Глава 16
На нас напали в аэропорту, мужчина который познакомил собой как грузчик. Рядом со мной было не мало телохранителей, и вроде бы ктобы решался, но нет. Мужчина пытался вырваться через телохранителей и проколоть ножом, он угрожал мне что моя песня спета, и никуда я не денусь от своей участи, его слова конечно пугали и я понимала, что активно начали нападать. Так не было даже в прошлом, пытались тайком, скрытно, а сейчас вообще начали в открытую нападать и угрожать. И это пугает. Было подано столько исков с разными статьями, но никого результата потому что их много, а тот кто в главе прячется. Без точных доказательств, никто ничего предпринимать не будет.
По приезду домой, дедушка хмуро осмотрел и меня и Чонгука. Я попросила его позвать врача, потому что Чонгук ранен сильно. А дедушка позвав к себе сказал что нашёл предателя, с которым сам лично разберётся. Я не знаю как он это сделает, потому что мой дедушка безобидный. Вряд ли он сможет кому-то своими руками причинить боль. Я провела конференции онлайн вместе с дедушкой, где основном мы выслушивали предложение. Пока нет чего-то важного, цепляющего за которое можно было бы ухватиться. Поэтому, мы будем ждать новых предложений.
Вечером где-то после пяти, я решила что поеду в компанию. Работа есть работой. Оно не ждёт, а если подождёт то будет упущено много чего важного. А в первую очередь шанс и возможность. Поэтому, я поехала в компанию, но не успела и выйти. Чонгук вышел первым чтобы открыть мне дверь, в то время как с со стороны водителя открылась дверь. Кто-то схватив водителя швырнул в наружу и сам сев в машину угнал.
- Чонгук, - кричу я, когда машина на бешеной скорости ехал, я видела как Чонгук побежал за машиной, но ведь не сможет сравниться с авто. - Останови, - кричу я и начинаю бить человека со спины.
- Заткнись сука, - грубо говорит мужчина и останавливает меня с помощью оружия, что держал в мою сторону. - Откроешь рот, и я застрелю тебя прежде чем доедем, - грубо и громко выплевывает, что мне оставалось молиться чтобы Чонгук приехал за мной.
Мы ехали куда-то по городу, и в какой-то момент водитель сворачивает в сторону новостройки, где строят новый мост. Там останавлен автотранспортное движение. Работники ушли, а простые люди не переходят за знаки с предупреждениями. Вряд ли на этом месте есть камеры. Машина тормозит перед одним человеком которого я даже при желании не забуду. Массимо.
- Привет, детка, - с улыбкой говорит Массимо заставляя меня выйти из машины. - Я решил взять дело в свои руки, потому что эти сопляки то и могут, лишь сопли пускать, - говорит Массимо грубо держа меня за талию, пока сзади тот водитель связывал мои руки. - А избавиться от тебя таки не сумели. Поэтому, будем прощаться.
- Я так легко не умру, Массимо, - с улыбкой говорю, хоть и боялась.
- О, это хорошо, повеселимся значит, - с ненавистной улыбкой говорит и хмурится, когда сообщают что едут спасать. - Не будем тянуть, - говорит Массимо, когда видит бегущих телохранителей в чёрном костюме, среди которых его ненавистный кореец, которому глаза выколоть хочется. - Бывай, - говорит Массимо толкая меня в воду. Чонгук уворачивается от него, оставляя их на других телохранителей.
Чонгук срывается за мной хватая меня на свободном падании из моста. Он крепче прижимает меня к себе меняя нас местами, чтобы принять боль на себя обезвреживая меня и сам больно плюхается на поверхность воды и мы идём н дно. Чонгук сразу ныряет из воды и хватает меня за локоть вытаскивая из глубины, и мне почему то показалось что он был груб. Он одной рукой держал меня, а с другой вытер лицо почесав волосы назад, пока я тоже зачесала волосы назад убирая с лица. Он глубоко дышал явно чем-то раздраженный, что я не понимала причину. Потому, когда мы ехали все было хорошо. Может он устал от постоянного спасения? Он отпустил меня, когда убедился что я стою на ногах уловив равновесие и развязывает мои руки. Я вся треяслась из-за холода и что вся промокла. Я подняла на него глаза собираясь поблагодарить и поинтересоваться, все ли с ним хорошо и желательно обнять, плюс побежать в машину которую он оставил внизу, но он что-то пробубнил.
- Как же я устал, - тихо себе под нос произнес, что я не успела расслышать.
- Что?
- Я говорю, - вдруг посмотрев на меня повысил голос, что я вздрогнула от неожиданности, - как же я ненавижу твою семью и тебя, - кричал Чонгук ненавистью смотря в мои глаза, а я растерялась.
Всё же было хорошо, мы подобрали ключи друг для друга, сблизились в Париже, он по пути в Корею, в самолёте успел подарить мне брелок с лебедем который нёс огромный смысл, которую я повешу на своей машине, и много чего другого, что я считала что у нас все хорошо. Так почему он злиться на меня? Почему такая ненависть в его глазах и в голосе? Откуда такая ненависть появилась за какие-то пару дней? Почему вдруг эта ненависть к моей семье? Ладно я, почему моя семья? В чем они виноваты? В голове гуляли разные мысли что я все больше и дольше уходила в себя, пытаясь не слушать то что в голове звенит его "тебя". Я ждала от него "я люблю тебя", но вместо этого я услышала как он меня ненавидит. Это совсем не то, что я ожидала.
Мы все также находились воде, которая доходила до ягодиц, а лёгкий ветер сильнее заставлял мёрзнуть. Я застыла смотря на него, не понимая почему он вдруг так рассердился.
- Я рискую жизнью, за дочь человека, который отдал приказ убить мой отряд, - также на повышенном тоне кричал. - Отправил в пекло, где я всех своих потерял, - яростно кричит Чонгук пугаясь меня. - Твой отец, поставил точку на моей карьере и это стало началом моего крушения.
- О чем ты говоришь?
- А что ты не понимаешь? - крича спрашивает что я слегка вздрагиваю, а плюс ко всему ещё и холодно.
- Дедушка платит тебе достойную сумму за твой риск, - почему-то оправдалась перед ним, все также растерянно смотря.
- Что? - Изогнув бровь удивлённо спросил, сразу нахмурившись.
- Ты ведь начал новую жизнь, разве не все хорошо? То что было прошло.
- Твой поганый ублюдок отец, подписал документы разрешая начать забастовку, где был отдан приказ, избавиться от отряда 007, где я чуть не умер! То что я рассказывал тебе, это по причине твоего отца, - продолжал агрессировать Чонгук. - Кто хотел новую жизнь, я хотел быть военным, а не уходить на отставку, а потом прикрывать зад дочери этой твари, - он орал как разьеренный зверь. - Если бы я пять месяцев назад знал, что ты дочь этого сволоча, мне бы не пришлось рисковать своей жизнью и защищать, удовлетворять тебя. Я бы стоял в сторонке и был бы равнодушен, убьют тебя или нет, - заканчивает Чонгук смотря на воду и в стороны, но не на меня. У него все ещё тяжёлое дыхание, а значит не отпустило. Он все ещё зол.
- Я для тебя проблема? - без эмоций спрашиваю. - Ты жалеешь о нас?
Он замолчал посмотрев на меня то ли думал над словами, которыми хотел снова меня бить, либо пытался понять что я имею ввиду. Он продолжал смотреть на меня, пока у меня внутри все крушилось, разбиваясь вдребезги. Эти звуки что в ушах звенят от разбитости, оглушают и делают больно. Что-то там под рёбрами больно трескается истекая кровью, а в голове вакуум пустоты, которое никак не может ни о чем думать, уступая место, сердце. А он не сдержав тяжесть и колкость слов хочет перестать биться, готовясь упасть в пропасть, чтобы больше ни в ком не нуждаться, не доверять и..... не любить.
- А ты думаешь, что приносишь мне счастье? Я разочарую тебя, нет!
Его слова которые без фильтрации вылетают из его рта больно бьют меня по живому и по больному. Врезаются в меня оставляя шрамы. Я любила его, и мечтала о чем-то большем чем встречаться. Я видела в нем свое будущее. Он пах моим будущим, где у меня была бы семья благодаря этому человеку. Видимо вновь ошиблась. Ошиблась так сильно, что сама себя ненавижу. Я так остерегалась, но мне вновь причиняют боль. Моей глупостью было проникаться этим человеком и допустив его к себе, к своему и так раненому сердцу. Я думала он меня спасёт, а он сквозь землю проваливает. Когда я научусь выбирать и узнавать людей? Нужно было добить его тогда, чтобы в глаза не попадал, и сердце не тровожил, а я? Глупая.
Злость пройдёт, оставит после себя пустоту, которую заполнит сожаления. Но вот с памяти услышанные слова не стереть. Оно не уйдёт из головы и памяти, как злость и каждый раз по закону подлости будет всплывать каждый раз, когда я буду видеть и слышать Чонгука. Он забудет, а я буду помнить.
Я так и ничего не сказав просто вышла с воды и направилась к машине, который чуть дальше находилось от нас. Я сажусь в машину, откидывая голову, а из уголков глаз начинают бежать слезы. Я настолько все остро прочувствовала, что сейчас что-то ещё испытать не хочу и не получается. Поэтому просто из глаз текут слезы. Чонгука некоторое время не было, а после он пришёл и сел на водительское месте, посмотрев на меня из зеркало заднего вида. В последнее время, я начала сидеть рядом с ним, а сейчас снова заняла свое изначальное место. Чужое и отстранённое. Место, которое изначально было предназначено нам. Место которое говорила, кто начальник, а кто работник. Место для двух "чужих" людей. Души которые хотели сблизиться, расторгнулись кажется навсегда.
- Джерен, - тихо произнёс подняв на меня снова глаза.
Он понял что сгоречился и ляпнул столько всего ужасного, но из памяти не стереть, а выброшенные в гневе слова обратно не затолкнуть. Я упорно пыталась не смотреть на него из-за чего просто сидела не меняя свое положение.
- Поехали.
- Прости меня, - виновато произнёс, - я не знаю что на меня нашло и...
- Я сказала поехали, - не дав возможности ему закончить фразу сухо обратилась посмотрев на него.
- Джерен, - он корпусом повернулся в мою сторону чем вызвал у меня страх и напряжение.
- Либо ты едешь, либо я сама уеду, - пустыми глазами посмотрела на него.
Он не двигался и не собирался заводить машину. Мы смотрели друг на друга, а взгляды совсем отличались от друг друга. В его глазах читалась сожаление, а моих разочарование и холод. Я не хотела с ним находиться в одной машине и просто открыв дверь вышла из неё. Я шла к дороге, где машины разъезжали, а Чонгук быстро вскочил с машины и побежал за мной.
- Ты совсем с ума сошла, куда ты одна направилась?
Схватив меня за локоть спросил заметив что я снова начала трястись из-за холода, потому что мы оба промокли. Он снял свой костюм и накинул на мои плечи. А я скинула его со своих плеч и снова продолжила путь.
- Не говори так, что тебя волнует моя безопасность, - бросаю я пытаясь уйти.
- Не веди себя так как вначале нашего знакомства, не отдаляйся от меня. То что я сейчас смог тебя спасти, не значит что ты в безопасности. В любую минуту на тебя могут напасть, - переживая и снова злясь говорил Чонгук и наклонился чтобы взять свою костюм.
- А тебе то что? Ты наоборот обрадуешься если меня наконец убьют, ведь получишь желаемую свободу, - сязвила я собираясь уходить. - Тебе то что, убьют меня зарежут, закопают или утопят. Чонгук, я дочь Андерсона Бернара, твоего врага, который разрушил твою жизнь, - сухо, холодно говорила.
- Что ты несёшь? Я не это имел ввиду.
- Имел ты это или нет, мне теперь без разницы, Чонгук. Ты мог просто мне сказать, что я и моя защита тебе в тягость. Я бы поговорила с дедом и ты мог бы спокойно уволиться или занять другую должность, которую я изначально тебе предлагала и для этого совсем не нужно было оскорблять моего умершего отца, человеку присуща ошибаться, - сухо и холодно звучала, что Чонгук забыл что хотел сделать. - Прости, я приношу свои искренние извинения, что раньше не замечала что приношу тебе дискомфорт, что моё существование тебе в тягость, и за решения отца, - говорила попутно пытаясь поймать такси, - я понятливый человек с первого раза могу понять, - заканчиваю когда машина останавливается.
Я сажусь в машину назвав водителю адрес и уезжаю, оставив Чонгука в своих мыслях, не обращая внимание как сердце снова больно начало биться боясь за него. Глупое и тупое сердце.
***
Вина и сожаления сделанного вчера вечером на утро следующего дня оседает на Чонгука сильнее и крепче. Он понимал что Джерен не виновата, что родилась дочерью этого человека. Она могла не все знать, что делает отец. Этот человек не всегда и не все говорил дочке, несмотря на то что она его советник и правая рука в бизнесе. Она просто могла не знать. О чем Чонгук конечно же не подумал вчера. Он узнал правду и это затмило его глаза пеленой злости, что он сорвался не на том человеке на котором должен был. Он вчера был слишком груб и резок. Он позволил себе грубо высказаться задевая чувства девушки, оскорбить умершего человека и конечно же применить силу. В чем Джерен виновата, что он сорвался именно на ней? Почему не на Милане, не на старшем Бернаре? А именно на Джерен?
Он так был зол что не заметил с кем говорит? Обида за собственную жизнь была столь сильной что причинил боль девушке. Он настолько был в ярости, что позволил ей уехать одной в чужой машине, даже не зная довезут ли её до особняка или по пути зарежут и просто избавятся от неё. Под руку мог подвернуться любой желающий мести человек с кем он отпустил Джерен. Класс. Просто браво Чонгуку. Собственная жизнь сломалась несколько лет назад и он решил отыграться. Просто молодец Чонгук.
Он даже не знает как посмотреть в лицо девушки, и он не знает наверняка захочет ли Джерен его увидеть и слушать его жалкие извинения. Он считал себя мужиком, а оказался слабаком, который не смог себя контролировать.
Время шесть утра и он прекрасно помнит расписание девушки. У неё сегодня в восемь утра встреча. Он идёт на кухню ко всем работникам особняка, которые также ни свет ни заря рано утром встали и уже перешли к своим обязанностям. Они здороваются и госпожа Ким с улыбкой встречает Чонгука. Она старший повар и всем вкусно готовит и ко всем хорошо относится как к своим детям.
- Доброе утро, садись. Я сделала тебе кофе, - говорит женщина улыбаясь Чонгуку, но сразу замечая его настрой. - Сегодня, у нас на завтрак..., - не успевает договорить как её перебивают.
- Обойдусь только с кофе, я ничего не хочу, - говорит Чонгук, в голосе которого столько всего смешалось.
- Почему? Ты ведь любишь с аппетитом есть, - взволнованно спрашивает женщина.
- Не хочу сегодня, - особо ничего не говоря поднимает уголки губ, чтобы госпожа Ким не переживала.
- Может поделишься что случилось?
- Ничего такого, - отмахивается Чонгук, хотя это совсем не "ничего такого", а как раз такое. Ведь он себя вёл по свински.
Другие не решаются ничего сказать и спросить замечая угрюмое настроение личного телохранителя холодной принцессы. Все и так догадались что проблема именно в Джерен, но кто из них в чем виноват и что вообще произошло никто не в курсе. Если Чонгук не расскажет, то от холодной принцессы никто и никогда правду не услышат.
Они сидят кушают и все о чем-то разговаривают не забывая о своих обязанностях. Время близится к семи и Чонгук понимает, что через пол часика им надо уже выехать. Он не успевает расслабиться, когда видит служанка которая возвращается с полным подносом, что относила ещё пол часа назад. На подносе завтрак младшей дочери вице президента и Чонгук понимает что Джерен ни к чему не притронулась. Как ушла еда, втаклм же виде вернулась заставив Чонгука по нервничать.
- Она не поела? - сразу спрашивает Чонгук, у молодой девушки.
- Нет, она даже с постели не встала, - говорит девушка осекаясь из-за взгляда Чонгука.
- Как это даже не встала? - сведя брови спрашивает Чонгук и все напрягаются. Чонгук в гневе тот ещё страшный человек.
- Я отнесла её завтрак она лежала в пижаме на кровати, но меня позвали и я зашла обратно и она не поменяв даже положение спала, - оправдывается девушка, а Чонгук хмуриться сразу направляясь в комнату девушки.
- Чонгук стой, - двое парней охран останавливают Чонгука не давая ему войти в мою комнату.
- Что такое?
- У нас приказ ни пускать туда никого, даже тебя, - сдержанно говорит один из парней, который прекрасно знает что Чонгук просто так не оступит.
- Отойди.
- Нет, - они закрывают собой дверь и Чонгук из-за злости сжимает кулак. - Ты на сегодня свободен, никакой встречи не будет, младшая госпожа сама об этом распорядилась.
- Бом, отойди, я должен узнать что случилось, - стиснув зубы еле говорит Чонгук.
- Чонгук, - хриплый басистый голос зовёт Чонгука и тот сразу узнает человека по его голосу, - все встречи перенесены, ты сегодня нужен Милане, ступай, - спокойно говорит дедушка смотря прямо в глаза Чонгука, в которых немые вопросы застыли.
Чонгук смотрит в дверь и кивает. Он уходит к Милане никак отпуская ситуацию. А старший стоял смотря в широкую спину телохранителя, который скоро получит возможно не хорошую весть, но это желание его внучки и он как дедушка, не будет отказывать. Он не понимает что между двумя случилось, что посреди ночи внучка пришла вся убитая, заплаканная, опусташенная и пустая, как это было где-то пять месяцев назад до появления Чонгука. Последние полтора месяца, он видел как внучка светится, излучает жизнь и радость, а сейчас все вновь исчезло. По щелчку. Словно это было не реальность, а мираж. Долго ожидаемый вкусный сон, который исчез с рассветом солнца. Он понимает что дело в этих двоих, потому что внучка слегла с температурой, а другой ходит как зомби. Что могло случится за день, что оба так изменились, а Джерен приняла такое решение?
***
Чонгук стоял с охранниками говоря о чем-то еле вырвавшись от Миланы, хотя бы на несколько минут, когда через ворот заходит какой-то высокий, идеально сложенный, молодой и красивый мужчина, что все смотрели на него. На нем светло голубой костюм с брюками, светлая белая футболка и белоснежные кроссовки. Во двор выходит дворецкий, который низко кланяться приглашая в дом. Никто не понимает кто это и почему так любезно приглашают в дом.
- А это кто? - просто изо любопытство спрашивает Чонгук.
- Кто-то на котором матушка природа была щедра, - говорит один из телохранителей имея виду на красивую внешность молодого мужчину.
Чонгук хмуриться смотря в спину парня, а потом краем глаза цепляет Милану, которая машет ей рукой и подхывает. И он устало вхдохнув идёт к ней.
Пару секунд в дверь в кабинет дедушки стучат и тот сразу открыв дверь заходит внутрь. Молодой мужчина кланяться, хотя понимает что старшему Бернару это не зачем, ведь у их культуры нет такого, что в знак уважения кланяться, но мужчина привык, привык так проявлять свое почтение. Он выпрямляется и слегка улыбается, когда видит на чужом лице мягкую улыбку.
- Сок Джин, - с хрипотцой начинает дедушка приглашая того сесть. - Как ты вымахал и стал настоящим красавчиком, - честно говорит дедушка заставляя того слегка смутиться.
- Господин Бернар, вы мне льстите, - улыбается Джин.
- Не буду тянуть, - хрипло говорит дедушка на что Сок Джин лишь согласно кивает головой, - раз ты здесь, я надеюсь что ты согласен?
- Да, - быстро отвечает молодой человек.
- Вот и отлично, прочёл контракт и свою плату? Все ли тебя устраивает? - уточняет дедушка чтобы в случае чего внести поправки.
- Да, господин. Я все подписал и согласен, - чётко говорит Джин смотря в глаза.
- Тогда приступай к обязанностям уже сегодня, - указывает дедушка получая уверенный и решительный кивок. - Твоя комната готова, как и все остальное.
- А Джерен, я могу её сейчас увидеть?
- Конечно, она у себя, но приболела, - с грустью говорит дедушка что Джин хмурится, ведь знает что мелкую не так-то легко сбить с пути, чтобы та болела. Не похоже на нее. - Как встретитесь, позови ко мне парня по имени Чонгук, - просит дедушка и получает кивок, когда Джин поднимается. - Ступай, - парень по привычек кланяться получая одобрительный кивок и выходит.
***
Время проходит слишком медленно и Чонгук не знает почему так. Обычно оно летело со скоростью света, а сейчас превратилась в улитку. Ползёт, блять. В особняке слишком тихо, все надавливает и все хмуро, скучно чего-то не хватает. Обычно в такое время, он бывал с ледяной Госпожой в компании, она внимательно изучала документы и глубоко проникнув в работу работала не отвлекаясь ни на что, а Чонгук любовался. Иногда, мог немного помешать чтобы поцеловаться, а так постоянно на неё пялился и восхищался. Но сейчас, чего не хватает? Чего же? Чонгук думает об этом каждые минуты. И ловит себя на мысли, что не хватает одного голоса.
Не хватает голоса Джерен. И почему это сейчас так ощутимо?
Он смотрит на время. Только два часа и за все это время, он ни разу не увидел Джерен. Он скучает и хочет её увидеть, просто не привычно не видеть её, когда он личный телохранитель и все время находился с ней. Он сидит с Миланой в большой гостиной слушая её бред, когда краем глаза успевает заметить ту, о которой он весь вчерашний вечер и весь этот день думал.
Я не знаю какой бес меня попутал, но я в своей пижаме с босыми ногами вышла из комнату держа путь к своим псам, а особенно к Максимусу. Я всегда спала с ним, когда болела или когда бывало плохо. И сейчас не исключение. Я спускалась по лестнице не понимая в какой момент силы покидают тело и собираюсь падать. Голова кошмарно кружилась, а ушах пульсировал сердце. Но увы, этого не происходит. Кто-то сзади крепко хватает меня за плечи придерживая, останавливает от падения. Я ударяюсь спиной в мощную грудь почти теряя связь с миром закрывая глаза, чтобы как-то бороться с этим головокружением.
Чонгук тормозит у ступенек смотря снизу верх, где Джерен удерживает этот новый парень. Прижимает её к своему груди и стоит пока Джерен почти в отключке. Чонгуку не нравится эта картинка, где её трогает кто-то другой, хоть и просто держит за плечи. Хотя он и благодарен что тот оказался там и успел её схватить. Потому что он бы не добежал.
- Как-то не радостно ты меня встречаешь, - склонив голову говорит Джин пытаясь увидеть лицо.
- Джин? - полусонно спрашиваю откидывая голову на его плечо.
- Да, и у тебя жар, - совсем не радостно говорит Джин.
Я ничего не отвечаю, потому что нет сил даже открыть рот и что-то промямлить. Джин наклоняется поднимая меня на руки, но не успевает ускользнуть, пока Чонгук сверлил его не лучшим взглядом. Он осматривает моё лицо замечая что лицо как трупное побледнело, а на лбу холодный пот. Джин переживает, потому что никогда до такого состояние во мне не видел. Это для него какое-то открытие. Он только было повернулся чтобы отнести меня в комнату, но слышит как его откликают.
- Джин? - удивлённо бросает Милана стоя рядом с застывшим Чонгуком.
- Привет, Милана, - улыбаясь говорит Джин и не дожидаясь следующих репликов, все же оборачивается и уходит.
- Ты сказала, Джин? - Спрашивает Чонгук смотря на Милану.
- Да, Ким Сок Джин, давний, лучший друг Джерен, может ты слышал о нем? - говорит Милана и смотрит пока широкая спина не исчезает изведу. - Что он тут делает? - бубнит Милана, а Чонгук тяжелыми шагами сжимая кулаки начинает подниматься.
Джин, он помнит это имя. Помнит, кто он. Кем он является для Джерен и в целом кого он из себя представляет. Он все помнит. В какой-то степени даже жаль что у него такая память, что он помнит каждое слово. Чонгук даже думать не хочет, что этот тип здесь по той причине, о которой он догадывается. Потому что сейчас, когда между ними все хорошо, нет нужды в этом типе. Так что делает в этом особняке? Может заглянул увидеть друга?
Джин аккуратно укладывает меня в постель укрывая и смотря также хмуро на лицо. Не понимает, как друг так простыл.
- Джин, - только начинаю, когда в комнату заходит Чонгук и Джин сталкивается с его горящими глазами.
Джин оценивает того своим сканерным взглядом, догадываясь что это тот самый Чонгук. Возможно. Потому что он свободно движется, нагло смотрит на Джина бегло бросая взгляд на Джерен, а потом вновь кажется мысленно его душит, на нем все нужное для телохранителя. Джин встаёт с места подходя к Чонгуку и они оба смотрели друг на друга с пронзительным взглядом. Но Джин сдаётся, потому что не видит причину вести этой бой.
- Ты Чонгук? - спрашивает Джин смотря в глаза парня, который на пол голову ниже его. - Я Ким Сок Джин, - представляется и тянет руку.
- Чон Чонгук, - также твердо и уверенно отвечает, пожимая протянутую руку.
Чонгук смотрит на меня, пока я лежала закрытыми глазами, пока он чувствовал свою вину. Конечно он чувствует из-за этого вину. Он виноват что сразу не вытащил меня из воды. Он виноват что не дал вовремя свой костюм. Он во всем виноват. Виноват что то-ли сломал, то-ли дал трещину по сильному человеку, которого так сильно ранил, что теперь лежит с температурой. Вчерашняя обида за свою жизнь, карьеру и момент, сейчас отошли на второй план. Просто идеально. Он все испортил, нагадил, лянул всякую чушь, и только потом все отошло на второй план. Он причинил такую же боль, только хуже, а потом собственная утихла. Это так эгоистично на самом деле. Он не должен был так реагировать и тем более сорваться на Джерен. И теперь ему даже смешно признать что он что-то к ней чувствует. Ведь, так не поступают те, в которого под рёбрами сердце хранит чувства. Он так и не познал этого. И вот результат. Человек который нравится почти в отлючке, а ещё перед носом маячит тип которому он вовсе не рад.
- Приведите ко мне Максимуса, - тихо говорю привлекая к себе внимание зная что меня расслышат.
Чонгук опоминается быстрее и выйдя из двери указывает одному из парней привести пса, а потом вновь заходит. Я даже не открываю глаза зная что Чонгук все ещё стоит в моей комнате рядом с Джином. Чонгука совсем не хочется видеть. Поэтому максимально сильно закрывала глаза, чтобы не видеть. В голове и так крутиться вчерашний разговор и моё треснувшее сердце. Я знаю что он сейчас жалеет и хотел бы может даже извиниться, но мне этого не надо. Потому что, этот мужчина мне нравился и нравиться, из-за чего так и больно. Я помнила вкус боли, и это кажется вдвойне больнее, потому что те чувства с этими отличаются. Потому что это Чонгук. Чон Чонгук с которым все с самого начало не заладилось, и прежде чем мы начали изображать симпатию друг другу или может только я, мы довольно хорошо узнали друг друга. Он его эгоистичная боль была сильнее наших чувств, я понимаю что ему больно узнавать правду, но он разве не мог сделать мне одолжение? Разве любящие люди не могут идти на уступки? Но как бы не было, сейчас все пофиг. Джин приехал, значит согласился на моё предложение.
В дверь стучат и туда входит один из телохранителей с моим Макси. Джин улыбается и быстро поглаживает пса, который не против этого.
- Госпожа, я привёл, - говорит парень и я еле поднимаюсь на локти смотря на дверь и вижу своего красавца.
- Макси, иди ко мне мальчик, - я хлопаю на кровать рядом собой и тот сразу спрыгивает ко мне и оглядывает лицо.
Огромный белый как снег пёс тянется к моему лицу чтобы облизать, а я отворачиваюсь хрипло, тихо посмеиваясь. Максимус будто все понимает и видит, он ложится, а я потянувшись ложусь обнимая его.
- Выйдите все, - тихо произнесла даже не открывая глаза.
Джин кивает видя моё состояние и выходит. Ему нужно осмотреть свою комнату, как и все остальное. Познакомиться с персоналом со всеми и разузнать некоторые вещи, которые в работе понадобятся. Максимус поднимая морду смотрит на Чонгука предупреждая чтобы тот вышел и оставил нас наедине, но он стоит. Чонгук делает всего шаг и Максимус начинает рычать заставляя Чонгука больше не двигаться. Чонгук смотрит на пса и понимает что лучше его не провоцировать. Он пёс, огромный, кроме хозяйки для всех дикий, опасный с огромной силой и клыками, и совсем не хочется чувствовать его силу на себе. Этот единственный пёс с кем Чонгук не смог найти общий язык. Как бы не одобрял этого пса, он никак не шёл на контакт. А как свою единственную хозяйку увидел превратился в большое ласковое, игривое облочко, в огромный мягкий снежок. Он может с ним нормально контактировать, если рядом Джерен и как-то кивает ему, что тот не против того чтобы Чонгук находился рядом, бывало он давал себя гладить, но чувствуя состояние своей хозяйки, пёс кажется агрессивным. Более чем бывал.
Чонгук стоит не двигаясь, но переводит взгляд на меня видя моё бледное лицо и очень сильно переживает. Он хочет подойти но пёс преграда. Максимус начинает двигаться словно хочет встать и напасть, все ещё тише рыча.
- Тише, - мягко где-то звучит мой голос на что пёс сразу спокойно и удобно устраивается. - Макси, мой мальчик, - я теснее прижимаюсь к псу чувствуя его сладкий гель для душа, - мой огромно-маленький мальчик, - мой голос затихает, а пёс ставит свою морду мне на голову закидывая одну лапу, пока я засыпала отправляясь в мир морфея.
Чонгук устало вздыхает и все же выходит осторожно закрывая дверь, видя за дверью этого типа.
- Тебя господин вызывает, - говорит Джин и Чонгук хмурит брови из-за неформального обращения. - А потом обсудим некоторые вопросы, мне понадобится вся информация чтобы защитить её, - спокойно говорит Джин, а Чонгук становится мрачнее.
- Ты разве не кореец? - спрашивает Чонгук не ответив на предложение Джина. - Не знаешь этикет и формальность? - зло спрашивает, но джинну смешно от такого ребячество, его мелкие такие же как Чонгук, который ненароком припомнил про них.
- Ты это про моё неформальное обращение к тебе?! - задаёт риторический вопрос и заодно смотрит и на других двух телохранителей, которые стоят перед дверью случайно становясь свидетелями их разговора. - Формальность понадобиться тебе, сколько тебе двадцать шесть, двадцать семь? - наугад угадывает Джин, видя перед собой молодого парня. - Я тебе хен, если ты про это, мне двадцать девять, и я не буду обращаться к тебе формально, - своим красивым мягким басом говорит Джин мягко улыбаясь своими пухлыми губами. - Что ты так враждуешь, дружище? Зол что я занял твоё место? - спокойно спрашивает пока другие поглядывают друг на друга, а Чонгук удивляется, хоть и на пять, десять процентов ожидал это. Догадки верны. - Иди, потом продолжим, - говорит Джин спускаясь вниз, а Чонгук сжимая кулаки направляется в кабинет старшего.
***
Стук в дверь и он уже стоит перед старшим, который гораздо хмурее чем он. Лицо мрачнеет, когда видит Чонгука. И он понимает что разговор будет не из лучших.
- Садись Чонгук, - говорит дедушка и Чонгук садиться смотря на старшего. - Что вчера случилось? - прямо в лоб бьёт, не желая тянуть. - Нет смысла от меня что-то скрывать, я знаю что между вами происходит, и скажу честно был не против, - кивая одобрительно говорит дедушка и бросает несколько сделанных фото. Чонгук хмурится беря в руки фотографии, где он тайком поздно заходил в комнату Джерен, видно где она заходила к нему, есть даже то, где они целовались последний раз после массажа, и Чонгук оставляет фотографии поднимая взгляд на старшего. - Но, вчера она пришла убитая, и вся мокрая. Я знаю что вчера её похитили в машине и столкнули с моста, это же не могло все испортить между вами, - взволнованно говорит старший, который видимо не знает про инцидент двух летней давности, про которую Чонгук узнал вчера из-за чего все пошло крахом.
- Два года назад, мирных жителей взяли в заложники из-за неразделения и не обговорения выше стоящий. Мы начали операцию по спасению гражданских, где половина моих солдат умерли, а я словил несколько пуль, - спокойно рассказывает Чонгук не желая скрывать, раз старший честен. - Я был в коме после операции, потому что пуля слегка задела моё сердце. Я очнулся и мне спустя какое-то время сообщили, что я отстранён от службы навсегда, - вспоминая не лучшие времена рассказывает Чонгук. - Вчера увидел документ, где был указан кто отдал приказ чтобы начать забастовку, - делает паузу. - Это был ваш сын.
- Два года назад говоришь? - спрашивает дедушка вспоминая что-то. - Тот приказ был издан когда мой сын был жив, и для этого у него были свои причины. Если бы он тогда не принял это решение идя на малую потерю, началась бы третья мировая война, где погибло бы больше людей, - спокойно говорит дедушка скрещивая руки. - Но, он смог договориться с другими президентами уговорив и уверив, какие последствия будет. Было тяжело, но все пришли к общему соглашению, где этот документ должен был быть уничтожен. Оно аннулировалось, но моего сына убили, а мы переехали сюда, потому что документ с помощью других приобрёл новую силу, а аннулировать его могла Джерен из-за чего вся эта погоня. Её маленький мозг хранит в себе много тайн и бремя отца, поэтому она цель в которую пытаются попасть. Если она все вспомнит, конец всем руководящим, - хмуро говорит дедушка. - Это не вина моего сына что два года назад случилось то, что было, мне жаль, - искренне говорит дедушка с серьёзными глазами смотря на растерянного, сжавшегося Чонгука, у которого все на лице написано. - Ты обидел её из-за своей обиды? - осторожно спрашивает дедушка желая получить правдивый ответ и получает, потому что Чонгук впервые опустил глаза и голову, с сожалением кивая головой. - Видимо задел так сильно, что она позвала Джина. Теперь он её личный телохранитель, Чонгук, - говорит старший что его как гром среди ясного неба. - Ты отстранён от этой работы.