цена высоты
Ледовый дворец опустел к восьми вечера. Белые лампы под потолком ещё гудели, отражаясь светом в идеально ровной глади льда. Коридоры затихли, двери раздевалок закрылись, и даже звук сушилок в ботиночных комнатах казался далёким.
Дина вышла на лёд, чувствуя, как холод поднимается по конькам выше, чем обычно.
Пустой каток всегда ощущался иначе — будто лед становился живым, слушал каждое движение.
Она глубоко вдохнула, привыкая к тишине.
— Ну что, не передумала? — раздался знакомый голос.
Илья Малинин лениво выехал из тени, уже в коньках, держа руки в карманах худи. Волосы взъерошены, на лице — фирменная насмешливая полуулыбка.
— А ты что, надеялся, что я сбегу? — Дина вскинула бровь.
— Да, — невозмутимо ответил он. — Был шанс процентов… ну, семьдесят.
— Очень смешно.
— Я стараюсь.
Он скользнул вперёд, будто лёд сам подталкивал его. Остановился рядом, слегка наклонив голову, изучая её, как тренер перед важным элементом.
— Значит так, Миреева. Сегодня никаких драм, слёз, разрушений мирового порядка?
— Ты слишком много о себе думаешь, — буркнула она.
— Я вообще-то спасаю твою спортивную карьеру, между прочим, — с самым серьёзным видом сказал он и щёлкнул пальцами. — Ладно. Пойдём.
***
Разминка
Первые пятнадцать минут прошли почти спокойно. Почти.
Илья поправлял каждое движение:
— Корпус выше.
— Руки собери.
— Ты опять съезжаешь.
— Центр, Дина, центр держи, а не мысли о том, как меня придушить.
На последней фразе она закатила глаза.
— Если бы я захотела тебя придушить, я бы…
— Ооо, — ухмыльнулся он. — Так ты уже продумала план?
— Замолчи и показывай заход, Малинин.
Он лишь рассмеялся, мягко и солнечно, как всегда, и прыгнул идеальный 4А — лёгкий, летящий, будто его тело было создано для воздуха. Дина смотрела, не мигая.
— Твоя очередь, — сказал он, скользя мимо.
Она сглотнула. То, что днём получилось случайно, сейчас казалось чем-то огромным.
Но она заехала. Собрала корпус. Почувствовала скорость.
Прыгнула.
Воздух прожёг лёгкие.
1,5… 2,5… 3,5… попытка на 4…
Падение.
Жёсткое, громкое. Спина пронзила боль.
Илья тут же подъехал.
— Ты жива?
— Жива.
— Жаль. Был шанс завершить тренировку по неотложке.
Дина стукнула его рукой в колено.
— Ай!
— Перестань ехидничать.
— Ладно, — он улыбнулся мягче. — Поднимайся. Ты реально почти докрутила. Нужно чуть раньше собирать ось и не терять плечо.
Он протянул ей руку, и она, стараясь не показывать сму
щения, взяла её. Тепло от его ладони прожгло перчатку.
***
Второй подход
— Давай ещё раз, — сказал он, отъезжая назад. — Но не вздумай бояться высоты. Прыгай, или хочешь чтобы я смотивировал?
— Ты?
— Например, я. Я вообще универсальный мотиватор.
Дина заехала на скорость, чувствуя, как в груди поднимается раздражение… и азарт.
Он смотрел на неё, стоя у бортика, с очень раздражающе уверенным видом.
Прыжок.
Обороты.
Падение снова — но мягче.
Илья одобрительно кивнул.
— Уже лучше. Ты поняла, что можешь?
— Поняла, что хочу тебя ударить.
— Отличный показатель прогресса!
***
Третий заход
Дина стояла на дальней стороне катка, дыша глубоко.
Мышцы гудели. Лёд холодил носки. Внутри — бешеный пульс.
— Миреева, — крикнул Илья, — только попробуй сделать половинчатый заход, и я заставлю тебя потом ещё вращения отрабатывать!
Она развернулась к нему:
— Ты вообще тренер или палач?
— Сегодня — оба.
И вот она снова разгоняется.
Скорость — выше, чем когда-либо.
Воздух — хлёсткий.
Мышцы — в тонусе.
Прыжок.
1… 2… 3 оборота… попытка на 4…
Падение, но в этот раз — на ноге, через шаг, почти удержала.
Тишина.
Илья почти не дышал.
— Ты это видела? — сама Дина прошептала.
— Я это видел, — серьёзно ответил он. — Ты… ты сейчас реально была в миллиметрах от чистого 4А.
У неё закружилась голова — от адреналина, усталости и ощущения, что она может реально перепрыгнуть свой предел.
— Илья… — начала она тихо.
— Да?
— Думаешь… получится?
— Если ты будешь продолжать так же — да. Ты и сама это чувствуешь.
Он прищурился, наклоняя голову.
— И не смей думать, что я скажу тренерам «да», пока ты не сделаешь хотя бы один заход без падения. Моё разрешение ещё нужно заслужить.
Дина фыркнула, но уголок губ предательски дрогнул.
— Малинин, я согласилась на это только от скуки… — бросила она, закатывая глаза, но голос выдавал лёгкое волнение.
Илья лениво закатил свои глаза в ответ и улыбнулся — ярко, дерзко.
— Просто признайся, что тебе нравится со мной тренироваться.
Дина отвернулась, чтобы он не увидел, как сильно покраснели её щёки.
И заехала на следующий заход.
***
Дина сделала ещё один заход, но снова сорвалась на третьем обороте. Конёк скользнул по льду, она приземлилась на колено и выругалась сквозь стиснутые зубы.
Илья зацепился руками за бортик, наклонился вперёд и громко сказал так, чтобы точно достало:
— Ну что, Миреева, может, ты сегодня просто решила изображать декоративную подушку? Много падаешь, мягко выглядишь — эстетика на уровне.
Она резко подняла голову.
— О да, спасибо за экспертное мнение. А ты сегодня изображаешь кого? Ходячую самооценку размера XXL?
Илья расплылся в улыбке, той самой — дерзкой, солнечной и чуть вызывающей.
— Главное, что у меня она есть. А у тебя — прыжок. Ну, иногда. Раз в эпоху.
Он скрестил руки. — Давай, покажи уже хоть раз, что умеешь.
— Специально для тебя, — процедила она, разворачиваясь.
Она отъехала на дальнюю сторону катка.
Сарказм внутри превратился в огонь.
"Так. Он хочет колкости? Будет ему."
Дина глубоко вдохнула.
Плечи собрала.
Корпус — вперёд.
Скорость — растёт, растёт, растёт…
Илья смотрел, не отрываясь.
***
Прыжок
Заход был безупречно резким.
Она чувствовала, как тело словно само знает всё:
рука назад, лёд под лезвием поскрипывает, воздух натягивается вокруг неё как струна.
Прыжок.
1 оборот.
2 оборота.
3,5…
4 оборот — она держит, держит, держит ось…
Приземление. На одной ноге.
На секунду — идеальный баланс. Чистый, настоящий четверной аксель.
А через долю мгновения — будто нож вонзился в бедро.
Та самая боль.
Та самая, которая осталась после падения на ЧР.
Та, о которой она молчала всем.
Нога дрогнула, вышибая воздух из лёгких.
Она шагнула, словно удержалась…
и только потом вернулась в выезд.
Она улыбнулась. Победно. Дерзко. С вызовом.
Но рука невольно легла на бедро — быстро, почти незаметно. Почти.
Илья буквально подпрыгнул на месте. — Ты сейчас… Ты реально… Ты его прыгнула?!
Он подкатил к ней так быстро, что едва не столкнулся.
— Миреева, ты понимаешь, что это было ЧИСТО?! Это… Это был 4А!! Настоящий!! Да ты—
Он оборвал себя.
Лицо Дины на мгновение дрогнуло.
Не от гордости — от боли, прожигающей бедро до самой кости.
Она заставила себя выпрямиться.
— Ну? — с вызовом сказала она, скрывая дыхание. — Заслужила твоё разрешение?
Илья прищурился.
— Заслужила. Более чем.
Он улыбнулся… но его взгляд стал цепким, внимательным. — Только объясни мне одну вещь.
Он посмотрел вниз — на её руку, которая всё ещё едва заметно сжимала бедро.
— Почему ты кривишься?
Дина вздрогнула, резко отдёрнула руку.
— В смысле? Я? Кривлюсь?
— Ты думаешь, я не вижу?
— Я просто… выдохнула. Нормально всё.
Она сделала шаг назад, стараясь поставить ногу ровно, но слабая дрожь прошла по бедру, словно молотом ударило внутри.
Она почти не моргнула — удержала выражение лица идеально.
Но Илья не купился.
— Дина.
Голос стал низким и серьёзным.
— Что с ногой?
— Ничего.
— Ты врёшь.
Она отвела взгляд.
— Малинин, — сказала спокойно, но жёстко, — не порть момент, а? Я только что прыгнула 4А. Радуйся.
Он медленно выдохнул.
— Я рад. Но я не идиот. И не слепой.
Она улыбнулась — хрупко, но уверенно.
— Вот и хорошо. Тогда давай просто продолжим.
— Ты не сможешь продолжить, если…
— Смогу.
Она встретила его взгляд прямо. — Илья. Я сказала, что всё нормально.
Мгновение.
Он смотрел на неё долго.
Слишком долго.
И только затем тихо сказал:
— Ладно. Пока верю. Но если я ещё раз увижу, что ты прихрамываешь — ты мне сама всё расскажешь.
Дина ухмыльнулась:
— С каких это пор ты командуешь мной?
Илья усмехнулся в ответ:
— С тех пор, как ты решила прыгать самый опасный прыжок в мире рядом со мной.
Он развернулся, отъехал назад.
— Давай, Миреева. Покажи ещё раз. Если сможешь.
Её сердце болезненно дернулось — но не от травмы.
От того, что он увидел слишком много.
И всё равно — она заехала на следующий прыжок.
Потому что признаться — хуже, чем упасть.