Миссия: Полюби меня снова.

Дома мелькали в окне машины, как и лучики солнца, что проскакивали между бетонными постройками. Машины ловко подрезали друг друга, перестраивались, словно муравьи в своем муравейнике.

Я судорожно подергивала ногу. Я была на гране. Ещё чуть-чуть и возможно сейчас меня везли бы не в дом к родителям, как я и хотела, а в наш роскошный особняк, где меня бы запирали на оставшуюся жизнь. Мне невероятно повезло. Даже представлять не хочу, какое лицо было бы у мужа. Но покоя мне не было. Тревога была не только из-за рискованного поведения с моей стороны, но и семена вины стали прорастать и корни стали давать знать о себе.

Он смотрел на меня, будучи уверенным в моих словах. Он поверил мне. Доверился мне. Это радовало. Но я буквально соврала ему, пока он закрытыми глазами доверяет мне вести его за руку по линии пропасти. Мне стыдно. Настолько, что хочется позвонить ему сейчас и во всем признать, умоляя его о прощении за свою ложь и помилование.

Ведь, узнай он, что я забрала эту папку, всему придет конец. Я увижу брата только на похоронной церемонии. И то, дай бог.

Он предупреждал меня. Невольно брови нахмурились. Вина сменилась злобой и обидой. Он первый начал угрожать мне. Первый начал запрещать.

Нога резко замерла, перестав трястись и действовать на нервы водителю, что молча поглядывал на меня в зеркало заднего вида с очень раздраженным видом.

Теперь я зла на него. Так что винить себя за то, что я одолжила документы нельзя. Да, именно одолжила. Я же верну их обратно на место. Я имею право знать. Я его жена. Разве в браке не должно быть доверие?

Машина затормозила на красный свет. Я заметила в окне соседней машины пожилую пару. Седовласая женщина, с убранным в тугой пучок, ворчала на мужа. Даже парочку раз ударила его в плечо. А мужчина с приятной соломенной шляпой на голове, в самой расслабленной позе, сжимал руку жены, а после её ударов и вовсе целовал её костяшки пальцев.

Эта картина позабавила меня и одновременно умиляла. Интересно, у нас в браке было доверие?

Подъехав к родительскому дому, я уже собиралась выйти, но дверь не разблокировалась. Я посмотрела на водителя, вопросительно приподняв бровь.

— Откройте дверь. — мой голос был спокоен, но странное чувство вновь ударила в живот.

— Господин Риндо просил осмотреть вашу сумочку. — раздался холодный голос водителя, что обернулся ко мне на заднее сиденье. От его слов у меня дернулась нижняя губа, но я её быстро прикусила. Брови вновь сошли в одну полосу.

— Зачем?

— Не знаю, госпожа. — он смотрел пристально, словно он видел как я рылась в столе. — Господин только написал, что вашу сумку необходимо немедленно проверить. Прошу вас, позвольте.

Он протянул руку к моей сумке, но я на автомате дернула её в сторону, прижав к груди. Я знала, что им надо там найти. Но я не позволю так просто забрать у меня разгадку на пол пути.

— Пока не скажешь, что вы там хотите увидеть, не отдам.

— Госпожа Хайтани, прошу, не усложняйте все. — он и глазом не повел, но зато стиснул зубы. Заметила как его челюсть напряглась. Мы оба не отрывали взгляда друг от друга, словно два хищника приметили одну добычу, — мою сумку.

Но потом я вспомнила все фильмы, что смотрела с братом, с подругами из школы и университета. Когда герой что-то прячет и он всячески это опровергает, то только больше разжигает подозрения. И я всегда считала таких героев идиотами. Неужели так трудно притвориться словно ничего не случилось? Теперь, оказавшись в таком положении, я поняла, какого это быть на мести таких героев.

Я бросила ему сумку, напоследок недовольно фыркнув. Если уж меня и поймают с поличным, то пусть с гордостью.

Но смотреть как он роется в моей сумке не получилось. Мое сердце билось об стенки ребер, когда он доставал очередную вещь из сумке. Поэтому я отвернулась, не желая смотреть на свой проигрыш.

Для меня это был конец.

— Прошу прощении, госпожа. — сказала мужчина спокойно.

Я удивленно посмотрела на него, заметив как он собрал мою сумку назад, положив все мои вещи в том же порядке. Ничего не выронил и не выложил.

— У Господина пропали некоторые бумаги. Он подозревал, что они могли упасть вам в сумку. Но все в порядке. — послышался щелчок. Дверь открылась. Ага, конечно. Упали бумаги, в моей сумке.

Последний раз взглянув на него, я вышла из машины и захлопнула дверь. Ступая по асфальту в сторону дома родителей, я с каждым шагом ощущала свободу. Мне даже показалось, что невидимые крылья раскрылись на моей спине, принося огромное удовольствие.

Мама встретила меня с распростертыми объятиями, как и ожидалось от нее. Но мне нужно успеть до вечера, так что мне пришлось соврать ей, что я устала и хочется поспать в своей постели, как в детские года.

И вот, оказавшись в своей спальне, одна, без камер или слуг, без глаз Рана и навязчивых водителей. Я одна и чувствую покой. Мне не хватала этого с момента приезда в Токио. Просто ощущение безопасности.

Поставив сумку около двери, я упала на кровать лицом в подушку, а затем перевернулась на бок и поджала ноги к груди, обняв свободную подушку. Не знаю почему, но тоска пробирала каждую мою клеточку тела.

Мне было не грустно, ведь я добыла, то что так долго искала. Теперь на каждый мой вопрос будет ответ. Но раскрывать тот конвертик не торопилась. Но времени особо не было.

Усевшись на кровати, подняла сумку на кровать и достала оттуда папку с чертежами, где конверт и завалялся. На лице образовалась ухмылка.

Не стала тянуть время и раскрыла его, достав бумаги. Белые листы. Вот они, мои ответы. Я перевернулась их и замерла. Сердце словно перестало биться, заполняясь кровью и сдавливая все в груди.

Я отпустила бумаги на колени. Это так глупо, надеятся, что такие ценные бумаги будут на самом видном месте. Конечно, они были пустыми. Обычные чистые листы. Я впервые ощутила себя по-настоящему идиоткой, которая наивно полагается на все что видит.

Конечно, не может быть все так легко. А теперь я оказалась в этой ситуации, что даже с самой себя смешно.

Наверняка Риндо смеется с меня, что смог развести такую как я: наивную, доверчивую, глупую девушку, вокруг пальца.

Беспомощность вновь упала на плечи, заставив их поникнуть.

Я тяжело вздохнула и рухнула в постель, уставившись в потолок и рисуя по нему узоры, как по белому холсту. Я долго думала, что делать дальше. Одна рука теребила листки бумаги на коленях, пытаясь успокоить свои мысли, но тревога только росла.

В итоге, ни к чему не пришла и в чувства меня привел резкий звонок на телефон, от которого я вздрогнула. Звонил Риндо. Быстро подскочив с кровати, ответила:

— Да? — голос предательски дрогнул и я прикрыла глаза.

— Я скоро приеду. Собирайся. — сказал муж спокойно и повесил трубку.

Я смотрела на бумажный конверт с красивыми буквами фамилия «Вильгельм». От него срочно надо избавится.