Не спасай меня

Субботнее утро началось с тишины. Я долго лежала в кровати, разглядывая свою ногу. Синяк за ночь приобрел какой-то космический оттенок — смесь глубокого фиолетового и темно-синего, но, к моему облегчению, опухоль почти спала. Я осторожно наступила на пол: терпимо. Жить буду, хотя о танцах на шпильках (которых у меня и так не было) можно забыть.

— Просыпайся, тусовщица! — дверь распахнулась, и Джейс ввалился в комнату с полотенцем на плече. — Мама и папа уехали в торговый центр, так что я сегодня за главного. И у меня плохие новости: я планирую весь день слушать рок и не планирую готовить тебе твою паровую рыбу.

Я запустила в него тапочком, но он ловко увернулся.
— Придется тебе постараться, братец. У меня сегодня важный выход в свет, и я должна быть полна сил, — я медленно поднялась, стараясь не хромать слишком явно.

Весь день прошел в странном предвкушении. Мы с Джейсом оккупировали гостиную. Он включил какую-то старую комедию, и мы, развалившись на диване, лениво комментировали сюжет. Джейс всё время пытался меня подколоть:
— Лизи, если на вечеринке к тебе подойдет какой-нибудь красавчик, просто покажи ему свой синяк. Это отличный повод для знакомства. Скажешь, что ты участвовала в подпольных боях.

Я смеялась и отпихивала его ногой (здоровой, конечно). Несмотря на все шутки, Джейс всё же помог мне сделать «правильный» обед — куриную грудку и овощи. Пока я ела, он сидел напротив и крутил в руках мой телефон.
— Твои подруги, Райли и Авани, закидали тебя сообщениями. По-моему, они волнуются больше, чем ты.

И это была правда. Мой телефон вибрировал каждые пять минут. Девчонки присылали варианты макияжа, причесок и спрашивали, не передумала ли я. В какой-то момент я поймала себя на мысли, что если бы не они, я бы точно осталась дома. Но внутри росло странное чувство... азарт? Желание доказать самой себе, что Элизабет Харпер может не только сидеть над учебниками, но и быть частью чего-то шумного и веселого.

Около четырех часов дня я начала сборы. Это был целый квест. Нужно было выбрать одежду так, чтобы она выглядела стильно, но при этом скрывала эластичный бинт, которым я на всякий случай обмотала синяк.

— Надень мои широкие черные карго, — предложил Джейс, заглядывая в комнату. — Они крутые, и под ними даже повязку не заметят.

Я послушалась. Оверсайз штаны, укороченный топ и клетчатая рубашка сверху — получился тот самый «гранж», о котором говорили девочки. Я посмотрела в зеркало. Из него на меня глядела девушка, которая еще неделю назад боялась даже спросить дорогу у прохожего, а теперь собиралась на самую крутую тусовку школы.

— Ты выглядишь отлично, мелкая, — вдруг серьезно сказал Джейс, опираясь на дверной косяк. — Если станет скучно или нога разболится — звони в любую секунду. Я заберу тебя за пять минут.

Я благодарно улыбнулась ему.
Родители вернулись как раз к тому моменту, когда я наносила последние штрихи — немного туши и гигиеническую помаду. Мама долго проверяла мою ногу, причитала, но всё же отпустила, взяв обещание быть осторожной.

Я сидела на кровати и ждала сигнала от Авани. Сердце начало биться чуть быстрее. Я понимала, что через час окажусь в толпе людей, музыки и криков. Я, и вечеринка у Брайса. Это казалось нереальным, но пути назад уже не было.

Внизу раздался гудок машины.
— Они приехали! — крикнул Джейс с первого этажа.
Я сделала глубокий вдох, схватила телефон и, стараясь шагать как можно увереннее, пошла навстречу вечеру, который должен был изменить моё представление о новой школе.

***

Машина Авани затормозила у особняка Брайса, и я почувствовала, как земля под колесами буквально дрожит от басов. Райли и Авани тут же выскочили, поправляя на ходу прически, а я на секунду замерла. Окна дома пульсировали разноцветными огнями, а на лужайке уже толпились десятки людей.

— Эй, Лизи, ты как? — Авани заглянула в салон, протягивая мне руку. — Если что, мы рядом. Твой «хромой гранж» выглядит слишком круто, чтобы прятать его в машине.

Я сделала глубокий вдох и вышла. Нога отозвалась легким покалыванием, но адреналин уже начал действовать, притупляя боль. Как только мы вошли внутрь, на меня обрушился запах дорогого парфюма, разлитой газировки и жара сотен тел. Музыка была такой громкой, что я чувствовала её ритм прямо в ребрах. Стало не по себе.

Мы пробирались сквозь толпу к диванам у бассейна, когда я увидела его. Пэйтон. Он стоял у барной стойки, лениво крутя в руках стакан, и о чем-то спорил с Брайсом. На нем была черная кожаная куртка, а волосы были в еще большем беспорядке, чем обычно. В какой-то момент он поднял глаза и встретился со мной взглядом. Я замерла, ожидая, что он просто отвернется, но Пэйтон едва заметно кивнул мне, и в его глазах промелькнул какой-то странный интерес.

— Лизи, смотри! — Райли толкнула меня в бок. — Пэйтон на тебя смотрит! Я же говорила!

Но договорить она не успела. Внезапно музыка оборвалась на полуслове. Послышался резкий, оглушительный треск, а затем — звон разбитого стекла сверху. Кто-то закричал.

С огромной люстры на втором этаже посыпались искры. Видимо, кто-то из парней решил эффектно спрыгнуть с перил на люстру, и проводка не выдержала. В доме мгновенно погас свет, оставив нас в полной темноте, освещаемой только бликами от бассейна. Началась паника. Толпа ломанулась к выходу, все толкались, кричали.

*Нога*— пронеслось у меня в голове. В этой толкотне меня могли просто снести. Кто-то сильно толкнул меня в плечо, я потеряла равновесие и почувствовала, как щиколотка подвернулась. Резкая, обжигающая боль пронзила всё тело, и я начала оседать на пол, понимая, что в этой темноте меня просто затопчут.

И вдруг чьи-то сильные руки подхватили меня под мышки, не давая упасть.

— Спокойно, Харпер. Держись за меня, — этот голос я бы узнала из тысячи. Пэйтон.

Он буквально прижал меня к себе, закрывая своим телом от обезумевшей толпы. Я вцепилась в его куртку, чувствуя запах мяты и чего-то терпкого.
— Я не могу бежать, Пэйтон... нога... — прошептала я, захлебываясь от страха.

— Тебе и не надо бежать, — отрезал он.

В следующую секунду он подхватил меня на руки, как будто я ничего не весила. В темноте я видела только его глаза, которые сейчас казались стальными. Он не пошел к главному выходу, где была давка. Вместо этого он рванул в сторону кухни, сшибая плечом какого-то парня, и выбил ногой стеклянную дверь, ведущую в задний сад.

Мы оказались на улице. Холодный ночной воздух ударил в лицо. Пэйтон пробежал еще несколько метров и осторожно опустил меня на скамейку под старым дубом, подальше от хаоса. В доме Брайса уже вовсю мигали синие и красные огни — приехала полиция.

Пэйтон тяжело дышал, глядя на дом, а потом перевел взгляд на меня. Он опустился на одно колено прямо перед моей больной ногой.
— Сильно болит? — спросил он, и в его голосе больше не было той привычной насмешки.

— Сейчас — не очень, — честно ответила я, хотя сердце всё еще готово было выпрыгнуть из груди. — Ты... ты меня просто вынес оттуда. Спасибо.

Он молча разглядывал меня несколько секунд, а потом вдруг усмехнулся той самой улыбкой, от которой у половины школы подкашивались ноги.
— Ты странная, Элизабет Харпер. Другие бы уже в истерике бились, а ты сидишь тут и благодаришь.

Он достал телефон и набрал чей-то номер.
— Брайс, я уехал. Разбирайся со своими копами сам. - он сбросил вызов.

Я смотрела на него, не зная, что сказать. Мои подруги где-то там, в толпе, мой брат дома думает, что я на скучной вечеринке, а я сижу в ночном саду с самым загадочным парнем школы, который только что спас меня из эпицентра настоящего безумия. Дух захватывало так, что я забыла, как дышать.

— Идем, — Пэйтон протянул мне руку. — Моя машина за углом. Я отвезу тебя домой, пока ты совсем не лишилась ноги.

Я вложила свою ладонь в его, чувствуя, как по коже пробежали мурашки. Этот вечер явно пошел не по плану, но, честно говоря, я ни о чем не жалела.