Цветок Севера

Не прошло и недели после того, как Джин обрезал себе волосы, шокируя Тэхена и брата. Как Чимин вернулся к мужу в Средиземья, едва ли не каждый день отправляя гонцов с письмами, узнавая всё о состоянии своего любимого хена. Джин вскоре вновь перестал даже смотреть в сторону царя.

Намджун постоянно приносил цветы и небольшие лёгкие сладости, балуя омегу после мерзких лекарств их вкусом и ароматом. Омега был невероятно благодарен, но не знал, что и ответить Намджуну на всё это. Обида и злоба всё ещё говорили в нём, мешаясь с чем-то таким сладким и тягучим.

Принц и Король избегали друг друга и в тоже время тянулись, не понимая этого магнетизма. Джин половину дня проводил на веранде под лёгким навесом, всматриваясь в любую фигуру, в надежде увидеть Нама, но каждый раз фыркал и отворачивался, когда это происходило, удивляясю своему поведению и не имея сил его понять.

Так прошло почти три месяца. Омега полностью восстановился после болезни, причину которой никто не мог найти и объяснить. Он сново принялся за обучение, готовясь через какое-то время сново вернуться в столичный храм Востока и продолжить лечиться. Каждый день Джин медитировал, но чаще всего просто сидя засыпал. Тэхен был сильно увлечён государственными делами, а потому мало времени проводил с омегой. Тот чувствовал себя одиноким и брошенным ребёнком, ведь вновь никому не был нужен.

Ким нежился в бассейне с молоком и маслами, закат только вступал в свои права, как в купальню кто-то вошёл. Омега не придал этому значения, пока рядом не послышался плеск. Открыв глаза, Джин едва не запищал от вида голого Намджуна, опускающего рядом. Самое ужасное, что омега и сам был гол, он не ожидал, что кто-то вообще придёт в купальню, что говорить о вероятности встретить сдесь альфу. Беты и женщины обычно мылись двумя часами раньше, а альфа позволялось приходить лишь когда темнело. А до темноты был ещё час.

- Здравствуй, - начал первым Намджун, смотря на окно на виды далёкого города за стенами дворца.

- Здравствуй, - просипел омега, едва от смущения не прячась под молочной водой с головой.

- Как ты себя чувствуешь?
Джин сначала хотел что-то съязвить, но отмёл эту идею. Всё же Царь много сделал для него, не отправил обезображенного болезнью обратно на Север умирать.

- Хорошо, спасибо, - кивнул омега и посмотрел на Намджуна. В лице того читалось спокойствие, но оно было настолько поверхностным, что Джину захотелось согнать иллюзию с физиономии альфы.

- А ты как? - Джин наблюдал за вытягивающимся от удивления лицом молодого мужчины.

- Я хорошо. Мне стало намного лучше, когда ты пашёл на поправку. Ким кивнул на это. Они просидели вместе ещё минут пять в тишине, пока омега не набрался смелости и не заговорил.

- Почему? Почему ты не оставил меня на Чимина? Почему не отправил на Север?

- Ты бы не пережил дорогу, - Намджун нашёл в воде руку Джина и взял её, начиная поглаживать большим пальцем тыльную сторону ладони. От этих действий омега вогнался в краску, а по коже побежали мурашки.

- То есть только из-за этого?

- Нет. Не только. Ты мне стал очень дорог. Я хотел быть эгоистом и провести с тобой, как можно больше оставшегося времени... Джин усмехнулся.

- Какая незадача, я остался жив.

- Не говори так, будто это всё игрушки и твоя жизнь ничего не стоит. Ты прекрасен.

И это всё? Тебя привлекает лишь моя красота?

- Мне нравится твой не покорный характер, но...

- Но что? Не такого бы мужа ты хотел?

- Но ты не даёшь узнать себя. Как мне брать замуж человека, скрывающего от меня мысли и душу?

- А что ты хочешь услышать? Как меня всю жизнь оскорбляли и унижали на Севере, а тут продолжили? Что собственный отец расплатился мной с тобой? Что ты обманул меня ради потехи? И как, весело было? - Джин говорил тихо и спокойной, а в глазах стояли слёзы.

- Я просто в тот момент хотел быть самим собой и узнать заинтересовавшего меня омегу ближе. Хотел показать, какой я на самом деле, а не при статусе. Хотел, чтобы ты узнал меня. Прости. Я не хотел тебя обманывать. Не хотел делать больно. - Джин едва держался, чтобы не расплакаться, его трясло. Намджун сжал сильнее ладонь омеги в своей и посмотрел на него. - Зачем ты терпишь? Если тебе больно, то ты должен плакать. Если держать всё в себе, то будет лишь больнее, верно? - Джин посмотрел на Намджуна, а по щекам побежали слёзы. Крупные горькие слёзы,омега в мгновения ока разрыдался, а южанин крепко его обнял, поглаживая по голове и целуя в висок, перебирая короткие шелковистые волосы. Сок Джин ещё долго не мог успокоиться, начиная давиться вздохами. Под конец истереки он чувствовал такую пуста у в себе, хотелось утопиться, чтоб хоть как-то заполнить её, но Намджун сделал по-своему, поворачивая лицо омеги к себе и мягко ладонью вытирая его слёзы.

- Твоё лицо прекрасно, даже когда ты плачешь. Нет, не потому что ты принц и у тебя красивая внешность. А потому что твои глаза невероятно искрятся и так и манят меня. Они прекрасны. Твоя душа, отражающая в них. Прекрасна. - Джин расскраснелся от смущения и подался вперёд, неловко прижимаясь своими губами к губам удивлённо мужчины.

Но тот и ответить не успел, как омега вскочил и, быстро закутавшись в халат, убежал из купален к себе, оставив широко улыбающегося Намджуна одного. Джин пулей влетел в свою комноту, закрываясь в ней и начиная тяжело дышать то ли от испуга, то ли от бега.

Омега залез на кровать под одеяло и запищал от смущения. Он поверить не мог, что после всего случившегося сам полезет целоваться к Намджуну. Щёки жгло румянцем, Киму хотелось плакать, но в то же время у него так трепетало сердце, как никогда прежде. Он вдруг понял, что давно мечтал это сделать.

Омеге казалось, что всё то время, что он сторонился альфы, он на самом деле боялся быть отвергнутым. Стать ему не нужным. Услышать: "Возвращайся на Север. Мне не нужен больной омега". Но всё было не так. И после случившегося до Джина, наконец, это дошло. Он теперь вспоминал все короткие встречи, как томно Намджун смотрел на него. Это стало будоражить всё больное сознание северянина.

Когда Тэхен принёс ему ужин, тот с трудом и половину съел, постоянно дёргаясь и взволнованно отнекиваясь на вопросы омеги, постоянно охая тому, как же они коротки.

- И всё же что-то случилось. Так что же? - Тэхен глупо хихикал с того, как Блондин нервно перебрал какие-то карты с Севера, вечно что-то роняя.

- Ладно. Да. Произошло, - Джин поджал губы, откладывая колоду в сторону. - Когда я был в купальню, туда пришёл Намджун. И сел ко мне. Голый. Абсолютно.

- Будто в первый раз, - усмехнулся бета, а омега удивлённо на него посмотрел, моментально покрываясь красными пятнами на щеках и даже шее.

- Откуда ты знаешь?! - Джин мгновенно стал краснее мака.

- В день, когда Вы знакомились с царём, когда ты вылезал из бассейна с молоком в халате. Его вещи лежали рядом.

- Но почему ты ничего не сказал мне? Ничего не спросил? - омега прикрыл лицо ладошками.

- А то бы ты мне ответил, - засмеялся Советник. - Он ведь сидел в бассейне с тобой тогда, когда я пришёл? - Северянин опустил голову и закивал, готовый плакать от безысходности.

- Ого. И что вы там делали? - совсем уж хитро сощурился Тэхен.

- Он меня просто держал и не давай уйти, - омега хотел сквозь землю провалиться.

- А сегодня?

- Мы разговаривали...

- Голые? - прыснул Советник, от чего омега всё же запищал, вызывая истеричный смех беты.

- Он тебе нравится!

- Не нравится он мне! Он самодовольный альфа без чувства такта!

- Да брось. Я ещё на Востоке понял, что ты влюбился в него по самые омежье ушки.

- На Востоке? - Джин посмотрел на Тэхена и глубоко задумался, забавно часто моргая, - Как это "на Востоке"?

- Всё это заметили. Ты прям оживал от писем Намджуна. А когда стал идти против себя и изничтожвать их... мм... монахи думают, что твой дух воспротивился сознание. И оттого стало болеть тело.

- Чего?...

- Чего-чего, тебя сожрала депрессия, потому что сам себе единственный источник любви оборвал, дурачок, - взорвался на месте Тэхен, - Причём явно взаимный

- Нет, это...

- Да! Да напиши ему кто другой ту гадость, что ты Намджуну писал, он давно бы велел высечь того человека!

- Даже тебя?

- Я не в счёт, ты что? Мы с ним хорошие друзья.

Джин улыбнулся и перевёл взгляд на вазу с потрясающим белыми розами.

- Значит... я ему нравлюсь?

- Знаешь. Люди так не нравятся. Он совершенно точно в тебя влюблён. Омега смутился, вновь в руки беря карты и начиная их мешать.

- А что это у тебя? - Тэхен кивнул на карты в руках северянина.

- Это? Гадальные карты, - улыбнулся Джин. - Ещё моей бабушки.

- О, погадайтна себя и Намджуна! - засмеялся Тэхен, смущая вновь омегу.

- На себя не получится. Но могу погадать тебе.

- Давай! - бета весело хлопнул в ладоши и сел перед омегой.

- Запомни: ты всегда можешь изменить свою судьбу, - омега вложил колоду в руки Тэхена, - Подумай о том, кто ты. И о том, кто тебе дорог.

Тэхён кивнул и вернул колоду Джину, а тот стал раскладывать в определённой схеме карты перед собой и тяжело вздохнул, переводя взгляд на Тэ.

- Что, я скоро умру? - усмехнулся Тэхен.

- Нет, жизнь будет твоя долгой. Но в ней как были большие трудности... так и будут. Причём особенно большие трудности будут в любви.

- Он что, соврал, что любит меня, мелкий гадёныш? - Советник как-то весь заерипенился.

- Ты что, подумал о Чонгуке? - рассмеялся Джин

- Ну да, вообще-то...

- Вот же! Нет, вообще, любовь у вас будет большая и глубокая. Он тебя и правда любит. Надо же... но трудности будут встречаться на пути, - омежка ткнул в какую-то карту. - Ваш союз не будет нравиться остальным. Он будет чужд для них. Но вас будут поддерживать близкие. Союз будет плодотворным для ваших дел.

- Ну, конечно, объединение Востока и Юга, - хмыкнул бета и широко за улыбался, вызывая и улыбку на лице Сок Джина.

- Что там ещё?

- Могу сказать, что вы будете счастливы. Остальное вы должны всё же построить сами. Всю свою судьбу.

Тэхен согласно закивал, а Джин стал складывать карты и убрал их в ящичек. Бета ушёл спустя минут двадцать, а Джин сел на веранде с книгой и масляной лампой, начиная читать очередной приключенческий роман, вскоре уходя ложась спать. Утром омега сходил к лекарю, помедитировал, позавтракал.

Всё как обычно. Прихватил книгу с историей Юга, просидел половину дня в саду, там же обедая с Тэхеном. А после ушёл в комноту, написал Чимину и Хосоку письма о том, что он отлично себя чувствует и очень сильно скучает по братьям. Особенно по Хосоку, которого не видел уже полгода, как уехал из родных краёв. На Север омеге хотелось меньше всего на свете, но увидеть брата он мечтал. Джин шумно выдохнул и встал с места, покинув комноту, и, найдя гонца, хорошенько ему заплатил, а после ещё протянул найденные перчатки.

- Они греют в любую погоду. Всё же путь до Севера далёк и тяжёл. Берегите себя, - улыбнулся омега, понимая, что даже сейчас для многих во дворце он всего-то неприкасаемый чужеземец. И врят ли его дар будет удостоен хотя бы взгляда.

- Большое спасибо, Ваша Светлость, - кивнул гонец, принимая из рук Кима перчатки. - Буду беречь их, а Вы берегите себя.

Джин распрощался с гонцом и вернулся в комноту. После ужина Северянин омылся в тазу и переоделся в лёгкую полупрозрачную от её тонкости рубашку и тонкие хлопковое штаны, ложась на подушка на веранде и начиная смотреть на звёзды. Ничего прекраснее он не видел.

- Ваша Светлость, - послышался голос снизу. Джин перегнулся через ограждение и увидел под верандой стоящего Намджуна. Ким отлетел назад, словно ошпаренный.

- Что ты сдесь делаешь?! - омега спустился вниз по лестнице.

- Для начала: привет, - улыбнулся царь, сверкая своими ямочками.

- П... привет, - заулыбался ответно Джин, едва смущаясь.

- Ты сегодня особенно притягателен.

- Тебе опять покоя не дают мои глаза? - улыбнулся Джин.

- Вообще соски. Они просвечиваются сквозь твою рубашку, - засмеялся альфа, смущая сильнее принца, который тут же стал прикрываться руками.

- Ох, спасибо, - закивал омега и завязал халат посильнее.

- Что ты сдесь делаешь?

- Мне опять не спится. Знаешь... я очень долго хочу с тобой поговорить, но никак не мог решиться.

- Поговорить? О чём? - удивился северянин. Намджун сново улыбнулся и протял руку Киму.

- Идём, прогуляемся. Сок Джин нервно выдохнул и взял альфу под руку, идя с ним куда-то по дорожке от лестницы веранды. Они вместе всё ещё молчали, пока проходили уже изученные омегой прекрасные сады, что в ночи казались несколько пугающими.

- Намджун, там тупик, - удивился омега, когда вместо того, чтобы зайти в беседку в конце сада, они обошли её. Альфа подошёл к стене и убрал с падающие на стену ветви плакучей ивы, показывая совсем маленькую дверку, отпирая её своим ключом и пролезая первый на четвереньках.

Заинтересованный омега подобрал полы царского халата и пролез следом, вылезая в большие кусты по другую сторону царского сада. Намджун закрыл дверку и повесил ключик на шею, беря омегу за руку и начиная вести его вдоль стены.

- Намджун, куда мы идём? - шёпотом от волнения спросил Ким, сжимая сильно мужскую ладонь в своей.

- Тсс, - совсем тихо шикнул он, игриво подмигиваю омеге и шепча. - Тебе понравится.

Джин заулыбался чувствуя азарт. Он был возбуждён словно маленький ребёнок, играющий в прятки. Намджун чувствовал себя так же. Они не заметно проскочили мимо поста охраны и побежали по садам прочь от дворца, через минут десять прибегая к заброшенной башне.

- Что это? - Джин продолжал ещё крепко держать альфу за руку.

- Доверься мне, - царь погладил большим пальцем тыльную сторону ладони омеги, и тот доверчиво сделал шаг вперёд. Намджун тут же повёл Джина следом за собой вверх по крутой винтовой лестнице, следя за тем, чтобы омега не оступился и не упал.

Они вышли в просторную тёмную комноту. Альфа тут же зажёг масляную лампу, и омега смог рассмотреть карты звёздного неба, что лежали кругом на полу и столах. Джун тем временем подошёл к какому-то рычагу и стал тянуть его изо всех сил, а когда всё же смог перевести с одной стороны до другой, то раздался сильный скрип где-то над головой. Нам рассмеялся с того, как забавно стал охать и ухать омега, боязливо пригинаясь и подходя почти вплотную к альфе, чувствуя себя рядом с ним в безопасности.

- Закрой глаза? - попросил царь. Джин с секунду с недоверием всматривался в карие глубокие глаза, что в ночи стали чарующе чёрными, но всё же закрыл глаза. Намджун взял северянина за обе ладони, когда увидел, что тот дёргается от грохот крыши. Когда пугающие звуки стихли, он отпустил ладони и тихо проговорил над самым ухом омеги своим невозможным хрипловатым голосом, отправляя по телу Кима табун мурашек:

- Открывай. - Джин распахнул глаза и пару раз моргнул, смотря на лицо южанин, а потом перевёл взгляд наверх.

- Ох, боги, - Джин стал оглядывать огромное бескрайнее небо, усыпанное несчетным количеством ярких звёзд. Впервые омега увидел млечный путь, едва не закричав от всего своего восторга. Сердце Кима билось, как бешеное, ему хотелось плакать от переизбытка чувств.

- Тебе нравится? - шёпотом поинтересовался Намджун, чтобы не спугнуть момента, когда Сок Джин был открытым полностью, не притворялся и не держал эмоции в себе.

- Безумно, - закивал омега.

- Как же сдесь красиво... у меня даже слов нет.

- Я постоянно приходил сюда в юношестве с отцом. Мы долго могли рассматривать звёздные карты, искать различные созвездия. Это были самые счастливые моменты до того, как отец умер. А теперь, после его смерти, я хочу разделить эти мгновения с тобой. Ты мне позволишь? - Джин стоял затаив дыхание. Его сердце билось где-то в самом горле. Омега смущённо опустил взгляд в пол и подошёл к царю, обнимая его и утыкаясь носиком в крепкую грудь, тут же утопая в туманящем сознание терпком запахе.

- Н... Намджун... Ты мне нравишься, - тихо пробурчал он, боясь посмотреть в глаза альфы.

- А ты мне, Ким Сок Джин.

- Пожалуйста, позаботься обо мне, - прошептал Джин, поднимая всё же голову и поднимаясь на самые насочки, касаясь в лёгком поцелуе чужих губ.

Намджун положил ладони на тонкую талию омеги и притянул его к себе так тесно, что они чувствовали жар тел друг друга. Альфа мягко и осторожно его целовал, но всё же позволил себе коснуться кончиком языка нежных губ, на что омега сдавленно выдохнул, едва раскрывая рот, чем южанин сразу воспользовался. Он стал целовать его глубоко и горячо, лаская омежий язык.

Джин неловко отвечал, ведь это был его первый серьёзный поцелуй. И сейчас хотелось полностью раствориться во всех этих жарких ощущениях, окутавших их обоих. Джин и сам стал виснуть на шее Намджуна, зарываясь пальчиками в волосы того и притягивая его лишь ближе к себе, не желая прерывать их уединения. Вскоре воздуха стало не хватать, и первым отстранился Джун, рассматривая тут же раскрасневшееся лицо Сок Джина.

- Я обязательно позабочусь о тебе. А ты позоботься обо мне, хорошо?

Омега тут же закивал и крепко обнял альфу. Спустя час они вернулись во дворец, и, проводив омегу до его комноты и оставив на его губах лёгкий поцелуй, Намджун вернулся в свои покои, засыпая, словно дитя.