Хотя его дизайн пока и сыроват, но в глубине души он знал, что когда-нибудь добьется признания своего таланта. Однако, если он собрался доказать свой потенциал Ван Жуну, проделанной работы все же недостаточно.
Фэн Юнь бросил на Нин Аня немного сочувствующий взгляд:
- А что, если Ван Жун не примет тебя? Хотя в последние пару лет он действительно выразил желание принимать учеников, слишком много людей выстраивается в очередь, чтобы показать себя. Даже некоторые уже известные дизайнеры хотят позолотить свои резюме статусом «ученика Ван Жуна». Мне кажется, ты определил себе слишком сложную цель. Не каждый способен войти в эту дверь.
Фэн Юнь подумал о характере Ван Жуна, и его тон стал немного резковатым:
- Более того, он настолько серьезно относится к профессиональным вопросам, что угодить ему почти невозможно. Если ты не сумеешь произвести на него впечатления, он никогда тебя не примет.
- Я думал об этом, - улыбнулся Нин Ань. - Если я не смогу обратить на себя его внимание, тогда постараюсь пока поработать ассистентом в другой студии, начиная с самого низкого уровня. А если смогу собрать достаточную сумму, то, возможно, уеду учиться заграницу.
- Ты хочешь уехать? - Фэн Юнь не ожидал услышать такой ответ из уст Нин Аня.
- Я думал об этом, - кивнул Нин Ань. - На самом деле, я всегда хотел учиться заграницей. Многие зарубежные концепции все еще намного более продвинуты, чем отечественные, а многие дизайнеры крупных брендов также преподают в колледжах и университетах, и у них можно многому научиться.
Фэн Юнь молчал. Отъезд заграницу означал разлуку.
В их отношениях пока не было никакого прогресса. А если Нин Ань действительно уедет заграницу, то у них, возможно, вообще не будет никакого будущего.
Трудно сказать, вернется ли Нин Ань вообще.
В конце концов, с точки зрения индустрии моды, за рубежом появится гораздо больше возможностей.
Мужчина посмотрел на Нин Аня в зеркало заднего вида, задержав взгляд на покрасневших от вина губах.
- Не уезжай за границу, Нин Ань, - тихо, но очень твердо сказал он. - В наступающем году все будет хорошо, поверь мне.
Нин Ань не очень поверил этим утешительным словам, но все же улыбнулся и кивнул.
Вернувшись домой, Нин Ань привел в порядок записи и файлы, с которыми работал в последние дни, а затем долго и внимательно рассматривал доску настроения.
Все чувства, которые он хотел выразить, проявились вполне четко, но сформировать нечто целостное было все еще слишком сложно.
Всегда есть места, которые трудно соединить плавно, и всегда есть вещи, которые абсолютно не сочетаются.
Он достал лист бумаги и начал рисовать. Почти завершив рисунок, он вгляделся в него, а потом решительно смял и выбросил в корзину для бумаг.
Его сердце было нетерпеливым и взволнованным. У Нин Аня ничего не получалось.
Он знал, что слишком встревожен и не может успокоиться.
Смяв первые несколько листков бумаги для рисования, он остановился, вышел на балкон и молча закурил сигарету.
Снаружи шел сильный снег, засыпав крышу и образовав небольшой сугроб на кресле-качалке. Кресло раскачивалось от порывов ветра, и сугроб мягко раскачивался вместе с ним.
Нин Ань смахнул снег и, поджав под себя ноги, сел в кресло, сжавшись в маленький комочек.
Под мерное покачивание он, казалось, услышал нежный голос матери, такой близкий и такой далекий.
Чудесным образом его сердце успокоилось.
Когда-то отец сказал, что, выбрав путь, необходимо идти по нему, несмотря ни на что. Каким бы уставшим и разочарованным ты ни был, сдаваться нельзя. Как бы ни было тяжело, он должен идти дальше.
................................................................................
Через неделю после Рождества наступил Новый год.
Крупнейшая компания по производству игр в Китае, T-GAME, официально объявила, что выпустит новую игру для публичного бета-тестирования в первый день нового года.
Говорили, что всей их команде потребовалось три года, чтобы закончить эту работу, и она принесет игрокам очень захватывающий и новый игровой опыт.
Как только эта новость появилась, она вызвала бурное обсуждение.
T-GAME славилась стабильно высоким качеством и успела завоевать себе место в сердцах игроков.
Как игровой практик, Фэн Юнь и его коллеги, естественно, также очень обеспокоены публичной бета-версией этой новой игры.
В конце концов, соперник силен, имеет хорошее оборудование и профессиональный штат. Если тип игры похож, очень вероятно, что T-GAME станет их сильнейшим конкурентом.
1 января, ровно в 0 часов по Гринвичу, T-GAME выпустила бета-версию новой игры.
Нин Ань в это время не спал, раскладывая листочки с записями на крафт-бумаге, чтобы сделать что-то вменяемое. За окном взрывались новогодние фейерверки, один за другим, великолепные и привлекающие внимание.
Среди звуков взрывающихся фейерверков он внезапно услышал какие-то странные звуки в комнате Фэн Юня. Когда он повернул голову, то увидел, что Фэн Юнь берет пальто и собирается уходить.
Нин Ань окликнул его, и Фэн Юнь оглянулся. Выражение его лица было очень необычным, сочетая в себе гнев и отчаяние, как будто он уже умер, но в нем все еще боролись остатки души. Это выглядело страшно.
Лицо Фэн Юня было таким бледным, что казалось мертвым.
Он упорно трудился более двух лет. Его надежда, его гордость и оружие, которое он использовал, чтобы защитить себя и своих близких, исчезли!
Всего несколько дней назад он сказал своему любимому, что в наступающем году все будет хорошо, и заставил его поверить ему.
Это слишком жестоко, это слишком нелепо и это слишком отвратительно!
Его сердце в груди болело так сильно, что, казалось, вот-вот разорвется.
Их игра, публичная бета-версия, была запущена от чужого имени, и его душа была растоптана похвалами от игрового сообщества.
Фэн Юнь долго смотрел на Нин Аня, прежде чем сказать:
- Я отлучусь ненадолго.
Тон был на удивление спокойным, но почему-то по спине юноши побежали мурашки.
Нин Ань поспешно схватил свое пальто и погнался за мужем:
- Фэн Юнь, ты сейчас не можешь вести машину. Подожди меня, я провожу.