*𝐌𝐄𝐃𝐔𝐙𝐀

— Сейчас закажу доставку.
— Не надо. Я сам приготовлю что-нибудь.
— А ты умеешь?
Тэхён открыл ящик, затем другой.
— Нелепость какая. В доме полно специй, а еды нет.
— Закажем доставку.
Тэхён хлопнул ящиком, откуда раздался звон палочек для еды и, накинув на голову капюшон, вышел из квартиры. К моменту его возвращения Чонгук уже набирал ему узнать, не свалил ли тот домой. В последние дни от того можно было ожидать чего угодно. Но когда тот положил пакеты с продуктами на стол, который никогда не видывал такого, Чонгук открыл рот от удивления. В его скромной, маленькой, но очень уютной квартире никто не готовил. Тэхён по-хозяйски начал разбирать пакеты, расфасовывая по шкафам крупы и овощи. Чонгук отщипнул виноград, следя за каждым его движением и абсолютно ничего не скрывающей майкой.
— Что будешь готовить? — Пасту.
Чонгук в радостном ожидании сел за стол и продолжил наблюдение. Кто бы мог подумать, что процесс готовки может быть таким занимательным. То, как ловко Тэхён перемешивал содержимое на сковороде, то, как двигались в это время мышцы его рук, приводило Чонгука в восторг.
Тэхён был хорош во всём, что делал.
Квартира наполнилась таким ароматом, что Аляска покинула своё место, принюхиваясь, подошла к Киму близко — так, как никогда раньше, — начала тереться о его ноги и мяукать, заслужив этим маленький кусок ароматной курицы. Чонгук не стал сидеть в стороне и тоже выманил из сковородки добротный кусок, с чувством выполненного долга возвращаясь на кровать вместе с Аляской.
К нему в гости мало кто приходил, но сейчас, глядя на высокого парня, орудующего на кухне, Чонгук не чувствовал ни стеснения, ни неловкости. Будто так и было всегда. Будто Тэхён каждый день заглядывал к нему, что бы приготовить вкусные блюда.
— Выглядит восхитительно, — признался он, глядя как тот ставил тарелки на стол, но замер, когда тот где-то нашёл белые салфетки и положил на них ложки и вилки.
— Ешь, — удобнее устроившись, Тэхён приступил к еде, наматывая на вилку и помогая при этом ложкой.
— Ты на приёме у королевы Великобритании? Что ты делаешь? — улыбнулся Чон, беря в руки вилку и игнорируя положенную рядом ложку. — Твои родители из королевской семьи? Ты всегда следуешь правилам этикета? Это ж с ума сойти можно.
— Я… — завис Ким с вилкой с не до конца намотанной на ней лапшой. — Я всегда так ем.
— Расслабься и ешь так, как тебе удобно, а не так, как надо. Едой надо наслаждаться, — наматывая на вилку большой клубок спагетти и закатывая глаза от удовольствия. Чонгук никогда в жизни не пробовал такую вкусную пасту. Либо ему так казалось из-за того, что это был первый полноценный приём пищи за весь день. — Мои двери всегда открыты для тебя, — выговорил он с набитым ртом.
Тэхёну, казалось, было не до смеха. Тот то и дело поглядывал на него с задумчивым лицом.
— Что?
— Ничего. Зови, когда будешь голоден.
Чонгук кивнул головой, хоть и знал, что никогда в жизни звать к себе Тэхёна не станет, даже несмотря на то, что тот готовил великолепно и прямо сейчас мыл посуду и складывал её сушиться тарелка к тарелке, вилка к вилке, после вытирая и ставя на свои места. Хоть Чонгук и вызвался помогать, но, по сути, просто стоял рядом с ним и смотрел на дотошного до кровавых мушек перед глазами парня.
Идеальный во всём.
Чонгук перешёл в гостиную, которая по совместительству являлась и спальней, и обвёл взглядом помещение. Интересно, что думал Тэхён о его захламленной квартире, где всё лежало не на своих местах?
— Мы их шокировали, — сказал Чонгук, сидя за столом, где были разбросаны книги и куча бумаг, которая, в общем-то, была не нужна. Но с ней просто уютнее. — Ребят из команды.
— Теперь надо твоего ненаглядного.
Глубоко вздохнув, Чонгук взглянул на устроившегося на кровати Тэхёна и усмехнулся с вида Аляски, кидающей на того убийственные взгляды.
Заинтересовать Дина ему хотелось больше всего на свете. Здравый смысл покидал его всякий раз, когда речь заходила о нём. Тэхён вселил в него надежду, что тот пригласит на свидание, и прокручивать этот сюжет в голове было единственным, что ему оставалось. Чонгук был без ума от него.
Соглашаясь на эту сделку, Чон убедился, насколько он потонул в чувствах к Дину, раз согласился на такую авантюру.
— Что ты читаешь?
Тэхён потянулся было к книге, как Чонгук ловко перехватил её из рук. Изогнув бровь, Ким уперся локтем в матрас и начал изучать Чонгука, выглядящего таким разоблаченным, досадливо жующим губу и обдающего его злыми взглядами. Тэхён умилялся с нахмуренных бровей и сложённых рук на груди. Так делала его бабушка, и, узнай сейчас Чонгук, что он напомнил ему бабушку, то Тэ получил бы сполна.
Помогая Чонгуку убрать за собой посуду, он никак не мог прийти в себя от того, насколько комфортно он провёл этот вечер без светских правил за столом и разговорами. С Нарин ему всегда нужно было следить за тем, что он говорил и как себя вёл. В присутствии её отца тем более нужно было вести себя как аристократ. Чонгук оказался другим — каким-то уютным, свободным.
— Всегда хотел попросить тебя одолжить мне пару книг на чтение.
— Пару? Одолжить? — возмущению не было предела. Это забавляло Тэхёна.
— К примеру, вон те, что на верхней полке.
— Да ни за что!
— Твоё чтиво вызывает у меня не которые вопросы, — двигаясь в сторону стеллажа, куда подпускать Чонгук намерен не был. С распущенными волосами и в мешковатой сиреневой футболке тот совсем не выглядел устрашающим.
— Не лезь в мои книги, а лучше скажи, как я целуюсь?
— Будто я помню, — провокационно.
Чонгук, казалось, был рад такому повороту событий, где Тэхён не претендовал на его книги, и подошёл к нему вплотную. Встал на носочки и поцеловал его как девственник-подросток, а не двадцативосьмилетний парень.
— Как-то неубедительно, слабовато, вяло, — поморщился Тэхён и вновь потянулся к полке. Чонгук осмелел, ведомый желанием отвлечь его от книг и доказать обратное, вцепился в него и поцеловал глубоко и напористо. Тэхён, не ожидавший такой прыти от него, сперва обомлел, а потом и вовсе оцепенел, когда тот потерся о него.
Чонгук внезапно нарушил его покой дерзким выпадом, и он отстранился,глядя в темноту расширенных зрачков лишь для того, чтобы провести для него подробный инструктаж по вопросу того, как нужно себя вести. Чонгук проморгался, будто пытаясь пробить себе путь к отступлению, и прочистил горло, выглядя при этом как нашкодивший школьник, жалеющий о своём поступке.
Тэхён далеко не сразу пришёл в себя, и когда Чонгук, подняв голову, увидел его хищную улыбку, то попятился назад. Но было поздно. Схватив руками его ягодицы, так удобно помещающиеся в них, Тэхён грубо впился в его губы, чтобы окончательно усмирить внезапную вспышку его решительности и уверенности в своих знаниях. Чонгук обмяк, слабо отвечал на поцелуй, положил руки на плечи и потянулся к нему, плотнее прижимаясь телом. Тихие вздохи подсказали ему, что он был прав в своих догадках, и Ким довольно улыбнулся в поцелуй, изо всех сил стараясь держать себя в руках.
Целовать парня Тэхёну всегда казалось чем-то очень мерзким, постыдным, неправильным, но только не Чонгука. Тот был совершенно непохожим на других. Пах очень сладко, но выглядел, как самый настоящий качок, и ощущался тоже так же: мышцы крепкие, характер стальной, — чего не скажешь о губах. Они у него мягкие настолько, что он не мог насладиться поцелуем, вышедшим из-под контроля. Руки Чонгук зафиксировал на его затылке, он в свою очередь одной рукой обвил его талию, а другой рукой оперся о стену, к которой прижал его.
Оторвавшись от губ и спускаясь по подбородку вниз, Тэхён сделал щедрый вдох, наполняя лёгкие потрясным запахом его кожи. Её бархатистость шокировала его.
Как же ощущается всё тело, раз шея настолько хороша?
За собой он не наблюдал странной привычки нюхать, но конкретно этого человека хотелось занюхать до смерти, как бы странно это ни звучало.
Чонгук опешил, руки вцепились в плечи, а дыхание сбилось с ритма. Тэхён облизнул губы и едва коснулся кончиком языка его кожи.
— Умница, — проговорил Ким, поднимая к нему взгляд и вновь убеждаясь в правильности своих мыслей, когда тот тихо замычал. — Ни у кого не возникнет и мысли о фальшивости отношений, глядя на нас.
— До сих пор не понимаю, каким образом это работает.
Тэхён отстранился немного, с восторгом взглянул на губы, которые были бы не прочь ещё от одного поцелуя.
— Слушай меня и всё будет хорошо.
— Дин никогда не замечал меня.
Досадно, что Чонгук действительно думал, будто его можно не замечать.
— Поцелуй меня.
Чонгук притянул его к себе, даже не догадываясь о том, насколько притягателен в порывах своей решимости. Тэхен сжал его талию и навалился, заставляя того опереться о стену. С каждым разом уносясь дальше и дальше в поцелуях с этим парнем, Тэхён на секунду задумался: что будет к концу их игры? К чему это всё приведёт?
— Теперь осталось перенести эту страсть на всеобщее обозрение, — ответил Тэхён, переводя дыхание и облизывая губы, и отошёл от него, давая отдышаться; всё же стащил со стола книгу, в которой было не так много закладок, и плюхнулся на кровать, приводя дыхание и мысли в порядок. Рядом через какое-то время лёг и Чонгук, крепко прижимая к себе белоснежную кошку.
Открыв страницу с одной из закладок, Тэхён вслух прочитал слова, написанные красивым, мелким почерком Чонгука: «Дом — это не только место, где ты родился, не квартира и не страна. Это человек, состояние, когда мы находимся рядом с ним. Дом — это нечто большее, чем просто дом. Это — человек, рядом с которым ты настоящий без всяких преувеличений и прикрас».
— Красиво, но какое же это варварство — писать в книге, — листая остальные страницы, где почти на каждой из них были заметки Чонгука.
— Значит, я варвар.

**********************************
читайте с удовольствием 🤗