40
Он поднял меня на руки, и я обхватила его ногами, прижимаясь всем телом. Я чувствовала его силу, его нетерпение, его безусловное владение. Он понес меня в спальню, и каждый его шаг эхом отдавался в моих мыслях, предвещая неизбежное. Я была его. Полностью. И эта мысль, теперь не пугающая, а волнующая, пульсировала в каждой моей клетке.
Он опустил меня на кровать. Темнота комнаты окутала нас, скрывая от всего мира, но не друг от друга. Егор склонился надо мной, его губы накрыли мои. Поцелуй был голодным, требовательным, и я отвечала ему со всей накопившейся жаждой, со всей новой, пробудившейся во мне страстью. Мои руки скользнули по его широкой спине, вцепившись в ткань рубашки.
Каждое его прикосновение было властным, каждое движение – уверенным. Я чувствовала его в себе, глубоко, полностью, и это было ощущение, которое захватывало дух. Он вел, он задавал ритм, он погружал меня в омут, из которого не было выхода. Мое тело отвечало ему с такой силой, с такой готовностью, что я сама удивлялась.
Он доводил меня до предела, до самого пика, и это было невероятно, безумно хорошо. Мои стоны срывались с губ, громкие, неконтролируемые, и я пыталась приглушить их, шепча: "Тише… тише…", но Егор не останавливался. Он лишь сильнее сжимал меня, его дыхание опаляло мою кожу, его горячий шепот у самого уха был полон таких слов, таких пошлостей, которые заставляли меня гореть еще сильнее. Он не говорил, он брал. И я хотела, чтобы он брал.
Я цеплялась за него, растворяясь в ощущении его силы, его власти. Он был в каждом моем вздохе, в каждом ударе сердца. Мои мысли размывались, оставались только ощущения – его тело на моем, его напористость, его голос, который заставлял меня забыть обо всем. Я чувствовала себя полностью принадлежащей ему, и в этот момент это было не бременем, а освобождением.
Он довел меня до самого края, до точки невозврата, а потом… потом я растворилась. Полностью. В его руках, под его телом, в его абсолютном обладании. Это было мощно, это было тотально, это было Егор.
Когда все стихло, он тяжело дышал, прижимая меня к себе. Его рука все еще крепко сжимала мою талию, не отпуская. Я чувствовала его сердцебиение, его тепло. Он целовал мои волосы, мою макушку. Я лежала, обессиленная, но в то же время наполненная. Он был моим мужем. И, как ни странно, в эту ночь я почувствовала, что он действительно мой. И я – его.