18 глава
Свет пробился в комнату слишком ярко.
Он был почти ослепительным, будто солнце стояло прямо за окном, ближе, чем должно.
Хейли медленно открыла глаза.
Всё вокруг выглядело… знакомо.
Тот же светлый плед, аккуратно сложенный на стуле.
Тот же запах кофе — тёплый, сладковатый.
Те же шаги в коридоре.
Она села, сердце забилось сильнее.
— Доброе утро, — сказал Пэйтон.
Он стоял в дверях — тот же костюм, та же улыбка, тот же поднос с завтраком.
Кружка, тарелка, тост с клубничным джемом.
Абсолютно так же, как вчера.
И позавчера.
И…
— Ты не ела почти ничего вчера, — мягко напомнил он. — Тебе нужно силы восстанавливать.
Она посмотрела на него, и ей показалось, что даже интонация его голоса совпала с предыдущим утром.
Слово в слово.
— Ты это уже говорил.
— Что? — он приподнял брови, будто не понял. — Нет, Хейли, я только проснулся.
Она ничего не ответила.
Только взяла кружку и сделала глоток.
Кофе был горячим, но вкус… тот же. Не просто похожий — идентичный.
Ни горечи больше, ни сахара меньше.
Как будто кто-то нажал «повторить».
Она пошла к окну.
Снаружи — всё то же.
Деревья неподвижные, трава одинаково сырая, серое небо.
И — птица.
Та же, что вчера.
Сидит на том же ветвистом дубе и не улетает.
— Что-то не так? — спросил Пэйтон, подходя ближе.
— Просто... странно. — Она постаралась улыбнуться, но улыбка вышла натянутой. — Всё как будто... одинаковое.
Он посмотрел на неё чуть дольше, чем обычно.
— Иногда стабильность — это то, чего нам не хватает, — сказал он и мягко коснулся её плеча.
От прикосновения мурашки побежали по коже.
Она отстранилась.
Он ничего не сказал, просто улыбнулся чуть шире и вышел.
Когда дверь закрылась, Хейли выдохнула.
Она подошла к зеркалу.
И замерла.
Отражение двигалось чуть позже.
На долю секунды, но она это увидела.
Её собственное лицо повторяло движение с запозданием — будто картинка догоняла реальность.
Она моргнула — отражение моргнуло позже.
Сделала шаг назад — и снова задержка.
— Это... сон, — прошептала она. — Или...
Из коридора послышался звон посуды.
Тот же звук, в то же время.
Она резко повернулась, вышла из комнаты.
Коридор — тот же.
Те же цветы в вазе, тот же свет из гостиной.
Пэйтон стоял у окна, что-то перемешивал в чашке.
— Уже встала? — произнёс он.
— Ты же говорил это утром.
Он посмотрел на неё поверх плеча:
— Утром? Так сейчас и есть утро.
Хейли почувствовала, как подкашиваются ноги.
Она подошла к часам — стрелки стояли на семи.
Семь ноль две.
Совершенно так же, как вчера.
Она подождала минуту.
Стрелки не двинулись.
Пэйтон, не поворачиваясь, произнёс:
— Иногда время замирает, когда нам нужно подумать.
Хейли отступила на шаг.
— Что ты сделал?
— Ничего. Просто хочу, чтобы ты чувствовала себя в безопасности.
— Это не безопасность, Пэйтон. Это тюрьма.
Он обернулся.
На лице всё ещё играла улыбка, но глаза были пустыми.
— Тогда зачем ты всё ещё здесь?
Она не ответила.
Только посмотрела на окно — но за стеклом не было ничего.
Только серый свет, бесконечный, будто мир за домом стёрли.
Она снова вернулась в свою комнату.
На кровати лежал тот же плед.
Только теперь на подушке — записка.
«Ты должна научиться принимать повторение.
Оно — часть доверия.
— П.»
Её дыхание сбилось.
Она опустилась на пол, чувствуя, как стены будто нависают, и прошептала:
— Это не может быть правдой.
Но в тот момент из гостиной снова зазвучала музыка.
Та самая.
Нежная, медленная, зацикленная.
...и снова, и снова, и снова...
Она сжала голову руками.
Музыка не стихала.
Даже когда она закрыла уши, мелодия звучала внутри.
День повторялся.
И с каждой секундой Хейли всё сильнее сомневалась, что он когда-нибудь закончится.