Глава 33. Неопределенность.
Нин Ань уткнулся лицом в руки Фэн Юня, опустил голову, отвинтил крышку термоса и сделал несколько глотков:
- Мы уже почти закончили.
Он изо всех сил старался контролировать свой тон, так что его голос звучал немного натянуто, но все равно не мог скрыть легкой дрожи.
Нин Ань вопросительно взглянул на режиссера, ожидая подтверждения:
- Если не будет гримерной съемки, можно считать, что на сегодня работа завершена.
Фэн Юнь больше ничего не сказал, он молча завернул юношу в свою одежду и согрел температурой своего тела.
Нин Ань изо всех сил старался совладать с дрожью. Посмотрев на серьезное и бледное лицо Фэн Юня, он поднял руку и коснулся щеки мужа:
- Почему ты здесь? Разве ты не говорил, что сегодня сильно занят?
Словно кусочек льда коснулся его кожи... Фэн Юнь слегка задрожал от ледяного прикосновения, но когда Нин Ань убрал ладонь, он рефлекторно потянулся за ней.
Взяв в свои руки холодную ладошку, он снова прижал ее к своему лицу, пытаясь немного согреть. Это выглядело так, будто Фэн Юнь хотел разделить с Нин Анем боль и дискомфорт.
Нин Ань попытался вытащить руку, но не смог. Испуганно оглянувшись на команду, он тревожно прошептал ему:
- Фэн Юнь!
Оттаивая, руки начали сильно болеть. Казалось, что в них вонзаются крошечные острые иглы, причиняющие покалывающую боль.
Фэн Юнь как-то по-детски поджал губы и ничего не ответил.
Женщина-сотрудница торопливо подбежала к ним, нарушив всеобщее замешательство.
Она являлась визажистом команды и одновременно отвечала за логистику. В такой маленькой съемочной группе люди часто совмещают несколько должностей.
Кто-то из персонала помахал ей рукой:
- Все хорошо.
Женщина подозрительно посмотрела на незнакомого ей Фэн Юня. Нин Ань освободился из объятий и спросил ее:
- С записью все в порядке?
- Да, ребята сообщили, что все закончено, - женщина была тепло одета в толстую хлопчатобумажную одежду. Протянув руку, чтобы прикоснуться к Нин Аню, она поразилась температурой его кожи. - Иди, переоденься и сними макияж, хватит мерзнуть.
Нин Ань беспомощно взглянул на Фэн Юня, пока персонал затаскивал его в импровизированную палатку.
Фэн Юнь молча последовал за юношей. Внутри было очень просто и непритязательно.
Визажистка направилась к простому туалетному столику, в то время как Нин Ань встал спиной к двери, снял одежду и повесил ее на спинку стула.
На нем не осталось ничего, кроме пары плавок. Его бледное тело выглядело как холодный нефрит, светящийся холодным белым светом на свету.
При одном только взгляде на это тело Фэн Юнь почувствовал, что задыхается, а определенная его часть напряглась.
На этой тонкой талии были две маленькие впадинки, и глаза мужчины блеснули, когда «русал» наклонился.
Из-за холода эта спина была напряжена и выглядела полной сил.
Рельефная форма двух костей бабочки была очень красива. Казалось, при движениях крылья вот-вот расправятся, и человек сможет высоко взлететь.
Позвоночник образовывал сексуальный изгиб на спине, которы плавно уходил прямо в пояс плавок. Когда юноша наклонялся, на спине выступали аккуратные позвонки, вызывая желание прикоснуться к ним руками.
Это тело очень худое, но совсем не слабое. Из-за длительных упражнений оно покрыто тонким слоем мышц и выглядит гибким и мощным.
Изгиб талии весьма выразителен, а ноги прямые и стройные. При контрастном освещении этот силуэт кажется особенно красивым.
Нин Ань наклонился и торопливо натянул брюки.
Фэн Юнь сглотнул, сделал шаг вперед, накинул на юношу рубашку и буквально приказал персоналу:
- Пожалуйста, выйдите из палатки.
Сотрудники съемочной команды немного удивились. Помощь моделям - это их обычная работа, и в ней нет ничего смущающего. Но взгляд Фэн Юня был очень острым и требовательным, поэтому они подчинились.
Помощница Нин Аня некоторое время колебалась, но потом тоже кивнула, наклонилась и вышла.
Нин Ань поднял глаза, чтобы посмотреть на него:
- В чем дело?
- Плавки мокрые, - сказал Фэн Юнь. - Переоденься в сухое.
- Ничего страшного. - Нин Аня этот вопрос не слишком волновал. - Работа закончена. Я поеду домой и приму душ.
- Я не могу на это смотреть. - Сказал Фэн Юнь с угрюмым лицом. - Иди и немедленно переоденься.
Он повернулся к нему спиной, прислушиваясь, как тот шуршит одеждой, переодеваясь.
Затем он вышел и позвал персонал.
Фэн Юнь видел, что Нин Ань все еще дрожит от холода, но упрямо терпит дискомфорт, не произнося ни слова. Это его дико раздражало.
В памяти Фэн Юня непроизвольно всплыли воспоминания о последних днях жизни его бабушки. Тогда он был явно беспомощен и подавлен, но ему нужно было выглядеть расслабленным и оптимистичным.
Этот вкус был слишком горьким, и он не хотел в этой жизни испробовать его снова.
Но сейчас эта горечь вернулась.
Фэн Юнь попросил у персонала несколько теплых пеленок и лично намотал их на Нин Аня.
Когда он надевал сверху рубашку, то случайно коснулся тех самых ложбинок на талии, отчего руки к него вдруг задрожали.
Это длилось всего мгновение, но, почувствовав странность, Нин Ань повернулся, чтобы посмотреть на него:
- В чем дело?
- Не важно. - Фэн Юнь опустил голову и прижал юношу к себе, согревая. Он погладил его спину через одежду кожу через одежду, но даже от этого действия его ладони буквально горели.
Нин Ань взял в руки бутылку с горячей водой и тихо попросил визажистку снять макияж.
Когда помощница решила посушить ему волосы, Фэн Юнь взял фен:
- Давайте, я сделаю это.
Девушка поблагодарила его, развернулась и вышла, чтобы заняться чем-то другим.
В палатке их осталось только двое, и Фэн Юнь запустил пальцы в иссиня-черные волосы Нин Аня.
Волосы юноши были очень густыми, но мягкими. Обычно они приятные и шелковистые на ощупь, но в данный момент, поскольку лед еще не растаял, они казались холодными и твердыми на ощупь.
Фэн Юнь молча растрепал волосы, разрушая ледяную корочку.
Нин Ань посмотрел на него через зеркало:
- Ты мне еще не ответил. Почему ты здесь?
Фэн Юнь ответил на зеркальный взгляд:
- Я случайно услышал, что в озере кто-то утонул, и подумал, что это ты.
Губы Нин Аня слегка приоткрылись от удивления. Отойдя от шока, он ответил::
- Здесь полно людей. Как бы я мог утонуть?
Фэн Юнь ничего не сказал. Его пальцы все еще перебирали пряди мокрых волос, что, как ни странно, казалось редким и изысканным удовольствием. Впрочем, страх, который он испытал, когда услышал, что в озере кто-то утонул, тоже не отступил полностью, все еще тревожа его сердце.
Два чувства продолжали сталкиваться в глубине его сердца. Лаская пряди волос, Фэн Юнь тихо ответил:
- Хорошо.
Нин Ань поднялся и взял свою сумку:
- Нам стоит попрощаться с командой и пойти домой.
Слова "нам" и "идем домой" звучат очень тепло, особенно когда они вместе.
Фэн Юнь кивнул с улыбкой.
Проводив юношу взглядом, он закурил сигарету и встал у двери палатки, ожидая его.
Нин Ань вернулся очень быстро, сказав с улыбкой:
- Пойдем. Мне сегодня повезло, быстро закончили.
- Ты это называешь «быстро»?- возмущенно спросил Фэн Юнь.
Нин Ань, шагая сзади, достал свой мобильный телефон и прочитал информацию, одновременно отвечая:
- Действительно «быстро». И это мое везение. Такие съемки иногда могут растягиваться и на неделю, с перерывами на один-два дня.
Он поднял голову и улыбнулся:
- Впрочем, в многодневных съемках такого рода я участвую относительно редко. Модели обычно делятся своими впечатлениями о наиболее проблемных работодателях, а я человек общительный.
- Тебе все еще холодно? - Фэн Юнь обхватил его пальцы. Казалось, это тело промерзло так капитально , что холод все еще сочился из него.
- Уже не холодно, - улыбнулся Нин Ань. - Уже намного лучше.
Фэн Юнь сжал его руку в ладони, согревая.
Когда они сели в машину, Фэн Юнь включил кондиционер на обогрев. И хотя теплый воздух дул на его тело, Нин Ань по-прежнему не мог сдержать дрожь.
Фэн Юнь размышлял. Если не будет сбоев, публичную бета-версию игры можно запустить после Весеннего фестиваля. Если все пройдет хорошо, он сможет надежно защитить Нин Аня.
Он не хотел отрезать ему крылья, но больше не мог смотреть, как тот усердно работает, пренебрегая здоровьем.
Хотя Фэн Юнь так и не понял, как сбалансировать отношения между ними, в его сердце уже горел огонь.
- Нин Ань?- Он окликнул супруга.
- Да? - Нин Ань, не поднимая глаз, что-то подсчитывал на телефонном калькуляторе.
Фэн Юню понял, что он снова считает заработанные деньги.
Изначально он думал, что такая увлеченность Нин Аня подсчетами свидетельствует о его меркантильности. Но теперь, внимательно наблюдая за этими тонкими пальцами, щелкающими по калькулятору, он чувствовал, что это зрелище чем-то напоминает кормление хомячков. Это почему-то вызывает умиление.
Он не стал беспокоить юношу и спокойно ждал, когда тот закончит вычисления, прежде чем продолжить изложение своих мыслей.
Нин Ань закончил считать и радостно забарабанил пальцами.
Глаза Фэн Юня заблестели, когда он увидел это, и мужчина весело спросил:
- Что случилось? Эта работа принесла тебе много денег?
Нин Ань счастливо улыбнулся:
- О, я так счастлив! Я теперь, наконец, смогу расплатиться с долгами.
- Это потрясающе! - Фэн Юнь завел машину. - Разве я не говорил, что если тебе не хватает денег, то можешь воспользоваться моими?
- Не вижу разницы, - улыбнувшись, сказал Нин Ань. - Долг, так или иначе, все равно придется возвращать.
Фэн Юнь взглянул на него и ничего не сказал.
Нин Ань внезапно наклонился к нему:
- Скоро Рождество, и я хочу пригласить тебя на ужин.
Отец Нин Аня - исполнительный директор европейской компании. Поэтому в их семье традиционно принято праздновать Рождество.
- Хорошо. - Фэн Юнь порадовался приглашению, но потом, подумав о финансовых проблемах Нин Аня, решил сэкономить ему деньги. - Давай, лучше я приглашу тебя.
- Это было бы неправильно, - не согласился Нин Ань. - Ты уже приглашал меня несколько раз. К тому же, я не плачу за квартиру, хотя мы и живем вместе. Конечно, именно я должен тебя пригласить.
Сердце Фэн Юня, которое только что испытывало счастье, снова упало. Из-за этих слов он ощутил существовавшую между ними дистанцию.
Независимо от того, насколько они обычно близки, в сердце Нин Аня на самом деле нет никакой разницы между ним и остальными его друзьями.
Он помогал ему, утешал и согревал, но относился к нему просто как к другу.，
Даже если в его сердце была какая-то нить, он никогда не выходил за рамки приличий.
Он хотел защитить его, но в глубине души они очень хорошо знали друг друга.
Фэн Юнь в очередной раз осознал, что Нин Ань эмоционально ему не комплиментарен.
Искушение, которое покорило его душу с самой первой их встречи, теперь расцвело ярким цветом в глубине сердца, но он не смел сказать об этом ни слова. После всего того, что он наговорил Нин Аню ранее, есть ли у него теперь право рассказывать о чувствах?
Легкий холодок пробежал по его сердцу, как будто это он сегодня купался в Восточном озере, но Фэн Юнь мягко улыбнулся:
- Хорошо.
Вернувшись домой, Нин Ань сразу пошел в ванную, чтобы отлежаться в горячей воде.
У Фэн Юня появилось время проверить свой телефон.
У него было несколько пропущенных звонков, один из которых оказался от Фэн Жань, а другой - от Лао Ло.
Фэн Юнь набрал номер Лао Ло.Тот сразу взял трубку:
- Фэн Юнь, что произошло? Ты ни на звонки не отвечал, ни чаты не смотрел.
Фэн Юнь еще не успел что-то сказать в свое оправдание, как Лао Ло, понизив голос, сообщил:
- Сегодня в компанию приходила твоя мать.
Фэн Жань однажды уже бывала у него на работе, поэтому Фэн Юнь не был особенно удивлен. Он лишь спросил:
- Она все еще там?
Лао Ло сказал:
- Нет. Она немного посидела в твоем кабинете, не дождалась и ушла.
Фэн Юня одолевало чувство, что что-то не так, но он не понимал, в чем дело.
Он торчит в компании фактически безвылазно, но сегодня Фэн Жань пришла именно тогда, когда его не было.
Это слишком случайное совпадение.
Фэн Юнь потер переносицу и откинулся на спинку дивана, пытаясь все хорошенько обдумать.
В комнате было очень тихо, лишь время от времени из ванной доносился негромкий шум воды. По какой-то причине он перестал думать о Фэн Жань. Звук воды занимал все его внимание.
Мужчина думал о том, как Нин Ань снимает одежду и бросает ее на табурет, оставшись в одних плавках. Его кожа нефритово-белая, осанка изящная, плечи широкие, а талия такая тонкая... И на этой талии две маленьких ложбинки...
Дверь ванной со щелчком открылась, и несколько растерявшийся Фэн Юнь вдруг встретился взглядом с Нин Анем.
Юноша переоделся в просторную футболку, которую обычно использовал как пижаму. Она едва прикрывала его бедра. Одной рукой он вытирал мокрые волосы, а другой придерживал дверь:
- Фэн Юнь, а где фен?
Сердце мужчины бешено колотилось, как будто он чего-то испугался. После затяжной паузы он, наконец, заговорил приглушенным голосом:
- Садись, я посушу тебе волосы.