Эпилог
Лалиса Манобан
Я до ужаса ненавидела осень. Этот холод, мелкий серый дождик — все это вызывало дрожь. Но в этом году все изменилось. Может, конечно, и я изменилась. Хотя... Бросила взгляд на Скелетона, который, по обыкновению, устроился на табуретке в углу Избеца. Вряд ли.
Ладно, вдох-выдох. Лалиса, не паникуй. Все будет хорошо. Второе появление в Кащеево будет не таким фееричным, как первое, но мое внутреннее эго это как-нибудь переживет. Главное, чтобы за это время не произошло ничего непоправимого.
Уф!
Дверь дома открылась, я медленно спустилась по ступенькам и вдохнула свежий осенний воздух. Дождь, должно быть, закончился несколько дней назад, но почва все еще хлюпала грязью под ногами.
К сожалению, раньше вырваться не получилось. То одно, то другое. То ковен, то ведьмы клана, то Чонгук. Ух, пожалуй, последний занимал у меня намного больше времени. Но из-за этого я переживала меньше всего.
А вчера так вообще меня чуть до сердечного приступа не довел!
Мы с ним только оговорили, что Избец будет жить в Кущеево, а я там отдыхать на выходных и по праздникам, как этот... этот некромант...
Я прикрыла глаза, мысленно возвращаясь во вчерашний день.
— Выходи за меня, — произнес некромант, опускаясь на одно колено.
И главное — этот взгляд! У меня коленки подгибаться начали! У меня! У ведьмы!
— Лалиса, — некромант хитро улыбнулся и протянул мне обитую бархатом коробочку.
— Ненавижу кольца, — вырвалось у меня до того, как я поняла, что брякнула.
— А кто сказал, что там кольцо? — со смешком уточнил он, открывая крышечку.
На мягкой подушке лежала брошь со стрелой. Именно та, которую я заговаривала на приворот. Вторая блестела наконечником на отвороте некромантского камзола. И где он ее только откопал?
— Ну н-е-е-ет! Эту дрянь я второй раз не надену! — взвизгнула я, отпрыгивая от любимого.
— Ты мне еще должна за помощь с поиском колдуна, помнишь? — хитро прищурившись, уточнил Чонгук.
Хосок до сих пор квакал розовой жабкой и мило прыгал по коридорам замка некроманта. О нем сложно забыть. Особенно в те дни, когда Скелетон по доброте душевной ходил копать ему червей. Или когда эта пакость бросалась под ноги, заходясь в истошной лягушачьей трели. В такие моменты я готова была придушить его. Или на болота отправить. Да только страшно... а вдруг какая сердобольная принцесса поцелует? Мне же потом совестно перед ней будет.
Расскажет ей Хосок сказку про злую ведьму в избушке на драконьих ножках. Поверит же. Любить козла будет. Не, пусть лучше по замку скачет. Так больше шансов, что его какая нежить случайно раздавит.
— Я все помню, — прошипела я, глядя в глаза некроманту, которого хотелось одновременно обнять от счастья и придушить от злости. — Так что, твое желание — чтобы я носила брошь?
— Ведьмочка, ты так и не ответила, станешь ли ты моей женой, — напомнил маг смерти.
— Ты хоть представляешь, какая из нас пара выйдет? Ведьма и некромант! Да это можно в основу страшных сказок вставлять!
Это только подумать. Некромант, который зовет ведьму замуж! ЗА-МУЖ! Это вообще законно?! Я ни разу не слышала о том, чтобы некроманты вообще кому-то делали такие предложения прижизненно.
— Если ты мне сейчас откажешь, то я тебя покусаю, — предупредил он.
— И я тоже стану некромантом? — с притворным ужасом в голосе спросила я. И расхохоталась.
А сегодня... сегодня я выходила из Избеца на окраине Кущеево-Кащеево и поглаживала пальцем брошку, приколотую к теплому платью. Поиздеваться над некромантом можно было всегда, а вот отказывать... нет, отказывать я ему не собиралась. И ему, и своему сердцу, которое предательски стучало в груди всякий раз, стоило только поймать взгляд моего некроманта.
Свадьбу мы с ним обсудим чуть позже. И количество гостей, и нежить во фраках. И... много всего. У меня такие грандиозные планы! Да вся страна содрогнется! Да что там, весь мир!
С проказливой улыбкой на губах я направилась в центр деревни. Но что-то свою богиню никто встречать не спешил. Пусто и на дороге, и во дворах. Даже петухи не орут. А уж это странно до жути.
Слуха коснулись музыка, смех и гомон уже на подходе к площади. А потом все пазлы сложились в одну картинку.
Осень же. Конец. А значит, в Кущеево как раз приехали купцы и устроили ярмарку!
И тут я не прогадала. На площади творилось что-то жуткое. Куча палаток, зазывал, шутов и артистов. Какой-то длинный человек ходил колесом прямо по лужам, рядом с ним дышала огнем рыжая девушка. Явно ведьма. Только нам огонь так хорошо дается.
— Богинюшка!
Опа, первый пошел!
Я обернулась и онемела. В прямом, мать его, смысле! Передо мной стояла высокая худая девица со внушительной такой грудью. Лицо чистое, без намека на прыщи или морщины. Волосы длинные, шелковистые, почти до попы.
— Спасибо вам, богинюшка! — голосом Боры взвыла незнакомка. — От огромной души спасибо! Вы просто волшебница!
— Бора? — икнула я и отступила на шаг. — Душа у тебя, конечно, огромная. А остальное-то где?
— Так вы же как приказали мне тогда бегать, так я и набегала! — радостно сообщила девица.
— Ага, вижу, — призналась я, оценив, что округлости у нее и сзади остались. — Ну, молодец...
Не ожидала я такого результата. Вот правда. Что мотивация божественная только делает. И отсутствие пирожков в рационе.
— Вы к нам надолго? — Бора выудила из кармана платья очищенную морковь и с хрустом откусила половину. А вот аппетиты у нее не пропали. Признаю дочку старосты!
— Надолго, — наконец улыбнулась я. — Пропадать буду, но и возвращаться тоже.
— Ох, счастье-то какое, — всплеснула она руками. — Папа! Папенька! Иди сюда!
Не знаю, услышал Намджун свою дочурку через весь этот гам и толпу зевак, которые так и норовили толкнуть меня плечом, или почувствовал. Но через какие-то доли мгновения уже оказался рядом.
— Богинюшка! — вторил он Боре. — Ох, радость-то какая! Вы вернулись к нам. А мы так боялись! Так боялись!
— Да куда уж я денусь, — вздохнула в ответ, осмотрелась и вновь обратилась к старосте Кущеево: — Ну что, рассказывайте, как дела идут? Как Айрин? Не пакостит?
— Нет, — посерьезнел мужик. — Не знаю, что вы с ней сделали, богиня Лиса, но она настолько серьезно отнеслась к тому, что мы сейчас развиваем торговлю, что... Да вон, сами посмотрите!
Он указал куда-то в сторону. Из-за мельтешащих людей сложно было что-то увидеть. Шевельнув рукой, я призвала магию и сконцентрировала взгляд. Между двух ярких палаток приезжих купцов ютился небольшой серый прилавок, уставленный флаконами с зельями и мазями. И столько народу у Айрин толпилось, что она только и успевала выдавать и забирать деньги. Да и я уже издали приметила, как аккуратно все разложено и какой чистотой сияют колбы с зельями.
Стоило травнице избавиться от своего проклятия, как она и сама изменилась. Это чувствовалось, ведьму не обманешь. Богиню тем более!
— Ого, — выдохнула я.
— Вот так вот, богинюшка, — гордо протянул Намджун. — Мы с этой ярмарки уже ух сколько выручки получили. Думаю, даже больше, чем потратили. У меня на вечер назначена встреча с одним из купцов, будет налаживать продажу париков в столицу. Не хотите поприсутствовать?
— Загляну, если не буду занята, — с улыбкой пообещала я, найдя взглядом Чимина, который бережно тягал в сторону лавки Айрин большие ящики. А что, они очень даже неплохая пара.
— Лалиса! Ты вернулась! — На меня налетели сзади, я даже успела магию призвать, чтобы отбиваться от нападающей нечисти, но вовремя спохватилась.
— Ыну? Миён? — Я пораженно уставилась на порядком подросших детей. Нет, не сказать, что те сильно изменились, но сантиметров на пять точно вытянулись. Как быстро время бежит... Сколько меня не было? Три месяца? Четыре? — Я же обещала вернуться. Как вы тут поживаете? Не шкодите?
— Ой, они вообще молодцы! — вмешался Намджун, порядком удивленный тем, как фамильярно дети отнеслись к возвращению богини. — Они придумали, как мы будем упаковывать парики, и сейчас клеят коробки.
— За процент с продаж! — важно добавил Ыну. — А Миён их подписывает. Пойдем покажу!
Мальчишка крепко схватил меня за руку и потянул к прилавку, за которым стояла Ким Дженни с опытным образцом, чтобы продемонстрировать купцам. Миновав толпу, Ыну схватил одну из коробок, пирамидой стоящих на поверхности, и протянул мне.
«Если лысой быть не хочешь,
То парик ты не промочишь», — было написано с одной стороны куба.
«Замуж хочешь? Не беда.
Парик носи с собой всегда», — еще на одной грани.
«Хочешь образ ты сменить?
Принца в сердце поразить?
То надень скорей меня!
Вот такая вот...» — вот после этой надписи я напряглась, покрутила коробку в поиске новых надписей. Так я и думала:
«Парик надень ты наконец,
А не вот этот твой...»
— Над рифмой вам еще следует поработать, — пробормотала я, задумавшись, видел ли Намджун эти надписи или близнецы придумали более цензурное оправдание многоточиям, чем возникли в моей голове. Как там говорится? Каждый думает в меру своей испорченности? Судя по всему, я очень испорчена.
— Все в восторге! — радостно сообщила Миён.
Ну, в восторге так в восторге. Вроде никаких законов не нарушаем...
— Ладно, показывайте, что у вас тут еще нового...
К Избецу я вернулась поздней ночью. Ноги заплетались, но скорее от усталости, чем от выпитой медовухи. Я и выпила-то всего ничего. Считай, продегустировала.
— Во-о-от, значит, как! Только жених с горизонта пропал, как невеста в пляс? — стоило мне перешагнуть порог дома, как я тут же услышала родной голос.
— Чонгук! — радостно воскликнула я и бросилась на шею своему персональному исчадию преисподни. — Что ты тут делаешь?! Я думала, у тебя дела...
— Закончил пораньше, — Чонгук чмокнул меня в висок, — и обнаружил свою невесту в нетрезвом виде.
— Я всего стакан выпила, — обиженно протянула я. — Просто устала. Очень насыщенный день.
Меня тут же уложили на диван и начали массировать икры ног. Я блаженно жмурилась и рассказывала, как прошел день. Чувствовала себя при этом безгранично счастливой. Настолько, насколько ведьмам вообще непозволительно в обществе некромантов. Но на это мне как-то было все равно!
— А еще я придумала, как будет проходить наша свадьба, — сообщила я, потягиваясь.
— Внимаю, — серьезно произнес Чонгук.
— В общем, свадьбу мы будем праздновать в Кущеево...
— Кащеево, — привычно поправил меня некромант.
— Ну ты, может, и в Кащеево, а я в Кущеево, — ехидно ответила я. — Поставим шатры на том самом поле, где рос ведьмогон. Там же и арку установим. Намджун будет с нас клятвы требовать, а Хосок кольца притащит... Можешь пригласить своих некромантов.
— Какие кольца? Ты же их не любишь.
— Ну, стрелы, — тут же поправилась я.
— Ты уверена, что вручать твоему бывшему жениху такую реликвию... — с насмешкой начал Чонгук.
— Пф, должна же от него хоть какая-то польза быть, — отмахнулась я. — Скелетон что, зря ему ходит червей копать? Ну уж нет, пусть расплачивается за обеспечение бесплатного питания.
— Хочешь, чтобы розовая жаба с бантом несла наши броши, — я не против. — Чонгук примирительно поднял руки. — Если хочешь, можешь еще парочку колдунов проклясть, для красоты. Кстати, про банты, броши, проклятия и гостей. Мать твою приглашать будем?
— Вот еще, — фыркнула я. — Пусть посидит в своей темнице. Размораживать ее ради веселья? Ну уж нет! Разве что когда разводиться будем... Чтобы она обязательно сказала что-то вроде: «Говорила я тебе, не выходи замуж за некроманта!».
Чонгук усмехнулся, на мои слова о разводе не обратил никакого внимания. То ли привык к моему специфическому юмору, то ли вообще не верил, что этот развод когда-то состоится. Может, только шутки ради... Я продолжила делиться планами:
— Чимин с Ыну и Миён будут отвечать за организацию конкурсов.
— Хороший тамада и конкурсы...
— Та погоди! — воодушевленно перебила я.
Вот только продолжить мне не дали. В дверь раздался робкий стук. Мы с Чонгуком недоуменно переглянулись: кто мог припереться в такое время?
— Я никого не жду, — сообщил он.
— Я тоже, — пробормотала я, не ожидая ничего хорошего от этого ночного визита.
— Ур-р-р, — согласился Скелетон из угла.
Решившись, я все же почапала к двери. Босиком. Открыв ее, обнаружила на входе щуплую девушку, замотанную в легкий палантин в заплатках. В руках пустая плетеная корзина.
— Здравствуйте, богинюшка, — тихим елейным голосом начала она. — Я к вам за помощью... К завтрашнему вечеру мне нужно доставить матушке подснежники.
Чего?!
На девицу я посмотрела как на полоумную. Где я ей в такое время года подснежники организую?! Нет, можно, конечно, и намагичить, но зачем? Подснежники, насколько мне известно, используются только при изготовлении зелья молодости, но у них достаточно и летних, и осенних аналогов. Если она так любит цветы, то, кажется, мы нашли ответственного за флористику на нашей свадьбе.
— У меня сегодня неприемный день, — сообщила я, думая, как бы отделаться от этой девицы хотя бы на сегодня. Да, в деревню я вернулась, но вот так сразу... — Свой запрос вы можете оставить моему секретарю.
— Секретарю? — с непониманием уточнила девушка.
Я махнула рукой в сторону Скелетона. И ему хватило пустоты в черепной коробке, чтобы именно в этот момент улыбнуться и помахать рукой. Скелет. Улыбается. Кажется, теперь я видела все.
— Можете приходить завтра с утра... — затараторила я, чтобы немного сбавить эмоции от увиденного явно неподготовленной жительницы Кащеево-Кущеево.
И поняв, что девушка уже почти готова вцепиться мне в руку и умолять, я сделала шаг назад, еще один. Приговаривая при этом:
— До завтрашнего вечера еще есть время, мы обязательно придумаем, как справиться с вашей проблемой. Завтра возьмете у Скелетона талон на прием, займете живую очередь...
Еще пара шагов назад, и я спиной уперлась в дверь, которая когда-то служила дверью в комнату Винсента. О, а это очень даже походит на убежище. Открыла ее, скользнула внутрь и тут же поняла, что что-то не так.
Какого... Избеца?!
Я остолбенела. Осмотрелась.
Нет, ошибки быть не может. Это и правда один из коридоров замка Чонгука. Оглянулась, увидела комнату Избеца, как Чонгук что-то говорит девушке и закрывает за ней дверь.
— Это тут всегда было? — звенящим шепотом спросила я, когда он подошел ближе.
Чонгук огляделся. Не менее удивленно, чем я.
— Слышь, Избец, ты всегда так мог?! — у меня внутри все буквально клокотало от злости. Это же сколько времени мы с Чонгуком могли сэкономить, если бы этот недодракон сразу открыл нам дверь в замок Чонгука. Или еще куда... — Ты же помнишь, что у меня все еще остался драконий кинжал?!
— Лалиса, погоди, — примирительно начал Чонгук. — Раньше он точно так не мог. У него якоря не было, чтобы простраивать телепортационное пространство таким образом.
Избец содрогнулся, подтверждая его слова. Не сказать, что я тут же успокоилась, нет. Зато начала видеть плюсы, и первым стал:
— Я теперь смогу работать тут на постоянной основе! — с восторгом протянула я. — Избец, я передумала тебя калечить. Считай, ты теперь мой лучший друг!
Скелетон из угла обиженно заурчал.
— Ты только что выпроводила девушку из-за того, что не хотела работать, — напомнил некромант.
— Это потому, что был тяжелый день. А если Избец еще и в столицу сможет проходы открывать...
— Так, погоди... — В глазах Чонгука промелькнул испуг. Испуг! У некроманта! — Я, конечно, не против... И в Кащеево можешь работать, и по столице гулять... Но только при одном условии.
— Каком? — нахмурилась я.
— У нас будет полноценный медовый месяц, — с ехидной такой улыбкой заявил Чонгук. — Нет. Медовый год. Может, даже три. А когда он закончится, спать ты все равно будешь только в моем замке и в моей постели. И со всеми твоими задумками по поводу свадьбы я заочно согласен.
Я даже ответить не успела, как Чонгук притянул меня к себе. Причем так крепко, что и спорить-то не особо хотелось. И вообще, я на все согласна. С моим некромантом так точно.
— А я очень даже не против, — хрипло ответила я.
И меня поцеловали.
Кажется, я самая счастливая ведьма на свете. Непозволительно счастливая. Или позволительно?
Конец
Не забываем про телеграмм: Ledi_bts_NaNa