Часть 1.
Трель дверного звонка безжалостно громко раздавалась по квартире в воскресное утро. Эндрю лежал под двумя одеялами, скрутившись, в попытке спрятаться от холода — на улице, наверняка, минус двадцать, а в построенной до рождения Христа хрущевке, будто, ещё холоднее. Но в дверь продолжали нагло звонить.
— Какого хуя… — ругнулся Миньярд и вылез из-под импровизированного убежища. Он не ждал гостей, то есть, вообще никогда не ждал. Холод полупустой квартиры сразу осел на бледной коже, вызвав табун мурашек, и парню снова начало казаться, что где-то здесь открыто окно. Если это вообще долбанные окна, а не картонные имитации. Накинув на себя плед, Эндрю протопал к двери, и с каждым шагом к ней дверной звонок всё противнее бил в уши. «Я убью того, кто это делает» пронеслось в голове, прежде чем он холодными пальцами прокрутил замок и приоткрыл дверь, хмурым взглядом упираясь в женское лицо напротив.
— Ну, здрасьте! А что это мы так долго? — недовольно кудахтала тучная женщина в шубе, проталкиваясь в квартиру. —Дорогуша, уже обед! Ты ещё спал? Или, небось, пьянствуешь с пятницы вечера? — Миньярд сделал шаг назад, сжав руки в кулаки. Почему он до сих пор терпит эту туповатую женщину? Ах, да. Точно. Потому что она сдаёт ему комнату в пустой квартире за гроши. Хотя, в таком старом доме и убитых «апартаментах», брать больше за помещение три на два с половиной метра было бы преступлением.
Запах едких духов ударил в нос. На красном от мороза лице женщины, как всегда, яркие сиреневые тени и помада намазанная в темноте левой рукой, судя по неаккуратности. Заглядывая Миньярду через плечо, владелица квартиры проверяла, порядок ли у жильца. Вдруг, шприцы валяются, или ещё чего, мало ли? Вообще-то, ей сегодня нового квартиранта заселять.
Взгляд Эндрю зацепился за ещё одну фигуру. Парень, тоньше женщины в два раза, стоял за ней, оглядываясь по сторонам. Темный капюшон кофты спадал на лицо, но не прятал настороженных карих глаз. На плече висела потрепанная спортивная сумка, и вся его одежда была далеко не новой.
— Я тебе сожителя привела! —объявила хозяйка, улыбаясь, только непонятно кому, ведь Эндрю презрительно впился в неё взглядом, а парень сзади летал в облаках.
— Не помню, чтобы мы о таком договари…— с наездом, хриплым ото сна голосом, произнёс Эндрю.
— Здрасьте! — перебила женщина. — Я ещё с ним договариваться должна! Ты и так тут у меня тут полу незаконно, еще и копейки платишь! Ишь ты, договорщик… — она указала рукой на стоящего позади. — А это хороший мальчик, подружитесь. Покажи ему всё здесь, — хозяйка подвинула парня в бок, чтобы пробраться к входной двери. — Не пить, не курить, половых актов не совершать, животных не тащить. Всё понятно, молодой человек? — молодой человек кивнул в ответ. — Ну, тогда, давайте, до свидания, — она закрыла за собой дверь. Топот её шагов удалялся прочь.
Стоящий у двери парень стянул капюшон, и копна тёмно-русых волос развалилась в разные стороны. Миньярд встретился с ним взглядом.
— Привет, — несмело поздоровался новый сожитель.
«Пиздец» — пронеслось в голове Эндрю, прежде чем он молча вернулся в свою комнату, отсыпать заслуженный после нудной учебной недели сон. В двухкомнатной квартире, где одна из комнат занята, надо очень постараться, чтобы заблудиться, так что потрепанный как-нибудь сам разберётся. А хозяйка уже совсем ахуела, могла и предупредить, а, может, она предупредила, просто Эндрю не просматривает от неё сообщения, ведь последние десять, которые помнит — десятиминутные видео «С Днём знаний», «С Днём Яблочного Спаса» «С рождеством Пресвятой Богородицы», «Перешли видео пяти друзьям и доживёшь до ста лет» и прочее, и прочее. По-хорошему, заблокировать бы её, но Эндрю не плюёт в колодец, из которого пьёт — если заблокирует, то как потом просить отсрочить оплату за месяц?
Закрыв дверь комнаты на доживающую свой век щеколду, парень, чуть ли не стуча зубами от холода, плюхается на свою кровать и проваливается в сон. Если сожитель окажется ебанутым, придётся, выставлять того хозяйке в плохом свете и подначивать выселить придурка, потому что самому драпать — не вариант. Неважно. Сейчас нужно спать.
***
Он открыл глаза только к трём часам дня и подойдя к окну, отодвинул шторы в сторону. На тонком подоконнике умещались переполненная «пепельница» —крышка от банки, заканчивающаяся пачка «Ричарда» и зажигалка. Взяв в рот сигарету, Эндрю задержал взгляд на заснеженном дворе, на небе, по которому тянется серая ватв, и чиркнул зажигалкой. Делая долгую затяжку, он приходил в себя и готовился проживать новый день, что ничем не отличается от прошлого, день, что будет абсолютным спойлером завтрашнего, день… — из мыслей выбил звук льющейся воды. «А, да». У него же сожитель. Какая прелесть. Медленно подходя к двери, Эндрю с усилием отодвинул заедающую щеколду и вышел в коридор.
На крохотной кухне, потрёпанный стоял у газовой плиты и смотрел на неё, как баран на новые ворота. Миньярд остановился в дверном проёме, облокотившись на косяк, и снова сделал затяжку. Потрёпанный обернулся.
— Эндрю, да? Слушай, а как это…—спросил он, указав рукой на плиту.— Как это работает?..— Миньярд продолжал молча курить, сверху вниз бегая по парню напротив взглядом.
— Ты, блять, вчера родился, или что? — безэмоционально ответил, выпуская едкий дым. Потрёпанный хлопал глазами. — Сядь, — приказал Эндрю, и парень послушно сделал шаг к стулу, стоящему у стола, а следом сел. Эндрю не хотел лишних прикосновений. Недоверчиво наблюдая за тем, чтобы новый квартирант не рыпался, подошёл к плите и взял лежащие рядом с ней спички. Зажав сигарету во рту, одной рукой Миньярд повернул газ, а затем быстро зажёг спичку и поднёс — синее пламя подпрыгнуло в заляпанной конфорке.
— Ты вообще что готовишь? — грубо спросил Миньярд, прекрасно помня, что еды в холодильнике нет. Он достал изо рта сигарету и стряхнул пепел с неё в раковину.
— Не знаю.
Эндрю обернулся на парня, внимательно посмотрел тому в лицо.
— Значит, ничего. Потому что я буду варить кофе. Чайник здесь сломан.
— Это я уже понял…—тихо ответил потрепанный. «Сколько ему лет?» —подумал Эндрю.
— А как плитой пользоваться не понял? Ты откуда вылез вообще?
— Я переехал.
— Из города без плит?
— Я просто обычно не готовлю.
— А сегодня «не обычно». —на едкие комментарии Миньярду не ответили. Поставив туркуМини кастрюля. В ней варят кофе. с водой на конфорку, он снова задрал голову, выдыхая дым. Обернулся к потрепанному, облокотившись на столешницы. Тот сидел в своей изношенной, не по погоде холодной одежде, с затравленным взглядом. Эндрю сощурил глаза, бегая по парню. «Что это с ним?..»
— Ты наркоман? — расслабленно спросил Миньярд, словно, это обычный вопрос. Парень удивленно поднял на него взгляд.
— Нет.
— А кто ты?
— Я Нил.
— Нил… — пробуя имя на вкус, повторил Эндрю.— Слушай, Нил. Ты свалишь отсюда. Завтра твой крайний день.
Нил покосился на Миньярда.
— Нет?
— Да, — бескомпромиссно ответил блондин.
— Я уже заплатил за месяц.
— Хозяйка вернёт тебе деньги. Соври ей что-нибудь про мать, умирающую в другом городе, —Нил застыл. «Задел за живое?» — с интересом прикинул Эндрю, снова затягиваясь.
— Я съеду через месяц.
— Если не свалишь сам, я помогу тебе это сделать.
— Попробуй, — усмехнулся потрёпанный.
Хозяйка не просто так звонила в дверь собственной квартиры. У нее нет ключей. Миньярд поменял замки, сославшись на то, что они старые и ненадежные, и, конечно, пообещал дать женщине новые ключи. И послушно их дал, а потом сам и спёр. Теперь хозяйка вечно приговаривает, что сама сходит сделать себе экземпляр, ведь тот, что Миньярд сделал для неё за свои деньги, типа исчез по её вине. Но дальше таких бесконечных приговариваний не заходит. То есть, и Нилу дать ключи она не могла. Так что, чтобы выселить потрепанного с квартиры, достаточно оставить с вещами за дверью. Поэтому, промолчав, Миньярд вернулся к тому, чтобы готовить свой кофе.
— Здесь нельзя курить, — подал голос Нил.
— Много пиздеть здесь тоже нельзя.
— А такого она не говорила, — в ответ Миньярд закатил глаза.
—А говорила, что сюда нельзя приводить животных? — спросил Эндрю, доставая две побитые чашки, не раз падающие на холодную плитку кухонного пола но, почему-то, всё ещё живые. — А сама привела скитающуюся шавку.
— Да пошёл ты.
— Чай? Кофе? — игнорируя, спросил Миньярд. Нил нерешительно открыл рот, чтобы что-то сказать. — Похуй мне, что ты хочешь. Тут только кофе.
Поставив одну наполненную кружку перед Нилом, Эндрю шутливо чокнулся о неё своей и произнёс:
— За твой завтрашний отъезд.
Миньярд обернулся и медленно пошёл по коридору, стараясь не разлить горячий напиток. Уже подходя к комнате, услышал как Нил закашлялся. Наверное, попробовал свой кофе, в который Миньярд ему бахнул четыре ложки соли. С довольной ухмылкой, Эндрю закрылся у себя в спальне.
***
Какие-то птицы рвут себе глотки в темное морозное утро, и, не соображая, что к чему, Эндрю вскакивает, услышав это. Птицы оказались будильником. Перепугавшийся от их ора, парень выключает звук и поднимается с кровати. На самом деле, громкость Эндрю настраивает специально—по-другому в такое холодное утро, когда место под одеялом кажется раем на земле, он не может встать. Закуривая, пялится в окно. Мурашки бегут от осознания, что сейчас придётся идти в универ, сопротивляясь бьющему в лицо морозному ветру, который, в придачу, закрадывается под несезонную куртку. Но сезонной в гардеробе не наблюдается. Все еще с сигаретой во рту, он одевается и закидывает в рюкзак пару случайных тетрадей. Выходя из комнаты, замечает, что ванная занята, и бросая рюкзак в коридоре, сильно стучится в дверь. Миньярд прекрасно помнит, что холодильник пуст, но каждый раз заходя на кухню, открывает его. Кто знает, может, чудеса случаются? И медленно пройдя к холодильнику, стоящему скорее в качестве элемента декора, с навешанными магнитами, что остались от прошлых обитателей, парень тянет дверку на себя. С ранее пустых полок глядят разнообразные продукты. Такие, какие Эндрю и не подумал бы покупать, а если бы и подумал, то покупать не за что. Он слышит, что из ванной вышли, и шаги направляются сюда. Миньярд обернулся, доставая изо рта сигарету.
— Это мой взнос за вторжение, —произнес появившийся Нил. Серая кофта, в спешку натянутая на мокрое тело, местами намокла. С прилипших волос капала вода, а потертые штаны были слишком длинными и, словно, не поспевали за обладателем. Эндрю поднял брови, держа контакт с карими глазами напротив. Холодильник начал пищать, требуя, чтобы его закрыли, что парень и сделал.
— Съешь всё это за один день? —едко уточнил Миньярд.
— Я брал в расчёт на двоих и на неделю, хотя бы. Не знаю, что ты любишь, покупал наугад, но сигареты тоже, кстати, есть.
— Какую нахер неделю? Ты выселяешься сегодня, Нил, —потрепанный в ответ лишь выдохнул, склонив голову по-птичьи. — Освободи проход, —произнес Эндрю и, на удивление, потрёпанный послушно отошёл. Сжав зубы, блондин прошмыгнул мимо. Накинув куртку и ботинки, вывалился из квартиры в объятия заспанного города.
***
Чёрт его знает, сколько пар прошло и какие они были. Эндрю плевать. В два часа он уходит домой, а если какой-то препод поставил занятие после двух — пусть сам там и отсиживается. Снег хрустел под ногами. Накинув капюшон на глаза, парень шёл к своей автобусной остановке. Жёлтый автобус, заляпанный грязью со всех сторон, полупьяный водитель, люди, толкающие друг друга — всё это вызывало у Миньярда отвращение. И когда он увидел, сколько народа вваливается в его долгожданный, приползший на последнем издыхании, транспорт — решил пойти домой пешком. Проводные наушники подвели — один снова не работает. Подгоняемый холодным ветром, парень наконец-то сворачивает в нужный двор многоподъездной десятиэтажки. Рубеж в четыре этажа вполне может быть преодолен пешком, поэтому Миньярд сразу идёт к лестнице. Она узкая и кривая, так что лучше смотреть под ноги, а не на стены, где оставлены надписи маркером и мелом и отваливается краска, так что редко можно разобрать, что именно начёркал автор. На грязном бетоне валяются окурки, какие-то бумажки и бутылки. Брезгливо переступая всё это, Эндрю доходит до двери своей квартиры и проворачивает ключ в замочной скважине. Нил выглядывает в коридор.
— Привет.
— Ты ещё здесь, — констатирует Миньярд, закрывая за собой дверь.
— М-м, да, — подтверждают в ответ.
— Уже придумал куда свалишь? —Эндрю скинул рюкзак и начал расстёгивать куртку.
— Нет?.. Я остаюсь.
В перерыве между сигаретами и залипанием в разбитый экран своего телефона, блондин искренне пытался сделать вид, что что-то учит. Хотя, зачем? Стипендии уже лишили. Было бы славно найти работу, но с прошлых трех его уволили за драки, или за опоздания? Миньярд особо не разбирался. Входная дверь хлопнула. «Свалил?». Тихо проходя по коридору, парень понял, что прав. Нила в квартире нет. Заглянув к нему в комнату, Эндрю не увидел никаких вещей, которые могли бы принадлежать тому, и замер на месте. «О…» Было не понятно, что нужно испытывать по этому поводу. Заперев за Нилом дверь, Эндрю повтыкал в неё пару секунд, и вспомнил, что в связи с тем, какую форму жизни он представляет—человек, —есть некоторые обязательные функции, требуемые к выполнению—есть еду. Погасив свет везде, кроме кухни, он наскоро сделал себе что-то вроде бутерброда из всего, что под руку попало, и принялся медленно жевать. Старый маленький телевизор, грустно висящий на стенке, мог бы скрасить тишину, но, к сожалению, экран и звук были сломаны. В прихожей раздался какой-то звук. Эндрю замер, напрягшись. Кто-то дернул за дверную ручку, а следом начал копошиться в замке. Настороженно поднимаясь, Миньярд достал нож из-под одной из своих повязок на предплечье, отложил еду, и сделал шаг навстречу двери. Щелчок —дверь открывается, позволяя тусклому свету тамбура полоской проникнуть в коридор квартиры. Одновременно с этим замирает сердце Эндрю. На пороге показывается фигура Нила. Миньярд хмурится, разглядывая парня. Тот поднимает на Эндрю голову.
—Какого хуя?..—вкрадчиво спрашивает Миньярд.
—М? —якобы непонимающе произносит Нил, закрывая за собой. В следующую секунду Эндрю с силой прижимает того к стене, поднося нож к горлу.
—Я спрашиваю: как ты, блять, открыл дверь? —потрепанный испуганно хлопает глазами, его сердце бешено стучит.
—Я ведь сказал, что остаюсь, — тихо произносит он, глядя в злые глаза напротив, не обещающие ничего хорошего.— Я умею взламывать замки.
—Я ненавижу когда мне врут, Нил, — процедил Эндрю, надавливая ножом сильнее, но не оставляя порез. — Откуда у тебя ключи?
—Я не вру, — Нил звучал чуть увереннее, — я взломал замок. Но не волнуйся, новый покупать не надо.
— Я похож на человека, который волнуется?
— Ну, убери от меня нож, если не сложно, — он сглотнул, — потому что пока ты похож на психа.
— Я. И. Есть… — отделяя каждое слово, шепчет Эндрю, пока Нил ловит в холодном лезвии отражение своего лица. Миньярд делает шаг назад, опуская нож, и потрепанный выдыхает, встряхивая плечами. Они сверлят друг друга взглядами—Эндрю надменным, а Нил выжидающим.
— Почему мне нельзя остаться?
— Я ненавижу тебя.
— Так быстро? — удивленно вскинул брови Нил и осекся.— Я даже ничего не успел сделать.
— Будешь платить за еду и сигареты, раз денег дохуя.
— С чего ты взял, что у меня…
— С того, что никто не будет заполнять холодильник такой едой. Только непонятно, почему ты одеваешься как бомж — это ты мне обязательно когда-нибудь расскажешь, но сейчас мне похуй, —Эндрю скрылся на кухне, закрывая за собой дверь.
Прошло минут десять, прежде чем Нил тоже прошмыгнул на кухню, уже в домашней одежде. Сел напротив Эндрю и положил пачку «Винстона» на стол. Миньярд прожигал парня взглядом, опустил глаза на сигареты и снова поднял, не двигаясь. Потрепанный догадался о том, что зажигалку ему никто не даст, поэтому поднялся и сделав шаг в сторону плиты, взял лежащие рядом с ней спички. Вернулся обратно на своё место. Миньярд всё ещё молчал, внимательно наблюдая за действиями парня. Тот распаковал сигареты, зажал одну между зубами и поджёг. Дым от первой затяжки выдохнул в сторону.
—Хозяйка уверяла, что мой будущий сосед «Хороший мальчик», — Миньярд сжал зубы, — впрочем, тебе она меня так же представила, — припомнил Нил разговор с женщиной прошлым утром.
— Она ошиблась в тебе? —спросил Эндрю, взяв сигарету из той же пачки, и подвинув к себе спички.
— А в тебе? —Нил заглянул в медовые глаза напротив.
— Я первый спросил. И ты ответишь мне правду.
— Хороших и плохих людей не бывает, —усмехнулся Нил, прикрыв глаза.
— Мне не нужна твоя ёбанная философия, —грубо отчеканил Миньярд, чиркая спичкой.
— Ну, я точно не «Хороший мальчик».
— Откуда ты приехал? — после паузы, пока делал затяжку, произнёс Эндрю.
— Вернулся из Европы.
— Знаешь какой-то язык.
— Ты ведь не заставишь меня продемонстрировать?..
— Что ты там делал? — недоверчиво хмурился блондин.
— Учился. В итоге отчислили, и я вернулся.
— Именно в этот город, — сказал Эндрю, намекая на то, что были варианты и получше.
— Он не так уж и плох, — пожал плечами Нил.
— Он ужасен, — заключил Миньярд.— Если не жил тут раньше, то нахуй припёрся?
— Просто тыкнул на карте.
— Тыкнул, — повторил Эндрю. — Ты идиот.
— Возможно… — Потрёпанный выдержал паузу, прежде чем снова начать говорить. — А что насчёт тебя?
— Я переехал сюда, чтобы учиться.
— М-м, — протянул Нил. — Может, устроишь экскурсию по городу? —услышав это, Миньярд брезгливо покосился на парня. — Шутка, —поспешил оправдаться тот, — экскурсий не нужно.
Нил оглянулся по сторонам, ища глазами что-то.
— А где у тебя пепельница?
На молчание в ответ, потрепанный удивлённо поднял брови.
— Нет? Ты же куришь как паровоз…
— Можешь сбросить пепел на пол. Потом подметёшь своим языком.
— Иди ты на хуй, — выдохнул Нил.
— С удовольствием, — ответил Эндрю и, встав со своего места, вышел из кухни, оставляя парня одного.