Déjà vu

-Я гей, пап. Пожалуйста, не переставай любить меня, но я гей,- бормотал дрожащий и перепуганный Дилан О'Брайан своему отцу, который только что вернулся с командировки. Он стоял в коридоре и протирал рукавом свитера свои глаза...

Тремя часами ранее.

14:38
-А как на счет родителей? Ты сказал уже им?-ела мороженое Эмма, болтая ногами в воздухе.
-Н-н-нет... а надо?-озадачился Дилан.
-Ну, а зачем скрывать себя? По моему в этом нет ничего такого... Love is love!- процитировала девушка.
-Тебе легко говорить, чертова натуралка,- съязвил парень.
-Да ладно тебе. Что в этом такого?
-Дело в том, что моя мать ходит каждое воскресенье в церковь, хочет внуков... а отец... а отцу все равно на меня. Он все равно постоянно в разъездах.
-Давай откроем печенье с предсказанием. Я всегда так делаю.
-И как? Помогало?
-Да, всегда.
-Но у меня нет таких дома.
-Ты же хочешь стать поваром! Испеки!
-Ты говоришь какие-то глупости! Нельзя все проблемы возлагать на печенья, монетки, кубики-предсказатели и прочую лабуду! Надо думать своей головой.
-Можно! Я уверяю тебя! Я вот честно, могу поставить свою руку на кон, что это все работает!
-О боже, Эмма. Я сочувствую твоему будущему мужу.
Брюнет почувствовал пинок ногой в свою спину.
-Ладно, ладно. Не злись.
-Ты просто не понимаешь!
-Чего я не понимаю?!
-Того, какое это счастье быть с человеком, которого ты любишь! То есть... ну... я бы все отдала чтобы просыпаться вместе и просто обсуждать погоду за окном. Ну Дилан, не тормози из-за своих заскоков! Это глупо!
Парень молчал. На его плечах до сих пор лежало чувство вины за не любовь к девушке, которое он все еще никак не мог сбросить.
-Твой отец сегодня приезжает. Просто сделай это, Дилан!

Эмма ушла гулять вместе со своими подругами.
-Скорее всего будет обсуждать как она "отшила" меня,- подумал юноша.
Неужели его никогда не нагнетали чувства одиночества и тоски, из-за того что ему не с кем поговорить или поделиться о своих любовных переживаниях? Ох, конечно. Они нагоняли его постоянно. Можно сказать, что непонимание жило с ним уже несколько лет в одной квартире, рука об руку пронося тяжелое гнусавое бремя. Понятное дело что у него был Йен, но после знакомства с Микки он перестал уделять мальчишке хоть какое-то внимание. Йен был влюблен, и Дилан знал это. Он знал как Йен смотрит на Микки когда тот улыбается. Как старается дотронуться до его руки. Как не хочет отпускать его во время поцелуя. Как быстро он отвечает на его сообщения... Он не мог выдержать того, как он смотрел на него. Ведь в такие моменты брюнет задавался вопросом: почему всем настолько наплевать на меня?
-Не думаю, что сознаваться в ориентации - это хорошая идея...- вылетели слова из уст брюнета,- да и смысл? Может быть, я еще просто не нашел себе ту самую девушку? Йен - друг. А Томас... может быть... а может быть я люблю его просто платонически? Пф! Конечно! Защищать друг друга платонически. "Ты такой милый" - платонически. Секс - платонически. Платонически держаться за руки. Платоническая ревность. Платонические влюбленные взгляды. Платонические имена. Платонические нежные поцелуи. Платоническое сексуальное неудовлетворение
Платоническое "Мыльный пузырик"... Слезы?-дотронулся рукой до мокрых глаз Дилан,- вот это ты опетушился, О'Брайан...

17:38
-Я гей, пап. Пожалуйста, не переставай любить меня, но я гей,- бормотал дрожащий и перепуганный Дилан О'Брайан своему отцу, который только что вернулся с командировки. Он стоял в коридоре и протирал рукавом свитера свои глаза...
-Я не могу ничего сделать с этим! Прости, прости!
Родные глаза отца юноши были наполнены чем-то непонятным. Смятением? Да. Удивлением? Да. Непониманием? Может быть... Чем угодно, но только не злобой.
-Скажи же что нибудь!- визжал молодой О'Брайан.
-Дилан...
От высокого давления у мальчика пульсировало в висках. Он не выдержал и, взяв куртку, выбежал на улицу. Он направился к тому, чье имя всегда было в голове. Ноги будто сами понесли его к Томасу Сангстеру.

-Привет,- стоял мальчишка на пороге квартиры и смотрел в пол.
-Привет.
Томас взял руки Дилана в свои и страстно поцеловал брюнета. Вдруг, в нем будто что-то сломалось (переломилось) и он с глубоким недопониманием отодвинул от себя мальчишку:
-Что?.. что ты здесь делаешь?
-Я сказал своим родителям что я гей и... мне некуда идти. Поэтому я вспомнил про тебя.
-Убирайся нахуй отсюда, О'Брайан!-начал закрывать дверь блондин.
-Постой! Томас! Томми... ну пожалуйста...
-У-хо-ди.
-Я надеялся, что ты сможешь спасти меня, но ты слабеешь и терпишь неудачи... прости...
Томас нервно сглотнул и опустил свой взгляд вниз:
-Ладно Дилан. Только на одну ночь, хорошо?
Мальчик наивно улыбнулся и проскользнул внутрь.

Дилан снял свою куртку и повесил на крючок.
-Будешь пиво?
-Ну, мне как бы нельзя, но давай.
-Что я делаю?! Ох, Боже, тебе же шестнадцать! Слушай, лучше иди домой и делай свою домашнюю работу! Я передумал.
-Да блять! Сангстер! Хватит быть таким мудаком! Что за ерунда?! Сначала ты со мной спишь, потом посылаешь, потом целуешь, потом посылаешь, а потом опять целуешь! Зачем?! Я же не экстрасенс и я не...
-Хватит тараторить, О'Брайан! Ты до сих пор твою мать не догоняешь что ли?!
-Нет! Я ни-хе-ра не понимаю!
-Нравишься ли ты мне? Да. Встречаюсь ли я с кем либо? Нет. Ясно?
Повисло глухое молчание, во время которого брюнет снял свои ботинки и уселся на диване. Томас сложил руки на груди и встал рядом с мальчиком, хмуря брови.
-Я знаю почему ты так злишься. Вернее, я знаю чего именно хочет твое сердце.
-Пф... Ну, и чего же хочет мое сердце?!
-Твое сердце хочет перестать болеть.
Блондин заметно погрустнел и опустил свои глаза.
-А? Попал? В точку? Почему ты замолчал? Хоть скажи, прав я или нет, Томас?
Дилану от такого вида блондина стало жутко не по себе. А тот лишь плюхнулся на диван рядом с мальчиком, уставившись в одну точку, и закивал:
-Да, ты прав.
-Что?.. что произошло с тобой?- положил он руку на плечо юноши.
-Это... это неважно. Уже неважно. Ничего не вечно, да и изменить уже ничего нельзя... Дилан, ты ведь хочешь меня?
-Да, конечно. Возможно я даже...
-Не продолжай. Тебе некуда идти? Хорошо, оставайся. Спи здесь, а после утром езжай в свою школу.
-А как же ты?
-Я уйду. В клуб. Не знаю, пойду к кому-нибудь кого подцеплю. Но чтобы когда я приду, чтобы и духу твоего здесь не было.
Томас встал и одел свою черную короткую куртку из потертой кожи, которая пахла сигаретами, одеколоном и свежим дождем. Дилан запомнил этот запах. Именно в ней он был в тот день, когда мальчик познакомился с мужчиной его мечты.
-Пока,- посмотрел в глаза мальчику юноша.
-Томас! Томми! Пожалуйста, останься, я люблю только тебя...
-Что?-обернулся блондин.
-Пожалуйста останься, я люблю только тебя... Я так устал любить тебя...- говорил хныкал обессиленный О'Брайан.

Сангстер снял куртку и широкими шагами преодолел дистанцию между ребятами. Он обхватил лицо мальчишки ладонями и страстно поцеловал. Поцелуй, яркий, как фейерверк. Робкие касания. Холодные руки. Дрожащие губы. Еще и еще.
-Я же не влюблен?- оторвался от Дилана юноша и озадаченно посмотрел в глаза.
-Я не считаю, что ты влюблен в меня.
-Я тоже так не думаю. Мне просто любопытно, как это началось. Сейчас я знаю, что чувства могут приходить так незаметно. Я думал, что я себя контролировал.
-Останься на ночь, Том. Ты не обязан постоянно контролировать себя. Просто останься...

Тепло пробивалось сквозь горящие губы. Ладони потели. Томас прислонил ягодицы мальчика к подлокотнику дивана, инстинктивно толкаясь вперед своими бедрами. Блондин сделал короткую передышку, чтобы снять футболку Дилана, а потом опять впился в него. Руки он держал на коленях брюнета, в то время как тот кроткими движениями стягивал рубашку с Сангстера. Трепетными манипуляциями кистей Томас уложил парня на диван и навис над ним углубляя поцелуй. Жаркий сочный и всевластный язык блондина обвил небо мальчика, из-за чего тот издал характерный вздох и толкнулся членом в плотную ткань джинс. Сангстер не заставил себя ждать и его руки тот час же расстегнули молнию штанов брюнета, проведя рукой по выпирающему бугру снизу вверх. Мальчик прикусил губу Томаса и еще сильнее прижал его к себе. Том провел кончиками пальцев между лопаток, заставив О'Брайана выгнуть свою спину и поддаться детородным органом к пенису Сангстера. Блондин, услышав хриплые скуления парня, сполз ниже, поставил несколько обжигающе ядерных засосов на тонкой коже шеи, поцеловал грудь и живот, вконец снял штаны с брюнета и опять припал к чарующим губам.

-Если ты не влюблен, тогда перестань так смотреть на меня,- выдохнул сквозь поцелуй Дилан.
-Как - так?
-Так, будто я твое все.
Томас улыбнулся и еще сильнее вжал парня в диван. Чуть позже он освободился и от своих брюк. Никогда еще прелюдия блондина не была такой долгой, нежной и трогательной. Он аккуратно дотрагивался кончиками пальцев до (как ему казалось) самого хрупкого тела на свете. Он старался доставить удовольствие только ему. Только его милому мальчику. Такому наивному и рассеянному. Такому мягкому и чувствительному. Только Дилану.
Эрекция внизу живота блондина завязалась тугим узлом. Большими пальцами он дотрагивался до острых скул, оставлял мокрые следы на созвездиях родинок, зарывался носом в волосах. Томас поцеловал парня в щеку и спустился вниз, приспуская нижнее белье ОБрай...
-А-а-а-х... Томми...

каково это - знать, что ты чей-то нательный шрам,
сгусток памяти, вызывающий столько драм?
против воли поставленное клеймо или метка.
эпицентр любого взрыва - один твой взгляд.
расскажи, тебе это льстит? ты этому рад?
по ночам ты спокойно спишь? просыпаешься редко?