Глава 3
- Спрашивали что-то личное?
Я качаю головой.
- Не то что бы. Был вопрос о том, как я отношусь к закону об обязательном рождении ребенка, и еще вопрос о том, что хочу взять для себя от поездки к кареглазым.
- И как ты отвечала?
- Так, как правильно,- я пожимаю плечами.
Белла выглядит немного разочарованной. Я думаю, в ней живет слишком много бунта, который рано или поздно вырвется наружу.
- А сама ты что об этом думаешь?- настаивает она.
- Не убивай меня, но мои мысли совпадают с тем, что я сказала. Если такую систему ввели, значит, в ней есть необходимость.
- Бред какой-то, тебе не кажется?
- Все может быть, Бел, но ты не можешь опровергнуть одного: система работает.
- Любая система держится на соплях из твоего банана-смузи. Вопрос лишь в том, как скоро все это сломается.
- Мне нравится твой апокалиптичный настрой,- я отворачиваю голову в сторону окна и ойкаю. К закусочной приближается Кэм.
Белла находит мою руку.
- Вы еще не...?
- О чем ты, мы еще не целовались!- психую я.
- Этель, вы вместе уже несколько месяцев! Перестань бояться своего парня.
- Я не боюсь его, это же Кэм, просто...
- Мм?
Я отпускаю ее руку и поправляю свои волосы, одергиваю платье.
- Каждый раз когда мы вместе, что-то идет не так и все срывается. В смысле, каждый раз, когда мы вместе как пара. Ну, то есть, когда мы пытаемся...
- Ясно, ясно. Когда дело доходит до романтики.
Колокольчик в виде дельфина звенит.
- Расслабься, Этель. Все будет, просто в свое время,- уже шепотом добавляет Белла.
Кэм находит нас взглядом, подходит к столику, садится рядом со мной.
- Привет,- он неуклюже чмокает меня в щеку, и я покрываюсь легким румянчиком. Кэм обнимает меня одной рукой и здоровается с Беллой.
- Как прошел экзамен?
- Хорошо. Во всяком случае, Эмилия вся светилась, а Лилит показала мне, что все класс.
- Лилит не в составе экзаменаторов,- напоминает Кэм. Я закатываю глаза, а Белла смеется.
- Ну, а что ты, Хьюманс?
- О, я вне конкуренции.
- Все прошло так хорошо?- Кэм смотрит на то на меня, то на мою подругу.
- Безупречно,- смеется Белла.
- Она не участвовала,- снисходительно говорю я.
Кэм усмехается, поднимает брови и удивленно качает головой.
- Кажется кому-то тут дозволено намного больше, чем мы думаем.
- Сказал Кэмерон Адлс,- фыркнула Белла.
- Хей, не гони на Кэма,- шутливо угрожающе восклицаю я.
- Вы только посмотрите, арийцы объединились и сейчас нападут на меня,- Белла подмигивает, а мне снова кажется, что я сейчас покраснею.
- Зря ты так, Бел. Все, чего мы добиваемся - это результат труда.
- И хороших связей,- добавляет Кэм.
- Да, и их тоже.
- Вот увидишь, Белла. Скоро мы с Этель поедем к кареглазым, и наша жизнь изменится навсегда.
- Звучит как тост,- Белла бьет своим маленьким кулачком по столу и театрально допивает какао.
О, Кэмерон Адлс, ты даже не представляешь, как ты сейчас прав.
Домой я добираюсь, когда на улицах уже темно. Мы с Кэмом ехали вместе. Двери автобуса закрываются за нами, и мы остаемся одни - вокруг не души. Несколько метров влево и будет мой дом, вправо - дом Кэма. А пока ночь, фонарь, словом - все, как в поэзии.
Мы знаем, что стоять здесь долго было бы опрометчивым решением, но Кэм медлит и не хочет отпускать мою руку.
- Позвонишь мне, как только прочтешь свое приглашение на съезд, ладно?- просит Кэм.
- Конечно. Ты только не сглазь. Даже не хочу думать о том, что могу его не получить.
Кэм молчит и смотрит куда-то вдаль улицы, туда, где только что скрылся автобус.
- Так и будет всегда?
Я смотрю на Кэмерона, он обращает взгляд на меня.
- Ты и я - вместе против целого мира. Так и будет?
- Кажется, мы были созданы для этого,- рассуждаю я.
Кэм улыбается.
Я понимаю что вот он, тот момент, один из тех моментов, о которых я говорила Белле. Возможно именно сейчас... Я даже улавливаю миллиметрические движения Кэма в мою сторону, но...
- Кэмерон!
Кэтлин Адлс вышла во двор и теперь зовет своего сына домой.
Кэм морщится.
- Минута, мам!- отзывается он, а я смеюсь. Нам будто снова по двенадцать.
- Ты не хочешь зайти на чай?- Кэмерон чувствует себя неловко. Как будто я не была у него в гостях тысячу сто пятьдесят раз до этого.
Качаю головой.
- Спасибо. Не терпится проверить почту на наличие ну, знаешь, приглашений разных.
- Тогда увидимся.
- Доброй ночи, Кэм.
Поражаясь сама себе, я не чувствую, однако, ничего, кроме волнения перед вечером ожиданий.
Через несколько минут после прощания с Кэмом, я оказываюсь в своем доме.
Меня никто не встречает, но так даже лучше. С кухни тянется знакомый запах оладий, приправленных кленовым сиропом, и я даже закрываю глаза от удовольствия.
- Этель? Это ты?
- Это я!
Отзываюсь. Еще несколько секунд трачу на рассматривание своего отражения в зеркале в прихожей, а затем иду на голос Мэриэнн. Вот и она. Упитанная женщина с темно-коричневыми волосами и почти синими глазами, с добродушным лицом и большой родинкой на правой щеке. Мэриэнн Джонс. Человек, которому я обязана очень и очень многим. Человек, который, наверное, можно сказать, моя мать.
- Ты голодная? Будут...
- Оладьи, знаю. Да, не откажусь,- я сажусь за стол и осматриваю кухню, как впервые,- Тони не приходил?
Я вижу, как легкий укол боли поражает Мэриэнн. Она вздрагивает на мгновение, а ее лицо искажается, хотя она пытается скрыть это.
- Не приходил.
И вот так уже целый год. Целый год с Тони творится непонятно что: он редко появляется дома, много пьет, постоянно норовит обидеть Мэриэнн. Правда, несмотря ни на что, он всегда приносит в дом деньги, но это выглядит так странно и бессмысленно! Тони может прийти домой, бросить белый конверт с зарплатой на стол и уйти ровно через секунду. Последнее время его глаза тусклые и потерянные. Когда я замечаю его в ангаре, он похож на зомби - нечесаный и нелюдимый. Отвращение накатывает сразу, но вслед за ним моментально приходит жалость. Бедный Тони. И почему он себя так изводит?
Конечно, Тони Джонс не всегда был таким. Я знала Тони который поставил для нас с Кэмом качели на заднем дворе, который всегда заказывал Мэриэнн оладьи со своим любимым черничным соусом (она всегда делала с кленовым сиропом), который всегда приносил в дом елку на зимние праздники, даже когда достать ее было практически невозможно. Тони был здоровым и крепким молодым мужчиной с взъерошенными волосами, легкой походкой и большими ладонями с длинными пальцами. От Тони остались только его тени.
У Мэриэнн и Тони не было своих детей, как вы уже могли понять. Мне кажется, им бы и не разрешили их иметь, ведь у Мэриээн глаза почти синие, а у Тони скорее серо-голубые. Значит, единственное объяснение тому, что я попала к ним в дом как к супружеской паре, это то, что они, вероятно, любили друг друга. А если допустить это, то смотреть на бедную Мэриэнн вдвойне больно. И самое печальное то, что самое большее, что мы можем сделать для Тони, это бездействовать. Этим, впрочем, мы и занимаемся.
Мэриэнн накладывает оладьи мне на тарелку и ставит на стол бутылочку с кленовым сиропом, затем садится напротив меня.
- Мэриэнн?- осторожно говорю я.
- Да, золотая?
- Сегодня был тот самый экзамен и... Ты знаешь, возможно, я попаду на съезд у кареглазых, значит, мне придется уехать на некоторое время.
- Хорошо,- Мэриэнн кивает, а мое сердце невольно сжимается. Обычно я не настолько сентиментальна.
- Просто... Мне придется оставить тебя одну.
Если бы Тони был здесь, он бы возразил, сказал бы, что Мэриэнн никогда не одна, ведь он с ней. Если бы Тони был здесь, он бы порадовался за меня и сказал бы, что я снова добилась того, что хотела. Если бы Тони не думал только о себе.
- Не переживай. Я уже большая девочка,- улыбнулась Мэриэнн,- Ты же знаешь, мне вообще-то не привыкать.
И она права. Я и сама не лучше Тони, ведь часто из-за работы и учебы остаюсь в ангаре, и, бывает, по нескольку дней не прихожу домой. Но у меня есть весомые причины и я, раз уж на то пошло, связана с Мэриэнн намного меньше, чем Тони связан.
После ужина я вымываю посуду, так как я - Этель Джонс, и я лучшая даже в ведении домашнего хозяйства. Кажется, это своего рода пунктик - нет ничего, с чем бы я не справилась.
Поднимаясь в свою комнату, вижу, что Мэриэнн заснула на диване в гостиной. Тихонько прикрываю дверь и мчусь к компьютеру, проверять почту, но даже не успеваю разволноваться снова. Приглашение на месте. Мое. Только мое. Я подтвердила себя, я - лучшая из девочек.
Пробегаю глазами текст приглашения на съезд и расписания завтрашних интервью и конференций. Улыбка снова сияет на моем лице, а ноги рвутся в пляс, и я падаю на кровать и зарываюсь в одеяло, чтобы не прыгать от радости и не будить Мэриэнн. Вот и он - первый шаг в мою новую жизнь. Я смогла. Я сделала это.
И все-таки Кэмерон был прав, поводов для сомнений не было. Точно! Кэм!
Дрожащими от переполняющих меня эмоций пальцами я набираю номер Кэма, и жду пока он ответит, наматывая прядь волос на палец.
- Меня взяли на съезд!
- Я же говорил тебе, Этель,- он как всегда уверенный и спокойный, но я слышу, его радует моя реакция.
- Увидимся завтра, арийка.
- Увидимся завтра, Кэм.