Screw up royally [ J. H. ]

Оливия

У меня свидание. Чёрт возьми! Свидание с прекрасными, голубоглазым, разгуливающим-тут-как-Бог-секса мужчиной, способным заставить меня испытать оргазм одним звуком своего голоса. О, и он принц. Настоящий живой принц, который целует руку леди и заставляет сирот улыбаться… и который хочет залезть мне в трусики. Господи! Однако он не излучает стопроцентную ауру «хорошего парня», разъезжающего верхом на белом коне. В нем определенно есть кое-что от засранца. Но это ничего. Мне нравится немного мудачества в моих мужчинах. Подайте на меня в суд. Это делает вещи интересными. Захватывающими. Есть только одна проблема.

— Как насчет этого? — держу вешалку с черным брючным костюмом.

— Отлично, если планируешь пойти на вечеринку в честь Хэллоуина, одетая как Хиллари Клинтон в 2008 году.

Мне нечего надеть. Обычно, когда женщины говорят, что нам нечего надеть, мы имеем в виду, что нам нечего надеть. Ничего из того, что заставляет нас чувствовать себя красивыми или скрывает несколько лишних килограммов, которые мы набрали, потому что в последнее время слишком сильно налегали на мороженое с соленой карамелью. Оно — мой криптонит.

— Господи Иисусе, Лив, ты вообще покупала новую одежду с 2005 года? — спрашивает Элли, роясь у меня в шкафу

— На прошлой неделе я купила новое белье. — В стиле бикини, хлопчатобумажное, ярко-розовое и цвета электрик. Оно было по распродаже, но я бы купила его в любом случае. Потому что, если меня собьет водитель Uber или свалится на голову что-нибудь странное, типа строительных лесов, я ни за что не появлюсь в отделении неотложной помощи в изношенных, дырявых трусах. Это единственное дно, до которого я отказываюсь скатываться.

— Может, тебе стоит надеть нижнее белье и плащ? — Элли многозначительно шевелит бровями. — У меня такое чувство, что Его Великолепию это понравится.

У меня такое чувство, что она права.

— Интересная мысль… но у меня нет плаща. — На работу я ношу черную юбку и белую блузку, а работаю я все время. Кроме этого, у меня есть несколько пар джинсов, старые спортивные штаны, старые футболки, платье, которое я одевала в церковь, когда мне было тринадцать, и брючный костюм, в котором я закончила среднюю школу. Резко падаю на кровать. Как если бы кто-то упал в бассейн… или с карниза здания.

— Ты могла бы одолжить что-нибудь у меня, — начинает Элли, — но… мой рост метр шестьдесят пять… у меня есть сиськи — приличные, на самом деле — и хотя я и не Ким Кардашьян, у меня также есть задница.

Элли ростом метр в прыжке и по-прежнему покупает джинсы в детском отделе. Просматриваю контакты в своем телефоне, ища номер отеля, который Джейден сохранил там сегодня днем. Я заметила, что он не записал номер своего сотового, но он, вероятно, должен держать его в секрете из соображений национальной безопасности или что-то в этом роде.

— Я просто позвоню ему и скажу правду. Скажу: «Не знаю, что ты задумал на сегодняшний вечер, но нам нужно, чтобы это было в джинсах и футболке».

Элли бросается на меня, как на гранату, которая вот-вот взорвется.

— Ты спятила? — она вырывает телефон у меня из рук и вскакивает с кровати. — Если тебе нужны джинсы и футболка, можешь пойти с Донни Домико с нашей улицы — он бы отдал свое яичко, чтобы встречаться с тобой. Принц Джейден не носит обычную одежду.

Я — воплощение неофициальности. Во мне нет ничего от девушки из верхов, но Джейден определенно во мне заинтересован.

— Ты этого не знаешь.

Элли открывает ноутбук и несколькими нажатиями клавиш прокручивает фото Джейдена — изображение за изображением — в костюмах, смокингах и еще костюмах. На некоторых фотографиях он один, но каждый раз, когда рядом с ним женщина, на ней платье — потрясающее, мерцающее и божественное.

Она права. И у меня есть два часа до того, как Джейден заберет меня — не так много времени, чтобы выбежать и купить что-нибудь. Скатываюсь с кровати и бегу по коридору, через гостиную, к двери, ведущей на кухню.

— Винни! Иди сюда! — пять минут спустя Винни стоит в моей спальне, уставившись на кучу одежды, которую я только что бросила ему в руки.

— Что, черт возьми, мне с этим делать? Отправить в Армию Спасения?

— Мне нужно, чтобы ты помог мне понять, как превратить это, — я поворачиваюсь и указываю на фотографию Джейдена на ноутбуке с высокой блондинкой в смелом платье цвета фуксии, — в это.

Я видела Винни вне работы, и он потрясающе одевается. Он смотрит на одежду, затем бросает ее на кровать.

— Позволь мне кое-что объяснить, куколка. Ты прекрасна внутри и снаружи… но в двенадцати лет я узнал, что люблю члены. Дайте мне высокого темноволосого ламберсексуала, и я одену его так хорошо, что тебе не захочется срывать с него упаковку, даже если это будет первая ночь Хануки. — Он обводит руками мой силуэт. — Но твое нежное тело… я не знаю, что с ним делать.

Закрываю глаза рукой. О чем, черт возьми, я думала? Зачем согласилась встретиться с Джейденом? Это будет полный бардак. Последнее мое свидание было в прачечной. Я не шучу. Наша стиральная машина сломалась, и я провела четыре ночи, кокетливо глядя в глаза и болтая через складной стол с супер-симпатичным парнем. На пятую ночь он купил мне кусок пиццы, а потом мы целовались на стиралке во время отжима. Только после того, как я заметила цветастое одеяло, лифчики и трусики в его белье, он признался, что у него есть подруга. Ублюдок.

Винни нежно отводит мою руку от глаз. Постукивает меня по носу и улыбается.

— Я знаю кое-кого, кто может помочь.

Этим кое-кем оказывается, Биббиди, старшая сестра Винни, получившая новую работу в приемной «City Couture» — высококлассного модного журнала. Это означает, что у нее есть ключи от королевства, также известного как гардероб с образцами: мифическая, волшебная комната размером со склад, заполненная платьями и нарядами всех оттенков, размеров и стилей, а также обувью и аксессуарами в тон к каждому, которые только были известны человеку.

Все это Биббиди может использовать во время своей смены — и после — до тех пор, пока ее «босс-леди-дракон, рядом с которой Круэлла Де Виль выглядит нормальной», не узнает об этом.

Она соглашается рискнуть ради меня — и я не уверена, что я с этим согласна. Но Винни уверяет, что она многим ему обязана — что-то вроде компенсации за то, что в средней школе она разбила его любимый-но-дерьмовый «Chevy Nova».

Вот почему Биббиди Хакер появляется в нашей квартире сорок минут спустя, нагруженная платьями и сумками. И вот таким образом, спустя час, я в конечном итоге одета в светло-голубое платье без рукавов от Alexander McQueen с вырезом сзади, заканчивающееся на несколько дюймов выше колен. Оно заставляет меня чувствовать себя красивой. Это по-прежнему я — уютная, но элегантная, отполированная версия меня.

Элли укладывает мои волосы так, что они длинным черным блестящим занавесом покрывают мне спину, пока я делаю макияж — немного пудры, немного румян, три слоя туши и приглушенная красная помада, которая подчеркивает форму моего рта, кажется, Джейдену, он нравится.

— Эти будут идеальны! — восклицает Биббиди, как волшебной палочкой размахивая обсидиановыми сапогами на высоких каблуках.

— Ммм. — одобряет Винни. — Сапоги, которые говорят «Трахни меня».

— Я не могу их одеть, — пытаюсь возразить я. — Я сломаю себе шею. На земле еще лежит снег.

— Ты пойдешь от кафе к машине, — возражает моя сестра. — А не по тропе гор Аппалачи, Лив.

Биббиди указывает на мой ноутбук, все еще открытый на восхитительной фотографии Джейдена.

— Мой брат не подшутил надо мной — это с ним ты встречаешься?

Мне приходиться бороться, чтобы не вздохнуть, как мечтательная школьница.

— С ним.

Она бросает еще один взгляд.

— О, дорогая, ты определенно надеваешь эти «трахни-меня» сапоги.

И это все решает.

Двадцать минут спустя в одиночестве стою в кафе, чтобы платье не помялось. Комната тусклая, освещается только приглушенной лампой над стойкой и несколькими мерцающими свечами на столиках у окна. Закрываю глаза. И клянусь себе, что буду помнить этот момент. Эту ночь. Потому что стою на самом краю этой волнующей, чудесной пропасти, где все идеально. Где мечты, мелькающие в моей голове о том, как пройдет сегодняшний вечер, безупречны — мое остроумное, неотразимое подкалывание, сексуальное рыцарство Николаса, наш забавный флирт. Мы будем смеяться, танцевать, поцелуемся, пожелав друг другу доброй ночи. А может, и больше.

Я — Дороти, смотрящая на Изумрудный город.

Я — Венди, поднимающаяся в воздух после первой щепотки эльфийской пыли.

Я… смеюсь про себя… я — Золушка, которая садится в карету, чтобы отправиться на бал.

И даже если эта ночь — все, что есть, я ее не забуду; я буду хранить это воспоминание. Смаковать его, лелеять. Оно сделает трудные времена немного легче, слегка согреет моменты одиночества. Когда Элли уйдет в школу, когда я перед рассветом день за днем буду на кухне печь пироги, я вспомню это чувство и улыбнусь. Оно мне поможет.

Открываю глаза. Джейден стоит по другую сторону двери кафе и наблюдает за мной через витрину. Его глаза горячие и неистовые, жаркие зеленые джунгли. А потом он медленно и широко улыбается, на щеках появляются ямочки. Моя грудь сжимается от неожиданного волнения. И внезапно я улыбаюсь сама, легко — потому что все это так приятно. Он входит в дверь, останавливается передо мной в нескольких метрах, наши взгляды поглощают друг друга. Его черные парадные ботинки блестят, брюки угольно-черного цвета сидят идеально — когда он двигается, видны сильные, узкие бедра с намеком на очертания того, что должно быть великолепным членом, дразнящим через ткань. Пытаюсь скрыть, на что именно я смотрю. На нем зауженная рубашка серебристо-серого цвета — без галстука — две верхние пуговицы на шее расстегнуты, и мои пальцы трутся друг о друга, желая к нему прикоснуться. Черная спортивная куртка, накинутая на рубашку, крутая и дорогая. На подбородке темная щетина, и я хочу прикоснуться и к ней тоже. Сочетание пятичасовой щетины и бунтарских прядей каштановых волос, падающих ему на лоб, придает плутоватый, озорной вид, от которого мои кости плавятся, а груди внезапно тяжелеют и покалывают. Наши глаза, наконец, встречаются — он все еще смотрит на меня, приоткрыв рот. А я не могу прочитать выражение его лица.

— Я… я не была уверена, что ты запланировал на сегодняшний вечер. Ты мне не сказал. — Эти длинные ресницы моргают, но он ничего не говорит. Машу руку в сторону кухни. — Я могу пойти переодеться, если это не…

Джейден делает шаг вперед и поднимает руку.

— Нет, ничего не меняй. Ты… абсолютно идеальна. — И он смотрит на меня так, будто никак не может наглядеться. — Я не ожидал… я имею в виду, ты прекрасна…н-но…

— Вроде был фильм про короля, который заикался? — дразню я его. — Он не ваш родственник?

Он усмехается. И назовите меня сумасшедшей, но я клянусь, щеки Джейдена слегка порозовели.

— Нет, заикание не передается по наследству. — Он качает головой. — Просто ты сногсшибательна.

А теперь сияю я.

— Спасибо. Ты тоже отлично выглядишь, Прекрасный Принц.

— Я действительно знаком с Прекрасным Принцем. Он первоклассный придурок.

— Ну. Теперь, когда ты запятнал драгоценный кусочек моего детства, лучше бы это было свидание, — поддразниваю я.

— Так и будет. — Он протягивает мне руку. — Ну что, пойдем?

Моя рука скользит в его. Легко. Будто это самая естественная вещь в мире. Будто там ей самое место.