Ринг Страстей: Удар Сердца

_Джейвон_

Утренняя тренировка прошла спокойно, но когда мы покинули зал, нас ждала толпа жаждущих пообщаться репортеров. Я выполнил свою работу, рассказав им достаточно подробностей, а потом вернулся за микрофон для интервью перед боем, отвечая на более конкретные вопросы.
Сегодня днем я зашел домой, чтобы немного вздремнуть перед боем, и обнаружил, что Элин собирает вещи для очередной поездки. Я надеялся, что она позвонит и даст себе больше времени на отдых, но она заверила, что снова чувствует себя хорошо. Посреди ночи у нее поднялась температура, но вирус, похоже, появился на сутки и исчез.
Она напугала меня, когда я увидел ее на той вечеринке, с липкой кожей и синяками под глазами. Я не думал, что нужно будет напоминать ей о необходимости заботиться о себе, но я не должен был удивляться. Она тратит так много времени на то, чтобы осчастливить других, что я начинаю понимать, что в процессе она, как правило, забывает о собственном благополучии.
– Уолтон, – Эван останавливает меня в коридоре после того, как я заканчиваю свои пред интервью. – Нам вчера не хватало тебя на тренировке.
Он стоит в своем сшитом на заказ костюме, протягивая руку для рукопожатия.
– Прошу прощения, сэр. Элин заболела, и мне было неудобно оставлять ее одну. Я знаю, что вы должны оштрафовать меня за отсутствие без уважительной причины. Я полностью понимаю.
– Чрезвычайные обстоятельства в семье считаются уважительной причиной.
– Но она – не моя семья.
– Разве? Вы живете вместе. Ты явно любишь ее настолько, что пропускаешь тренировку. Я бы назвал это семьей. Она тебе подходит, Уолтон. Ты ни за что не пропустил бы тренировку в прошлом сезоне или в любом сезоне до этого.
Он не ошибается. Я бы не посмел упустить драгоценное время на площадке. Мои соперники, черт возьми, точно бы этого не сделали, а как я смогу быть лучшим, если буду брать выходные, в то время как они усердно работают?
Но когда Джейла позвонила мне и сказала, что Элин так больна, что с трудом держится на ногах, я вообще не думал ни о соревновании, ни об бое. Я думал о соседке-брюнетке, ради заботы о которой я отдал бы почти все.
– Как мой босс, разве вы не хотите, чтобы я тренировался?
– Я хочу, чтобы у тебя была сбалансированная жизнь, а для боксера твоего уровня такого раньше никогда не было. Честно сказать, я скептически относился ко всему этому. Думал, ты пытаешься надуть меня, но я тебя знаю. Ты бы никогда не отказался от тренировки ради уловки. Таким ты мне нравишься, Уолтон. Продолжай в том же духе.
От точности его слов у меня все внутри сжимается от беспокойства. Я знал, что Эван с подозрением относится ко мне и моим фальшивым отношениям, и, как выяснилось, именно та часть, где мы совсем не притворялись, заставила его поверить.
Все это начинает казаться безрассудным, а я ненавижу чертово безрассудство.
И вообще, насколько мы еще притворяемся?
Я забочусь об Элин гораздо больше, чем позволял себе заботиться о ком-либо за последние годы, и в основе всего этого лежит то, что я использую ее. Осознавать это просто отвратительно.
– Каролина просматривала расписание, пытаясь найти выездную игру, на которую она хотела бы вылететь. «Combat» будут в Финиксе в то же время, что и мы. Не захочет ли Элин посмотреть твою игру вместе с нами?
– О. Я должен проверить, свободна ли она и впишется ли эта поездка в ее расписание.
Еще один вечер, когда мне нужно будет ее использовать. Что, черт возьми, она получит от этой сделки? Возьмет меня с собой на свадьбу, чтобы произвести впечатление на группу друзей, которые не заслуживают ни секунды ее внимания?
– Но, – продолжаю я, – она работает, так что я не уверен, что она сможет прийти.
– Конечно, – говорит Эван, хлопая меня по плечу, когда мы идем по туннелю для боксеров в домашнюю раздевалку. – Да, вот еще что. В кулуарах было много разговоров. Я знаю, что сейчас только январь, но есть только одно имя на титул MVP лиги, и это имя – твое.
Я останавливаюсь как вкопанный.
– Без шуток?
– Ты выглядишь таким удивленным, – сдержанно смеется он.
– Да. Я не ожидал, что они рассмотрят кого-то из команды, не попавшей в минимум пятую лигу.
– Мы выходим в пятую лигу. Ты видишь, как дерутся ребята? У меня нет сомнений. У тебя все получается, Уолтон. Именно таким я хотел тебя видеть в этом сезоне. Хороший результат моих инвестиций. – В кармане у него звонит телефон. Он еще раз хлопает меня по плечу и заканчивает словами: – Удачи сегодня вечером, малыш.
Это то, что я хотел услышать весь сезон. Что он верит, что я подхожу для этой работы. Вот в чем был смысл всей этой уловки с Элин: доказать, что команда приняла правильное решение, выбрав меня капитаном. Конечно, многие из них, когда им что-то нужно, по-прежнему обращаются к Итану, но я в двух месяцах от того, чтобы вывести нас в пятую лигу, чего «MVP» не делали годами.
Я позволяю похвале Эвана захлестнуть меня во время разминки и переношу его слова в бой. Не обязательно, чтобы кто-то другой говорил мне, что я хорошо справляюсь. Я знаю, что делаю чертовски хорошую работу. Я стремлюсь побить свои личные рекорды как по результативным передачам, так и по очкам за один сезон, но я солгу, если буду утверждать, что одобрение человека, который подписывает мои зарплатные чеки, не повышает мою самооценку.
Это то, над чем я работал. Это то, ради чего я лгал.

Я молниеносно рванулся вперёд, ударил. Искры золотыми кольцами брызнули во все стороны от столкновения накалённых тел. Я размахнулся, ударил наискось кулаком, рассекая воздух. Однако соперник ловко уклонился, на лице его появилась нахальная улыбка. Теперь он нанёс удар, блестящая от пота рука пронеслась в миллиметрах от моего лица, заставив моё сердце больно вздрогнуть. Я наносил удар за ударом, а мой  соперник терял всё больше сил...

Наконец-то судья дает сигнал об окончании раунда. Радуюсь пяти минутам  перерыва. Я не вижу, как это происходит.
Я не вижу, как он приблизился, потому что не ожидаю, что после того, как я забил его насколько раз, мой соперник не сбавит обороты.
Когда я падаю, боксёр «Memfice» проскакивает подо мной, ударяет меня по ногам и подбрасывает в воздух. Я лечу головой вперед на твердую древесину, продолжая переворачиваться. Перед глазами проносятся цветные полосы, и я молю Бога, чтобы мое тело повернулось вверх правильной стороной.
Каким-то образом я умудряюсь приземлиться на ступни. Неожиданный удар о твердую древесину вызывает вспышку острой боли в правом колене. В суставе возникает боль, которую ни с чем не спутаешь, и немедленное осознание того, что произошло, оглушительно звенит у меня в ушах, даже несмотря на шум толпы.
Качнувшись вперед, я падаю на пол, хватаюсь за колено, боль пронзает меня насквозь, сустав мгновенно начинает пульсировать.
И когда я вижу, как ко мне, пробираясь через несколько рядов кресел, бежит врач команды, я понимаю, что я в полной заднице.