глава 13: любимые прикосновения
У Кармен был один маленький секрет. То, что она так яро любила, но никогда бы вслух не призналась. Ей нравилось, когда Педри гладил ее по голове. По темным волнам волос после того, как сам назло ей распустил ее прическу. Он запускал свои худущие пальцы в ее волосы, и она блаженно прикрывала глаза, пока Педри был рядом с ней. Вот так вот. Они так и лежали сейчас, теперь уже на ее постели. Пальцы Педри в ее волосах перебирают еще не до конца распустившиеся косы, и Кармен блаженно улыбается.
Но эту идиллию очень быстро нарушает телефонный звонок. Девушка, недовольно вздохнув, достает из кармана шорт телефон. Конечно, разговаривать сейчас она не горела желанием и с радостью сбросила бы, лишь бы снова вернуться к объятиям парня. Но вот Кармен держит телефон в руке, сжимает его и все еще ломается. Наконец, проводит по экрану, смахивая зеленый значок и грустно улыбается.
— Привет, мам.
Педри напрягается и значительно отодвигается от Гомес, чтобы не мешать ей вообще. При всем уважении, Гонзалес побаивался матери своей лучшей подруги, хоть и часто видел ее, да и поводов ее злить как таковых не было. Но всегда он переживал, когда речь даже просто заходила про Марию. И даже сейчас он немного нервничал, когда заметил обеспокоенное выражение лица у девушки.
— Да, я сейчас с Педри. — продолжает девушка, неуверенно потирая вспыхнувшие румянцем щеки. — Просто лежим, мам!
Гонзалес смущенно улыбается. Неудивительно, что именно ее мать подумала про него в таком ключе. И сколько бы раз Педри не доказывал, что ее дочь в самых что ни на есть надежных руках, сомнений никогда не покидали Марию. Парень дает знаки Кармен, чтобы та перешла на громкую связь. Уж очень было интересно, что еще успеет выдать ее мать. Гомес послушно кладет телефон на кровати между ними двумя и нажимает необходимую кнопку. Это точно будет весело.
— Мне до сих пор обидно, что я узнала об этом последняя, Кармен Элайза! — девушку всю скривило от того, что ее мать обратилась к ней по полному имени; Гонзалес пытается сдержать смех. — И не от тебя, а от Рози! Даже наш оборванец узнал первее меня, что это такое!
Педри готов упасть на пол, чтобы хоть как-то спастись от внезапного приступа смеха, и Кармен тут же легко ударяет его в плечо, лишь бы он успокоился.
— Мам, давай ты потом разберешься с Серхио по этому поводу, хорошо? — устало отвечает Гомес, наклоняясь поближе к телефону. С орущей Марией было немного тяжело справиться. — И он не оборванец, а твой сын, черт возьми!
Гонзалес аккуратно берет девушку за руку и начинает поглаживать большим пальцем тыльную сторону ладони. Еще один маленький жест, который Кармен обожала до безумия, потому что ничего в этой жизни не успокаивало ее так, как присутствие Педри рядом.
— Оборванец! И еще какой! — настаивает на своем Мария, продолжая ругаться. — Только стукнуло восемнадцать, как он сразу же сбежал в свою чертову Германию! И с каждым разом все дальше и дальше от дома, будто специально! Потом Бельгия, а сейчас Англия! Англия, черт ее побери! Почему он вообще не спросил меня об этом?
Кармен нервозно закусывает губу, когда видит полный непонимания взгляд Гонзалеса. Конечно, Педри и понятия не имел о «радостной» новости в семействе Гомес. Девушка уже хочет ударить себя по лбу за то, что забыла об этом, и сейчас всеми силами пытается жестами объяснить ему, что расскажет немного позже.
— Мамуль, — Кармен начинает терять терпение, а точнее, его остатки. — «Манчестер Сити» - это лучшее, что могло произойти с Серхио, хватит уже причитать.
Глаза Педри все больше округляются, да и рот приоткрывается. «Сити» - это то, чем восхищаешься и чего боишься. Адски боишься. Играть за такой клуб большая честь.
— О, ты, видимо, тоже уже в курсе, да? Первой узнала, да? И что, позвал он тебя на свою презентацию? Конечно, позвал, чертовка!
Кармен чувствует, как ее мать понемногу расслабляется, и на ее лице медленно расплывается улыбка. Вот так. Мария была чересчур эмоциональной женщиной: поругается, поругается и успокоится. Все к этому уже более-менее привыкли. Но Мария расслаблялась, а вот сама Кармен напрягалась все больше и больше. Слишком много вещей, о которых она не рассказала Педри. Вернее, забыла рассказать.
— Ага. — устало шепчет она; ее практически не слышно. — Он и Педро пригласил, не знаю, говорил ли тебе.
Кармен невольно использует и полное имя парня, что делает обстановку намного серьезнее. Гонзалес начинает переживать.
— Мы с отцом хотим уже брать билеты. Взять тебе? — Мария уже звучит максимально нежно и ласково. — Может, приедешь к нам перед поездкой?
— Я не знаю, когда смогу приехать. — быстро отрезает младшая Гомес. — Мне надо отпроситься с университета, с расписанием все сверить. Я как-нибудь сама все это организую.
Неожиданно Педри хватает телефон и подносит к губам, уже расплывшимся в нахальной улыбке. Кармен не нравится, что он задумал, но останавливать его уже как-то поздно.
— А билет ей куплю я, сеньорита Мартин. И мы постараемся приехать, правда, но ничего обещать не можем.
Маленький чертенок. Кармен улыбается, демонстрируя ряд белых зубов, и невольно тянется к Педри, что сидел на полу. Парень утыкается в ее живот под звонкий смех ее матери, и ничего его не смущает. Девушке хотелось бы, чтобы так было всегда. Чтобы Педри был всегда рядом и оберегал ее, чтобы родители были счастливы, чтобы все мечты ее брата исполнялись. Это казалось какой-то призрачный мечтой, такой близкой к своему исполнению.
Мария, заметив, что молодежь уже не обращает на нее внимания, сбрасывает звонок, и Гонзалес использует эту возможность, чтобы задать девушке парочку вопросов.
— Значит, Серхио в «Сити»? — он облизывает губу. — И он звал меня на свою презентацию?
— Я хотела тебе рассказать. — Кармен ненавидела оправдываться, и именно это она сейчас и делала. — Просто я никак не могла тебя поймать, ты все время был... ты все время был с...
Ну же. Скажи это имя.
— С Люсией. Почему тебе так сложно просто сказать это имя?
Может быть, потому что она отнимает тебя у меня?
— С... Люсией. — повторяет девушка. — Да, с Люсией.
Ее имя было странным. До безумия красивым и до безумия ей подходящим. И каждый раз, когда Кармен слышала его, она морщилась. А каждый раз, когда его произносил Педри, она хотела кричать. Но Гомес не желала делать скандала из этого, даже несмотря на то, что ее очень смутило то, как именно задал этот вопрос Гонзалес.
Будто бы он защищал Люсию, понимаете?
— Ну так когда у него презентация? — лениво спрашивает Педри, умостив голову на коленях шатенки. Конечно, он заметил, как сильно все это подбило ее, но решил замолчать эту ситуацию. Снова.
— Говорит, что в конце ноября. Что-то такое. Он сказал, что из-за чемпионата мира перенесли, а так было бы через пару недель.
Когда Кармен нервничала, она жутко тараторила. И Педри тоже это знал. Он улыбается, обнимая колени девушки, и быстро целует ее бедро. Ничего такого. В конце концов, он же не хотел, чтобы про него как-то не так подумали.
— Мы съездим туда, Кармен. — она чувствует бабочки в животе от того, как уверенно он это говорит. — Обязательно. Чтобы твой брат увидел, как выросла его красавица-сестра.
Девушка наклоняется, чтобы оставить быстрый поцелуй на лбу Педри, но он быстро берет инициативу на себя и соединяет их губы. Наверное, целовать его нравилось Кармен больше всего на свете.
Даже больше, чем когда он запускал пальцы ей в волосы.