Оплошность Смерча

Везде, куда не смотри, один лишь песок. Жара стояла адская. Такая, что Лир не успевал вытирать пот со лба. Ноги его тонули в песке и с каждым шагом становилось все труднее и труднее двигаться. Головная боль не унималась и он всеми силами пытался не потерять сознание. Подняв глаза на солнце, Лир сразу же пожалел об этом, подумав, что уже ослеп. Только в этот момент он понял, что это сон. В реальной жизни солнце не такое яркое.

Лир все еще не мог открыть глаза, и от боли оказался на песке, в котором начал тонуть. Чем сильней он пытался выбраться, тем больше его тянуло вниз. Успокоившись, Лир перестал двигаться. Это всего лишь сон.

Он перестал тонуть и уже не понимал, сколько времени он провел в таком положении, когда половина его тела была внутри песка. Лир чувствовал, как что-то движется внутри песка, задевая его ступню. Это всего лишь сон.

После сотни болезненных и неудачных попыток открыть глаза, Лиру это удалось и он рассмеялся от счастья.

Вокруг стояла кромешная тьма, не было ни души. Вдохнув побольше воздуха, Лир возобновил попытки выбраться, но сразу же остановился — стало только хуже. После он попробовал проснуться: Лир щипал себя не переставая, но, увы, этот способ работал только в фильмах.

Ему вдруг захотелось плакать. А если он останется в этом сне навеки?

Долгое время Лир придумывал самые страшные исходы событий, пока не увидел чей-то силуэт во тьме.

— Эй! — крикнул Лир, маша руками. — Помогите! Помогите мне! Пожалуйста!

Его будто не слышали.

Приглядевшись, Лир заметил, что людей было две: второго несли за собой. Он не подавал признаков жизни.

Темные фигуры начали приближаться к Лиру, и он улыбнулся от радости.

С каждым новым шагом гостя Лир видел его все отчетливей и отчетливей. Человек — если это был человек — был в капюшоне и с ног, до головы в черном одеянии. Лир не видел его лица, но чувствовал, как уже незваный гость ухмыляется.

Лир посмотрел на второго и ахнул от удивления. Грязный и побитый Кол был весь в ссадинах и синяках.

— Прекрасно, не так ли? — услышал Лир до жути знакомый голос за спиной.

— Зачем ты так с Колом, Майк?

— А зачем он так со мной? — спросил Майк и исчез, оставляя после себя лишь дым.

Лир проснулся в холодном поту и начал набирать в легкие побольше воздуха, пытаясь успокоить себя. Сон не был пугающий, но Лира трясло.

Успокоившись, он услышал сдавленные голоса, тихие шептания.

Он выпрыгнул из кровати и выбежал из комнаты, разыскивая источник звуков. В комнате Авы было тихо — она спала, а родителей не было дома. Лир проверил весь дом — тщетно, никого не было, а голоса не стихали.

Лир подошел к входной двери и осторожно потянулся к глазку. Он боялся.

Что-то закрывало глазок, отчего у Лира вспыхнули щеки. Он схватил нож, который принес из кухни, и со всей силой толкнул дверь.

На глазах Лира нечто, напоминающее скелет, взвгинуло, после чего исчезло. Подняв голову, он увидел что-то похуже скелета — толпу незнакомых людей и еще несколько скелетов, во главе которых было высокое существо с худощавым телом и лицом, в черном плаще. Существо недовольно уставилось на Лира и своим громоподобным голосом произнесло:

— Взять его!

Никогда в жизни Лир не бегал так быстро. Он оказался в своей комнате в мгновении ока и, посчитав, что это были галлюцинации, Лир заснул.

В то время он не знал, что «взять» приказали не его.

***

Убегая из школы, никого не предупредив, Лир ожидал громкой ругани Авы, но это его мало трогало. Главное было то, что его ждало впереди.

Гитару Лир прятал у себя в комнате, отчего сначала отправился домой, и только потом в парк.

Погода была отличная, а шум детей с парка слышался буквально за несколько километров.

Лир обожал парк «Ромашка» по двум причинам, первая из которых было то, что там очень много людей, и детей в особенности. Лир обожал детей, любил радовать их и играть с ними. Вторая причина — это необычайная красота парка. Находится в этом чистом и красивом место было одним наслаждением.

Лир сел на полюбившееся ему место под кленом и начал играть. Рядом всегда собирались дети и танцевали, держа друг друга за руки и кружась. Дети появлялись всегда, но состав менялся, за исключением маленького Тимми, который был без ума от звука гитары. Лир любил его и даже научил нескольким аккордам. Его выражение лица в тот день, когда Лир купил ему собственную гитару, надо было видеть.

Тимми кружился с Юни и Маршаллом, то и дело падая на землю и смеясь. Он напоминал Лиру улучшенную версию Майка.

Вскоре, когда все дети, за исключением Тимми, ушли, они продолжили свои занятия.

Лир любил разглядывать маленького Тимми — он видел в нем ангела. Его каштановые волосы с забавной округлой стрижкой и большие карие глаза нравились Лиру, он часто фотографировал мальчика. Тимми был худенький и щуплый, часто заикался. Но слушать такого умного и воспитанного мальчика было одним наслаждением.

— А-а кто тебя на-на-у-учил? — спросил Тимми, отчего хорошее Лира настроение как рукой сняло. Он скорчил улыбку и поднял голову на чистое голубое небо.

— У меня был… — Лир не мог найти идеальное слово для того, чтобы описать его. — Сосед моей души. Его звали Энди. Вот эта гитара — его подарок, он научил меня всему, но ему пришлось уйти.

Тимми сделал недовольное лицо и его карие глаза недоверчиво прищурились.

— Ку-куда это он у-ушел?

Лир поднял указательный палец к небу и улыбнулся. Уж больно грустная получилась улыбка.

— А-а, на не-небеса чтоли? — широко улыбнулся Тимми. — Там и мой п-папа. Наверное, они с Энди хорошие д-друзья! Энди же до-добрый?

— Самый добрый из всех.

Тимми восхищенно рассмотрел небо, после чего спросил:

— А кто его за-абрал? Бабушка говорит, что моего папу за-абрал Создатель. Это такой большой человек на н-небесах. Он добрый, а еще он любит всех! П-представляешь? Всех-всех!

Лир давно не верил в Бога, но от рассказов Тимми ему захотелось плакать. Лир осторожно посадил мальчика к себе на колени и указал на самое большое облако.

— Во-о-он там, — сказал он, — живут твой папа и Энди. Когда Создатель заберет и нас, мы будем жить с ними. Но для того, чтобы увидеть таких хороших людей, как Энди и твой папа, нам надо быть такими же хорошими. Нам надо помогать всем, надо любить, надо творить, надо жить. Жизнь ведь прекрасная, не так ли?

Тимми несколько минут восхищенно смотрел на Лира, после чего радостно закивал, восклицая о том, что жизнь — самое лучшее, что дал людям Создатель.

— Лир, а если я тебе расскажу что-то по секрету, то ты никому это не расскажешь? — прошептал Тимми.

— Никому!

— Мне кажется, п-папа вернулся. Я вчера е-ег-го видел. Он сидел на диване и ул-л-лыбался мне!

Лир застыл, глядя на мальчика. Такое случается у всех? Быть может, у всех знакомых, включая и его самого, раздвоение личности?

— Если честно, то и я видел Энди. Он стоял на кухне и спрашивал, что же он делает на Земле. Я хотел его обнять, но больно ушибся головой, пройдя сквозь него. Странно, не так ли?

— Наверное, хорошим людям Создатель дает еще один шанс.