Глава 10(7)
Движение вперед возобновилось. Летели молча, говорить ни о чем не хотелось. Все чувствовали себя подавленно и устало, хотелось просто передохнуть. Но время шло и Морган неумолимо подгонял ковер. Инстинкт гнал его вперед, инстинкт, напоминающий ему о том, как сильно он любит красивую зеленоглазую ведьму с рыжим волосами. Если бы не это, то демоны с ведьмой могли бы и не добраться до дальнего угла пещеры.
К этому моменту усталость была такая, как будто Морган с товарищами несколько дней к ряду летели на грифонах. Но когда перед ними появилась худая женская фигурка, прикрытая лишь длинными черными волосами, все немного оживились. Они сидела с низко опущенной головой, так, что лица было не рассмотреть, и играла на лютне. Эту мелодию все и слышали, пока летели.
- Как-то это все странно, - подал голос Пэттон, вспомнивший, что очень не любит магию. – Откуда она тут?
- Это та чародейка, про которую вы говорили? – осторожно спросил Морган, на всякий случай не делая резких движений.
Суфи покачала головой:
- Эжени ведьма, она рыжая.
- Может её заколдовали? –влез в разговор испуганный Пэттон.
Суфи несколько секунд сосредоточенно всматривалась в играющую на лютне женщину, затем зевнув, отрицательно покачала головой.
- Как она тут живет? – спросил Освальт. – Сейчас пещеру освещает заклинание. Но все остальное время здесь кромешная тьма. Воздух затхлый, значит, выхода поблизости нет. Чем она питается? Почему одна? Почему голая?
Его аргументы были разумными, но все так устали, что не было сил о чем-то думать.
- Предлагаю подлететь поближе и присмотреться, - сделал это за них Освальт. Возражений не нашлось, поэтому Морган приказал ковру снижаться, а Суфи посадила метелку. Впрочем, далеко свои летательные принадлежности прятать никто не стал, ведь встреча могла закончиться как угодно.
Путники подошли к играющей женщине и попытались заговорить с нею. Но та продолжала играть. Суфи отчаянно зевала. С каждым новым зевком она опасалась, что свернет себе челюсть.
Никто не смог вспомнить, кто же сел на пол пещеры первым. Никто вообще особенно не помнил, как садился. После того, как они подошли к играющей на лютне женщине, все вспоминалось урывками: кто-то помнил, что они сидели, кто-то помнил, что ведьма зевала, что уснул Пэттон... В конечном счете уснули все.
Зато все помнили, как проснулись. Внезапно, как от толчка и одновременно. И по пробуждению их ждало пренеприятнейшее открытие, так тонко подмеченное Пэттоном:
- Нас связали!
- Не может быть! – саркастично воскликнула Суфи. – Как ты догадался?
q