Ринг Страстей: Удар Сердца

_Элин_

– Элин, – Энни машет мне рукой в сторону костра, который ревет посреди лагеря. – У меня горячий пунш. Тебе налить?
– Звучит заманчиво.
Энни наливает из термоса в кружку, добавляет немного лимона и палочку корицы.
– Я знаю, вы просто притворяетесь, – шепчет она, чтобы никто больше не услышал. – Но вы двое здорово смотритесь вместе.
Я делаю глоток коктейля, и он согревает меня изнутри.
– Джейвон будет хорошо смотреться практически с кем угодно.
Энни поднимает брови, явно не впечатленная.
– Угу. Как скажешь.
– Где твой парень? – окликает Итан, стоя у гриля с Эваном.
– Он, э-э... кое-чем занят. – Тонко. – Он сейчас выйдет.
– Надеюсь, сегодня гамбургеры получатся вкусными, – голос мистера Моргана сочится гордостью, он орудует на гриле с металлической лопаткой в руке. – Это будут идеальные гамбургеры средней прожарки.
– Многообещающе, – вру я, надеясь, что смогу хоть чем-то полакомиться. Я здесь, чтобы произвести хорошее впечатление на босса Джейвона, а не обидеть его отказом съесть ужин, который он с такой гордостью приготовил.
Каролина выходит из своей палатки с пластиковой посудой, встряхивает ее, чтобы показать нам.
– И я надеюсь, вам понравятся сморы!
Не знаю, какие у Джейвона отношения с Эваном Морганом, но мне он кажется достаточно милым. Конечно, я встречалась с ним всего дважды, и оба раза он был с женой, но парень кажется таким душкой. Джейвон гораздо более пугающий, чем он.
Кстати, о моем мнимом парне. Я слышу, как издает сигнал его машина на стоянке позади меня, а потом он появляется с сумкой-холодильником в руке. Солнце садится, оставляя освещающее его легкое золотистое сияние, и он выглядит чертовски великолепно в этих облегающих черных джинсах. Темно-синяя трикотажная шапочка придает его глазам поразительный коричневый оттенок.
Боже правый, Элин. Возьми себя в руки. Это просто чертова шапочка и джинсы.
– Эван, ты не мог бы бросить на гриль несколько штук? – спрашивает Джейвон, ставя холодильник на стол для пикника и доставая коробку замороженных овощных котлет. – Элин – не особо любит мясо.
Не может быть.
– О, я не знал, – голос Эвана полон извинений, он смотрит на меня.
– Это моя вина, – вмешивается Джейвон. – Я должен был сказать. И я захватил ей на завтрак немного вегетарианской колбасы. Есть где хранить?
– У меня есть! – Каролина увлекает Джейвона на их импровизированную кухню, где у них гораздо больший и более навороченный холодильник, чем у него.
– Хм, – хмыкает Энни.
– Что?
– Ничего. Не пойми меня неправильно. Я люблю Итана, но мой настоящий муж и близко не такой заботливый, как твой мнимый парень.
– Он просто пытается убедить их, что мы – настоящая пара.
В этот самый момент Джейвон оглядывается через плечо, одаривая меня самой милой улыбкой, на которую только способен мужчина.
Энни делает большой глоток своего коктейля.
– Он не только их сумел убедить.

В истинно джейвоновской манере он берет на себя смелость помыть посуду после ужина. Условия далеко не такие, как у него дома, но, похоже, ему вполне хватает одной губки и струи воды.
Четыре пня окружают костер, выступая в качестве сидений. Эван, Каролина и я усаживаемся по отдельности, а Итан сажает на колени жену.
– Энни, как дела у девочек? – спрашиваю я, наклоняясь вперед, чтобы поджарить на огне зефир. – Фортепианный концерт Джеммы прошел хорошо?
Может показаться, что я стремлюсь сблизиться с Энни, потому что любая девушка Джейвона дружила бы с женой его ближайшего товарища по команде. Но правда в том, что Энни мне действительно нравится, и я с удовольствием познакомилась с ней на осеннем банкете.
– Отлично! – Энни устраивается на коленях у мужа. – Вначале у нее был небольшой приступ страха перед сценой, но Итан подбодрил ее, и она была готова к выступлению. Она отлично справилась.
– Что ты ей сказал, Итан? – вмешивается Эван.
– Как обычно. Что, если мне приходится играть в баскетбол перед тысячами людей, она сможет справиться с залом из пятидесяти человек. Я также добавил, что единственный человек, на которого ей нужно произвести впечатление, – это она сама. И тому подобное. О, и я пообещал ей мороженое после концерта, если она выйдет на сцену и выступит.
Сквозь отблески огня я вижу улыбку на лице Эвана.
– Ты хороший отец. – Он поворачивается ко мне: – А как насчет вас? Вы планируете завести детей?
Мой коктейль попадает не в то горло, заставляя меня фонтанировать брызгами, но каким-то образом я все еще нахожу в себе силы снять с огня зефир, пока он не подгорел. И все это время я прокручиваю в голове вопрос Эвана, собираюсь ли я в ближайшее время рожать детей от Джейвона. Кошмар какой, я ещё слишком молода.
Энни и Итан посмеиваются, находя весь этот сценарий забавным.
Эван наклоняет голову, как будто его интересует мой ответ, быстро напоминая мне, что нам еще предстоит полностью убедить его в наших отношениях или в том, что Джейвон  резко и внезапно изменился.
– Я, э-э... мы... – Я осекаюсь.
Одеяло укутывает мои плечи.
– Мы еще не говорили об этом, – абсолютно честно говорит Джейвон. На самом деле это, возможно, самая честная вещь, которую мы сказали Эвану сегодня вечером.
– Успокойся, дорогой, – осуждающе говорит Каролина. – Они только познакомились, они молоды и влюблены. Позволь им насладиться этим. Они находятся на захватывающем этапе, когда в животе порхают бабочки от перспективы просто видеть друг друга. Хотя, возможно, этот этап для вас двоих уже пройден, поскольку вы живете вместе.
– Ну...
– Это все еще так, – перебиваю я Джейвона, глядя на него через плечо. – Очень похоже.
Не разжимая губ, он улыбается мне сверху вниз, и эти чертовы ямочки становятся еще более заметными в отблесках огня, освещающих его лицо.
– Можно я присяду с тобой?
Я осматриваюсь, но между мной и всеми моими зимними вещами на моем сиденье для Джейвона не остается места.
Он наклоняется и тихонько добавляет:
– Милая, ты можешь сесть ко мне на колени.
Как его девушка, конечно, я бы так и сделала. Как его соседка по квартире, у которой формируется нездоровая влюбленность, я считаю эту идею ужасной.
Я для храбрости допиваю свой коктейль и встаю, все еще завернувшись в одеяло, с шампуром и несчастной зефиркой в руке. Джейвон садится, задерживая ладонь на моем бедре, и усаживает меня к себе на колени. Укутывает меня одеялом и притягивает ближе, я прижимаюсь спиной к его груди, и тепло его дыхания задерживается на коже моей шеи.
– Тебе хорошо? – шепчет он.
– Хорошо.
«Хорошо» – не то слово. Я чувствую себя отлично. Просто, черт возьми, фантастически. Этот мужчина огромный и теплый, а эти чертовы бедра – сплошные мышцы.
Его рука под одеялом соскальзывает с моей тазовой кости, изгибаясь внутрь, ладонь накрывает мое бедро. Он легко массирует мои мышцы, как будто сдерживается от большего.
Игра. Подделка. Притворство.
Но одеяло накрывает нас, и эта маленькая демонстрация сдержанности никому не видна.
Я ощущаю легкое постукивание по спине – его сердцебиение ускоряется, и, боже, это неожиданно.
– Элин, – перебивает Энни, протягивая пластиковый пакет. – Для твоих вкусняшек.
– Ой. Спасибо. – Я улыбаюсь, и я уверена, что это самая виноватая улыбка, которую она когда-либо видела.
Сосредоточившись на поджаривании своего зефира, я пытаюсь игнорировать потрясающего мужчину подо мной. Две пары продолжают болтать о детях, и мне нужно присоединиться, прежде чем я совершу что-то импульсивное.
Повернувшись к Морганам, я спрашиваю:
– А вы? У вас есть дети?
Каролина протягивает руку, чтобы сжать руку Эвана.
– Мы хотели, – говорит она. – Но планы не сбылись. У нас есть племянники, к которым мы относимся как к своим собственным детям. Нам с Эваном повезло, что у каждого из нас несколько братьев и сестер, так что у нас есть семья, о которой мы всегда мечтали.
Я сглатываю:
– Мне жаль это слышать.
– Не переживай. У жизни есть забавный способ наполнить тебя, даже если все происходит не так, как ты предполагала.
С этим не поспоришь. В последнее время жизнь стала совсем не такой, как я рассчитывала.
Глядя на Каролину, я, возможно, вижу себя в будущем. Хотя я не уверена, что мне так же повезет с мужем, который будет любить меня так, как любит ее Эван.
– Милая, – Джейвон легонько трясет меня за ногу, выводя из транса. – У тебя зефир подгорел.
– Вот черт, – я вытаскиваю его из костра, задувая пламя. Джейвон тихонько смеется надо мной, но в то же время притягивает меня ближе.
Как правило, разговор веду я. Это моя роль в наших фальшивых отношениях, но, похоже, я не могу придумать, о чем говорить после того, что сказала Каролина.
Джейвон подхватывает реплику:
– Итак, завтра вечером у нас Хьюстон. Итан был в ударе последние пару недель. Нам следует подумать о том, чтобы играть с ним в паре на задней площадке. Попытаемся нарушить его ритм.
Итан прочищает горло, предупреждающе переводя взгляд с Джейвона на Рона.
– Что?
– Тебе не кажется, что в течение недели мы достаточно говорим о наших работах? – спрашивает Эван. – Нам нравится, когда семейные ужины сводятся к семейным беседам. Мы приехали сюда, чтобы сбежать из города. Сделать перерыв.
Джейвон подо мной напрягается. Мы здесь, предположительно, для того, чтобы показать Эвану, что Джейвона волнует нечто большее, чем просто бокс, которым он живет и дышит. Что он понимает, что лидера делают взаимоотношения и товарищество, а не только финальный счет в бое. И он просто заговорил о работе, сам того не осознавая.
– О, – Джейвон смущен. – Я знаю. Я не...
– Я еще не видела лично, как борется Джейвон, – выпаливаю я, надеясь спасти его.
– Что? – изумляется Каролина, легонько шлепая мужа по руке. – Эван, ты это слышал? Боже мой, ты должна его увидеть! Он такой талантливый.
– Он потрясающий, – соглашаюсь я.
– Ты будешь в городе завтра вечером? – спрашивает Эван.– Мы с Каролиной пропускаем игру. У ее брата день рождения. Если хочешь, воспользуйся нашими местами. Возьми с собой парочку друзей и насладись боем.
– Правда? Я бы с удовольствием. Это так великодушно с вашей стороны.
– Тебе лучше приодеться! – вмешивается Энни. – Ты будешь на площадке во время игры твоего парня. Тебя обязательно сфотографируют.
– Ты пойдешь со мной?
– Я бы хотела, но я официально нахожусь на том этапе карьеры Итана, когда наши девочки к перерыву уснут в семейной ложе, да и я вряд ли дотяну до конца игры.
– Черт, – смеется Итан. – Я действительно потерял свою привлекательность, да? Засыпаешь, наблюдая, как я играю? Не позволяй мне мешать тебе спать, Энн.
Энни похлопывает Итана по груди:
– Я не сплю.
Обстановка снова изменилась, и маленькая оплошность Джейвона осталась в прошлом. Пока болтовня продолжается, я концентрируюсь на своем сморе, добавляя в два раза больше шоколада, чем, вероятно, следовало бы, но мне это нужно, чтобы скрыть тот факт, что я сожгла свой зефир дотла.
Райан кладет подбородок мне на плечо, пока я делаю бутерброд с крекерами.
– Спасибо, – шепчет он, чтобы никто больше не услышал. – Ты меня спасла.
– Мы команда. Я здесь, чтобы помочь тебе.
– Мне нравится, как это звучит. – Повернувшись, я улыбаюсь ему. – Значит ли это, что команда делится сморами?
Я качаю головой в знак несогласия.
– Они зарезервированы для MVP. – Я драматично демонстрирую гигантский кусок, который откусываю прямо перед носом Джейвона, издав низкий горловой стон в знак того, насколько это вкусно.
– Не издавай этих тихих звуков, когда сидишь у меня на коленях. – Он хватает меня за бедро, его губы в опасной близости от моих, пока он говорит. – Иначе какое-то время ты не сможешь уйти.
Все это шоу, но, черт возьми, эта версия Джейвона – не тот фальшивый парень, с которым я ходила на осенний банкет. Он сексуален, уверен в себе и чувствует себя здесь комфортно. Мне это слишком нравится.
– Ты имеешь в виду, что сам какое-то время не сможешь встать.
– И я – тоже.
Поворачиваясь у него на коленях, я опускаю обе ноги по одну сторону от его, предлагая ему смор. Он обхватывает его губами, откусывая изрядный кусок, все это время не сводя с меня своих глаз цвета океана.
Ух ты. На открытом воздухе – и такое чувство клаустрофобии.
Кусочек зефира падает ему на подбородок, и я, не задумываясь, вытираю его большим пальцем. Но прежде чем я успеваю слизнуть крошки, он хватает меня за руку и берет мой палец в рот, чтобы слизать остатки.
У меня перехватывает дыхание, когда теплый язык кружит и посасывает мой большой палец.
Игра. Подделка. Притворство.
У него отлично получается изображать из себя бойфренда, и если я не буду продолжать напоминать своему романтичному сердцу правду, меня ждут неприятности.