Научи меня

- Добро пожаловать на главную битву этого года! Битву О-олимпия! – звучный голос молодой, активной ведущей разнесся над ареной, и зал мгновенно наполнился шумными вскриками болельщиков в ответ. 
Трибуны уже гудели, заражая своими неповторимыми эмоциями. Обладательница голоса, а именно рыжеволосая Кокко, что сидела перед главным микрофоном, даже подскочила на своем месте. Как же она была рада, что именно ей доверили комментировать это событие, а не этой противноголосой выскочке Ани.
В этот раз организаторы расстарались на славу. Арена, выполненная в овальной форме и вместившая почти восемьдесят тысяч людей, напоминала своим видом древнегреческий пантеон, и уже утонула в ярких сполохах ярко-красного пламени и свете разноцветных лучей прожекторов.

Над зрителями заработали экраны, которые показывали лучшие моменты, прошедших за год боев – самые жестокие атаки, самые страшные победы, от которых замирало сердце. А на само поле выбежали служащие, переодетые в гладиаторов. Они так самозабвенно бросались друг на друга, устраивая показательное выступление, что становилось душно. Действительно, столько времени наблюдать и вот, наконец, самим выступить хотя бы в постановочном бою. Лифтеры, охранники, гиды, даже судьи. Сейчас в эпицентре были все, кто работал весь этот удивительный год на Небесной Арене. Те, кто смотрел, судил и жаждал сразиться, те, кто помогал, лечил и рассказывал. Женщины и мужчины разных возрастов. Сейчас они были теми, вокруг кого крутилась планета, теми, кого приветствовал и поддерживал зал. Это чувство опьяняло и завораживало. Поэтому не обошлось без серьезных травм. Представление стремительно подходило к концу, и музыка менялась на чуть более спокойную, но все такую же заводную. Кокко поспешила схватиться за свои распечатки с текстом, переводя дух, - даже она не ожидала подобного от своих коллег.
- Мы рады приветствовать вас на таком важном событии. В этом году мы отмечаем юбилей, - комментатор неловко повертела листы, но так и не нашла точной цифры. Интересно, а сколько же все-таки лет их Башне? – Организаторы впервые согласились провести Битву Олимпия не на родных этажах, сделав нам удивительный подарок. Сегодня и все последующие две недели любой желающий сможет насладиться битвами неповторимых, самых сильных и самых отчаянных бойцов. Скажу по секрету, есть еще кое-что, что придумали наши неугомонные организаторы, но решили оставить на самый конец. Увы, даже я точно не знаю, что же это, но ясно одно – скучать мы не будем. А теперь перейдем к самой интригующей части этого открытия - приветственное слово от одного из тех, благодаря кому все это стало реальностью. Встречайте! Представитель совета директоров Небесной Арены! Контаро! Теску-уничи!
В зале раздались громоподобные аплодисменты, ритмично звучащие в такт музыке. Люди были охвачены сумасшедшей эйфорией, когда на поле вышел мужчина и взмахнул руками. Его дорога тут же вспыхнула сиреневым пламенем, и барабаны застучали в такт его мерцанию. Контару небрежно убрал руки в карманы и направился к центру площадки.
Пусть это и был его момент славы, мужчина оставался потрясающе спокоен, будто каждый день открывал подобные масштабные события. Как только он остановился возле неприметного микрофона, платформа под ним пришла в движение и поднялась на несколько метров над землей, и все прожектора замерли в ее центре, придав мужчине сказочный ореол.
- Я рад видеть вас всех, - Тескуничи кивнул, и его изображение тут же оказалось на экранах. Молодой, стремительный мужчина завораживал. Черные глаза смотрели с долей насмешки, но это было единственным в его облике, что выдавало озорной характер. Светлые, почти седые волосы были аккуратно причесаны, а строгий костюм выглядел баснословно дорогим. Тескуничи внушал уважение. – Признаюсь вам - этот год был неповторимым. Еще никогда Небесная Арена не принимала стольких поразительных бойцов. Мы просто не смогли держать это в секрете и решили поделиться своим открытием со всеми вами. Приятно так же видеть среди вас тех, кто однажды принимал участие в наших боях и навсегда запомнился нам своей отчаянной смелостью и силой. Я могу еще долго расхваливать вас, - он усмехнулся, - но вы же хотите совсем другого, верно? Верно?! – зал взорвался одобрительными возгласами под его неожиданный крик, и Контару повернулся, указывая рукой на выдвинувшиеся в темноте платформы, которые подпирали собой атланты. – Тогда смотрите! Смотрите на них! – свет замелькал и остановился на людях, возвышавшихся над полем. Они были собраны и равнодушны, но все равно трибуны приветствовали их, как народных героев. – Двадцать один хозяин этажа! Вы же знаете, что это значит, верно? Каждый из них прошел путь до двухсотого этажа, сражаясь, победил в десяти, как минимум, прошу заметить, боях и доказал нам свою силу! Вы же хотите ее увидеть, да? Хотите?! Смотрите! Они покажут вам свою силу, заставят сердце трепетать в страхе, а глотки надрываться от крика поддержки! – зал кричал и свистел, со всех сторон доносилось столько шума, что Тескуничи чуть поморщился, улыбаясь. Хозяева этажей стояли, гордо взирая на обезумевший зал, всем свои видом вызывая уважение и дрожь в коленях. Контару скрестил пальцы на удачу - лишь бы все прошло, как они задумали. – Тогда… Я объявляю Битву Олимпия о-открытой!
Свет неожиданно на мгновение погас, и зал оглушил сам себя. Но лучи прожекторов снова ударили по стоявшим бойцам, а потом несколько ламп, расположенных в несколько этажей по арене, начали включаться снизу вверх, освещая десятка три львов, что ходили по площадке, порыкивая. Тескуничи на месте уже не было, а вот платформы хозяев этажей поползли вниз.
- Что?! – Кокко удивленно дернулась и потерла глаза. Ей об этом не рассказывали. – Наши бойцы, кажется, оказались в затруднительном положении, что же они будут делать? Чем ответят на теплое приветствие руководства Небесной Арены? Вы только посмотрите, что происходит! - она возбужденно подскочила, почти прижимаясь лицом к стеклу своей комментаторской будки.
Мужчины без труда активировали нэн и безжалостно кинулись на свирепых хищников, будто те провинившиеся домашние кошки. То, что казалось жутким, в момент перестало быть таковым, напомнив детскую игру. И только когда пал последний лев, выход с арены поднялся и замигал крупными буквами «Битва Олимпия». – Это просто удивительно! Что же еще приготовили наши организаторы? Сколько сюрпризов ждет нас в эти удивительные дни. Узнаем это вместе! Открытие подошло к концу, оставив за собой лишь предвкушение и запах победы. На сегодня все, с вами была ваша Кокко, встретимся на первой битве уже завтра ровно в двенадцать!
Кокко вскинула кулаки вверх.
Это было потрясающе.

Счастливо вздохнув, Гон закинул руки за голову. Разве можно думать о чем-то плохом после такого потрясающего открытия. Жаль только хозяев этажей не представили толком, да и видно их особо не было. Киллуа тоже задумчиво улыбался, шагая рядом. Его немало удивило «теплое» приветствие бойцов. С другой стороны, организаторы, видимо, были уверены в них, иначе бы рисковали потерять нескольких ребят. Здорово у них все-таки вышло.            
- Гон-кун! – приветливо помахала Кокко. Она заметила мальчиков, как только вышла из своей будки. Они толком не были знакомы, но, по правде говоря, Фрикс так отличился в своих боях на Небесной Арене, что не запомнить его было невозможно.
- Здравствуйте, Кокко-сан, - вежливо откликнулся парень, немного удивившись. Он испытывал к этому комментатору странные чувства, - все же именно она освещала все его бои на Арене, и казалось, что все это время была рядом. Впрочем, он был немало поражен тем, что она обратила на него внимание сейчас.
- Привет! – Кокко восторженно оглядела парней, профессиональным глазом определив, что те стали сильнее. Она не интересовалась делами не в пределах своей работы, так что увиденное стало приятным сюрпризом. Жаль, что ребята не захотели сражаться на Арене дальше, быть может, они могли бы сегодня присутствовать здесь в совсем ином качестве. – Ну, как вам?
- Круто! – будто заразившись ее настроем, воскликнул Фрикс. – Это было просто невероятно!
- Да, здорово, - немного неловко согласился Золдик, убрав руки в карманы. В отличие от друга, он не так уж много общался с девушками, а выглядеть глупо не хотелось. Он тоже помнил Кокко, все же комментаторов на Арене было не так уж и много, но самые яркие бои всегда сопровождались ее громким, немного грубоватым голосом.
- Точно, я там чуть из будки не выпрыгнула! А вы посмотреть пришли, да? Ох, ну это же очевидно! Жалко, что вы перестали выступать, может, в следующем году попробуете еще раз? – она задорно подмигнула. Эмоции все еще плескались внутри, и девушка просто не могла не дать им выход.
- Как знать, - усмехнулся в ответ Киллуа.
- Вы только сегодня прибыли, да? Говорят, на вашем корабле происходило что-то с чем-то! Многие бойцы подрались еще в пути, жаль, что я все пропустила. Как вы добрались? Не дали себя в обиду? – Кокко усмехнулась.
  - Все в порядке, - немного покраснел Гон. Черте что творилось на их корабле, если честно. Но ведь не говорить же ей правду. Киллуа безмолвно его поддержал.
- Ребята, я так рада вас видеть! Вы первые из знакомых, кого я встретила. Интересно посмотреть и на остальных. Где вы поселились?
- Недалеко, в гостинице, южнее отсюда, - Фрикс улыбнулся. Здорово, что они встретились с ней. Кокко явно была настроена на продолжительное знакомство, и Гон ничего не имел против. Скорее ему даже было интересно, что сможет рассказать комментатор. А даже если и ничего, рыжеволосая Кокко со своими задорными хвостиками казалась ему очень хорошей.
- О, жаль, я наоборот, севернее. Для служащих сняли отдельную гостиницу, сами понимаете. Вы заходите ко мне в будку, буду рада вам ее показать. Правда во время матчей, к сожалению, туда проходит только персонал. Хотя если составите мне компанию завтра после боя, я попробую что-нибудь придумать, - девушка легкомысленно улыбнулась. Все же ей тоже хотелось пообщаться с кем-нибудь, кто не является ее коллегой. На коллектив Кокко не жаловалась, да и сюда прибыли лучшие из лучших, но порой было так скучно. Да и бойцы не были самыми приятными людьми. Так что такому шансу она была рада.
- С удовольствием! – горячо откликнулся Гон. Киллуа незаметно усмехнулся. Пожалуй, это действительно хорошая идея. Кокко сможет рассказать им поподробнее обо всей Битве, да и посмотреть хоть один матч с ее места безумно интересно.
- Тогда увидимся!
Она еще раз улыбнулась, бросив на мальчишек странный взгляд. Всю жизнь Кокко провела, глядя на бойцов. Еще будучи совсем девчонкой ей пришлось обучиться нэн, чтобы не раздавило ненароком, хотя это и было неимоверно тяжело. И сейчас она видела нечто удивительное перед собой. Кто бы мог подумать, что из ребят выйдут такие сильные Хантеры.
Посмотреть бы на их бой.

Золдик поспешно расправил кровать и завалился на нее. День оказался на удивление веселым. Гостиницу они выбрали с первого раза, забрав последний номер, и тот оказался уютным. Стены теплого древесного цвета, ковер очень приятный на ощупь, а кровати удивительно мягкие. У них был свой санузел, что тоже немало радовало. А еще все вокруг были такими благодушными и счастливыми, что мир казался чуточку лучше.
Гон только вышел из ванной и теперь обтирался гостиничным полотенцем, кипельно-белым с вышитым названием. С его губ не сходила улыбка, день выдался просто… Ну, просто очень хорошим!
- Ты ведь не против, что мы завтра прогуляемся с Кокко-сан? – Гон знал, что друг ему не откажет, но все равно не хотелось решать за двоих. Это было бы нечестно.
- Да ладно, все равно никаких планов не было, - махнул Киллуа. Он немного пожевал нижнюю губу, а потом все же кивнул себе, и, подойдя к Фриксу, стал мягко вытирать его мокрые волосы. – Тем более, она знает тут все гораздо лучше нас.
- Ага, - Гон чуть приподнял голову, любопытными глазами разглядывая своего спутника. Действия Золдика не очень удивили его, но все же было в этом что-то странное. Впервые Киллуа проявлял такую заботу. Золдик под его взглядом покраснел и поспешил отвести глаза.
- Давай спать уже.
- Ага… - Гон выключил свой ночник и отвернулся к стене, у которой стояла его кровать. Ему, в отличие от Киллуа, не очень-то хотелось спать у окна. Там бы он чувствовал себя менее защищенным.
В этом было ужасно признаваться даже самому себе.
И все же ему хотелось, чтобы сейчас в оконном проеме показался знакомый силуэт. Но его самого вгоняло в дрожь это желание и, честно говоря, не только оно. После произошедшего на корабле, на подобные мысли его тело реагировало вполне однозначно. Это пугало.
Гон сжал плотнее ноги под одеялом, уговаривая себя не возбуждаться.

Хисока стоял на крыше одного из зданий и оглядывал открывшийся город. Удивительное все-таки место. Повсюду статуи античных богов, фонтаны и яркие, выдержанные в стиле, рекламы. Он чувствовал себя поразительно хорошо. Здесь. В этом городе.
Чувствовал силу, которую источали люди вокруг, азарт.
Ему было даже немного интересно посмотреть на саму Битву, быть может, там есть кто-то, кто смог бы его развлечь.
Но тогда не мала вероятность встретиться с милым Гоном, а для этого пока еще рано.
Тем более, что у него есть одно дело. Битва, наслаждение от которой он так жаждал испытать. Даже его терпение медленно подходило к концу.
Маг уловил легкие шаги по настилу, но продолжил разглядывать вид перед собой. Где-то там, на одной из крыш затаился Иллуми, который все же решил посмотреть, чем все кончится. Интересно, а он бы взялся за дело, если бы заказали Хисоку? Ох, как было бы весело…
- Ты великолепен, - фокусник облизнул тонкие губы, почувствовав чужую нэн, и повернулся, оглядывая противника с естественным ему жаром. Тело будто стало тяжелым, возбуждение бежало по венам. Куроро неспешным шагом вышел из тени. В его руках трепетала страницами раскрытая книга.
Он тоже ждал.

В жизни Контаро Тескуничи был человеком неприятным. Скользким, нахальным и злым. Но самым страшным он становился рано утром, когда только открывал глаза. Контаро был убежденной совой, и наглые подчиненные могли сдохнуть, но не добудиться его.
- Тескуничи-сама, - продолжал жалобно скрестить нервный служащий. В этот раз он вытащил короткую спичку, проиграв, и его направили доложить о случившемся. – Дело очень важное, Тескуничи-сама, пожалуйста, просыпайтесь…
Дверь неожиданно распахнулась с такой силой, что штукатурка посыпалась на голову бедолаге. Молодой человек затрясся, когда почувствовал, как дуло упирается ему в лоб, не смея поднять глаза. Во рту стало сухо, и глаза заблестели от ужаса.
- Тварь, как ты посмел…
- Дело важное, очень важное, Тескуничи-сама, - продолжал блеять бледный как смерть парнишка. Еще никто не возвращался, вытащив короткую.
- Говори.
Но служащий только дрожащей рукой указал вглубь коридора, где как раз располагалось окно. Контару смерил его гневным взглядом и все же спустил курок. Незачем прекращать такую славную-добрую традицию пробуждений.
Неспешным шагом он подошел к указанному окну и чуть не взвыл от досады.
Два здания из его прекрасного ансамбля, самые любимые, надо сказать, лишились верхних этажей.
  - Твою мать, - мужчина зарычал и, повернувшись к мертвому телу, всадил в него полную обойму.
И дня не прошло, как сражения стали вестись не на Арене. От этого они могли потерять прибыль. Еще чего хорошего народ станет развлекаться не в комплексах, а на улицах, колошматя друг друга, и тогда бои будут уже не так ценны.
Нужно срочно придумать что-то.
Он тяжело вздохнул, взлохматив волосы, - да и здания нужно в срочном порядке восстановить. До первого боя оставалось пять часов.

Я дико извиняюсь за задержку главы😅🙏 Я отдыхала после Нового года😹 И совсем забыла про фф, но благо вспомнила. С НОВЫМ ГОДОМ ВСЕХ🎊❤🎄