Спаси меня

Юля

В дверь позвонили как раз в тот самый момент, когда я вытаскивала из башни Дженга очередной деревянный блок. Я вздрогнула, и из-за этого вся башня обрушилась. Мама, папа и Соня рявкнули на меня, и я тихо чертыхнулась.

– Из следующего круга ты выбываешь, – сказал мама, потирая руки. Она из всех нас лучший игрок и почти никогда не проигрывает.

После того, как я отчиталась перед семьей о поездке и показала им на ноутбуке маленькое слайд-шоу об Оксфорде, мы все вместе поужинали и решили устроить игровой вечер. Это был третий круг Дженги – и я уже дважды проиграла. Я признала свое поражение и встала. Пока остальные принялись выстраивать новую башню, я направилась к двери. Глаза у меня полезли на лоб, когда я увидела, кто там стоял.

– Настя?

Вид у нее был совершенно подавленный. Щеки красные, глаза опухли. Я сделала шаг ей навстречу, но она сразу подняла руку, чтобы остановить:

– Даня здесь?

Я отрицательно помотала головой.

– Нет. Что случилось? – с тревогой спросила я.

Настя, казалось, не слышала ничего толком. Она достала из кармана мобильный и набрала номер перед тем, как поднести его к уху. Я вышла к ней на крыльцо в носках и взяла под руку:

– Что случилось?

Она лишь замотала головой.

– Олег? Это я, – заговорила она вдруг. – Даня не у тебя?

Когда Олег на другом конце трубки что-то ответил, на ее лице отразилось огромное облегчение:

– Слава богу.

Я снова услышала голос Олега на другом конце, но не разобрала, что он сказал. Что бы то ни было, лицо Насти снова омрачилось.

– О’кей. Нет, я приеду. – Он ответил что-то еще, и Насти нахмурилась. – Да. Пока.

Она уже хотела развернуться и бежать к машине, прислонившись к которой стоял Вова. У него тоже был тревожный вид, и меня начало подташнивать.

– Настя, да что же стряслось, – повторила я.

Она остановилась:

– Я не могу…

– Давай я поеду с тобой, – внезапно сказала я.

Она открыла рот от удивления.

– Не думаю, что это хорошая идея.

Я жестом попросила подождать. Забежав в дом, я сунула ноги в сапоги, схватила пальто и шарф, который мне связал папа. Крикнув своим, что ненадолго убегаю, сняла ключ с крючка у двери. На бегу обматала шарф вокруг шеи. Казалось, Настя хотела меня остановить, но сил на это у нее не было.

Не говоря ни слова, она села в машину. Я поздоровалась с Владимиром, который мне скупо кивнул, и тоже села в машину. Настя сидит на том месте, которое обычно занимает Даня. Взгляд у нее стеклянный, она теребит подол красного пальто. Я бы взяла ее за руку, но не отваживаюсь.

– Предложение остается в силе. Если тебе захочется поговорить, я тут, – тихо сказала я.

Настя вздрогнула, как будто я прикрикнула на нее. Неожиданно в глазах ее замерли слезы. С каждой секундой становилось все больше не по себе. Должно быть, что-то случилось, что она так подавлена. Внезапно в голову пришла страшная мысль. Я посмотрела наверх. Красный индикатор не горит, это означает, что Вова нас не слышит. Я немного наклонилась вперед:

– С ребенком все в порядке? – шепотом спросила я.

Настя бросила панический взгляд в сторону кабины водителя, но перегородка была закрыта. Тогда она снова повернулась ко мне.

– Да, – ответила она осипшим голосом. – Мы дома… – Настя осеклась, судя по всему, раздумывая, как много она может открыть. – Поссорились.

С тех пор, как вчера ночью Даня рассказал о своем отце, я могу представить, что в доме милохиных означает слово «ссора». По телу пробежали мурашки.

– Даня в порядке? – прошептала я, не в силах справиться с паникой в голосе.

Настя беспомощно пожала плечами

– Олег говорит, что да.

Следующая четверть часа длилась вечность. Я впилась пальцами в собственную куртку, пытаясь не свихнуться от тревоги. Я не знала, что все это может означать, а Настя избегала моего взгляда и лишь рассеянно поглаживала живот. Время от времени она сильно моргала, как будто борясь со слезами. Один раз завибрировал ее телефон. Она прочитала сообщение и поджала губы. По ней отчетливо было видно, что она не хочет разговаривать.

Когда мы приехали к Олегу, Настя выскочила из машины и быстрым шагом пошла к двери дома. Она поскользнулась на обледеневших ступенях, и я в последний момент успела подхватить ее за локоть. Она тихо пробормотала «спасибо».

Олег уже стоял в дверях. Когда Настя подошла к нему, он распахнул объятия.

– Вы только посмотрите, кто почтил нашу вечеринку своим присутствием.

Он обнял ее, а она безвольно стояла, как манекен, позволяя делать с собой что угодно. Вскоре Олег отцепился от нее и заметил меня.

– Да ты привела с собой «плюс один». Как мило. – Последние слова он произнес таким тоном, что не возникло никаких сомнений в их противоположном смысле. После этого он отошел в сторону, и мы вошли. Уже здесь можно было услышать музыку, которая играла в другом конце дома. Олег все еще обнимал Настю за плечо. Интересно, знает ли он, что произошло, или ему просто хватает воспитания не говорить об этом с Настей.

Мы пересекли холл, через который я выходила в прошлый раз. Теперь в галерее не было гостей, вся вечеринка, судя по всему, проходила в зале. Когда мы вошли, нас встретила громкая музыка, я осмотрелась. Народу было не так много, как в прошлый раз. На самом деле вечеринка была вполне сносной. Не знаю, почему, но это вызывало во мне еще более сильную тревогу. Пара незнакомых мне людей танцевали в нижнем белье посередине комнаты. Женя сидел на диване и обжимался с татуированным здоровенным типом. Дальше у стойки с напитками я обнаружила Егора, который посмотрел на эту парочку, прищурившись, и залпом осушил стакан.

В затылке у меня начало неметь… и тут я увидела Даню. Он сидел на диване вблизи бассейна Плечи мои окаменели при взгляде на него. Выглядел он совершенно разбитым. Волосы растрепаны, рукава рубашки закатаны, и на его серой толстовке – той толстовке, которая прошлой ночью была на мне, я заметила несколько красных пятен. Сердце ушло в пятки.

И только я хотела к нему пойти, как увидела, что он подался вперед. Он склонился низко над столом, зажал пальцем одну ноздрю, а через вторую занюхнул белое вещество. Я раскрыла рот. Неужели он сейчас…

Белокурая девушка, которая показалась мне смутно знакомой, вылезла из бассейна и пошла к Дане. Она поманила его к себе пальцем. Он встал, склонив голову набок. Она преодолела последние метры до него и остановилась. Потом подняла руки и начала расстегивать на нем рубашку. Девушка, которая лапала Даню, Екатерина Толстопятова. Холодная дрожь пробежала по моей спине, и я почувствовала болезненное покалывание в желудке. Я застыла.

– Давно он так? – спросила олега Настя.

– С самого обеда. Кажется, совершенно отключился.

Настя издала шипящее проклятие. Оба продолжили говорить, но я ничего не слышала из-за гула в ушах. Катя стащила рубашку с плеч Дани, и она упала на пол. Затем переключилась на ремень.

Довольно.

В этот момент ярость перекрыла мой страх перед водой. В несколько шагов я оказалась около них.

– Какого черта ты тут делаешь? – набросилась я.

Даня повернул ко мне голову, но он как будто не видел меня.

Он казался совершенно чужим. Лицо его словно окаменело, зрачки были такими огромными, что занимали почти всю радужку глаз, и я не могла больше увидеть ее необыкновенную бирюзовую голубизну. Щеки у него стали бледные, а глаза красные.

Это не мой Даня. Это тот тип, которым он был несколько месяцев назад, тот тип, что подкупал людей деньгами, тусовался с друзьями и укладывал девушек в кровать одну за другой. Это тот тип, который ничего не чувствовал и которому все безразлично.

– Дань, – прошептала я и взяла его за руку. Кожа у него была ледяная.

На секунду что-то вспыхнуло во взгляде. Что-то темное и глубокое, и кажется, что оно пожирало его изнутри. Он вздохнул, ненадолго закрыл глаза – и когда снова открыл их, холодно произнес:

– Тебе здесь нечего делать, Юля.

– Но я…

Не слушая, он повернулся и прыгнул в бассейн. Громкий плеск заставил меня вздрогнуть. Мелкие капли воды попали мне на лицо, и я сделала шаг назад. Катя и еще несколько гостей, которые были в нижнем белье, прыгнули за Даней в воду. Среди них был и Артур. Он гоготал, снова выныривая и обрызгивая Даню. Тот, ухмыляясь, вытряхнул воду из волос.

Всё здесь насквозь фальшивое. Мне так хотелось бы поговорить с Даней, но из этого ничего не выйдет по разным причинам. Меня не отпускал страх опять оказаться у воды, и кроме того, я думала, что в таком состоянии он вряд ли что-то поймет. Даня казался таким безучастным. Как будто мир пронесся мимо него, оглушил и захватил с собой.

Катя плыла к Дане. Он поплыл обратно, пока не добрался до бортика, и она с улыбкой последовала за ним. Сердце у меня колотилось все быстрее. Я не понимала, что здесь происходит. Под водой я видела их расплывчатые очертания, и она прижималась к Дане. Она стояла между его ног, наклонялась к нему и что-то шептала на ухо. Оба казались давно знакомыми друг другу. Как будто это происходило с ними не впервые. Все это заставило меня занервничать, я не могла сдвинуться с места. Даня взял ладонями лицо Кати и поцеловал ее.

Во мне что-то разбилось. Мелкие осколки стекла проникли в грудную клетку, прокладывая себе дорогу внутрь, пока я совсем не перестала дышать.

Внезапно кто-то положил руку на мое плечо.

– Ну, вот тот Данила Милохин, которого я знаю, – прошептал Олег мне на ухо.

Я хотела сказать: Но не тот, которого знаю я.Ты понятия не имеешь, какой он на самом деле.
Он мой друг, чтоб ты знал, тупорылый ты урод.

Но это не так. Будь Даня Милохин моим другом, он бы этого не сделал. Будь он моим другом, он бы пришел ко мне, а не топил свою боль в алкоголе и наркотиках со странными приятелями. Будь он моим другом, язык той другой девушки не ласкал бы его шею.

Я развернулась и поскользнулась на мокром полу, но успела удержаться. Как можно быстрее я пошла через дом. Мои шаги стучали по гулкому огромному помещению. Прочь отсюда, как можно скорее. К сожалению, я не верила, что где-то на свете есть место, где я смогла бы забыть о том, что сейчас произошло.

– Юля! – закричала Настя вдогонку. Я остановилась и посмотрела через плечо. Когда я увидела ее в таком отчаянии, то почувствовала муки совести.

– Мне правда очень жаль, что ваша семейная ситуация такая безнадежная, – выпалила я дрожащим голосом. – Но я не могу. Не могу так, не могу после того, как… – После того, как что? После того, как я думала, что мы все это преодолели? После того, как мы переспали? Этого я не могла ей сказать. Не сейчас.

– Ты ему нужна. – Она смотрела с мольбой.

У меня вырвался горький смех, и я запрокинула голову, чтобы разглядеть потолок. Этот дом такой декадентский. Золото, куда ни глянь, бесчисленные картины маслом, дорогие античные вазы – вещи, которые за секунду потеряли для меня всякую ценность. Я повернулась и продолжила свой путь, пока наконец не оказалась у выхода. Настя еще какое-то время кричала мне вслед, но я ее больше не слышала.

Когда тяжелая дверь за мной захлопнулась, мне показалось это очень символичным.

На миг я действительно подумала, что отношения между мной и Даней возможны, если мы и вправду этого захотим. Но теперь мне стало кое-что ясно.

Я никогда не стану частью его мира.

К сожалению, я поняла это только сейчас, когда было уже слишком поздно

а вот и конец не имея толком и начала...