Глава 7
Джуди Браско ждала меня на кладбище Пайнвуд. Под землей. Как полагается настоящим расхитителям гробниц и могил, я выдвинулась на миссию глубокой ночью. Мой плащ развевался на ветру, цепляясь за редкие кустарники. Я шла уверенно, но осторожно, всматриваясь в непроглядную темноту, нависшую над кладбищем. Кроме меня здесь никого не было, однако ядовитая паранойя продолжала въедаться в кожу. После столкновения с Джозеффом моя работа могла пойти боком, и я боялась этого больше всего.
Сбросив лопату и рюкзак, я присела около каменной плиты.
Джуди Браско
2001 — 2022 гг.
Любим тебя всей душой, милая
Насколько я знала, смерть Джуди не была подстроена, но все выглядело так, словно мать утопила ее специально. Юная красавица была преуспевающей моделью и с пятнадцати лет зарабатывала неплохие деньги, но никогда не выписывала чек своей деспотичной матери. Я проанализировала Инстаграм Джуди и заметила, что ни в одной публикации она не упоминала родителей. Она бесконечно говорила о своих успехах, богатых друзьях и развлечениях. Я даже не представляла, с кем бы ей хотелось попрощаться, разве что с ротвейлером Мотти.
Вопреки сомнениям, я все равно воткнула козырек лопаты в рыхлую землю. Я буду неправа, если решу за Джуди. Я должна предоставить ей последний шанс, которым не обделяю ни одного мертвого. Во всяком случае, она может попрощаться со своим псом или пожелать последний раз прогуляться по городу...
Тучи сгущались надо мной, пока я орудовала лопатой, аккуратно высыпая землю за края могилы. За несколько минут я углубилась на целый фут, как вдруг услышала вой сирен. Красные и синие фонари осветили мои руки, приросшие к ручке лопаты, и я поняла, что дело плохо. Обернувшись, я увидела полицейскую машину, остановившуюся у ворот кладбища. Фары светили прямо на меня, а шериф спешно покидал салон, вынимая пистолет.
Только не сейчас.
— Мисс, бросьте лопату и медленно поднимите руки!
Я выпрыгнула из могилы, в спешке закрепила рюкзак и бросилась прочь, когда шериф приладил пистолет.
— Мисс, последнее предупреждение, или я открываю огонь!
Джозефф определенно меня сдал, ведь знал, что следующим моим клиентом будет Джуди. Он хотел уничтожить мое дело, которым я горела. После смерти бабушки это стало единственным занятием, объединяющим наши души, и я не могла потерять все в один миг.
Пули срикошетили в забор, потом — в дерево. Очерненный неудачей, шериф погнался за мной, перепрыгнув через острые пики. Для своих габаритов мужчина был довольно резвым: когда я забежала за ветхую родовую усыпальницу семьи Гилберд, пропахшую древностью и костями, он был довольно близко ко мне. За мной впервые гнались служители закона, но я была бы слишком глупой, если бы не придумала запасные ходы для неудачных деньков.
Склеп некогда именитых Гилбердов располагал лазейками, которые я давно изучила. Усыпальница стояла на аллювиальной почве, благодаря чему значительно осела и потрескалась, а в некоторых местах обвалилась, образовав ходы. Валуны с изображением фамильного герба — черепа со змеей — раскололись надвое, их легко можно было сбросить со ската, на котором возвышался склеп.
Я скинула один валун, и зияющая дыра предстала моему взору. Запах пыли и смерти ворвался в нос.
Ну, здравствуй, усыпальница.
— Мисс, выйдите ко мне! — настаивал шериф, тем временем я быстро нырнула в проем и оказалась в кромешной темноте.
Мужчина оббежал склеп и, кажется, потерял меня из виду. Я надеялась, что он не увидит мою лазейку, хотя у него был фонарик.
Полицейский вынул рацию и сообщил о вандализме, коротко описывая мои приметы. Для него я была невысокой, темноволосой и выглядела как подросток. Во всем шериф был прав, однако он ничего не сказал насчет моего лица. Поэтому в рукаве оставался единственный козырь.
Наверное, прошло минут десять, прежде чем на кладбище воцарилась тишина. Я не могла быть уверена, что шериф уехал, отчего решила переждать некоторое время в склепе.
Я аккуратно присела, прощупывая руками толстый холодный камень. Меня не пугала энергетика смерти или мертвецы, ведь я была частью их, и обычные прогулки по гиблой местности с крестами не вводили меня в ужас. Я привыкла работать одна, но единственное, что все еще навевало на меня страх, были люди. Живые. Люди.
Я вынула фонарик из рюкзака и включила его на минимальную мощность. Вряд ли шериф посчитает нормальным, если из щелей склепа польется свет.
Направив столб света на бетонные ступеньки, уходящие в непроглядную тьму, я схватилась за стену. Мне посчастливилось приземлиться около входа усыпальницы и не скатиться по лестнице.
Склеп Гилбердов помещал в себя не менее двенадцать саркофагов, насколько я помнила. Они возвышались друг над другом, а памятные таблички на полу описывали их пребывание в этом мире.
Я перевела фонарь влево, где располагались каменные столики, долговечные лавочки и украшения из барельефов. Именно здесь я проведу несколько минут своей жизни.
Я присела на одну из лавочек и положила фонарик фитилем вниз. На такие случаи я заранее запасалась едой и водой, но аппетита не было, хотя я знала, что в контейнере лежат мои любимые бутерброды со шпротами и огурцами.
Тишина продолжала охватывать кладбище, но совсем скоро я услышала рев мотора и треск колес. Судя по звукам, автомобиль удалялся из кладбища. Я вздохнула и потянулась за бутербродом. Один черт нужно прождать несколько минут, прежде чем бежать. Шериф может объехать кладбище и караулить меня в самом неожиданном месте, если все еще верит, что я здесь.
Когда кусочек сочного бутерброда упал на язык, я невольно ухмыльнулась. Бабушка бы посмеялась, узнав, где проходит моя трапеза.
Облизнув пальцы, я потянулась за водой и собиралась выметаться с кладбища, как уловила тихие шаги.
Кто-то бродил среди могил.
Я приподнялась, зачехлив рюкзак, и подошла к проему. Шаги стали хаотичнее. На улице было несколько людей. Вероятно, человека два.
Я выругалась. Мой выход снова переносился на неопределенное время. Если это вандалы или глупые подростки, решившие прошвырнуться на земле мертвых, я погрязну тут на несколько часов.
Мне не оставалось ничего, как слушать гостей кладбища. Потоптавшись на севере, они побрели к склепу Гилбердов, и тут мое сердце замерло. Я осторожно отошла от ямы и вжалась в стену, когда шаги остановились напротив нее. Некто направил фонарик внутрь, освещая серую стену передо мной. Страх щекотал пятки.
Если сюда спустятся, я даже не знаю, кто из нас напугается больше.
— Кто-то скинул его, или упал сам, — знакомый голос подорвал мой интерес.
Это был Джозефф.
Я хотела крикнуть и появиться, но что-то остановило меня. Джозефф угрожал мне. Он может придумать какую-то пакость, если увидит меня.
— Надо пододвинуть валун, — ответил второй голос. Это был парень, судя по всему, ненамного старше меня. Похоже, Джозефф притащил сюда боевого напарника, но что они забыли здесь?
Колючие предположения терзали голову до тех пор, пока я не оказалась в кромешной тьме. Парни задвинули выход, и сердце зарокотало в груди.
Спокойно, Мальта. Ты выберешься, как только они уйдут.
Но наглецы не уходили. Я ощутила запах дорогого табака, когда они присели на валуны. Если парни ждали кого-то, меня можно было класть в один из саркофагов Гилбердов. Эта процессия могла затянуться на целую вечность.
Вздохнув, я снова включила фонарик и направила свет вниз. У меня оставался последний бутерброд, и я решила доесть его, сославшись на то, что не найду занятия лучше.
Запах сигарет струился в склеп, и когда я закончила поздний ужин, он пропитал все пространство. За все это время парни не проронили ни слова, но и не спешили убираться. Они определенно кого-то ждали. Кого-то такого же сильного и глупого, как Джозефф.
Устроившись за столиком, я скучающе зевала. Джозефф и его компания пробудут здесь в лучшем случае до приезда копов. Думаю, шериф отправил бригаду сюда, ведь могила Джуди Браско была «осквернена». Утром газеты будут пестрить гнусными заголовками, в которых меня будут поливать грязью. А я всего-то хотела помочь...
— Она была здесь, — сказал Джозефф, очевидно, имея в виду меня. — Могила Браско вскопана.
— Кто-то спугнул ее, — предположил второй паренек, и странное сомнение закралось в моей голове. То есть, шерифа на меня натравил не Джозефф?
— Сейчас здесь чисто.
— Думаешь, она согласится на твое предложение?
Джозефф медлил с ответом. Тема разговора становилась все интереснее.
— Должна, иначе ее ждет судьба куда похуже бабки Кессади.
— Все как-то резко оказалось в заднице...
— И теперь нам придется возиться с дерьмом из этой задницы — с Мальтой.
Я поборола желание ответить Джозеффу. Столько оскорблений я не слышала даже от его пресловутого брата.
Раздался шипящий звук; Джозефф затушил сигарету и, кажется, встал.
— Ладно, нам пора. Кент должен быть где-то рядом.