Ринг Страстей: Удар Сердца

_Элин_

Вчерашний вечер выбил из меня абсолютно весь здравый смысл. Дабы избежать неловкости, Джейла великодушно разрешила переночевать у неё. Я не хочу беспокоить Алистера в самый разгар баскетбольных игр, ведь ключи я оставила ему ещё в начале своего переезда. Из глубоких раздумий меня отвлекает звонок в дверь. Посмотрев в глазок, я вижу за деревянным барьером самого потрясающего мужчину с капюшоном на голове и поникшими плечами. Но даже если бы я не видела его лица, я узнала бы его где угодно. Его властного присутствия трудно не заметить, даже несмотря на то, что в данный момент его поза выглядит немного подавленной.
– Джейвон, что ты здесь делаешь? Кто-нибудь видел, как ты поднимался?
Открыв дверь, я высовываю голову в пустой коридор, но когда мое внимание возвращается к Уолтону, мое сердце замирает.
Его карие глаза, в которых я привыкла видеть блеск, стали тусклыми и отрешенными. Исчезла дерзкая улыбка, от которой я каждый раз таю.
– Я пытался дозвониться, но твой телефон сразу переключается на голосовую почту. – Его тон намного мягче, чем обычно. – Могу я войти?
Я отступаю в сторону, чтобы он мог войти внутрь. Войдя, Джейвон низко опускает голову, не в силах смотреть ни на свою сестру, ни на меня. Я бросаю взгляд на Джейлу, и мы ведем быстрый безмолвный разговор.
– Я обещала Натали короткую разминку, так что оставлю вас, ребята. – Джейла встает с дивана, подхватывает спортивную сумку и бросается к двери. Джейла понимающе кивает и, закрыв за собой дверь, оставляет нас одних.
– Джей, что случилось? – Я успокаивающе провожу рукой по его руке, но он закрывает глаза от прикосновения, отчего узел у меня в животе разрастается.
Он не отвечает.
Я сажусь на диван, мне нужно устроиться поудобнее для этого неудобного разговора.
– Присядешь? – Я похлопываю по сиденью рядом с собой.
Он качает головой, не говоря ни слова, все это время отказываясь смотреть на меня.
– Джейвон, что происходит? Ты пугаешь меня.
Наконец его карие глаза опускаются, встречаясь с моими и позволяя мне увидеть в них бесконечное море вины. Он с сожалением сдвигает брови.
У меня перехватывает горло, а желудок кажется пустым. Мне уже больно.
– Не надо, – предупреждаю я. – Пожалуйста, не надо.
Он делает глубокий вдох.
– Милая...
– Нет, – в отчаянии обрываю я его. – Ты не можешь так поступить.
– Элин, ты знаешь, как много ты для меня значишь.
– Прекрати. Пожалуйста, не делай этого, – умоляю я.
Он колеблется и отводит взгляд к стене.
– Ты и я... Мы просто... – Он качает головой, не в силах произнести остальные слова.
– Это из-за твоей бывшей? Мы будем более осторожны. Я... я буду терпеливее.
– Дело не только в моей бывшей. – Джейвон зажмуривает глаза, а когда снова их открывает, все эмоции исчезают. Как будто что-то переключили; он стоит в другом конце комнаты напротив меня, уставившись в сторону, не в силах посмотреть мне в глаза. – Давай будем честными. Мы знали, что рано или поздно нам придет конец.
– Что? Нет, мы этого не знали! Я этого не знала! – Я вскакиваю с дивана, отчаяние овладевает мной. – Джейвон, я ни разу не думала, что нам придет конец.
– Да ладно, Элин. Ты все это время знала, кто я такой. Я всегда буду таким. Когда мы впервые встретились, у тебя сложилось правильное впечатление. Я думал, что смогу измениться, но я не могу.
– Это из-за того, что болтают в интернете?
Он быстро качает головой.
– Тогда в чем дело? Потому что только сегодня утром ты написал, что все будет хорошо. Ты обещал, что все будет хорошо. – Я прикрываю рот, чтобы заглушить рвущиеся из меня сдавленные звуки. – Пожалуйста, не делай этого.
– Я просто... Я больше так не могу.
Стоящий передо мной мужчина, – это не тот мужчина, в которого я была влюблена последние несколько месяцев. Я не знаю, где он, но здесь его нет.
Я не знаю правильных слов. Не могу найти правильных слов, которые остановили бы то, что происходит.
– Я сделала что-то не так? – У меня срывается голос.
Наконец он на мгновение проявляет эмоции. На его лице отражается боль, он закрывает глаза, слегка отворачиваясь от меня. Качает головой, сглатывая, не в силах говорить.
– Я могу это исправить?
Снова медленно качая головой, он прикусывает губу, смотря куда угодно, только не на меня.
– Посмотри на меня! – в отчаянии кричу я с другого конца комнаты. – Если ты решил разбить мне сердце, по крайней мере, смотри, как ты это делаешь!
Его карие глаза находят меня, позволяя мне впервые с тех пор, как он начал этот разговор, прочитать его мысли. Он лжет. Он лжет нечасто, поэтому, когда пытается, у него это получается паршиво. И прямо сейчас он лжет.
– Твой агент что-то сказал?
Никакого ответа. Джейвон не кивает головой. Он не говорит ни слова, потому что я права.
– Что случилось? Это потому, что ты со мной? Ты не перезаключаешь контракт из-за меня?
– Не из-за тебя, – наконец говорит Джейвон. – Но я больше не могу этого делать.
– Почему?
Он испускает глубокий, покорный вздох.
– У меня нет для тебя ответа, милая...
– Не называй меня так, – огрызаюсь я. – Ты не можешь так меня называть, если ты так поступаешь.
Еще один резкий вдох.
– Элин, я не хочу причинять тебе боль.
– Ну, у тебя это неважно получается.
– Я не хочу причинять тебе боль, но ты будешь постоянно страдать, находясь рядом со мной.
– Это из-за того, что говорят в интернете, не так ли? – Я издаю снисходительный, понимающий смешок. – Ты делаешь это из-за того, что болтают незнакомые люди.
И снова он не отвечает, не дает мне ответ.
У меня болит каждая частичка тела. Болит сердце. Легкие пусты. Глаза жжет. Человек, который подбадривал меня своими словами, который был так непреклонен, напоминая мне, что я достаточно хороша, который заглушил всех остальных, теперь прислушивается к тому, что говорят другие.
Сглатывая, я пытаюсь сдерживать эмоции, которые хотят вырваться наружу, но они на грани, и сдерживать их становится слишком сложно.
– Ты меня стыдишься? – Мой голос срывается на последнем слове, делая его почти неслышным.
Стоическое выражение лица Уолтона наконец-то исчезает, он быстрым шагом направляется ко мне, его тон становится исступленным.
– Элин, ни в коем случае...
Я вскидываю руки перед собой, желая сохранить дистанцию и не дать ему подойти ближе.
– Последнее слово, которое я мог бы использовать, чтобы описать то, что я чувствую по отношению к тебе, – это «стыдиться». – Его глаза умоляют меня поверить ему. – Я был так горд, что я с тобой.
Был.
– Зачем ты это делаешь?
И снова он не отвечает, оставаясь неподвижным, пристально глядя на меня, безмолвно умоляя меня принять это.
– Ответь мне!
– Потому что я не могу измениться! Я не могу изменить то, кто я есть, или то, как люди на меня смотрят. Эта репутация будет преследовать меня до конца моей карьеры, и я отказываюсь подставлять тебя из-за нее.
– Это чушь собачья.
– Я говорю правду!
– Нет, ты рассказываешь мне свою версию правды. Но настоящая правда в том, что ты мог бы начать честно говорить о том, кто ты есть. Мог бы прекратить притворяться, но ты этого не сделаешь, потому что боишься, что в конечном итоге окажешься в другой команде. Ты беспокоишься, что если позволишь фанатам увидеть тебя настоящего, им это не понравится, и «Чикаго» не подпишет с тобой новый контракт, верно?
Я не знаю, зачем я спрашиваю. Я уже это знаю.
Я разочарованно качаю головой, у меня вырывается недоверчивый смешок.
– Да ты трус, Джей Джей.
Его взгляд устремляется на меня.
– Не называй меня Джей Джеем. Это не я.
– Разве? Но это – та роль, которой ты, кажется, одержим. С ее помощью легко манипулировать людьми. Легко их контролировать.
Все притворство Уолтона полностью рушится у меня на глазах. Эмоции, которые он обычно скрывает, которые были скрыты с тех пор, как он пришел, наконец проявились. Он побежден, и для мужчины, который командует в каждой комнате, где появляется, в этой квартире он ничтожен.
– Элин, если мне придется сменить команду, я останусь один, – его властный голос срывается. – Моя семья здесь, и я уже терял свою семью раньше. Я был один, и я не могу пройти через это снова.
– Ты бы никогда не остался один. Я бы поехала за тобой куда угодно.
На лице Уолтона проступает замешательство.
– Нет, ты бы этого не сделала. Алистер здесь. Приют здесь. Ты бы ни за что не уехала.
– Я бы последовала за тобой куда угодно, но ты никогда меня об этом не просил.
У него на лице появляется виноватое выражение, как будто он переосмысливает свое решение. От потрясения у него перехватывает дыхание, его глаза не отрываются от моих. Уолтон медленно подходит ко мне, и на этот раз я позволяю ему это сделать. Я не останавливаю его, когда он распахивает руки и обнимает меня за плечи своей сокрушительной хваткой.
Уткнувшись головой ему в грудь, я вдыхаю его запах, пытаясь запомнить его на тот случай, если он уйдет, но в то же время надеясь, что в этом не будет необходимости, потому что без него я не проживу и дня.
Его мягкие губы медленно покрывают поцелуями мою шею и подбородок, каждый из них обжигает мою кожу мыслью о том, что, возможно, я ощущаю их в последний раз. Его поцелуй задерживается на моей щеке чуть дольше, и я таю от его прикосновений, нуждаясь в том, чтобы он желал меня. Любил меня.
Выбирал меня.
Мне нужно, чтобы он передумал. Часть меня убеждена, что я чувствую, как он меняет свое мнение, по тому, как он обнимает меня. Как будто он никогда не отпустит меня, и я была бы совершенно с этим согласна.
Он запечатлевает еще один отчаянный поцелуй в уголке моих губ, и я понимаю, что это все.
– Прости меня, милая, – шепчет он, и мое сердце разбивается вдребезги, всякая надежда, которая у меня была, потеряна.
С этими словами он отпускает меня и поворачивается ко мне спиной, чтобы выйти из квартиры.
– Зачем ты позволил мне влюбиться в тебя? – кричу я с другого конца комнаты, когда неудержимые слезы начинают стекать по моим щекам.
Это заставляет Уолтона остановиться на полпути к входной двери и замереть спиной ко мне.– Ты сказал, что я – твоя
,и я тебе поверила.
Спина Уолтона вздрагивает от сдавленного дыхания, он быстро вытирает лицо рукавом и покидает квартиру.
Как только за ним закрывается дверь, все эмоции, которые я так плохо скрывала, выплескиваются наружу, захлестывая меня, и я сворачиваюсь калачиком на диване, позволяя боли свежей потери затопить меня с головой.