Спуск к истине
Решимость Лилианны была заразительна. Пока профессора, напуганные новым нападением, бегали по коридорам, а Филч оплакивал Миссис Норрис (снова), тройка быстро собралась в гостиной Гриффиндора.
— Итак, план, — сказала Лили, разложив старую карту коммуникаций, которую она едва успела скопировать. — Мы знаем, что Василиск передвигается по трубам. Мы знаем, что вход в Тайную комнату находится в ванной Плаксы Миртл. Это классика, Рональд: идеальное место для сокрытия — самое очевидное.
— А что делать с Локонсом? — спросил Гарри, указывая на шаблон нападений. — Если наследник похитил Джинни, он, вероятно, попытается что-то сделать, чтобы прикрыть следы.
— Локонс — это наша наживка, — отрезала Лили. — Он сам заявил, что знает, как бороться с Василиском. Макгонагалл отправила его на поиски. Мы пойдем за ним и посмотрим, чем он на самом деле занимается, когда думает, что его никто не видит.
Они воспользовались Плащом-невидимкой Гарри, чтобы пробраться через заполненные суматохой коридоры. Вскоре они нашли Локонса. Он не был в коридорах, он сидел в своем кабинете, спешно пакуя свои вещи в чемоданы.
— Профессор Локонс! — произнес Гарри, сняв Плащ.
Локонс, выглядевший бледным и вспотевшим, вздрогнул.
— О, Мистер Поттер! Мисс Уизли! Мистер Уизли! Я... Я просто готовлюсь! Знаете, небольшой... сюрприз! Я придумал, как отпраздновать свою неминуемую победу над Василиском — небольшой отпуск.
— Отпуск? — Лили скрестила руки на груди. — Я думала, вы собирались найти Тайную комнату и спасти Джинни Уизли? Вы же рассказывали, как справились с оборотнем на пенсии и вылечили Вонючего Йети!
Локонс попытался улыбнуться, но улыбка вышла нервной и перекошенной.
— Э-э-э... Моя победа уже неминуема, Мисс Уизли. Я просто собираю инструменты. Я даже не знаю, где находится Тайная комната!
Лилианна наклонилась к нему, и ее голос стал на удивление ласковым.
— Профессор, вам не стоит беспокоиться. Мы знаем, где она. В ванной Плаксы Миртл. И вы идете с нами. Вы же профессор Защиты от Темных Искусств, не так ли? Нам нужен кто-то, кто сможет по крайней мере отвлечь внимание Василиска, пока мы будем думать.
Локонс попытался убежать, но Лилианна была быстрее. Она навела на него палочку.
— Энервате! — четко выкрикнула она, используя заклинание с повышенным намерением, чтобы его оглушить.
— Инкарцеро! — добавил Рон, и профессор был крепко связан, как вьюнком.
— Рон, ты стал очень искусен в связывании бессмысленных людей, — похвалила Лили. — Это, безусловно, талант.
Они развязали его лишь для того, чтобы он мог ходить, и повели перепуганного Локонса за собой.
Ванная Плаксы Миртл оказалась такой же мрачной и мокрой, как они и ожидали. Миртл, как всегда, плакала и жаловалась.
— О, вот вы где! — воскликнула она, вылетев из унитаза. — Хотите посмеяться надо мной? Это из-за меня, я знаю!
— Нет, Миртл, — сказал Гарри. — Мы пришли, чтобы спросить, как ты умерла.
Миртл, слегка ошеломленная прямым вопросом, начала рассказывать, как она умерла, увидев большие желтые глаза.
— Да, это Василиск, — кивнула Лилианна, осматривая кран. — Миртл, покажи нам, пожалуйста, ту раковину, откуда ты его видела?
Миртл, с гордостью за внимание к ее смерти, указала на старую раковину. На ее поверхности была выгравирована маленькая змея.
— Парселтанг, Гарри, — прошептала Лили. — Это вход.
Гарри, следуя инструкциям Реддла из памяти, прошипел:
— Откройся...
Раковина сдвинулась, и открылся глубокий, черный тоннель.
Локонс, стоявший позади, внезапно схватил палочку Гарри.
— А теперь! Мое последнее и самое великое приключение! Я беру их, а вы рассказываете историю!
Он навел палочку на Гарри.
— Забытьедум!
Но он взял не свою палочку, а сломанную палочку Рона. Заклинание дало обратный эффект. Вместо того чтобы стереть память Гарри, оно выстрелило в Локонса. Профессор не просто забыл, кем он был; он забыл, как правильно носить мантию.
Часть магического взрыва ударила о потолок тоннеля, вызвав обвал. Камни отделили Лили, Гарри и Рона от Локонса.
— Не мог он сделать что-то полезное хотя бы один раз, — вздохнула Лили, проведя рукой по косе. — Ну что ж. Рональд, оставайся здесь. Это не обсуждается. Ты должен прикрыть вход и позаботиться о нашей... забытой наживке. Если мы не вернемся, ты бежишь к Дамблдору.
— Но Лили...
— Рон, — Лилианна положила руку ему на плечо, и ее интенсивный взгляд не допускал возражений. — Это самый безопасный вариант. Ты наш лучший стратег в Шахматах, и ты нужен нам в безопасности.
Она повернулась к Гарри.
— Гарри, ты — наш Парселтанг и наша цель. Я иду с тобой, потому что я знаю то, чего не знает он, — она вытащила из своего кармана скомканную бумажку, которую Гермиона держала в руке. — Мы знаем про трубы и про Василиска. А еще, я всегда была лучше в библиотеке, чем ты.
Она уверенно кивнула Рону и прыгнула в темный проем, скользя по скользкому тоннелю. Гарри мгновенно последовал за ней.
Они оба приземлились на кучу мокрых костей. Гарри оглянулся — они были в круглом, темном тоннеле, который, казалось, был наполнен костями мелких животных.
— Великолепно, — Лили встала, отряхивая свою мантию, ее голос эхом разошелся под сводом. — Это и есть канализация. Будь осторожен, Гарри. Василиск может быть где угодно.
Они прошли по тоннелю, который вел в глубокое подземелье. Стены украшали резные змеи. Наконец они пришли к огромной каменной стене с переплетенными змеями, на которой были выгравированы лица.
— Это вход в саму комнату, — прошептала Лили. — Снова Парселтанг, Гарри.
Гарри снова прошипел. Две змеи разошлись, и каменная дверь отворилась, открывая проход в огромную, темную, отвратительно величественную Тайную комнату.
В конце длинного, тускло освещенного зала, между двумя колоннами, стоял Том Реддл. И рядом с ним... без сознания лежала Джинни Уизли.
— Том! — воскликнул Гарри.
— Привет, Гарри Поттер, — ответил Реддл, его глаза холодно блестели. — Я так и знал, что ты придешь. И ты привел свою подругу. Какая... остроумная компания.
Лилианна сразу поняла: что-то здесь не так. Это была не просто память, это был настоящий, живой, хотя и призрачный, враг. Она сделала шаг вперед, закрывая Гарри.
— Том Реддл. Должна ли я называть вас Наследником, или лучше Волан-де-Мортом? Потому что знаете, быть обычным Наследником Слизерина — это так скучно.
Реддл улыбнулся, и это не была улыбка призрака. Это была улыбка хищника.
— Мудрая Мисс Уизли. У тебя, безусловно, ум Когтеврана. Но ты пришла сюда на смерть. Джинни выживет. А ты, Гарри... ты умрешь здесь. А твоя умная подруга умрет первой.
— Не думаю, — Лилианна крепко сжала палочку. — Нам известен ваш фокус с Василиском и трубами. А у меня есть целых две пары очков Гарри, отраженные на моем пергаменте — на всякий случай. Я не собираюсь смотреть на вашего домашнего питомца.
Реддл громко засмеялся.
— Ты думаешь, это так просто? Ты думаешь, я, величайший волшебник в истории, положился лишь на глаза Василиска? О, Мисс Уизли. Ты умна. Но ты не знаешь всего.
Он поднял палочку Гарри.
— Поговори со мной, Василиск!
Откуда-то из тени, из огромной статуи Салазара Слизерина, медленно, с ужасным скрежетом, начал выползать Василиск. Его величественный, ядовито-зеленый вид заставил их обоих отступить. Но самое худшее: его глаза были закрыты.
— Я научил его не смотреть, — прошипел Реддл. — Я научил его слушать. Он знает, что я — единственный, кто может им управлять. И теперь он слушает только мой голос. И он слышит вас.
Лилианна поняла ужасную ловушку: их блестящий план защиты от взгляда был бесполезен. У них не было шансов. Василиск, который слушает, был гораздо страшнее.
— Что ж, — сказала Лили, опуская палочку и выходя вперед. Она смотрела прямо на Реддла, а не на Василиска. — Гарри, беги. Спасай Джинни.
— Нет, Лили! — воскликнул Гарри.
— Я сказала, беги! — прошипела она, а затем, обращаясь к Реддлу, добавила, повысив голос: — Вам нужен Гарри Поттер! Не я! Я — всего лишь второсортный Уизли с хорошей памятью!
Она начала бежать к противоположному концу зала, чтобы отвлечь внимание Василиска.
— Ты думаешь, это так просто, Мисс Уизли? — холодно произнес Реддл, но Василиск, услышав ее движение, бросился за ней.
Гарри, не имея другого выхода, схватил Джинни и начал тащить ее в противоположную сторону, где, как он видел, лежал какой-то темный предмет. Лилианна отчаянно бежала, бросая в змея слабые заклинания, которые лишь раздражили его.