Part twelve
Пэйтон спускался по лестнице на кухню, ему жутко захотелось кофе, когда заметил, что на диване лежит Эмма. Точно, он совсем забыл, что она пришла вчера среди ночи едва стоя на ногах и постоянно бормотала что-то неразборчивое себе под нос. А потом просто уснула свернувшись калачиком на чужом диване, сейчас она выглядит такой домашней и уютной.
От Эммы всегда пахнет полевыми цветами так, будто она ночует на чертовой клумбе с цветами, а не в собственной постели или очередных парнишек на одну ночь...
Она может всю ночь на пролёт пить, танцевать и разъезжать с одной вечеринки на другую. Но придя под утро уставшая и едва стоявшая на ногах от опьянения то ли алкоголем, то от собственных мыслей - от неё все равно пахнет полевыми цветами.
Пэй подошёл к Мун ближе, остановившись на уровне лица, убрал непослушную прядь волос с лица девушки.
Что в тебе особенного Эмма Мун ? —
молнией пронеслось у него в голове.
Блондинистые волосы, которые так забавно переливаются, когда лучи солнца на них попадут, большие зелёные глаза, маленький носик, пухлые губы и заразительный смех. Ничего особенного. Таких как она миллионы, но что-то все же в ней цепляло.
Находясь рядом с ней, по какой-то абсолютно не понятной причине, люди чувствовали себя лучше, живее что ли. Она передавала уверенность тем, кого окружала, очаровывала их, заставляла почувствоваться себя особенными.
Это было ее личной супер способностью. Она притягивала, как магнит окружающих. Как вирус, от которого пока нет антидота. Увидев ее однажды, услышав ее голос, почувствовав запах полевых цветов на ее коже, поймав на себе взгляд ее изумрудных глазок и ты уже неизлечимо болен. Ты пропал...Навсегда...Навечно...Ты можешь ее не любить, ненавидеть или напрочь делать вид, что ее не существует, но она уже внутри, уже в тебе, и от этого никуда не деться.
Она понимала людей, умела и слушать и говорить, умела чертовски хорошо манипулировать окружающими. Для неё не составляло никакого труда заставить человека сделать то, что хочется ей, при этом он даже не поймёт, что давно пал перед Эммой, что проиграл раньше, чем началась игра. Но все это выглядело настолько невинно и безобидно, что все прощали ей эти маленькие шалости.
Пэйтон до сих пор не знает, не понимает, когда он впервые взглянул на неё, когда заболел также, как и все остальные, чей это был выбор ? Это сделал он ? Это был его выбор или это все она ?
Неужели это она заставила посмотреть на себя ? Но глубоко внутри ему плевать. Он посмотрел, он заболел и оно того стоило, она того стоила.
Она была такой простой на первый взгляд, но в ней невозможно было разобраться.
Он же наоборот, был сложным, но она разгадала его, не прикладывая к этому особых усилий.
Пэйтон все никак не понимал, толи он слишком плохо скрывал свои чувства, толи Эмма была слишком внимательной.
Дааа, это определенно она, она все всегда понимала, ей всегда было достаточно одного взгляда, чтобы разобраться.
Да, она определенно не обычная девушка, иначе как объяснить, что она до сих пор здесь, до сих пор в жизни Мурмайера, все ещё не ушла, все ещё не бросила его так, как это делали все кому он позволил задержаться дольше, чем на одну ночь. Кому позволил узнать себя настоящего, кого познакомил со своими монстрами. Но Эмма не такая, как другие, она не боится монстров, она бесцеремонно ворвалась в его жизнь и осталась в ней не желая уходить. Она не осуждает, не упрекает, не пытается исправить, она никогда не говорит «не делай то, не делай это, так неправильно, ты должен быть лучше». Он устраивает ее таким, каким он есть, со всеми своими демонами внутри. Она никогда ничего не просит за то, что находится рядом, за то, что изо дня в день спасает его от самого себя. Ей ничего от него не нужно, она даже не замечает, что спасает его. И это его чертовски пугает, хоть он и никогда не признается в этом.
Такой как он никогда не принадлежит кому-то одному, он даже сам себе не принадлежит. А Эмма и не хочет, чтобы он принадлежал ей.
Она не его, он не ее. Они не могут принадлежать не друг другу, ни кому-то другому. Они ничейные и это их объединяет. Они не могут оставить друг друга позади. Они слишком разные, но при всем при этом слишком одинаковые.
Он по-прежнему не знает, почему она такая, что в ее жизни случилось такого, что теперь она здесь. Почему время от времени, когда он открывает дверь, видит на пороге ее такой растерянной и хрупкой. Иногда трезвой, а иногда не очень, иногда она просто молчит, а иногда бубнит что-то не членораздельное, как вчера. Она засыпает на диване, а просыпается снова весёлой и жизнерадостной девчонкой.
С ней можно разговаривать на любую тему, она как открытая книга, но эта книга закрывается на семь замков, как только ты спрашиваешь почему она время от времени приходит и спит на этом диване. Пэйтон особо и не настаивает, он тоже не осуждает. Он все понимает...хотя нет, он совсем ее не понимает, но ему нравится не понимать ее.
Чем дольше она находится рядом, тем больше он боится, что она просто исчезнет, пропадёт также внезапно, как и появилась. Не то чтобы он не смог без неё, просто немного будет скучать, самую малость, но ему будет ее не хватать.
Никогда не знаешь, что тебя ожидает, когда она рядом, каждый день она открывается с новой стороны. Каждый раз удивляет. Становится все прекраснее и самое удивительное, что она совершенно этого не замечает, считает себя совершенно обычной.
Пэйтон даже иногда ловит себя на мысли, что если однажды решит связать свою жизнь с одной единственной девушкой, он хотел бы, чтобы она была похожа на Эмму, хотя бы совсем чуть-чуть. Чтобы хотя бы самую малость была такой же притягательной, чтобы понимала его лучше, чем он сам, чтобы умела заставлять его улыбаться не на показ, а по-настоящему. Но он знает, он прекрасно знает, что таких как Эмма больше нет, она одна такая. Она чертовски умна, красива. Он не понимает почему каждый раз теряет над собой контроль, позволяя ей вновь и вновь проникать в свою голову и менять там все уставы и порядки, переворачивать все с ног на голову, оставляя за собой только хаос...такой приятный хаос.
Он задаёт себе сотни вопросов каждый раз, когда ловил ее взглядом в коридоре университета с подругами, на вечеринке танцующей в центре толпы или на собственном диване в гостиной. Кто она ? Что в ней особенного ? Как лишь одно ее присутствие может оказывать на него такой эффект ? Почему именно она ? Почему именно он ? Почему она выбрала именно его ? Почему осталась именно в его жизни, когда вокруг толпы людей, которые заслуживают ее гораздо больше чем он ? Он никогда не находит ответы на эти вопросы, а может не хочет их находить, боится признаться самому себе, что она появилась потому что он нуждался в этом. Нуждался в Эмме, которая не осуждает, в Эмме, которая все понимает, в Эмме, которая не боится оставаться с его монстрами наедине, в Эмме, которая подружилась с его демонами потому что они тоже, как как и все остальные не устояли и пали перед ней.
— Не пялься на меня, — совсем тихо произнесла Мун
— Откуда ты знаешь, что я смотрю ? У тебя ведь глаза закрыты
— Я ведь говорила, интуиция, — Эмма открыла глаза и улыбнулась, — ты давно здесь ?
— Минут 20, — соврал Пэйтон, ведь перечисляя причины ее особенности в своей голове, он совсем потерялся и не заметил, что около двух часов просидел на кресле возле Эммы, не отводя от неё взгляд, боясь даже пошевелится, чтобы не разбудить ее. Даже мысли о ней завораживали.
— Лучше бы завтрак приготовил, — она все также улыбалась и сладко потянулась на диване.
— Я вообще-то из-за этого и спустился. Ты ведь знаешь, что диван не бесплатный, ты должна заплатить за то, что ночевала здесь. Так что завтрак готовишь ты, малышка, — с хитрой улыбкой произнёс парень
— Фу, ты совсем не гостеприимный, Пэйтон. Разве можно гостей заставлять готовить ? — Эмма наиграно надула губки и скрестила руки на груди.
— Давай, давай, быстро на кухню, я кушать хочу, — Пэй стал махать ей рукой в сторону кухни
— Ты невыносим. Ты ведь знаешь это, верно ? — Эмма громко вздохнула и пошла в нужном направлении
— Я хочу оладьи, — крикнул ей в догонку парень.
Эмма ничего не сказала в ответ, а только улыбнулась не поворачиваясь к парню лицом.
Да, назвать Эмму Мун обычной, язык не поворачивается, ведь она не была таковой. Она была вирусом от которого невозможно излечится. Она выигрывала в играх, хоть никогда и не бралась в них играть. Была такой спокойной, будто ее ничего не волнует в этой жизни, но что-то в ней постоянно волновало окружающих. Давала советы, будто ей вовсе не 19 лет, когда с ней разговаривали на серьезные темы, казалось, что она прожила уже дюжину жизней, всегда знала, что говорить, что делать, видела все насквозь, в остальное же время она тот ещё ребёнок за которым нужен глаз да глаз. Была одновременно и ангелом и дьяволом.
Была просто Эммой.... просто Мун.
Пэйтон Мурмайер никогда не признаётся, что болен ею, потому что знает, первый этап выздоровления - это признаться в том, что ты заболел.