Всего один человек

Лиза.

Утром я сидела в кресле у окна, наслаждалась покоем и возможностью погрузиться в чтение. Зимнее солнце слабо пробивалось сквозь тюль, от чего комната наполнялась ярким светом.

Резкий звонок телефона разрушил эту идиллию. Бабушка оторвалась от приготовления завтрака и поспешила ответить, вытирая руки о фартук.

– Алло? – её голос тут же стал радостным и оживленным. – Эрик, милый! Как дела? Ох, что ты говоришь! Ах, да! Конечно, помню... Что? Номер Лизы? Конечно, записывай...

Я чуть не задохнулась от возмущения и в недоумении посмотрела на бабушку. Та стояла с невозмутимым видом и диктовала мой номер телефона.

– Театр? Как интересно! Да-да, она любит театр, ей понравится.

Бабушка очень напомнила мне Артёма, который всегда делал то, что ему хочется и вздумается и без спроса втягивал в это меня. И если к Артёму я уже привыкла и ожидала этого, то бабушка сейчас казалась мне предательницей.

Повесив трубку, она повернулась с довольной улыбкой.

– Что это было? – спросила я как можно мягче, стараясь не нагрубить.

– Эрик просил твой номер телефона, – ответила она с улыбкой. – Хочет пригласить в театр. В Мариинском премьера. Представляешь, какой культурный молодой человек!

Я почувствовала странное смешение удивления и тревоги, которое тяжелым комком осело в груди. Я же приехала сюда именно для того, чтобы побыть одной и разобраться в своих чувствах, а не заводить новые знакомства. Бабушка знала об этом, но всё равно устроила смотрины!

Мне хватило любовного треугольника в Москве, добавлять к нему ещё один угол в Санкт-Петербурге совершенно не хотелось.

– Бабуль, а может, не стоило давать мой номер?

–Ах, Лизочка, что ты! Эрик приличный мальчик. И потом, ты же не монашка, чтобы совсем от людей прятаться!

Возможно, в монастырь и стоило уехать, но поздно уже сокрушаться об этом. Не заставлять же бабушку звонить ему, чтобы он удалил мой номер! Или заставлять и выглядеть идиоткой?
Да и удалил бы он его?

***

Эрик написал мне через пару дней.
Вечером, когда я уже собиралась ложиться спать, на экране высветилось сообщение с  незнакомого номера.

«Привет. Это Эрик. Взял номер у твоей бабушки».

И тут же пришло ещё одно сообщение:
«Извини, что беспокою так поздно. Хотел предложить пойти завтра в Мариинский. Там премьера – Жизель. У меня есть билеты, и я подумал, что тебе может быть интересно».

Пока я смотрела на экран, перебирая варианты, как бы вежливо отказаться, пришло третье сообщение:
«Я понимаю, что это неожиданно. Закрутился и забыл раньше написать. Если не хочешь или у тебя есть планы, я пойму».

Последнее сообщение сломало привычный шаблон общения с парнями. Что-то внутри перевернулось. Он не настаивал и даже оставил мне возможность отказаться. 
И я поняла, что не хочу отказывать.

«Спасибо за приглашение. А во сколько начало?»

«В семь. Я могу заехать за тобой около половины шестого? Или ты предпочитаешь встретиться у театра?»

И снова он предоставил мне выбор. Непривычный и удивительный для меня сценарий, а потому так подкупающий. Мне давали сделать выбор, и я не упустила шанс выбрать.

«Лучше у театра. Давай встретимся у входа в четверть седьмого?»

«Отлично. До встречи, Лиза.»

Отложив телефон, я долго смотрела в потолок. Что я делаю? Зачем согласилась? Правильно ли я поступаю? Была ещё одна мысль, которую я отгоняла, потому что не обязана ни перед кем отчитываться и оправдываться. Но "А что если Артём узнает" не давала мне покоя. Как будто я его предаю.

Но передумывать было уже поздно. Если уж включилась в эту игру, то стоило хотя бы пройти первый уровень, а потом отказываться от продолжения. Вдруг мне не понравится и я так или иначе уже не захочу продолжать общение. А если понравится, то и сожалеть незачем. 

*** 

На следующий день я довольно быстро собралась, отчасти потому что у меня с собой было только одно классическое чёрное платье.

Эрик уже ждал у входа в театр, когда я вышла из такси. Он выглядел элегантно в тёмном костюме. Его смуглая кожа хорошо контрастировала с белой рубашкой, а платок вместо бабочки на шее придавал его образу особый шарм, словно он иностранец.

– Выглядишь потрясающе, – сказал он, протягивая мне ладонь.

– Спасибо. Ты тоже, – неуверенно ответила я, не зная, стоит ли делать комплимент.

Пока мы ждали начала балета Эрик рассказывал про историю здания, архитектурных особенностях, про то, какие великие артисты выступали на этой сцене. Он так увлечённо говорил, что мне было действительно интересно слушать.

– Ты часто ходишь в театр? – спросила я, когда мы заняли свои места в партере.

– Достаточно часто. Мне нравится... отключаться от всего.

Я хотела спросить, от чего ему нужно отключаться? Потому что казалось, что проблемы сами избегают такого уверенного в себе человека. Но свет в зале погас, и я промолчала.

Балет был великолепен. Я забыла, что рядом Эрик и просто наслаждалась мастерством артистов, красотой музыки, костюмов и декораций.
В антракте мы прогулялись по фойе, Эрик рассказывал что-то о сюжете балета и о том, что делает эту постановку особенной.

– Откуда ты так много знаешь? – спросила я.

Мне уже начало казаться, что он заранее подготовился и изучил эту информацию, чтобы впечатлить меня.

– Мама в детстве часто водила меня на спектакли. Говорила, что человек без культурного багажа – не человек, а робот.

И снова у него был готов красивый ответ.
Уж очень идеальным он был. Я всё ждала какого-нибудь промаха с его стороны или подвоха, но внук бабушкиной подруги был безупречным. Придраться оказалось не к чему.

Я тут же подумала об Артёме. Любит ли он театр? Будет ли приглашать меня на премьеры? Надевать костюм, который ему, кстати, очень идёт. Или его предел – это прогулки, кафе, катание на мотоциклах и отдых в деревушке с чучелами животных на стенах. Он ведь совсем не такой парень, какого я всегда представляла рядом с собой. Не разочаруемся ли мы друг в друге после того, как окончательно решим быть вместе? Я решу. Он уже давно всё решил.

После спектакля Эрик предложил поужинать в ресторане, и я согласилась. У нас снова завязался разговор. Мы говорили о книгах – оказалось, он тоже любит классическую литературу и современную прозу. Фильмы нам нравились разные, поэтому тема быстро сошла на нет и перешла к путешествиям. Эрик много рассказывал о командировках в разные страны, о том, что в каждой новой стране он обязательно посещает местный театр. Я слушала его, а сама думала, стоит ли рассказывать о поездке в горы с Артёмом, потому что из моих "путешествий" – это самое интересное.

Удивительно, но он не задавал личных вопросов. 

Не пытался выяснить, почему я приехала к бабушке, есть ли у меня молодой человек, какие планы на будущее. Общался он легко и естественно, без того напряжения, которое обычно возникает на первых свиданиях.
Было ли вообще это свиданием? Скорее встреча старых знакомых.

– Мне было очень приятно, – сказал он, провожая меня домой. – Давно я не проводил вечер в такой приятной компании. Может, как-нибудь ещё прогуляемся? В Петербурге столько интересных мест.

И снова я согласилась, но внутренне напряглась. Мне по-прежнему не хотелось ни с кем сближаться, а я боялась, что всё рано или поздно придёт к этому.
Сердце всё ещё болело от неопределенности с Артёмом. 

Мне было хорошо и спокойно рядом с ним, но как только он уходил, его место занимали сомнения. Бездонное чувство вины, что я его использую, чтобы заполнить дыру после Саши. Мы же такие разные, и рано или поздно эта разница встанет между нами. Тим, брат Тёмы, раскусил меня раньше, чем я сама поняла это. От этого было вдвойне паршиво.

И даже сейчас я не была уверена, почему соглашаюсь на общение с Эриком. Снова заполняю пустоту? Но ведь пустоты пока и нет. И я даже не хотела этого. Он сам предложил встретиться. Но и я не отказалась.
Сложно. Порой мне казалось, что быть одной гораздо проще, чем быть в отношениях.

Наверное, я слишком большое значение придавала всему этому. И следующие встречи развеяли все мои опасения.

Эрик не был навязчивым поклонником. Он приглашал меня на выставки в Эрмитаж и Русский музей, водил в небольшие галереи современного искусства, показывал скрытые от туристов уголки города. В конце концов мы просто гуляли по Петербургу и разговаривали обо всём на свете.

Постепенно я расслабилась и начала получать удовольствие от этих встреч. Эрик был прекрасным собеседником – умным, образованным, с тонким чувством юмора. Он мог рассказать интересную историю о любом здании, мимо которого мы проходили, знал легенды и мифы города, при этом не занудствовал.

– Ты как экскурсовод, – смеясь, заметила я как-то.
– В детстве хотел стать историком. Мама отговорила – сказала, что на истории не заработаешь. Вот и стал бизнесменом, который ходит по музеям в свободное время.

– Знаешь, – сказал как-то Эрик, когда мы шли по Дворцовой набережной в последний день перед моим отъездом в Москву, – я давно не встречал девушку, с которой можно просто говорить. Обычно все сразу начинают строить планы или ждут каких-то знаков внимания. А с тобой... с тобой просто хорошо.

Я лишь улыбнулась, пряча лицо от мороза в ворот шубы, и подумала, что тоже давно не встречала таких парней. И даже не догадывалась, что с некоторыми из них можно просто дружить.