ПРОСТО МЫ НАУЧИЛИСЬ ЖИТЬ 2

Яна, но... На этот раз не тишина, а короткие гудки, оставили Женю в состоянии глубокого шока. Что за черт там происходит?-Что случилось? -Быстро спросила Марина. -Она там?-Погоди, -Женя снова набрала номер, и стояла, слушая теперь уже длинные гудки. Дослушав до «абонент не отвечает, вы можете оставить сообщение», она бросила телефон на стол и посмотрела на Марину. -Знаешь... Похоже что ты была права, и она действительно там. Только что-то странное происходит -Янка велела мне купить билет на самолет и лететь в Питер. Наверное, что-то случилось. Маринины глаза широко раскрылись. Она вся подобралась, готовая сорваться с места. -Мы должны лететь туда сегодня. Собирайся скорее! -Успокойся, -отмахнулась Женя, -сегодня мы никуда не полетим. Мне нужно оформить отпуск, отвезти Лёку к отцу, и решить еще миллион мелких дел. Поедем завтра. -Но как ты не понимаешь, что это важнее! -Это тебе важнее, -отчеканила, -а мне важнее оставить мою жизнь здесь так, чтобы она не полетела к чертям, пока я снова буду мотаться непонятно куда и непонятно зачем. Они смотрели друг другу прямо в глаза, и Женя невольно поймала себя на том, что глаза-то прежние -глубокие, коричневые, как затягивающее болото, в котором так страшно утонуть. Вот только тонуть больше не хотелось. -Ладно,-сдалась Марина, -завтра так завтра. -И еще кое-что, -добавила Женя, -мы не полетим, а поедем поездом. -Ты с ума сошла? -Взвилась, вскочила на ноги, возмущенная. -Это же еще сутки! -Да, это еще сутки. Зато в два раза дешевле. А я что-то не видела у тебя в руках чемодана, набитого деньгами. Возразить на этот аргумент было нечего. Марина сникла, кивнула и засобиралась к выходу. Глядя на её опущенные плечи, на поникшую спину, Женя вдруг почувствовала нечто, очень похожее на жалость. -Успокойся, -сказала она, стоя уже на пороге и готовясь закрыть дверь, -жила же она как-то без тебя эти годы. И еще пару дней поживет. Всё будет нормально. Найдем. Марина молча посмотрела в Женины глаза, и этот взгляд она не смогла прочитать. Смела его ресницами, и захлопнула дверь.

Глава 5.

-Позволь уточнить, -сказал Алексей, нервно теребя в руках мобильный телефон и прикусывая нижнюю губу, -хочешь сказать, ты... знала?-Да. Инна оставалась суть воплощенное спокойствие. Её голубые глаза смотрели на Лёшу просто, искренне и без малейшей тени волнения. Лёша же ерзал на стуле, приподнимался, опускался снова, его взгляд метался от лица Инны до меню, лежащего на краю столика, ускользал в тарелку с салатом, и снова возвращался к лицу. -Но... как же так? -Наконец, спросил он. -Выходит, всё было зря?-Лёша... -Инна вздохнула, и первый раз за весь разговор по её лицу проскользнула тень. -Конечно, нет, всё было не зря. -Подожди. Я правильно понял? Лиза тебе изменяет, и ты об этом знаешь. Верно?-Верно. -Выходит, зря. Стоило разводиться со мной и уходить к тебе, если в итоге всё началось заново... -Нет, Лёш. Ты не прав. Ситуация между нами в корне другая. Подошел официант, бесшумно поменял пепельницу, поправил развалившиеся салфетки и, улыбнувшись, поинтересовался, не хотят ли «мадам и господин» пересесть на террасу. Инна улыбнулась ему в ответ, а когда он, наконец, отошел, продолжила: -Это не «заново», да и нет никакого «заново», ведь то, что происходит с нами, всегда происходит первый раз. Это мы, глупенькие, ищем аналогии из прошлого и пытаемся действовать соразмерно им. А на самом деле всё и всегда происходит впервые. -Так... Перестань съезжать с темы, -Лёша постучал вилкой по столу и с отвращением отодвинул тарелку -есть ему расхотелось совершенно, хотя когда час назад он уговаривал Инну на часок покинуть дачу и съездить перекусить, ему казалось, что подай ему на тарелку жареного слона -и того съест, да еще и добавки попросит, -не нравится мне вся эта история. Получается, ты готова принять то, что она спит... с кем там она спит?-Леш, успокойся, -от веселого Инниного смеха Лешу почему-то передернуло, -какая разница, с кем она спит, да еще и не факт, что спит, кстати -может быть, только собирается. -В смысле, ты не знаешь точно?-Да пойми ты -для меня это не имеет никакого значения. Понимаешь?Нет, он не понимал. Не мог понять, уложить у себя в голове -как это так? Как это может не иметь значения? Ведь это же измена, это же ужасно, когда ты знаешь, что твою женщину кто-то другой трогает, целует, ласкает. Что она любит этого... другого. Держит его за руку, теребит волосы, кофе ему наливает. Это же... конец света, так?-Не так, -Инна перестала смеяться. Она тоже не притронулась к еде, но зато непрерывно, большими глотками, пила чай. Солнечные блики, падающие в выходящее на море окно, играли зайчиками на её белом сарафане и рассыпавшимся по загорелым плечам светлым волосам, -Лёш, я просто думаю, что любовь и отношения -это не всегда одно и то же. Мы очень любим друг друга, но, видимо, немного устали за эти годы, только и всего. -Вернее, Лиза устала,так? Ты же не пошла налево в поисках развлечений. Или ты тоже?-Нет, я никуда не ходила, -она снова начала улыбаться, -но это только потому, что мне не хочется никуда ходить. -А ей, выходит, хочется?Дурдом. Воплощенный дурдом с этими бабами. Во всех книгах, журналах и кино рассказывают, что мужчины полигамны, а женщины моногамны. Что мужчины не могут жить, не изменяя, а женщинам только одного партнера и подавай. А оказывается как? Всё наоборот?В Леше закипала ярость. На секунду он забыл, что Лиза давно не его жена, что уже несколько лет она живет с Инной и что всё это -совершенно не его дело. Вопреки здравому смыслу он снова чувствовал себя обманутым и преданным. Так, будто вернулся домой, а там она -любимая, единственная, и с другим. Или... с другой?-Это опять женщина? -Выпалил он. Инна не ответила, только снова улыбнулась,и улыбка эта не была такой веселой как раньше. Видимо, ей всё-таки было больно, было, еще как было! Только скрывала это старательно. Но Лешу не проведешь, слишком давно он её знает. Ярость прошла, уступив место сочувствию. Он перегнулся через столик, неловко погладил Инну по плечу и пробормотал, что всё наладится. -Да всё хорошо, Лёш. Правда. Я далека от идеи запереть любимого человека в клетке своей любви. Если ей захочется уйти -пусть уходит. Если захочется остаться -пусть остается. Это же Лизина жизнь, а не моя -и она имеет право строить её так как ей хочется. -А как же ты?-А я буду строить свою. Пойми, Лёш, невозможно обрести счастье ценой несвободы любимого человека. Верность -это когда я не хочу изменять, а не когда хочу и не делаю этого. -Значит, ты считаешь, что нужно идти на поводу любого своего желания? -Возмутился Лёша. -Зачесалось -и вперед?Инна поморщилась, но извиняться он не стал. Подумаешь, тоже мне, интеллигентная штучка. Слово как слово, ничего неприличного. А то что получается? Явление есть, а слова нет? Так не бывает, ясно?-Ты готов меня послушать или хочешь просто поругаться?Вопрос Инны застал Лешу врасплох. Он принялся наконец есть салат и задумался -а правда, чего он хочет добиться этим разговором? Сбросить пар или прояснить для себя что-то, чего, кажется, не понимает, но что понимает взрослая и умная Инна?-Я слушаю, -подавившись и откашлявшись, наконец, сказал он, -говори. -Хорошо, -Инна сделала рукой привычный жест, поправляя волосы и продолжила, -Лёш, я не считаю, что нужно идти на поводу у любой идеи, которая возникнет у тебя в голове. Я считаю всего лишь, что нужно следовать своим желаниям, неся при этом полную ответственность за их осуществление и соизмеряя их прежде чем выполнять. -Что? Прости, я... -Я объясню. Не бывает в человеке только одного желания в один момент. Это было бы слишком просто. Обычно их гораздо больше. Например, я хочу поцеловать эту симпатичную официантку и при этом хочу быть верной женой. Понимаешь? Два желания, взаимоисключающие друг друга. И я просто выбираю, какое желание для меня важнее, только и всего, и осуществляю его. -А если они равнозначные?-Тогда я просто ничего не делаю. -А смысл? Что от этого изменится? -Лёша слушал зачарованно, даже про еду опять забыл. -Измениться может многое -например, одно из желаний всё-таки станет сильнее. Или появится третье, которое пересилит эти два. Или одно из них исчезнет. Да всё что угодно может быть, на самом деле. Важно, что это будут МОИ желания и МОЁ решение. И целуя официантку, я буду знать, что вечером мне правда будет трудно смотреть жене в глаза, но это будет моя ответственность и я буду к ней готова. С этими словами Инна поставила на стол опустевшую чашку, подмигнула Леше, и достала из сумки мобильный телефон. -Давай расплачиваться и поехали, -сказала она, -меня беспокоит, что Даша так долго вдвоем с дедушкой -как бы они там дом совсем не разнесли в своих буйных играх. Лёша молча кивнул и позвал официанта. Ему было нечего сказать.

Глава 6.

Даже перед родами она не нервничала так сильно. Волнение стучалось в виски, пробегало по рукам и заканчивалось в дрожащих кончиках пальцев. А после звонка Леши к волнению добавилась еще и злость. -Я понял, что ты приняла решение, и переубедить тебя невозможно, -сказал он холодным страдальческим тоном, который так и кричал: «Ты виновата! Ты плохая мать!», -но хочу, чтобы ты знала: ты совершаешь большую ошибку. Она не выдержала тогда, и раскричалась в ответ. О том, что если уж он всё понял и не хочет переубеждать -зачем тогда звонить и говорить все эти ненужные слова? Зачем давить на чувство вины и чувство жалости?Как будто она без него не чувствовала себя плохой матерью. Как будто она и без него не чувствовала, что совершает ошибку. После Лёши позвонила Кристина, сообщить, что они с Толиком не смогут отвезти её на вокзал, потому что машина сломалась, и Толик повез её в автосервис. Затем -Инна, с пожеланием удачи и новостью о том, что хочет забрать Лёку на выходные на дачу, а Лёшка сопротивляется, потому что его родители не справятся с двумя активными детьми сразу. После -директор школы с сообщением, что Евгения Васильевна, конечно, оформила отпуск на месяц, но пусть имеет ввиду, что по возвращению вполне может получить уведомление об увольнении. А когда окончательно выведенная из себя Женя в сердцах выключила мобильный и швырнула его на кровать, зазвонил городской и Марина тихим и печальным голосом сообщила, что лучше бы им было полететь на самолете, потому что на улице страшная жара и в вагоне -хоть и купейном -они умрут от перегрева. -Ну и прекрасно! -Заорала в ответ раскрасневшаяся и растрепанная Женя. -Так ты еще быстрее найдешь Лёку -она обязательно приедет на твои похороны. И бросила трубку. Она стояла посреди комнаты, окруженная разбросанными по полу вещами, и намеревалась заплакать. Но многолетняя привычка сначала делать, а потом думать, взяла верх, и помогла собраться. Сглотнув непрошенные слезы, Женя покидала в чемодан нужные вещи, остальные кое-как распихала по полкам, перекрыла воду, газ, несколько раз проверила утюг, натянула на себя старые шорты и майку, и -уже немного успокоенная -вызвала такси.