Билет №13
С каждой ступенькой воздух ощущался на градус ниже, с каждым вдохом влажнее - запах сырого бетона. Фонарик на резиновом ремешке, закрепленный на лбу Доставщика, выхватывал из темноты: ступеньки, дверь, пыльный пол, стул, стол. Доставщик отодвинул знакомую мебель в сторону, присел на корточки и открыл тайник, вытащив металлический ящик. У него в руках оказался черный пакет с зип замком, не сразу его открывая, дольше положенного.
Это помещение не видело света уже полгода. Доставщик работал в темноте, привык. Стул скрипнул. На стол посыпалось все содержимое пакета: платы, паяльник на батарее, кнопочный телефон, зарядные устройства, одна флеш-карта, пучок проводов и что-то еще по мелочи. Рука легла на паяльник. Жало нагрелось, пуская нить дыма, а затем коснулось платы, и на секунду в воздухе повис тонкий запах канифоли, смешиваясь с сыростью. Несколько минут работы и красный светодиод мигнул и загорелся ровным, немигающим светом.
На столе продолжала лежать флешка. Доставщик отложил паяльник в сторону, складывая все со стола обратно в пакет, мимолетно посмотрел на наручные часы, и когда дошла очередь до флешки он замедлил, держа ее в руках дольше, чем ему хотелось. Тишина. А потом чужой голос. Он прозвучал не в подвале, а в голове:
«Спенсер».
Темнота вокруг стала плотнее. Воздух тяжелее. Доставщик моргнул вспоминая тот день когда первый раз прослушал эту запись...
***
Съемная квартира. Старый ноутбук на столе с отсутствующей камерой, разъем, который никогда не видел сетевого кабеля. Доставщик вставил флешку. Наушник в левом ухе.
Зашипело. Потом голос:
- Спенсер.
- Когда?
- Завтра. Бумаги готовы.
Он слушал эту запись не в первый раз - вчера. Но сегодня она звучала иначе. Сегодня он знал: протокол запущен. Зак Спенсер - предатель. Доставщик - все еще лоялен. Кэролайн Вэнс - еще не подозревает, что ее жизнь только что стала разменной монетой в игре, которую она не начинала...
Он снял наушник и положил в карман. Подошел к окну. Внизу, на узкой улице, горели фонари. Через три дня Кэролайн Вэнс получит билет. Еще через сутки она очнется в контейнере. И начнется обратный отсчет. Для него...
***
Наши дни...
Доставщик помнил все слова записанные в аудиофайле на этой флешке, они сейчас лежат мертвым грузом прямо перед ним на пыльном столе. Он смахнул со столешницы этот кусок пластика на пол и с силой наступил на него, словно это стерет голоса не из аудио файла, а из его жизни.
***
Прошлое.
Дни до похищения Кэролайн Вэнс...
Дождь шел вторые сутки. Вода барабанила по крыше автомобиля, стекала по стеклам сплошной пеленой, превращая город в картину написанную акварелью. В салоне и сегодня пахло табаком. Водитель курил, приоткрыв окно на два пальца. Он как всегда не слушал разговоры или делал вид, за это его и держали.
На заднем сиденье молчали двое, под звук работающих дворников.
Один смотрел в окно, и его отражении: седые виски, тяжелый подбородок, глубокие складки у рта. Большой палец механически проворачивал золотой перстень на мизинце туда-сюда, туда-сюда.
Второй - Жером. Он сидел напротив, подавшись вперед, хотя сиденье позволяло откинуться.
- Спенсер, - начал тот что с перстнем.
- Когда? - Жером снял очки.
- Завтр. Бумаги готовы, - продолжил мужчина с перстнем.
Жером достал платок, сложенный уголок к уголку, принялся протирать нервно стекла, и сказал:
- Можно проще. Слить на ту сторону. Без наших рук. Что в их сети работает чужой. Они сами его уберут.
Собеседник с перстнем замер.
- Мы не знаем его псевдонима. Не знаем легенды. Передать им «у вас чужой» - все равно что крикнуть в толпу: «Ищите!» Найдут то, чего мы не хотим, чтобы они находили. И вычислят, откуда утечка.
Жером осекся:
- Тогда только бумаги?
- Бумаги. Пресса... Отступятся.
- А если нет?
- Отступятся. А внутри системы он перестанет существовать. Предатель. Никто не станет слушать предателя.
Жером сглотнул. Кадык дернулся.
- Дюваль. Его проверку заморозили. Но у него есть люди. Если он унюхает... Он знает всю легенду. Каждый шаг, каждый рапорт - все проходило через него. Ему нечего терять.
- Я и так все знаю. Поэтому нужно работать быстро. Твоя задача - чтобы время у Дюваля кончилось раньше, чем он что-то предпримет.
- Ты хочешь, чтобы я доносил на начальника.
- Я хочу, чтобы ты делал свою работу.
Дворники скребли по стеклу. Вода шипела под колесами. Машина повернула на другую улицу.
- Лантье. Тоже роет. Была в одной группе со Спенсером. Не прошла тест. Искала его. Не верит, что он предатель.
- Частный сыск. Личные мотивы? Не угроза.
- Ты ее недооцениваешь.
- Без свидетеля - она никто.
- А если свидетель будет?
Человек с перстнем смотрел на мокрые платаны за окном.
- Мы проверили все базы. Ни одного живого свидетеля. Если бы такой был, он бы уже всплыл. Пусто.
- Ты уверен?
Он взялся за ручку двери. Машина притормозила у тротуара.
- Выхожу здесь. Передай Дювалю, что его запрос отклонен. Пусть не тратит время.
Дверца открылась, впустив сырой воздух, и захлопнулась. Жером остался один. Он снова начал протирать стекла очков - быстрее прежнего.
***
Спустя два часа...
В серверной пахло озоном. Мартен сидел перед монитором. Свет от экрана ложился на его лицо синеватыми бликами, отчего кожа казалась пергаментной. Наушник сдвинут на одно ухо, второе свободно, слушать, не скрипнет ли дверь. На таймлайне - сорок семь минут. Шорох дворников, дыхание, паузы, голоса.
Он резал быстро и чисто. Все, что касалось Лантье, - долой. Вопрос «Ты уверен?» и ответ про пустые базы - вырезать. Осталось двадцать три секунды. Фамилия. Дата. Факт. Никаких шорохов, выдающих прослушку. Мартен сохранил файл на флешку, извлек ее из разъема и положил на стол Дюваля - маленький черный пластиковый прямоугольник, почти невесомый на ладони.
***
Спустя несколько часов...
Человек, забиравший флешку, не знал ни Мартена, ни Дюваля. Он знал только адрес и время. Камера хранения на Лионском вокзале. Ячейка двести тридцать четыре. В семь утра он открыл ее дубликатом, положил конверт и закрыл. Через два часа другой мужчина с другим дубликатом забрал этот конверт. Еще через час флешка в конверте пересекла границу в кармане курьера с чемоданом и легендой коммивояжера. К вечеру она была в другой стране...
***
Наши дни...
Поместье Стефано.
Кэролайн вели по коридору, и каждый шаг отдавался в висках глухим стуком. Она не знала этот коридор. Видела впервые. Здесь пахло воском и старой каменной кладкой.
Охранники шагали по бокам, их лица ничего не выражали. Лука открыл дверь в конце коридора. Тяжелую, металлическую, с цифровым замком, к которому он приложил палец так привычно, словно входил сюда каждый день. Может, и входил. Она не знала и не хотела знать.
Ее втолкнули внутрь. Дверь закрылась с глухим, всасывающим звуком, как в операционной. Кэролайн не знала зачем она здесь. Ей не вручили тряпку и швабру, наоборот велели ничего не брать с собой. Комната была почти пустой. Никакой мебели.
Почти...
Только стул посреди, и Кэролайн даже не догадывалась, что он привинченный к полу, и лампа на длинной гибкой ножке. Ее легко направить прямо на сидящего. А напротив еще один стул. Обычный, деревянный, с высокой спинкой. На него и присел Стефано...