The Quiet One (no)vs. the Academy King

 — Ну а пока вы, мои сладкие, но очень неудачливые сокурсницы, посмевшие перейти мне дорогу, размышляете, я, пожалуй, пойду. Мне же ещё одеться нужно успеть. Да и вы не опаздывайте, на распределении будет много интересного и важного для вас, — и, не давая нам прийти в себя, гадина-Кристабель вскочила и, виляя своей задницей, вываливающейся из высоких трусов, зашагала по коридору.

Мы с Розанной остались сидеть в оцепенении.

Не то чтобы я не умела давать отпор нахалкам. Умела. Но коварство этой стервы, кажется, не знало границ.

Ты посмотри, решила нас с Розанной поспорить и принудить сделать с собой или друг с другом непоправимое. Вот же дрянь!

— Вот же злобная стерва, — обескуражено прошептала я вслух.

— И не говори, — тихо поддакнула Розанна.

— Думает, сможет своими угрозами настроить нас против друг друга?! — искренне возмутилась я, увлекая подругу за собой по коридору. — Не переживай, Розанна, я всё расскажу Чонгуку, и эта стерва будет голой до конца года посреди столовой стоять! Ничего не бойся, я ни за что не дам тебя в обиду. Но от её коварства я, конечно, обалдела... Она правда может сделать так, будто мы заявились?

— Может... Там анонимно опускаешь записку в коробку, — мрачно произнесла подруга, и моё сердце совершило кульбит.

Не дай бог, мне придётся там сражаться, я же вообще ещё ни бум-бум в этой магии! Я ничего не умею!

— Это частый способ манипуляций, — не догадываясь, о чём я думаю, продолжала Розанна. — Так бы участников могло быть сильно меньше. Но многие нечестные адепты таким образом устраняют врагов.

— А то, что мы девушки никого не смутит? — возмутилась я. — Какие драки на Арене?! И куда идти?

— Нет, не смутит... Сюда, нам во второй общий зал, — с грустью ответила Розанна. — Так тоже бывает, хоть и редко. Девчонки обычно дальше первого испытания не проходят. Их редко убивают на Арене, но, как правило, проигравшая входит в гарем победителя, чтобы избежать смерти, обычно так, как мне рассказывали.

— Кто? — решила уточнить я, пока мы шли по извилистым коридорам Академии.

— Сестра, — тихо произнесла подруга.

— Она тоже участвовала? — остановившись и немного смущаясь, спросила я.

— Не знаю, посмотреть имена участников можно, лишь попав на Арену, — начала объяснять Розанна, и мы продолжили свой путь по Академии. — А после того письма, что у них грядёт распределение, я других писем больше не получала от Дженни.

— Значит, ты хочешь туда попасть? На Арену? Как боец, правда? — осторожно спросила я.

— Если честно, я бы предпочла воспользоваться твоей истинной связью с Чонгуком, если ты согласишься, — после небольшой заминки ответила Розанна и с надеждой посмотрела на меня. — И попросить его посмотреть её имя на Доске Почёта.

— Да без проблем, я думаю, — немного бравурно ответила я, чтобы поддержать вконец погрустневшую девушку. — А почему бы нам просто не спросить у него её имя?

— Чтобы Король запомнил какую-то серую мышку из артефакторов? — с горькой усмешкой буркнула Розанна.

— Она была с артефакторов, не как ты из домовых? — удивилась я.

— Ну, на самом деле, она была с домовиков тоже, но дар у неё был ближе к артефакторскому, — с восхищением в голосе произнесла Розанна: было очевидно, сестру она очень любила и скучала по ней. — Но у нашей семьи, конечно же, не было денег отправить её в подходящую Академию. Оттуда, кстати, как и от менталистов, всего по двое отправляют в это прокля́тое место. Она бы могла и выжить. Тогда бы и я сюда не пошла... Эх, чего уж теперь. Пришли. Ну что, заходим?

— Заходим, — кивнула я, и мы двинулись внутрь. — Надеюсь, эта стерва блефовала, просто желая потрепать нам нервы...

Конец фразы я почти проглотила, встав в проёме и разинув рот. Здание Академии в целом напоминало какой-то готический замок, в духе Хогвартса, но этот зал действительно был потрясающий.

Помещение представляло собой длинный овал, в дальнем от нас конце которого было несколько рядов концентрических колец-лавок. Видимо, для преподавателей, судя по тому, что остальное пространство было забито обычными лавками, и на них и сидели адепты.

Дальние круги лавок пустовали.

— Надеюсь... но не думаю, — тихо ответила Розанна. — Ты чего, Лалиса? Пойдём куда-нибудь поближе к преподавательским, пока места есть.

— Красиво здесь! — с восхищением ответила я и торопливыми шагами догнала девушку, зашептав той на ухо: — Думаю, все слова этой злобной гадины о нашем с тобой участии в Чемпионате были враньём. Когда Кристабель могла успеть заявиться от нашего имени?! Она же только что стояла ещё в столовой голышом!

— А ты думаешь, она не могла никого попросить? — мрачно процедила подруга, предлагая занять ближайшие свободные места. — Давай тут, скоро преподаватели придут.

И будто в подтверждение её слов сзади раздался капризный голос уже знакомой нам стервы-Эмилии:

— Пришли? Смело. Ну что же, подождём, пока объявят распределение по группам этого года, — коварно ухмыльнулась девица.

Ясно, вот кто наши имена наверняка подбросил...

— Розанна, а куда надо имена желающих поучаствовать в Чемпионате бросить? — фальшиво улыбнувшись в ответ Эмилии, я зашептала на ухо девушке.

— Вот, там на пьедестале в центре круга видишь урну? — кивнув, ответила девушка.

— Ага. Бумажка и ручка есть? — торопливо шаря рукой в сумке, спросила я.

Да куда ж я всё дела?!

— Что? — удивилась девушка.

— Чем писать есть? — повторила я. — Давай быстрее, сама же говоришь времени мало.

— Что ты задумала? — ужаснулась Розанна.

— А как думаешь? Испортить малину двум стервам. Почему только мы с тобой должны страдать?

— Не надо! Ты с ума сошла?! Нас же со свету сживут! — всполошилась подруга.

— Нас и так со свету сживут, Розанна, очнись! — фыркнула я. — Если наши имена уже там, в той урне, или куда у них тут принято записки с именами кидать, то нам с тобой предстоит сражаться с целой Академией парней! Ты что хочешь к кому-то в гарем?! Я вот точно не хочу, но если мы проиграем, нас это ждёт. Так почему страдать должны только мы с тобой?! Тот факт, что и Кристабель тоже будет в подобной ситуации, будет меня сильно радовать. Может, даже вдохновлять на победу! Потому что нечего такими подставами заниматься! Это будет честно!

— Но это опасно бросать им вызов! — побледнев, прошептала Розанна.

— Жить и учиться в этой Академии, вот что опасно, — веско процедила я, торопливо записывая имена девиц. — Как фамилия у Эмилии, кстати? У Кристабель — Спенсер. Да этим тупым красавицам явно надерут их вертлявый зад в первом же испытании, я уверена!

— Клауэр у Эмилии, — буркнула девушка. — В отличие от нас они владеют менталкой! Они не так же беспомощны!

— Мы тоже будем учиться использовать свои сильные стороны, не бойся, — фыркнула я. — Попросим этого Чонгука нас поучить каким-нибудь приёмчикам, ну что уж ты.

— Это безрассудно и нам никак не поможет, Лалиса, не надо, пожалуйста! — взмолилась подруга. — На нас точно обратят внимание, мы не сможем больше быть в тени.

— Мы и так не сможем, если наши имена в той урне, — проворчала я. — А если там окажутся ещё и имена этих стерв, как это нам навредит? Ну что может быть хуже?! Эта стерва и так уже обещала убить тебя втихаря! Или предлагала тебе убить меня! Ну что, ты будешь это терпеть? Я — нет. Если что, не бойся, я объявляю, что это полностью и только моя идея.

— Ну пожалуйста, Лалиса, не надо! — продолжала отговаривать меня подруга. — Мы не знаем, к чему это приведёт!

— Они тоже... Они тоже такого не ожидают. Ты только представь их физиономии! Всё, времени спорить больше нет, я пошла, — подвела итог я и, резко встав, зашагала по проходу между рядами.

В этот момент двери с противоположного конца зала открылись, и я увидела, как в зал входят Чонгук Клебо и Никос.

Ага, уже кураторы пришли. Следом, видимо, будут преподаватели. Надо торопиться.

Я ускорила шаг, практически перейдя на бег.

Внутри меня бушевали эмоции — и страх, и азарт, и какая-то странная решимость.

Я понимала, что совершаю безумие, но это безумие казалось единственным способом получить свою долю справедливости в этой прокля́той Академии.

Мне хотелось доказать, что мы с Розанной не никчёмные и забитые девицы! Мы можем сражаться на равных, я уверена.

Надо только попросить Чонгука нас обучить. Не зря же он столько лет победитель!

Ну а мы явно умнее и хитрее этих стерв! Так что шансы продержаться дольше этих стерв, я считаю, у нас есть, и они не так плохи, как могло бы показаться.

Когда я подошла к урне, сердце забилось быстрее.

Урна была сделана из тёмно-зелёного стекла, с изящными закруглёнными краями. В свете магических шаров на её поверхности переливались блики света, отражаясь от гладкой поверхности. Я ещё раз посмотрела на записки с именами — они были написаны впопыхах, а потому не очень аккуратно, но разборчиво.

В них заключалась вся моя решимость. Кто я — тварь дрожащая или... право имею на справедливость?!

Кажется, первое, судя по тому, как тряслись мои руки.

Каждый удар сердца отзывался в висках набатом, когда я поднимала руку с запиской, готовая бросить её в урну.

Колени подгибались, но... я не могла уже остановиться.

Я бросила записки, а с ними, кажется, и своё сердце прямо в урну.

В этот момент в голове пронеслись мысли: «Что если я ошиблась? Что, если это приведёт к катастрофе?». Сомнения прочь, обратного пути нет.

Я подняла взгляд и наткнулась на слегка удивлённое лицо Чонгука. Мужчина явно не понимал, что я делаю.

«Что она творит? С ума сошла?! Это же Арена! Как мне там защитить её?!»

Я посмотрела на урну в последний раз и почувствовала, как в груди закипает решимость.

Я не собираюсь сдаваться.

Я буду сражаться.

И пусть весь мир знает, что я — Лалиса Бан, и я не боюсь бросить вызов самым стервозным мерзавкам этой Академии.

Зло должно быть наказано.

А мы — победить.