Part twenty seven
— Не говори так, Пэй, ты очень хороший. Я не знаю, в чем ты себя винишь, но я уверена, что это не твоя вина.
— Не говори так, пока не узнаешь.
— Мне не нужно знать твою историю, я знаю тебя, и этого достаточно, — Эмма прикоснулась ладонью к его щеке, — эти глаза не похожи на глаза человека, который сделал что-то плохое.
— Знаешь... я тоже никогда никому это не рассказывал, но совсем не потому, что не хотел нарушить обещание, просто не хотел, чтобы кто-то узнал, какой я...
— Пэйтон, — мягкий и тихий голос девушки перебил его, — я рассказала не потому что хотела услышать что-то взамен. Ты не должен...
— Не должен, но я хочу, хочу чтобы ты знала это. Мне было 5, мама только недавно получила водительские права, она так радовалась, что теперь сможет сама меня возить на карате, которым я тогда занимался. Она безумно гордилась, что сдала сама, без помощи отца. Когда я выбежал с зала для тренировок, она уже ждала меня на парковке. Махала рукой и улыбалась, у неё было хорошее настроение, впрочем, оно всегда было у неё хорошим, у неё просто не было поводов для грусти. У неё было все, о чем она могла мечтать. Муж, который любил ее больше жизни, милый сынишка, безумно похожий на неё, и собака.
Мы поехали с ней пообедать, съели целую кучу фастфуда, у меня было веселое настроение, и я уговаривал маму поехать ещё в парк, она согласилась. Это было совсем не сложно, она любила меня баловать. Мы ехали под ее любимые песни, которые раздавались с магнитолы, день был просто чудесным. По дороге домой я в порыве игры закрыл ей глаза ладонями, и... — он поморщился от воспоминания, Эмма взяла его руку и поцеловала ее, —
— и через мгновенье в нас влетел грузовик. Она погибла на месте, ведь даже не пристегнулась, так было неудобно со мной играть, а на мне не было ни царапины. В полиции отцу сказали, что водитель той фуры был в стельку пьян и выехал на встречку на огромной скорости, что даже опытный водитель не успел бы среагировать, а она начала водить совсем недавно и у неё не было не единого шанса.
Отец никогда не говорил, что это моя вина, но и никогда не утверждал противоположного, он просто, перестал смотреть на меня. Наша идеальная семья рухнула в один миг. И это моя вина, я не дал ей даже шанса... — он замолчал, Мун подняла свою голову с его колен и села рядом.
— Пусть, — она повернула ладонями его голову к себе, — пусть твой отец никогда не говорил, что это не твоя вина, но я говорю. Ты не виноват, Пэйтон, ты был просто маленьким мальчиком, это просто стечение обстоятельств, очень жёсткое стечение обстоятельств. Ничего бы не поменялось, ты ничего бы не смог изменить.
— Но ... — начал он, но Эмма сразу же его перебила
— Нет никаких «но», это не твоя вина и точка. Ты можешь сколько угодно переубеждать кого угодно, но это не так, и мое мнение никогда не поменяется, — она накрыла его губы своими, она поцеловала его так нежно, насколько умела.
Они разговаривали до самого утра, угнетающее настроение давно растворилось в громком смехе этих двоих. Они узнали о друг друге все. Пэйтон даже рассказал, как в начальной школе украл шоколадку из супермаркета, а Эмма, как в 6 лет сломала все машинки соседского мальчика, потому что тот не хотел с ней играть.