Глава 1
Я шла с лопатой наперевес, высматривая могилу Алекса Вэй. Его закопали вчера. Пару дней назад парня сбила фура. Вряд ли он успел оставить завещание или попрощаться с родными, поэтому я спешила помочь, пока не стало слишком поздно.
Разгребая ветки, я шла вдоль забытых могил. Холодный туман стелился за мной молочным шлейфом и гулял среди каменных надгробий. На Пайнвуде не было никого, кроме меня. Даже охраны. В какой-то мере это облегчало работу, ведь не хотелось, чтобы кто-то застал меня за раскопкой могил.
Я тщательно осматривала каждое надгробие, ища Алекса. Кроссовки утопали в грязи, а черная кофта запачкалась землей. Работая чуть больше полугода, я запаслась надлежащей одеждой и каменным спокойствием. Хотя своего первого Воскрешенного я боялась. Теперь все иначе.
— Здравствуй, Алекс, — на выдохе сказала я, наткнувшись на его могилу.
На свежей земле лежали венки из алых роз. Я вонзила лопату в почву, затем бережно убрала похоронную атрибутику и размяла костяшки.
Пора.
Земля была сырой и рыхлой, поэтому я быстро справилась с раскопкой и добралась до крышки черного лакированного гроба. Перед тем как отворить его, я осмотрелась. Сверчки скрежетали в кустах, разбавляя нависшую тишину пустого кладбища. Вряд ли бы кто-то захотел наведаться сюда ночью. За всю карьеру я ни разу не попалась. Бабушка учила меня быть осторожной и бдительной. Особенно с живыми...
Я отбросила лопату и распахнула крышку, приложив немного усилий. По привычке я натянула респиратор, представляя, с каким ароматом столкнусь. Алекс был мерклым и отощалым. Его похоронили в официальном костюме и положили в руки искусственную розу. Похоже, он очень любил этот цветок.
— Скоро ты проснешься, — прошептала я, снимая фамильный кулон, чтобы приложить к груди покойного: это было обязательным действием, ведь только так я могла направить магию.
Сосредоточив силу на темно-зеленом камне, который достался мне от бабушки, я посмотрела на Алекса. На вид ему было не больше двадцати лет. Жаль, что неосторожность привела его в могилу.
После того как я расслабилась, по моим рукам заструились молнии. Кулон тотчас впитал их и распространил энергию в каждую клеточку юноши. Свечение озарило его мертвое тело и задержалось на уровне сердца, медленно угасая.
Сейчас начнется!
После пробуждения Воскрешенные могли напасть, извергнуть соки или одарить опарышами. Отсюда я выработала привычку быстро выпрыгивать из могилы после их первого вдоха.
В то время как грудь Алекса поднялась, я успела выбраться из могилы и надеть кулон. Неистово вздохнув, он открыл глаза. Несколько секунд мутные зрачки блуждали по червонному небу, пока не остановились на мне.
Алекс поперхнулся и присел в гробу, чтобы откашляться. Я была отличным специалистом в своем деле, потому как давала мертвым прийти в себя. Снова.
— Как будешь готов говорить — дай знак.
Алекс какое-то время осматривал гроб, свое тело, корни, торчащие из земли, а потом вспомнил про меня. Аккуратно привстав, он насупился. Его блеклые губы приоткрылись, и хрипловатый голосок пробурчал:
— Я ожил?
Всех Воскрешенных удивляло это.
После смерти люди попадали в Чистилище, где узнавали, что произошло. Они не забывали свою прошлую жизнь, поэтому горько жалели о несбыточных мечтах или разлуке с близкими.
Я присела на корточки и вынула блокнот.
— Итак, Алекс, не паникуй и слушай меня. Я — Мальта. И мне подвластно воскрешать мертвых, чтобы даровать им последнее желание. — Я давно заучила свою речь и произносила все, даже не задумавшись. — У тебя оно есть?
Алекс был в ступоре. Я бы тоже оторопела, если бы меня вытащили из могилы и заставили поверить в магию. Терпеливо расписывая краешек блокнота, я ждала хоть какого-то писка от парня. Он хлопал глазами, мычал и шатался, но поборол повадки зомби, вычеканив:
— Моя жена. Глория. Я бы хотел попрощаться с ней.
— Глория, — повторила я, вписывая имя девушки. — Хорошо. Еще кто-то есть? Родители, друзья?
— Нет, только она. — Алекс едва верил в происходящее. Он решил присесть, чтобы не свалиться от счастья или шока. — Как я это сделаю?
— Плавно переходим к правилам, которые ты должен соблюдать. — Я коротко улыбнулась. — Каждому умершему я даю один час. За это время ты обязан все успеть. Первое, что не можешь делать — это показываться Глории. Она не должна видеть тебя. Можешь попрощаться с ней через записку, которая будет случайно обнаружена, или воспользоваться ночным визитом.
— Ночным визитом? — голос Воскрешенного все еще хрипел.
Я кивнула.
— Приходишь к Глории ночью, обнимаешь, целуешь — все, что хочешь, только тихо.
— Почему она не может увидеть меня? — Алекс потрогал лицо, словно проверяя на целостность. На его руке блеснуло обручальное кольцо. — Я неважно выгляжу?
— Прости, Алекс, но ты мертв. А я нарушаю законы природы, воскрешая тебя. К тому же, у Глории может случиться инфаркт, если она увидит ходячего мертвеца.
Алекс поник. Мне было искренне жаль его, однако я могла даровать мертвым только эту церемонию.
— Она не узнает, что я приходил?
— Узнает. — Я поднялась и отряхнула джинсы. — Во время твоего визита ей будет сниться сон. Все, что ты сделаешь, она увидит. Но во сне.
Мертвец благодарно кивнул. Его мутные глаза озарились небывалым детским счастьем. Подорвавшись, Алекс поспешил выбраться, и я помогла ему, подав руку.
— Вот так, молодец, — похвалила я, когда он твердо встал на ноги. — Алекс, пообещай, что не совершишь глупостей?
— Мальта, ты делаешь для меня такой подарок! Я просто не могу обмануть тебя.
Никто из усопших не пытался водить меня за нос. Они покорно следовали правилам и ложились в гроб с улыбкой на лице. Наверное, каждый понимал ценность моего поступка и не пытался сбежать или разбудить близкого.
Я отряхнула костюм Алекса, прежде чем мы покинули кладбище. В моем рюкзаке всегда были вода, мыло и несколько полотенец. Я не позволяла, чтобы почившие приходили грязными в свой дом. Тем более, не допускалось оставлять следы в виде грязи и жучков.
Алекс сжато рассказал, где находился его дом, и мы отправились в путь. Его блеклое лицо выделялось на фоне моего, но некоторые прохожие не обращали внимания на бледного парня. В темноте его отличие было не так заметно, и это было большим преимуществом.
До жилища Глории мы добрались за пятнадцать минут. Девушка уже спала, и Алекс быстро сориентировался, как попасть в дом. Под цветочным горшком около двери был ключ. Давая знак, что все под контролем, парень зашел в дом. Я никогда не следовала за Воскрешенными, дабы проконтролировать ситуацию. Это было их личное дело, куда я не впутывалась ни под каким предлогом.
Спустя полчаса, Алекс вышел. По его щекам скатывались слезы, когда он закрывал дверь и убирал ключ на прежнее место. Я вздохнула и вынула блокнот, ожидая отчета. Свет в доме не горел, криков не было, значит, все прошло хорошо.
— Я думал, уже никогда не смогу этого сделать. Спасибо, — Алекс обнял меня, отчего я пошатнулась. — Оставил ей тайную записку в своих вещах и сказал, что буду ждать в Чистилище. У нее впереди целая жизнь.
Алекс отдалился, чтобы вытереть слезы. Прикусив губу, я сделала несколько пометок о проделанной работе и похлопала его по плечу.
— Идем. Тебе пора в свой мир.
Мы шли молча, пока не настигли могилы Алекса. Открытый гроб и взбудораженная земля уже не вызывали на его лице изумления. Вместо этой эмоции он испытывал что-то вроде умиротворения и радости. Это означало, что моя вылазка прошла не зря.
— Ты должен лечь в гроб. Я прислоню камень, и ты окажешься в Чистилище. Это не больно.
Алекс послушно прыгнул в могилу и лег точно так, как был впервые. Его пальцы теребили алую розу, веки сомкнулись, только на губах была слабая улыбка. Я опустилась в могилу и сняла кулон, присаживаясь к нему.
— В добрый путь, Алекс.
Я приложила камень к сердцу, и ярчайшие молнии, окутывавшие его тело, растаяли. Отныне Алекс не дышал. Я спрятала фамильную ценность и прикинула фронт работы. В среднем, я закапывала могилу за полчаса, если не была уставшей.
Я забросила гроб землей, примяла участок и поставила всю атрибутику на прежнее место. Могила и без того была свежей, посему никто бы не узнал, что некая школьница занималась черным делом.
Запрокинув голову к небу, я наполнила легкие прохладным воздухом.
Пора домой.