44.
Тяжелый камень подозрения, упавший в душу в тот день у кафе, не растворялся, а лишь обрастал новыми слоями тревоги. Я пыталась выбросить это из головы, убеждая себя, что схожу с ума. Но однажды, за завтраком, я не выдержала и позвонила маме. Голос у меня дрожал.
— Мам, а если... если кажется, что человек что-то скрывает? Что он стал другим?
— Милая, — вздохнула она на том конце провода. — Мужчины они как дети, иногда в себе закрываются по работе. Не накручивай себя. Поговори с ним.
Поговорить? Как? «Извини, я следила за тобой и видела, как ты улыбаешься незнакомке?» Я чувствовала себя ужасно — и из-за ревности, и из-за собственного недоверия.
Я поделилась с самой близкой подругой, Катей. Мы сидели у нее на кухне, и я, сжимая в пальцах кружку с остывшим чаем, выложила ей все.
— Он прячет телефон, Кать. И я видела их. Она красивая, деловая... Они выглядели так... естественно.
Катя, всегда прагматичная, покачала головой.
— Малыш, один раз — это не система. Ты же сама говоришь, у него новый проект. Может, это партнер? Юра не тот человек, который будет играть в двойные игры. Он ради тебя весь мир на уши поставил. Подожди, не руби с плеча.
Я попыталась последовать ее совету. Но через несколько дней, проезжая мимо его офиса по делам, я снова увидела их. Они сидели в том же кафе, у окна. Он что-то рисовал на салфетке, объясняя, а она внимательно слушала, подперев подбородок рукой. На его лице не было влюбленности, но была какая-то... интенсивная сосредоточенность, которую он обычно проявлял только ко мне или к своей работе. И это ранило не меньше.
В ту ночь мне стало физически плохо. Горло сдавил ком, в висках застучало, а живот скрутило от боли. Я списала все на стресс и нервы. Но на следующее утро меня вырвало. И еще раз днем. Ко всему этому добавилось странное головокружение, как после долгого катания на карусели.
Я написала Кате:
«Чувствую себя отвратительно. Наверное, грипп подхватила».
Она ответила мгновенно:
«Какие симптомы?»
«Тошнит, голова кружится, все время хочется спать».
На пару минут в чате повисло молчание. Потом пришло новое сообщение:
«Милка. А у тебя случайно не задержка?»
Меня будто током ударило. Я отбросила телефон, как раскаленный. Нет. Нет, нет, нет. Этого не может быть. Мы были осторожны. Мои мысли тут же переключились с Юры на саму себя. Я лихорадочно стала вспоминать даты. И с ужасом поняла, что задержка уже больше недели. Я так была поглощена своими подозрениями, что не заметила.
— Не может такого быть! — вслух сказала я пустой квартире, пытаясь отогнать навязчивую мысль. — Просто не может.
Но состояние не улучшалось. Через два дня, когда от одного запаха кофе, который он заваривал по утрам, меня начинало мутить, я сдалась. Натянув темные очки и кепку, я пошла в ближайшую аптеку, чувствуя себя преступником. Купила тест, самый обычный, с двумя полосками.
Дома я заперлась в ванной. Сердце колотилось так, что, казалось, вот-вот выпрыгнет. Я с ненавистью смотрела на эту белую пластиковую палочку, которая могла перевернуть всю мою жизнь. Я сделала все по инструкции, положила тест на край раковины и отвернулась, не в силах смотреть. Засекла время на телефоне. Секунды тянулись как часы.
Я смотрела в свое отражение в зеркале — бледное, испуганное лицо с лихорадочным блеском в глазах. И вдруг поняла, что боюсь не самой возможности беременности. Я боялась сделать этот шаг в одиночку. Боялась, что тот, с кем я мечтала делить все, сейчас отдалился от меня.
Сигнал таймера прозвучал оглушительно в тишине. Я медленно, как в кошмаре, повернулась.
И увидела.
Две полоски. Яркие, четкие, не оставляющие места для сомнений.
Сначала мир сузился до этих двух розовых линий. Потом волной накатили эмоции. Не радость. Не ужас. А оглушительная, всепоглощающая растерянность. Руки задрожали, ноги подкосились, и я опустилась на холодный кафельный пол.
Я провела рукой по еще плоскому животу. Там была жизнь. Наша жизнь. Та, о которой мы втайне мечтали, но всегда откладывали на «потом».
А потом мысли снова вернулись к нему. К его скрытности. К той женщине. Что, если теперь, когда все стало так серьезно, он... не захочет этого? Что, если его отдаленность связана с тем, что он ищет выход? Из нашей, теперь уже навсегда, связанной жизни?
Я сидела на полу в ванной, сжимая в руке тест, и по моим щекам текли слезы — горькие, соленые, полные страха за наше будущее и трепетной, неуверенной надежды на чудо. Самое главное известие в моей жизни оказалось отравлено ядом сомнения. И я не знала, как мне теперь подойти к нему и сказать:
«У нас будет ребенок. И кстати, кто та девушка, с которой ты встречаешься?»
————————————————-
ставьте свои ⭐️