23 глава
Утро пришло тихо — без будильника, без спешки, будто само время решило дать ей передышку. Солнечные полосы пробивались сквозь занавески, ложась на подушку, где всё ещё хранилось тепло её сна. Хейли медленно открыла глаза, чувствуя, как по телу прокатывается волна мягкой, ленивой радости.
Она не сразу вспомнила, что вчера было по-настоящему.
Парк. Огоньки. Сладкая вата. Его рука, тёплая и уверенная.
И — тот поцелуй.
Лёгкий, как вдох, но оставивший след глубже, чем можно было признать.
На прикроватном столике мигнул экран телефона. Сообщение.
Пэйтон:
“Доброе утро, звезда.
Надеюсь, тебе приснился хороший сон.
Сегодня кофе за мной — без возражений.”
Она уткнулась в подушку, не в силах сдержать улыбку. Сердце отозвалось коротким, глупым ударом — как будто само прыгнуло выше груди.
— Господи, — прошептала она, — что ты со мной делаешь, Пэйтон Мурмаер?
В университете всё будто светилось ярче. Даже серый коридор казался наполненным воздухом и теплом. Хейли открывала шкафчик, и всё внутри неё пело — тихо, но настойчиво.
— Ты сияешь, — прозвучало за спиной, и она, улыбнувшись, обернулась.
Райли стояла, скрестив руки на груди и приподняв бровь.
— Я угадала? Он написал?
— Может быть.
— “Может быть”? Девушка, ты светишься как новогодняя витрина!
Хейли засмеялась, прижав к себе учебники.
— Это просто… всё кажется таким лёгким. Понимаешь?
— Конечно, — кивнула Райли, но в её тоне промелькнула тень настороженности. — Слушай..Я хоть и вчера сказала тебе плевать на всех,но только не летай слишком высоко, ладно? Иногда такие парни умеют очаровывать слишком быстро.
Хейли кивнула, но не ответила. Она не хотела разрушать это чувство — то хрупкое равновесие, где счастье и страх переплетаются, как тонкие нити.
После лекции она вышла в холл — и замерла.
Пэйтон стоял у окна, залитый утренним светом, с двумя стаканами кофе.
Его улыбка, та самая, от которой замирает воздух.
— Доброе утро, мисс Кофейная Звезда, — сказал он, протягивая ей один из стаканов.
— Мисс кто? — она рассмеялась.
— Ну, ты ведь теперь официально звезда моего утра.
Он сказал это без флирта, с какой-то естественной теплотой, и от этого стало ещё сложнее не потерять голову.
— Спасибо, — прошептала она, принимая кофе. Их пальцы коснулись — и внутри всё сжалось от короткого, но яркого разряда.
Они пошли вместе по коридору. Пэйтон рассказывал о своём проекте, о фотоархиве для журнала университета, о том, что ищет новую тему.
— Я думаю сделать серию о людях, которые умеют видеть красоту в простом, — сказал он, задумчиво глядя в окно. — О тех, кто замечает мелочи, которые другие пропускают.
— Тогда тебе точно стоит снять кого-то вроде себя, — заметила она.
Он хмыкнул:
— Нет, я слишком очевиден. А вот ты — подходишь.
Она замерла.
— Я?
— Да, — он улыбнулся. — Ты смотришь на мир, будто ищешь в нём смысл, даже если делаешь вид, что просто спешишь на пару.
Он сказал это просто, без намёка на игру, и всё внутри неё растаяло.
После пар они сидели в маленьком кафе неподалёку от университета. За окном лениво кружили листья, и время словно замедлилось.
— Странно, — произнесла Хейли, глядя в чашку, — я раньше думала, что мне не нужен никто. Что всё это — отношения, доверие — только мешают. А теперь…
— А теперь?
— А теперь я думаю, что просто боялась не того человека.
Пэйтон молчал. Его взгляд был тёплым, почти бережным.
— Иногда мы боимся не людей, а того, как они нас меняют, — тихо сказал он. — Но, может, в этом и смысл.
Позже, когда они вышли на улицу, небо затянулось розово-золотыми облаками. В воздухе стоял запах осени, чуть терпкий, с ноткой дождя.
— Хейли, — позвал он, и она обернулась.
— Да?
Он шагнул ближе, его взгляд стал мягким, но серьёзным.
— Я рад, что тогда оказался рядом. Если бы не тот день… не знаю, встретились бы мы вообще.
Она улыбнулась, чувствуя, как грудь наполняется теплом.
— А я рада, что теперь не всё кажется сном.
Пэйтон чуть улыбнулся, но взгляд задержал дольше обычного. Ветер колыхнул прядь её волос, и он, не задумываясь, убрал её за ухо.
Жест — простой, почти будничный, но в нём было столько нежности, что сердце Хейли сделало тихий, почти болезненный оборот.
— Увидимся завтра? — спросил он.
— Конечно.
Он улыбнулся снова — так, что солнце будто вспыхнуло сильнее.
И ушёл.
Вечером Хейли долго не могла уснуть.
Она снова и снова прокручивала день — каждое слово, каждую улыбку. Всё казалось правильным, тёплым, таким настоящим.
И всё же… где-то глубоко, едва ощутимо, шевельнулась тень сомнения.
Возможно, из-за того, как он иногда молчал.
Или из-за того, что она не знала почти ничего о его прошлом.
Но сон накрыл её раньше, чем она успела додумать мысль.
А в телефоне мигнуло новое сообщение:
“Спи спокойно, Хейли.
Ты — мой лучший кадр.”