7
Чонгук рвано выдохнул после признания омеги, на секунду теряя ощущение реальности. Приручил и теперь в ответе. Зажмурившись, он крепко прижал омегу к себе, кутая в плед теплее.
- Я и не думал просто пользоваться тобой. Ты мне нравишься. Стал бы я называть тебя своим и носить на руках в обратном случае? - шептал парень, прижимаясь щекой к макушке малыша и сжимая его в объятиях.
- Поспи. Что ты хочешь чтобы я приготовил? У тебя есть аллергия на какие-нибудь лекарства? - быстро спрашивал он, трогая губами пылающий лобик.
Бледность быстро прошла, дав место яркому болезненному румянцу. Щеки и носик просто пылали, а голова раскалывалась, словно бы в нее запихали кучу гвоздей и лезвий.
Парень посмотрел в глаза альфе и резко, плотно, пытаясь показать всю свою любовь, прижался к нему. Он не мог долго обижаться или сердиться, поэтому уже простил пьяную выходку Гука.
- Мне нельзя эти брызгалки в горло., - сглотнув и сморщившись от боли, Тэ сжав в руке краешек пледа, - Я люблю тебя, правда…
Инстинктивно пытаясь согреть худое тельце, Чон стал укачивать парня, сбиваясь на рваный шепот.
- Как мне теперь тебя вылечить, сладкий? Я сам не болею… Но лучше поспи. Закрой свои глазки. Ты устал.
Тэхён еще какое-то время смотрел в глаза Гуку, сжимая край теплого пледа. Но, усталость взяла свое, и Ким стал медленно засыпать.
- Чонгук… мне некуда идти., - пробормотав это, омега резко провалился в сон.
Чонгук дождался, пока омега уснет на его руках, а потом переложил на подушки, укрывая пледом. Только теперь он мог стянуть с него затертые кеды и джинсы, чтобы парню было удобнее спать. С полки пришлось достать зимнее одеяло, чтобы Тэхён не чувствовал дискомфорта, пока спал.
Накрыв малыша, Чонгук чмокнул его в щеку и отправился на кухню искать рецепт куриного бульона. Увы, но пришлось звонить папе-омеге, который кормил им болеющего Чонгука в детстве, от которого всегда становилось легче.
Выслушав упреки о своей невозможной глупости, подростку все-таки удалось записать рецепт. Осталось только наскребсти продуктов в холодильнике, благо, курица у горе-повара была в морозилке всегда.
Омега не так быстро уснул, еще какое-то время хныча и прижимаясь к Чону. Ну вот, он медленно обмяк, и провалился в тревожный и хрупкий сон. Его животик мерно поднимался и опускался в такт его неровному и сиплому от кашля дыханию.
Чуть дернувшись, когда Чонгук перекладывал его на подушки, Ким больше не двигался. Губы были слегка приоткрыты, а щеки горели нездоровым румянцем. Тело крупно дрожало и от холода, и от только только отступающей истерики.
Тэхён спал очень не крепко, его разбудить могло любое шебуршание или звук.
Суп Чонгук варил действительно долго. Так долго, что успел досмотреть любимый сериал и даже пройти ебучий уровень в игре, который не мог пройти почти месяц.
Налив бульона в тарелку, подросток направился к Тэхёну. Он поставил тарелку на кофейный столик и лег рядом с горячим омегой, крепко обнимая.
- Солнце, вставай. Надо покушать, - шепнул Гук, ласково убирая влажную челку со лба дрожащего во сне малыша.
Лишь почувствовав, как Чонгук прикоснулся к его влажному лобику и лег рядом, омега проснулся. Очень медленно, с трудом приоткрыв глаза, тот попытался что-то сказать, но вышел лишь сиплый хрип.
Закашлявшись и сморщившись от боли в горле, Ким кое-как прошептал.
- Кушать хочу…
- Я приготовил тебе целую кастрюлю куриного бульона. Любишь его? - спросил Чон, кусая губы. Его сердце болезненно сжималось от одного взгляда на и без болезни слабого, абсолютно беспомощного парня. Что было бы, если Чонгук сегодня решил прогулять школу?
Посадив Тэхёна и подложив под взмокшую спину ему подушку, подросток поднес к нему тарелку, полотенце, которое постелил на колени парня, и ложку.
- Сам кушать сможешь?
Слабо кивнув, Тэхён кое-как смог сесть. Болело все тело, а особенно в груди. Ее словно бы сжал железными тисками и напихали лезвиями. Сухонькая, фигурка еле держалась, что бы не упасть.
Протянув руку Тэ взял дрожащими слабыми пальцами ложку и попытался кушать сам. Однако, тут же уронил ложку прямо в суп, хотя, почти ничего и не разбрызгалось.
- Прости…
- Все в порядке. Иди сюда, - приказал Чонгук, садясь так, чтобы Тэхён спиной опирался на него.
Он стал медленно скармливать Киму бульон, предварительно остужая. Тэхён казался совсем плохим, засыпая и дрожа от температуры, охватившей ее хрупкое тело.
- Сладкий мой, ну почему ты вчера ушел? Кому ты что доказал? Сейчас бы сходили с тобой в парк, поели бы сладкую вату… С детства ее люблю.
Тэхён оперся спиной о грудь Чона и слегка обмяк.Голова казалась такой тяжелой, что она слегка моталась из стороны в сторону на хрупкой шейке. Тэхён очень хотел кушать, но глотать было почти невозможно. Однако, Тэ все-таки ел, но очень медленно, и корчась от боли.
- Просто мне стало больно когда я увидел Чонгука с тем - еле слышный сбивчивый шепот.
Половина тарелки была уже съедена, когда Чонгук подумал, что омега слишком устал.Он положил свою ладонь на его пылающий лоб и поцеловал в висок, обнимая одной рукой.
- То, что я спал с тобой, не значит, что я не могу делать этого с другими. Пойми, что ты пока не можешь устраивать меня в постели до конца. Я не хочу травмировать тебя, сладкий.
- Но Чонгук., - слова брюнета сильно задели Тэхёна. Он тут же отпустил свой наивный взгляд и нервно сглотнул, сморщившись от боли.
- Я буду делать все так, как ты скажешь я хочу, что бы Чонгук полюбил меня.
- Нет, сладкий, я не смогу сделать это с тобой. Смирись. - отрезал Чон, вдруг укладывая парня и вставая с кровати. Он забрал полупустую тарелку и, даже не натянув на тельце Тэ одеяло, ушел на кухню. Ему нужно было покурить.
Проводив фигуру альфы взглядом, омега как можно плотнее укутался в плед. Его тело все еще было очень слабым, и он еле смог сделать это сам.
Голову Тэхёна занимали разные мысли.
Альфа, не докурив, вернулся к Киму раздраженным. Он сел на диван рядом с омегой и склонил голову, затягиваясь, стряхивая пепел прямо на пол.
- Чем ты обычно лечишься? Часто болеешь?
Учуяв горький запах сигарет и даже почуяв его у себя на язычке, Тэ не отрываясь смотрел за Чонгуком. Он взял его за локоть и неуклюже обнял.
- Горько ну таблетки какие-то.
- А название? - холодно спросил парень, отмахиваясь от омеги и передвигаясь, избегая объятий. - Ты ведь не маленький, Тэхён, почему такого не знаешь?
Чонгук бросает окурок в еще пустую пепельницу на кофейном столике и встает с дивана, подходя к окну.
Тэхён слегка удивился тому, как вдруг холодно оттолкнул его Чонгук. Широко распахнув усталые глаза, Тэхён всхлипнул и вытер набежавшие слезы. Он все еще тянулся к фигуре альфы рукой.
- Ну этот., - Парень вспомнил название одних корейских таблеток.
- Ясно. А теперь спи, я вернусь через пару часов. Если что - позвони мне. - Чонгук быстро начиркал свой номер на блокнотном листе и положил рядом с пепельницей. Не сказав больше ни слова, он надел излюбленную толстовку и вышел из квартиры, громко хлопнув дверью, даже не сходив на балкон за пачкой.
- Ладно.
Тэхён посмотрел в след Чонгуку и укутался в одеяло еще теплее, желая сейчас лишь одного - поспать. Он закрыл глазки и медленно провалился в сон.
***
Чонгук вернулся домой глубоко за полночь, а не как обещал. Пьяный в стельку, прокуренный дешевыми сигаретами и злой, он зашел в квартиру, вместо приветствия громко хлопая дверью. Дома было холодно. Наверное, парень, уходя, забыл закрыть балкон.
Бросив толстовку прямо на пол прихожей, альфа завалился на диван к теплому и мягкому омежке, залазя под одеяло и крепко прижимая Тэхёна к своему телу.
- Сладкий мой…
Когда Чонгук ввалился в дом, хлопнув дверью, Тэ резко проснулся и вздрогнул от страха. Его тело все еще было сильно слабым, так что парень никак не мог сопротивляться.
- Чонгук… Чонгук, не надо., - Ким дрожал, смотря в глаза Гуку очень испуганно.
- Чего не надо, маленький? - влажно шепнул Чон в шею парня, вдруг сдирая с него одеяло и наваливаясь сверху, сжимая коленями его голые бедра. На омеге так и оставались только нижнее белье и тонкая кофточка, которая в сию же минуту была разорвана сильными руками подростка. Она мешала ему припасть к груди, чтобы со всем азартом укусить маленький сосочек парня.
Тэхён что-то простонал и хрипло, почти неслышно вскрикнул. Его горло до сих пор было сухим, и болело. Во рту тоже было очень сухо.
- Пожалуйста…
Тэхён крупно дрожал, отворачиваясь и закрывая лицо руками. Его тело было таким слабым, что он почти не мог пошевелиться.
- Заткнись, - вдруг прошипел Чон, рассерженный писком малыша. Резко отодрав хрупкие ручки от лица омеги, он вдруг с размаха ударил его по алой от смущения и температуры щечке, довольно ухмыляясь.
- Дрянь. Кто строится под парня на третий день общения? Шлюха, - рычал альфа, повторно пьянея от власти над горячим дрожащим телом.Хрупкие запястья оказались прижаты над головой Тэхёна, а трусы были выкинуты на пол.
Возбудившись, Чонгук не отдавал отчета своим действия, поэтому, спустив собственные джинсы и белье всего до колен, альфа перевернул парня на живот, хватая его одной рукой и ставя раком. Влажный член уперся между горячих половинок, пока не контактируя с дырочкой.
- Шлюха. Моя шлюха, - повторил альфа с улыбкой на лице, наклоняясь и больно кусая Кима в основание шеи. Он сомкнул челюсти так сильно, что тут же почувствовал вкус крови на языке.
Такого Тэхён точно не ожидал от Гука. Он с болью смотрел ему в серые, холодные и пьяные глаза, не понимая, чем заслужил такое грубое и жестокое отношение.
- Чонгук,пожалуйста!
Он продолжал молить альфу остановиться, чувствуя себя преданным. Он всхлипнул и стал тихо плакать. Почувствовав боль, а районе щеки, Ким заплакал еще сильнее, хоть все еще и беззвучно. Тэхён не сопротивлялся ни сколько, как бы ни хотел. Его руки дрожали, как и все тело. От страха и горьких рыданий.
- Я просто доверял тебе., - Тэ горько всхлипнул и закрыл глаза.
- Сучка. - рыкнул Чон прямо на ушко парня, раздвигая его половинки и медленно, но грубо и настойчиво входя в едва влажный проход. Альфе вдруг стало больно и он вытащил член, чтобы смочить дырочку омеги в его же слюне.
Чонгук нарочито нежно провел кончиками пальцев по влажной щечке омежки, прижимая их к губам и надавливая.
- Будет больно, если ты не сделаешь этого. Давай же, мой хороший.
Это слово вызвало новую волну боли и чувства предательства. Не переставая плакать, Тэхён не смотрел на альфу. Его глаза уже были красными, как и все лицо.
-Чонгук… Я не буду., - Тэ громко всхлипнул, тут же сорвавшись на хрип. При этом его ротик открылся. Там было очень сухо.
Под действием алкоголя Чонгук смог не долго. Кончив прямо в омегу и не вытаскивая члена, дабы осуществить сцепку, он устало завалился на бок, обнимая дрожащего омегу со спины и тут же засыпая.
Бедный омега давился пальцами альфы, ногти которого царапали и так сильно больное горло. От этого пошла кровь, но не так сильно. Однако, ее вкус чувствовался на языке.
Если бы мог, Тэхён бы завизжал от дикой боли, но мешало отсутствие голоса и пальцы Чонгука в его глотке. Кончив, Чонгук принес омеге лишь дополнительную боль.
Омега закатывал глаза и вот вот готов был потерять сознание. Это и произошло, когда Чонгук завалился спать. Омега выключился.
***
Утром Чонгук проснулся от противного солнечного света, который слепил ему воспаленные глаза и раздражал больную голову. Застонав, он спрятал лицо на спине омеги, как вдруг понял, что его утренний стояк не просто упирается в мягкие половинки, а находится внутри его парня. Содрогнувшись, он осторожно перевернул пылающего Тэхёна, который всю ночь провел без одеяла по вине альфы. Его личико было заплаканным, а ротик приоткрыл и сух.
- Хороший мой, прости, - ошарашено заскулил Гук, вдруг вспоминая вчерашний вечер. Он достал с пола холодное одеяло и накрыл им парня, прижимая его ослабшее тело к себе и принимаясь покрывать его плечи поцелуями.
- Любимый, прости меня, я не хотел…