Глава 9
...Зачем променяли вы ребра скал,
И шепот вещей пещеры,
И ропот моря у гордых скал,
И пламенноликие сферы-
На тесную башню над городом мглы?
Со мной, на родные уступы!..»
И клекчет Сивилла : «Зачем орлы
Садятся, где будут трупы?»
«На башне» Вячеслав Иванов
Спустя неделю, как в доме поселилась Пенни, троица сидела на кухне. Тим, смакуя, попивал кофе, тщено стремясь не думать о рассказанном случай с Брайном и Пен, о котором мы только что повествовали выше, смотрел на горящую ароматическую палочку с запахом лаванды. Маерс криво пытался сделать омлет, а точнее, завернуть его во время жарки в рулет, но еда превращалась в кашу, он лил слишком толстый слой. Прожигал стыд из-за случившегося, он не смотрел в глаза девушки. Та жевала глазунью, попутно долиставая последние страницы первого тома «Отверженных», и вела себя как ни бывало, чувствуя себя соотвественно. Тим завёл разговор о последних новостях, невольно косясь на девушку.
-Слышал о новой выходке Безумного Билла? На днях он выскользнул из лап ФСБ, вместе с Лью. Идиот, единственный кто по серьезке засветился у копов.
-Хах, не удивлён.
-Да уж. На него анонимно настучали, однако он подставил другого парня, его активно допрашивают, теперь выкроился момент чтобы нормально бежать.
-Он смылся в особняк?
-Нет. Там его ждёт Диана и Бен, кстати, может он и настучал, кто знает, Билла раздерут на кусочки, если он заявится.
-А, да. Хотя ты помнишь, когда его это останавливало?
Повисло молчание. Тим отглотнул из чашки и на лице промелькнула улыбка.
-Пен, не ёрзай. Что-то мне подсказывает, что ты опрокинешь тарелку.
-Ты гадалка? У меня осталось лишь две страницы.
-Как хочешь, тебе осколки подметать. Это Гюго? Не ожидал.
-А что, думал? Мыльная опера в семьсот страниц?
-Наподобие. Литературы для девочек как грязи, особенно романов про «не таких как все серых мышей» и гроз района, гадость. Хотя, мне кажется, отдельным персонам парочка Мариуса и Козетты видится не выгодней. Я больше переживал из-за несчастного старичка Жана, а не за этих «святых» одуванчиков, где она – неподвижная фиалка, никакая, кроме как прекрасная, и ущербный в своих убеждениях Мариус, поглощённый в пучину бесконечных чувств.
-Соглашусь, вы сколько томов прочитали?
-Два. Боже упаси, не говори со нами на «вы», у нас не тридцать лет разница в возрасте.
-Извини, случайно
-На днях ждал человека у стендов любимого книжного, практические книги для девочек стали угасать в популярности, верно? Как встретить нежданных гостей, собраться на первое свидание и прочее.
-Не удивительно. Такой мусор с лихвой есть в интернете забесплатно, он перерождается на ютубе, твиттере, и вот, грезят времена, когда встречать нежданных гостей будут не кофе и лестью, а честной фразой, чтобы они катились куда дальше. И это чудесно, прогресс не бывает лишним.
Парень улыбался. Брайн как свидетель преступления следил за обоими, боясь вмешаться. Давно так не было с Ридом. Вежливый тон, искры в глазах, внезапная ухищрённая любезность, хех, она понравилась и ему, сомнений нет, он так петушился перед симпатичными ему девочками года два назад. На что он надеется? Но может, он просто так, на старости лет?
-Ты за феминизм? – перескочил тот.
-А вы?
-Ещё как.
-Ого.
-Я поддерживаю многие позиции феминизма, но с некоторыми спорю в душе.
-Не без этого. Меня тоже не устраивает, например, красная нить наивности, особенно в радикальном феминизме и собственные противоречия в себе и своём прежнем социуме. Мне не комфортна, порой, странноватая напористость, ну типо, ты невинна в 17? Ты что, жертва домогательств? Были абьюзивные отношения? Я вот дрочу с 13, с тобой точно всё окей? Да не бойся, всё хорошо, откройся мне.
Отголоски возвышенность и язвы в тоне Пен окончательно изчез и парни невидимо вздохнули, что с ней можно говорить как со своей.
-А вы невинны? – хитро ухмыльнулся тот.
-А вы бы сказали по виду, - стрельнула похожей ухмылкой и взглядом Пен. Свидетель их разговора подкипал. От бесстактности в том числе. Мадонную в шутку назвали шлюхой. Брайн понимал, что это нарочитая провокация, но гневу это не объяснишь, от того Маерс и обжигался горячим кофе, будто физическая боль могла затушить его конфликт, и быстро ел, чтобы смыться.
-Внешность обманчива, теряюсь в догадках. А как на самом деле?
-Это не так важно.
-Хах, ну как скажете, - нервно хохотнул он. Маерс чуть не заржал с этого нелепого смешка. Девушка закусила губы, избегая засмеяться с Брайном, хотя в её исполнении жест выглядел как подтекст с эротикой.
-Ну, общество не в восторге от тех, кто слишком выделяется, а экстремальная открытость пугает. Можешь подробней рассказать о том, что было до первого преступления, так выразимся? Нам ведь жить под одной крышей более пяти месяцев, хочется чуть больше знать прежнюю жизнь, я могу тоже отвечать на подобные просьбы.
-Не поспоришь. Одноклассников я напрягала или же привлекала, ещё пару лет назад всё было боллее-менее хорошо, а до я с детства, кажется, ощущала себя странной тенью, были друзья, предки не волновали, так как почти жили в Японии, с учёбой ровно, однако, когда они вернулись с командировки, я видела их каждый день, и сломалась. Они меня стебали, корили, ругали, били, унижали, я не устраивала их внешней бесспечной оболочкой своей жизни, да и у них самих были личные проблемы, а я – классная игрушка, чтобы срывать обиды, злость, страх, что они и провернули. Я ведь ребёнок в богатой семье, которого лишат наследства, внимания, проманипулируют великим множеством способов и я молчу. Отчаянье, беспомощность и неспособность сбежать от этого уничтожали меня, родители прикрепили меня к себе, как каторожника к тюрьме, и считали, что это – абсолютно нормально. У тебя всё есть, заткнись, ну иди, плачь, плачь, сегодня просто так бесит твоя причёска, просто так бесит твой нос, твои оценки, твой размер одежды. Почему я должен сдерживаться, к чему? Энергетические вампиры. А от друзей- одно слово, не более. Они не слушали мои проблемы, не поддерживали, не защищали от нападков остальных, я сознательно отдалилась от них и осталась одна.
Она активно дестикулировала, речь была сумбурна, так как она не могла больше держать эту невыраженную копилку чувств. Тим кивал в такт речи, держа зрительную связь.
-Твою мать, я тебя так понимаю, без шуток. У меня было похожее. Я не мог понять, почему я бешу своих предков, старался угодить им, делал им больно в ответ, но они всегда были холодны. Папа – успешный адвокат, мам- успешный врач, они жили работой. А я – дополнение к семейной фотографии. Возможно, они были нарциссами, я не знаю и знать не хочу. Советов давать не буду, кроме как сходить к психологу. Оторвусь от темы, что за духи сейчас на тебе? Я чую их даже через лаванду, и прямо бьёт по моей памяти.
-Духи? – удивлённо уточнила Пенни, кинув взгляд на Брайна. В том десять раз перевернулась смесь эмоций к ней, как в быстрой стирке, и от нового русла беседы он стал успокаиваться. Нет, вероятней, Тим просто встретил человека, который вытянит его из трясины депрессняка, как это когда-то сделал я.
-Да. Он мне знаком, но я не помню, где. Такой изящный, тонкий аромат старой пудры и белого мускуса, ванили.
- Tendre, от Lalique.
-А, верно. У моей первой девушки долго был именно он. Получается, ты ни с кем не состояла в отношениях?
-Ну, отношения бывают разные, деловые, например.
Она опять сверкнула наивным оскалом, как когда они её впервые шарили глазами.
-Безусловно.
По Тиму даже прошлись красные пятна, он окончательно допил кофе, чтобы обдумать следующий маневр словом.
-Но все тут секут, о чем речь. Нет, и не стремлюсь, как минимум, ни к чему слишком близкому.
-Близкому, в каких смыслах? Боитесь уколоться об ошибку?
-Во всех, а кто не хочет плакать?
-Тот, кто не рискует, не пьёт шампанского.
-Через любой закон можно найти обходной путь.
-Тимоти Рид, прекрати домогаться до девочки, ты явно староват для неё, её тянет играть, а не строить гнёзда, - иронично вмешался Брайн. Или всё-таки... Напарник оттянулся назад, слегка залившись краской.
-Кто бы говорил.
-А что?
-Ой, ничего.
-Ой, давай без ничего.
-А давай без давай.
Пенни захихикала и вскоре ушла к себе, оставив умирать их от стыда, вызванным катаклизмом её слов, глаз и улыбки.
Тим сразу открестился от своих ощущений, Брайн не умел этого делать.