Мой милый демон [H.S.]

Страх. Наверное, это единственное чувство, которое я испытываю по отношению к своей семье. Я боюсь их потерять. Мне страшно за нашего маленького сына и за мужа. Мне всё время кажется, что их хочет кто-то забрать. Естественно, я этого не позволю. Но я действительно переживаю. Несколько ночей подряд я не могу заснуть от чувства страха. Мой муж даже не знает об этом. Вернее, догадывается, но молчит. Он понимает, что я всё равно не скажу правду. Я поделилась этим с подругой, но и она, и Луи списали это на нервы. Самое ужасное то, что тебе не верят.
Томми много капризничает, словно чувствуя мою нервозность.

Вот и сейчас, Томас плачет, понимая, что я ворочаюсь от кошмаров. Не успеваю встать, так как Гарри стоит уже возле кроватки, а после берёт сына на руки.

— Эй, малыш, всё хорошо, - тихо говорит муж.

— Ма-ма, - единственное, что может сказать наш ребёнок.

Он начинает снова плакать, когда Стайлс хочет положить его в кроватку.
Быстро встаю, прежде чем забираю сына из рук мужа.

— Мама здесь, всё хорошо, - успокаивающе произношу я, чувствуя на своей пояснице сильную руку.

Гарри целует мою щеку, но всё же забирает Томми и несёт в нашу кровать. Он знает, что сейчас это единственный способ успокоить нас всех.
Как только сын лежит уже в кровати, муж подходит ко мне и протягивает маленький стакан с какой-то жидкостью. Он меня отравить  захотел?

— Хей, детка, о чем ты думаешь? Это всего лишь успокоительное, - Стайл говорит это слегка обиженно, но заметно расслабляется, когда я выпиваю это.

Ладно, вся нервозность словно исчезает. Наверное, давно надо было это сделать. Но всё равно на душе как-то неспокойно. Буквально через десять минут я успокаиваюсь, а вскоре и засыпаю, под мерное дыхание своих любимых мужчин.

Просыпаться от того, что ребёнок плачет — наверное, извечная проблема всех родителей. Мы с мужем подскакиваем одновременно. Пока он направляется разогреть молоко, я беру сына на руки.
Гарри появляется в комнате спустя несколько секунд. Всё-таки иногда хорошо, что у тебя муж — демон.
Он помогает мне накормить ребёнка, после чего несёт его в ванную, чтобы искупать.
Слышу в своей голове крик и понимаю, что мне нужно идти. Вот только так, чтобы Томми меня не видел. Он до сих пор проделывает такие шутки, не пуская маму драться с каким-то демоном. Ладно, сейчас самое время.

Быстро перемещаюсь и вижу демона, который хочет убить молодую девушку. Быстро обездвиживаю его, после чего невинная успевает убежать.

— Томми, куда ты... О, теперь всё понятно, - я оборачиваюсь, чтобы увидеть сына, сидящего на руках моего мужа.

Гарри недовольно смотрит на меня, прежде чем маленьким движением пальца испепеляет демона. Хей, я ведь хотела развлечься.

— Видимо, наш сын чувствует, когда его мамочка собирается кому-нибудь надрать зад, - усмехается Стайлс, оставляя поцелуй на щеке ребёнка.

Я вздыхаю, когда осознаю, что Томми не проведёшь. Конечно, я горда за это, но когда речь идёт о спасении чьей-то жизни, то я не могу игнорировать.

— Почему ты не сказала о том, что собираешься делать? - интересуется Гарри, когда мы оказываемся дома.

— Потому что тогда мой сын закрыл бы мне доступ. Первый раз это проявилось, когда я была беременна всего пару недель, - отвечаю мужу, и делаю глоток вина.

Хорошо, что я больше не кормлю грудью, поэтому могу успокоиться таким способом.
Замечаю на лице Стайлса тень гордости и знаю, что он хочет сказать, но не успевает, так как появляется наш общий друг.

— Ребят, я только что из подземного мира, поэтому говорю сразу: у нас проблемы.

Не сговариваясь, мы с мужем одновременно подскакиваем, готовые уже отдать жизни, чтобы спасти сына, или друг друга.

— Не хочу вас пугать, но я только из Подземного мира. И я услышал, что твои друзья, Стайлс, хотят убить твоего ребёнка. Или забрать.

Ну, это точно через мой труп.

— Они мне не друзья, - рычит мой муж, постепенно успокаиваясь, когда я начинаю гладить его по спине.

Я слышу все его мысли. Как только он вернулся наша связь начала восстанавливаться, а когда поженились, то наоборот усилилась. Порой нам и не нужны слова, чтобы понять друг друга, но чтоб не забывать язык, приходится разговаривать.
В своей голове, Гарри уже перебирает варианты, как нам спасти сына и насколько мучительно убить их.

Это какими же нужно быть ублюдками, чтобы тронуть беззащитного ребёнка?
Ну, ладно, наш сын не настолько беззащитен, но пока мы живы, его никто не посмеет тронуть. Потому что мы убьём любого прежде, чем он успеет даже подумать об этом.

Теперь понятно, почему у меня была повышенная нервозность. Именно из-за этого я не могла спать несколько дней. И думала, что же произойдёт.
Ну, что ж, выбора у нас не особо много, поэтому лучшая защита — нападение. Конечно, они ожидают, что мы придём за ними, но не знают когда. Мы сделаем это тогда, когда они будут уязвимы. Мы запрещаем Луи идти с нами, потому как кто-то же должен будет воспитывать его дочь и нашего сына, если мы не выживем. После долгих криков и споров, мы решаемся отправиться ночью. Тем более в это время, Томми будет спать. И нам будет легче уйти физически, но не морально. Осознание того, что наш сын может потерять одного из родителей, а то и сразу двоих, буквально тревожит нас. Но у нас нет другого выхода. Мы должны защитить своего ребёнка.

— Знай, что я люблю тебя, Бетани. И что бы ни случилось, я всё равно найду способ спасти нашу семью.

Гарри обнимает меня, оставляя страстный поцелуй на моих губах. Он целует так, словно это последний раз. О, ладно, это и есть последний раз. Это Сообщество гораздо сильнее нас, поэтому вряд ли мы выберемся живыми. Нам поможет только чудо.

Смотрим на своего сына и исчезаем прежде, чем он бы проснулся. Хорошо, что мы оставляем его на тех, кто сможет о нем позаботиться.

Перемещаемся в Подземный мир, сразу хватаясь за руки. Гарри уверенно ведёт меня по этому лабиринту, как я мгновенно чувствую, как подступает моя нервозность. Слышу в голове плач ребёнка и понимаю, что наш сын проснулся. Он хочет увидеть родителей, но не думаю, что это возможно. Благо, с ним сейчас Луи и тот не допустит, чтобы с Томми что-то случилось.

Заходим в помещение и видим группу людей. Ладно, их больше, но мы должны справиться.

— В чью голову пришла идея тронуть моего сына? - грубо спрашиваю я.

Один демон поворачивается, прежде чем начинает ухмыляться.

— В мою, ведьма. Не надейтесь, что сможете защитить своего драгоценного ребёнка. Мы сделаем его злым, а если не получится, то убьём.

Ублюдок.

Не отдавая отчёт своим действиям, я испепеляю его, чувствуя, как на душе становится теплее.
Гарри сильнее сжимает мою руку, словно предупреждая, но я уже не могу контролировать себя. Мне хочется уничтожить каждого.
Сначала на нас нападают поодиночке, но мы с лёгкостью отражаем всё. Вот они решают объединить свои силы, прежде чем отбрасывают нас в разные стороны. Ладно, это уже больно. Мы буквально терпим поражение. Моё предплечье задевает молния, но моему мужу хуже. Он ранен в живот. Самое ужасное чувство — это осознание того, что твой любимый страдает, а ты бессилен.
Стайлс изо всех сил пытается забрать мою боль, но я не позволяю.

— Я люблю тебя, - говорю Гарри, прежде чем схватить его за руку.

Злость распространяется по всему телу, когда в моего любимого демона снова прилетает молния, и он уже не может держаться на ногах. С помощью проекции, я испепеляю парочку демонов, но они слишком сильны и их больше.

Слышу на этот раз уже не плач, а крик нашего сына, и понимаю, что у ребёнка уже истерика, но мы не можем уйти. Моё сердце обливается когда кровью, когда чувствую всю боль, что испытывает наш малыш.

— Томми... - говорю своему мужу, который потихоньку восстанавливается, но очень медленно.

— Я слышу, - стонет он.

Уже не знаю, что делать. Я буквально разрываюсь между тем, чтобы помочь Гарри, отражением оружия от себя, или уничтожением очередного демона. По моей руке течёт кровь, она буквально горит от боли, но я больше одержима тем, чтобы защитить свою семью.
Еле успеваю подбежать к своему мужу, чтобы отразить от него удар. И я понимаю, что нам действительно поможет только чудо.

— Па-пи, - слышу голос своего сына и вижу, как он стоит возле своего отца, положив свою ладошку на его окровавленный живот.

Мне больно осознавать, что наш малыш видит всё это. Но ещё хуже то, что он сейчас здесь и ему могут сделать больно.

— Я люблю тебя, сынок, - Гарри улыбается, а я замечаю, что ему немного лучше.

Чувствую, я сейчас упаду в обморок от боли, как чувствую крохотную ладошку в своей руке. Томми машет пальчиком в сторону демонов, как они вдруг горят в огне. А вот и чудо, которое нас спасло. Наше чудо.
Не понимаю, как в таком маленьком человечке может быть столько силы, но это факт. Он просто уничтожил всех демонов, простым движением пальчика.
Беру сына на руки, а затем хватаю мужа за руку и переношу нас домой. Я благодарю Бога, что мы выбрались живыми и теперь нашу семью уже никто не разлучит. Потому что больше нет этого Магического Сообщества. Наш полуторагодовалый сын просто уничтожил их.
Как только я укладываю ребёнка в кровать, то быстро подбегаю к Гарри, чтобы обработать его рану, но задрав футболку, я вижу только кровь. Никого пореза, или ожога.

— Наш сын спас нас и исцелил меня, - усмехается Стайлс, прежде чем поцеловать меня.

Не имея сил и желания на что-либо другое, я просто обнимаю своего мужа, ложась рядом.

Видимо, так нужно было, чтобы мы выжили. Или наш сын имеет силу всего мира. Томми не может стать злым по определению. Он спас наши задницы, не прикладывая никаких усилий.
В любом случае, мы с Гарри сделаем всё возможное, чтобы наш ребёнок вырос добрым. Потому что мы любим его. В нашей маленькой семье есть самая большая сила: любовь. И я верю, что у нас всё будет хорошо. Наше семейство Стайлс.