13. это не она
N.Flying — Moonshot
Этот день тянулся удивительно медленно. Иан объяснила это своим любимым «законом подлости»: если хочешь, чтобы день длился вечно — он пролетает мгновенно, а если ждешь его конца — он на зло ползёт, как улитка. Иан уже все уши прожужжала Эйне о том, как ждёт вечера.
Конхо весь день подтрунивал над Сонхеном, который наотрез отказывался идти с ними, на что Иан лишь невозмутимо отвечала: «Пойдёшь-пойдёшь, куда ты денешься». Эйне каким-то образом удалось его успокоить, и, кажется, он уже не так яростно протестовал. И конечно же...
Конечно же, Джеймс. Своего рода «финальный босс», которого было критически сложно поймать на переменах или после школы. Иан всё не могла придумать, как уговорить его пойти, ведь Чжао со своими стальными принципами и дисциплиной тренировок никогда в жизни не согласится. Хотя... у Иан был запасной план на случай отказа. И если Юйфань, которого она знала в детстве, совсем не испарился под натиском холодного Джеймса, то он точно сработает.
— Как ты вообще с ним познакомился? — вдруг спросила Эйна, обращаясь к Конхо.
Четверо друзей шли по двору школы, из-за уговоров Иан разыскивая их таинственного китайца.
— С Мартином? — Конхо приподнял брови, улыбаясь. — Я его обыграл в КС, а он начал гнать, мол, я мухлюю, и требовал реванш. Как-то так и вышло.
— Как быстро парни становятся друзьями, конечно, — посмеялась Эйна.
— Вы с Иан тоже быстро подружились.
— Ну да, — Эйна посмотрела на подругу, которая шла чуть впереди, высматривая спортсмена, и улыбнулась.
— В отличие от нас с Сонхеном, — Конхо обнял друга за плечи, и тот сразу помрачнел. — Я так долго его добивался, прям как принцессу.
— Завались.
— Ну-ну, принцесса, — Конхо погладил его по голове, и Сонхен оттолкнул его. Это выглядело нелепо, и Эйна рассмеялась.
Тем временем Иан наконец разглядела на футбольном поле (где же ещё) своего ненаглядного и тут же побежала в ту сторону, оставив друзей. Джеймс, как всегда после занятий, наматывал круги по полю, разминался, а потом подтягивался на перекладине футбольных ворот, почти взбираясь на неё. Иан часто видела его из окна кружка шитья и невольно заглядывалась, очарованная его упорством. Вот и сейчас она подбежала к нему, пока он отжимался, и беспардонно села рядом на траву. Заметив её, Джеймс прекратил тренировку, сел и вынув наушники, с любопытством взглянул на неё.
— Иан?
— Юйфань.
— Слушаю, — он кивнул, поджав губы в улыбку.
— Во сколько ты обычно засыпаешь?
— Интересный вопрос.
— Ответь.
— Сплю с девяти, просыпаюсь в пять. Иногда могу в десять уснуть, если дела. А что?
— Кто засыпает в девять вечера?!
— Здоровые люди?
— Да ну, Юйфань, этой ночью ты не будешь спать, — она усмехнулась.
— Буду, конечно.
— Нет, потому что ты идёшь с нами! Увидим выступление группы Мартина с одиннадцати вечера.
— Со скольки? — он скривился.
— С одиннадцати ноль-ноль.
— Нет. Я, конечно, рад за него, но нет, — потом добавил: — Тебе же семнадцать, куда ты собралась в такой час?
— Ну, я буду не одна. Конхо, Сонхен и Эйна тоже будут.
— Ну раз староста будет, я буду спокоен, — сказал он это, но звучало неубедительно. Его явно волновало, что подруга будет где-то непонятно где этой ночью. Иан решила, что пора вводить в действие план Б, и встала.
— Ну раз ты не хочешь, — она отвернулась. — Как хочешь. Мы будем веселиться без тебя всю ночь.
— Всю ночь? Вы не закончите к полуночи? — он напрягся.
— Нет, конечно! Это же интересно.
— А где это будет?
Бинго. Именно этого вопроса Иан и ждала. Она повернулась к Джеймсу с невинным выражением лица, за которым скрывалось коварство. Хорошо, что он не видел маленькой усмешки на краешке её губ.
— Бар «Хэнгю», — произнесла она медленно, разделяя по слогам.
— Бар? — Джеймс встал, обеспокоенно. — Разве «Хэнгю» не рядом с «Октагоном»?
Бар «Хэнгю» и правда располагался рядом с ночным клубом «Октагон», что делало это место не самым безопасным в час ночи для маленькой несовершеннолетней школьницы. Вроде Иан. Удивительно, но именно ненавистный ей образ слабой девочки, оставшийся в голове Джеймса, сейчас играл ей на руку.
— Какая разница? Ты уже отказался, — она разочарованно вздохнула, отворачиваясь.
Она не успела сделать и пяти шагов, как Джеймс отозвался:
— Постой.
Попался.
— Да?
— Я пойду с вами.
— А что? Почему ты передумал?
— Это опасно. Эйна одна не справится, приглядывая за вами с Конхо, — сказал он это ответственно и совершенно по-старшерски.
Иан широко улыбнулась. Ну вот точно. Чжао Юйфань совершенно не изменился. Что пять лет назад, что сейчас. Он всё такой же — заботливый, любящий всех оберегать, чувствующий острую ответственность за Иан. В детстве он всегда шёл за ней на любые её безумные затеи, чтобы «приглядеть». Сейчас ничего не изменилось.
С другой стороны раздался крик Конхо: «Так он согласился?». Трое друзей, оказывается, всё это время сидели на трибунах, наблюдая за ними. Джеймс, услышав это, удивился, обернувшись, а Иан высоко подняла руку, показав большой палец. Юйфань не сдержал тяжёлого вздоха и покачал головой, сдерживая смех.
***
Ночь пахла волнением и предвещала большие дела. Иан всё поправляла края своего чёрного топика, поверх которого была накинута чёрная кожаная куртка. Топик был куплен где-то год назад и ни разу не носился, а куртку она тайком стащила из шкафа старшей сестры. Впрочем, Ичжуо всё равно оставила и напрочь забыла о своих старых вещах — теперь она такое уже не носила. Честно, Иан редко видела сестру хоть в чём-то, кроме спортивной формы. «В этом они с Юйфанем похожи», — подумала она, накидывая на плечо мягкую сумку.
Проходя мимо комнаты сестры, Иан, как по традиции, остановилась, чтобы пару секунд поглядеть на закрытую дверь, за которой скрывалась пустующая комната, обставленная множеством наград. Это место больше походило на зал славы, чем на жилое помещение, особенно по сравнению с собственной комнатой Иан, развешанной множеством плакатов, распечатанных фотографий и морем мягких игрушек, на которые у неё была слабость. Иан не знала, какая невидимая сила постоянно приковывала её к этому месту и заставляла смотреть на эту тяжёлую дверь. Своего рода бессмысленная традиция.
Вдруг со стороны кухни раздался скрип пола, и Иан, испугавшись, тут же ринулась в бега. Она выбежала из дома и побежала прямо вперёд.
Родители ни в коем случае не должны узнать, что её нет дома. Не зря же она укутала подушки под одеяло, изображая правдоподобную версию себя, верно? В сериалах это, конечно, не срабатывало, и героев всё равно ловили на обмане, но Иан всё же рискнула.
***
«Я похожа на неё», — вдруг решила Иан, разглядывая в телефоне Эйны селфи, которые они сделали по дороге в бар. Эйна и Конхо о чём-то говорили, громко смеясь, Сонхен и Джеймс шли за ними, с недоверием поглядывая по сторонам, а Иан зациклилась на фотографии.
«Я очень похожа на неё», — ещё раз сказала она себе под нос, сильно прикусив губу.
— Ты что-то сказала? — спросил Конхо.
— Нет, — Иан поморщилась, отложила телефон и невольно поджала губы, как обычно делала она, сама того в полной мере не осознавая.
— Не делай так, — Конхо скривил лицо.
— Что?
— Не делай такое лицо. Уродуешь себя.
— Пошёл ты, — она подняла кулак, угрожающе насупившись, и тот сразу же спрятался за спину Эйны. — Это ты не делай такое лицо. Скажи спасибо, что Эйна добрая.
— Тебе стоит поучиться у неё, — Конхо показал ей язык, всё ещё стоя позади старосты и держа её за оба плеча, готовый в случае чего уклониться. «Вот чёрт, знает же, что я не трону свою дорогую подругу», — Иан цокнула языком.
— Опять вы ссоритесь на пустом месте, — Эйна тяжело вздохнула и посмеялась. Она хоть и делала вид, что ужасно устала от этих перепалок и вот-вот бросит их, но на деле потом всегда смеялась или улыбалась. Она не стеснялась выражать, что друзья её раздражают, но ей это даже нравилось. — Может, начнём жить дружно? Вот и «Хэнгю».
Впереди была лестница, ведущая куда-то под землю, с вывеской «Хэнгю тут!». Место было... контрастным. Пугающая лестница вниз и милая вывеска. Друзья переглянулись, обдумывая.
— Ну всё. Такие вот дела. Пошли домой, — Сонхен уже почти отвернулся, но Конхо поймал его за шиворот, а Иан сделала шаг вперёд — и компания потянулась за ней, как за лидером.
Стоило им спуститься вниз и открыть дверь, как они услышали первые аккорды электронной гитары. Школьники, сразу поняв, что пришли как раз вовремя, поспешили к источнику звука и оказались позади внушительной толпы, собравшейся перед мини-сценой. Многие стояли, желая разглядеть играющих поближе, а некоторые сидели за столиками или у барной стойки. Но одно было ясно — все смотрели на сцену. Туда, где трое парней и одна девушка готовились начать. Среди них ярко выделялся Мартин, стоя перед микрофоном в центре.
Конхо и Иан принялись толкать друг друга от волнения. Это было что-то вроде «ты тоже это видишь?». Эйна толкнула Сонхена в плечо, прикрыв улыбку ладонью: «Это наш Мартин», — а Джеймс встал слева от Иан, тоже наблюдая.
И вот первый удар по струнам — резкий, сухой, будто искра, прыгнувшая в бензин. Зал взорвался. Иан даже вздрогнула, но не от испуга, а от внезапной плотности звука, который ударил в грудь, заставив сердце биться в такт.
Мартин у микрофона не просто пел — он бросал слова, хриплые и честные, прямо в лицо толпе, а его гитара визжала и стонала в ответ. Его голос был настолько откровенным и проникающим, что сердце Иан замерло. Она не разбиралась в нотах и аккордах и потому просто ловила атмосферу. Это не был просто шум. Это было что-то сырое, дерзкое. Уверенность, граничащая с вызовом. Двое парней за клавишами и барабанами отдавались игре со страстью, но девушка с бас-гитарой в углу с совершенно невозмутимым лицом выстукивала тяжёлые, жирные линии, которые Иан чувствовала буквально ногами сквозь пол.
И люди вокруг... Они не просто слушали. Они отдавались этому полностью. Кто-то кивал головой с закрытыми глазами, кто-то кричал слова, вздымая кулак. Пара перед Иан отчаянно танцевала, не слыша друг друга, но двигаясь в унисон с этой неистовой энергией. Воздух гудел от тепла тел и общего порыва.
Иан не анализировала музыку. Она ловила простое человеческое наслаждение. От этой общей дрожи, от света софитов на потном лице Мартина, от того, как Конхо и Джеймс, забыв всё, просто улыбались от восторга. Иан тоже улыбалась, широко и беззаботно. Это было чистое, физическое ощущение свободы. Их неловкий гигант не просто играл на гитаре. Он был проводником. А они — частью этого громкого, бесшабашного, настоящего момента.
Текст песни дошёл до неё не сразу, но когда она поняла, то невольно посмотрела в сторону Джеймса. Это была песня про любовь. Такую страстную, но тоскливую, что ноги дрожали. Глаза Иан блестели, пока она смотрела на Джеймса, не зная, что должна чувствовать. Но именно когда друг посмотрел на неё в ответ, музыка стихла, а зал заполнился криками и овациями.
Иан отвернулась, посмотрев на Мартина, поблагодарившего аудиторию и объявившего перерыв.
— А я вас вижу! — закричал он в микрофон, смеясь, и Конхо с Иан сразу же подняли руки, показывая: «Да-да, мы тут! Тут!»
Мартин спрыгнул со сцены и бодро подбежал к ним сквозь толпу. Он широко улыбался и тяжело дышал после столь долгого пения, но казался искренне счастливым. Иан впервые видела его настолько счастливым, горящим, возбуждённым и... самим собой. Да, вот он таким и был. Настоящий Мартин.
— Ну и как вам?
— Это было просто невероятно! — почти завизжала Эйна, подпрыгивая на месте от радости. Ребята удивлённо посмотрели на неё, не ожидая, что именно их милой старосте настолько понравился жёсткий рок.
— Наша староста полна сюрпризов, — Конхо мягко улыбается, заставляя Эйну смутиться. Она на секунду потеряла хватку, но потом быстро взяла себя руки, поправляя волосы.
— Вы еще многого обо мне не знаете, — она сказала это как шутку, потом вновь обратилась к Мартину, сияя, — Ты обязан отправить мне эту песню. Чувак, боже мой. Вы просто разорвали сцену. Бас-гитара вообще свела меня с ума.
— Спасибо, — вдруг раздалось позади Мартина, и из-за его спины показалась девушка с чёрными вьющимися волосами и «кошачьим» взглядом. Она выглядела откровенно крутой и дерзкой, даже немного опасной.
— Это ты была на бас-гитаре? — сказал Джеймс.
— А вы друзья Мартина? Я Джуын, его мать, отец, брат, сестра и басистка, — она улыбнулась. Девушка была эффектной.
Ребята все познакомились, мило обсуждая увиденные выступления. Они делились своим восторгом, а Мартин благодарил их, глубоко кланяясь. Иан теперь наконец могла сказать: да, она наконец увидела его, стиль Мартина. Она не могла не восхищаться этим и чувствовала глубокое вдохновение, которое комом встало у неё в горле.
— Мартин! — она хлопнула в ладоши, сделав молящий жест. — Ты обязан, слышишь меня? Обязан! Пожалуйста, стань моделью на фестивале для кружка шитья!
— Что?! — он поморщился.
— Мартин в моделях? — Конхо рассмеялся.
— Пожалуйста! Я знаю, что сделаю для тебя лучший костюм, который ты когда-либо носил и наденешь в своей жизни. Ты меня так вдохновил, пожалуйста!
— У тебя яркий образ. Ты точно привлечёшь к нам внимание, — поддержала Эйна и вместе с подругой сложила руки в мольбе.
— Не соглашайся, они тебя сожрут, — прокомментировал Сонхен.
— Соглашайся, они тебя сожрут, — парировал Конхо.
Мартин весь сжался, не зная, что сказать. Джуын стояла, сдерживая смех, а Джеймс с сожалением улыбнулся. Напряжение нарастало, и...
— Оке-ей? — его голос неуверенно дрогнул, но и этого хватило Иан и Эйне, чтобы поймать его за обе руки и приняться благодарно их трясти. Они были без ума от радости, дали друг другу пять, смущая певца ещё больше, а всех остальных заставляя улыбаться.
— А ты чего смеёшься? — Сонхен толкнул Конхо в плечо. — Мы тоже обречены.
— И нам это нравится, братан, — Конхо положил руки на плечи другу, усмехаясь.
— У нас и выбора не было.
— Вот именно.
***
Все выступления закончились примерно к часу ночи, и Сонхен уже валился с ног от усталости. Эйна его подхватила, помогая идти, и ругала, чтобы не притворялся. Ребята толпой вышли из бара, обнаружив, что на улице уже довольно прохладно. Они разделились на две маленькие группы, чтобы безопасно разойтись по домам. Распределились так: Мартин, Сонхен, Эйна и Джуын; Конхо, Джеймс и Иан. Деление произошло чисто по принципу «кто где живёт». Если первые четверо поехали на такси, то горе-трио, жившие в тридцати минутах пешком, решили немного прогуляться, экономя деньги.
— Тебе понравилось? — спросила Иан, глядя на Джеймса, который был совсем тихим.
— Было... неплохо, — сказал он устало, но, увидев поникший взгляд подруги, тут же исправился: — Интересно. Приятный опыт. Спасибо, что пригласила.
Иан широко улыбнулась, а Конхо потрепал её по распущенным волосам, вызвав недовольный вскрик. Он отскочил на шаг, дразня подругу, чтобы та его догоняла.
— Ан Конхо, ты! — она уже была готова броситься на друга с кулаками, как вдруг замерла.
Это было... странное ощущение. Тяжёлый, стальной удар о землю, словно её с разбега пнули прямо в живот, парализовав всё тело и остановив сердце. Она замерла, приковав пристальный, неверующий и налитый слезами взгляд к двум людям, стоявшим впереди на дороге. Конхо, заметив её перемену, тут же стал серьёзным и обернулся. Его реакция была практически такой же, как у Иан, кроме одной детали: он сразу же вновь посмотрел на Иан и подошёл к ней.
— Иан, — его голос был серьёзным и глубоким, словно он возвращал её в реальность.
Нет. Нет. Нет.
Не может быть. Это, наверное, какая-то нелепая шутка. Кто-то издевается над ней? Она смотрела, как девушка впереди страстно и по-взрослому отвратительно целовала какого-то парня, притягивая его к себе, после чего шаталась, не слишком твёрдо стоя на ногах. Руки незнакомца скользили по её талии и ниже, а девушка... она, чёрт возьми, была этому только рада. Она хихикала. ХИХИКАЛА отвратительно пьяная и отдаваясь в руки совершенного незнакомца.
— Это не она, — голос Иан был тихим, она сама себе не верила. — Она не ходит по таким местам. У неё скоро соревнования. Она не такая. Она не будет...
Девушка смеялась, а незнакомец лапал её везде, где только можно, посреди улицы, и уже вёл в сторону своей машины. На это было страшно смотреть, Иан сделала шаг вперёд, пока её мозг кричал: «НЕТ». Но парень позади неё двинулся быстрее. Он пробежал мимо Иан и Конхо прямо к той паре.
— Цзецзе!
