Оплошность Смерча

Аву с Лиром можно было различить только по росту и длине волос, а в остальном они не отличались друг от друга. Часто Ава хотела стать мужчиной, чтобы подшучивать над людьми. Это сделать удалось лишь один раз, когда семилетняя Авалон, подстриженная под мальчика, подумала, что подшутить над ворчливым и нервозным дядей Томом — лучшая из ее идей. После этого, их заставили пробежать десять кругов вокруг дома, сидя на корточках. Ноги болели до ужаса сильно, но Ава с Лиром не могли остановить приступы дикого хохота.

Ребята просидели в темном и тесном помещении очень долго, а потом отправились домой к Лиру с Авой.

В гостиной все подготовили до их приезда. Дочь домработницы, Тесс, быстрыми шагами относила в гостиную газировку. Домработница приехала к ним недавно, так же, как и Тесс. Последняя, завидев ребят у порога, округлила и без того большие серые глаза и забежала обратно на кухню. Теперь на руках она держала поднос, размером превосходящий ее саму.

Лицо у нее не выражало эмоции, только это было не как у Нила. Если последний не выражал эмоций из-за ненависти ко всем и вся, то Тесс — из-за того, что ей было плевать. Скажешь ей, что она глупая — кивнет и будет сидеть с таким спокойным же лицом. Скажешь, что она уродливая — снова кивнет и не двинется с места.

— А это еще кто? — спросил Нил у Лира.

— Тесс. Ее мама тут работает.

— Посиди с нами, Тесс, — сказала Ава.

Все уселись за стол и принялись болтать о том, как провели лето. А чуть погодя, ребята начали вспоминать минувшее, и от уютной и веселой атмосферы не осталось ничего.

— Если бы Майк сейчас сидел с нами…

— Он был замечательным.

— Я помню как его челка все время мешала ему, но он отказывался ее стричь.

— Помните те моменты, когда он резко менялся, как будто в него вселялся другой человек?

— Он делал это превосходно.

Они говорили о нем очень долго. Ава готова была расплакаться, но нельзя. Она не должна показывать своей слабости.

Бледное лицо Кола приобрело багровый оттенок, он еле как сдерживал себя. Нил и Лир были слишком горды для того, чтобы расплакаться на глазах у людей, так же, как и Ава. Тесс невозмутимо жевала, не обращая внимания на них. Это, как казалось Аве, было лучше, чем «о, мне так жаль» и «он был хорошим другом».

Вдруг Нил встревоженно поглядел на дверной проем, но этого, кроме Авы, никто не заметил.

Она медленно обернулась туда же и, поправив прядь волосы за ухо, наконец заметила, на что смотрел ее друг.

Майк с ухмылкой разглядывал старых друзей, прислонившись плечом о дверной косяк. Он ничуть не изменился с их последней встречи. Со встречи, когда Майк был жив.

У него остались все те же каштановые волосы средней длины и челка, закрывающая добрую половину лица, зеленые глаза и рассыпанный веснушками приподнятый нос. У Майка их имелось мало, в отличие от Кола, который был покрыт веснушками полностью.

Майк ухмыльнулся и помахал Аве, под конец обескуражив ее. На несколько минут девушка забыла, как дышать.

— Что такое? — спросил Лир, с нескрываемым удивлением уставившись на сестру.

— Ты тоже видела его? — сказал Нил с каменным лицом, не обращая внимания на Лира. Ава кивнула. — Он все еще там стоит.

Кол и Лир обернулись в сторону двери, но, видимо, ничего не увидели. Кое-как совладев собой, Авалон поднялась со стула, желая убедиться в том, что ей не померещилось.

Майк с прежней ухмылкой смотрел на Аву и не двигался, чем-то напоминая робота.

— Майк, как…

Не успела она договорить, как Майк исчез, на последок помахав худощавой рукой. Непонятная неистовая сила оттолкнула Аву, отчего она полетела в другую часть комнаты. Ударившись об острый угол подоконника, у нее адски заболел затылок. Последнее, что она увидела было встревоженным лицом Лира.

~~~

Если сильно зажмуриться, то можно увидеть белые лучики среди полнейшей темноты. Если повезет, то увидишь и разноцветные сияния. Ава делала это не переставая, пока глаза не разболелись так, что стало сложно ими шевелить.

Она осторожно осмотрелась и поняла, что лежит в больнице. Пугливый Лир слишком сильно волнуется за нее.

На подоконнике, закрытом зелеными шторами, сидел человек, видимо, один из ее друзей. Ава нетерпеливо грызла свои ногти, наплевав на маникюр, пока Лир не спустился и подбежал к ней.

— Я думал, что ты помрешь, — вздохнул он. — Я так перепугался!

Ава рассмеялась и взъерошила светлые волосы брата. Она считала его очень красивым и это казалось ей странным, ведь девушка открыто делала комплимент себе.

В детстве, когда они оба были совсем маленькими, Ава злилась на Лира и называла его «жирным и уродливым свиньей». Он смеялся и говорил, что они одинаковые. Аве было плевать, ведь она не понимала, почему они так похожи.

— Ты спрашивал у Тесс, видела ли она Майка? — спросила Ава. Лир посерьезнел.

— Нет, — ответил он. Ава не понимала, почему Лир так сильно не может терпеть новую жительницу их дома.

— Почему ты ее так не любишь?

— А должен?

Ава готовилась к тому, чтобы начать спор, но к ним присоединились и остальные. Ребята поочередно вошли в палату, громко хлопнув дверью.

Кол улыбнулся, а Нил молча наблюдал за ней. После этого вошла Тесс, еле как закрыв скрипучую дверь.

— Тесс, — сказал Ава, — ты видела его?

Глаза у нее округлились. Боязливо подойдя к Аве, Тесс кивнула. Она напоминала забавного и не в меру пугливого эльфа.

— Я видела, как его окутала темная масса, прямо как смерч. Потом и он, и смерч исчезли.

Лир истерично расхохотался.

— Вы все посходили с ума! — вскрикнул он и закрыл лицо. Тесс с обидой взглянула на него и вышла из палаты.

В помещении нависла неловкая тишина, пока не пришла медсестра.

Лир отвез Нила и Кола домой, а они с Авой и Тесс отправились к себе. Брат молчал, а Ава с интересом расспрашивала Тесс, которая отвечала с меньшим энтузиазмом.

— Видишь, Лир, Майка увидели и Тесс, и я, и даже Нил, — сказала Ава. — Не будь занудой!

Возражать ей не имело смысла, ведь началась бы ссора. Но Лир, конечно, возразил.

— Тогда вы все сумасшедшие, — произнес он. — И Тесс, и ты, и даже Нил!

— Ну и ну, — прошипела Ава. — Никогда не думала, что от меня отвернется мой самый близкий человек. Не говори со мной больше, Лир. Никогда.

«Королева драмы».

Так называли ее всю жизнь, а сейчас она только подтвердила правдивость данного прозвища.

Плевать.

Ава горделиво отвернулась от Лира и уставилась в окно.

Сверхъестественные силы, таинственные и необъяснимые явления — все это притягивало небывалый интерес девушки. Книги, фильмы и даже сериалы в этом жанре она читала и смотрела каждый день. Теперь это случилось с ней и Ава не могла понять причины своей грусти. Она ведь желала чего-то мистического в своей жизни.

Дверь открыла Нона. Завидев повязку на голове Авы, она с ужасом прикрыла рот, и начала безостановочно задавать самые разные вопросы по поводу этого.

— Упала с лестницы, — ответил Лир за сестру. Нона все не переставала бранить себя, мол, ее не было, когда в ней нуждались.

Она была очень приятная женщина, на несколько лет старше родителей Авы, которой порой казалось, что Нона больше похожа на маму близнецов.

К вечеру Нона приготовила ужин. Они с Тесс удалились, а в комнату вошли родители. Угнетающая тишина нависла в комнате. Отец кинул равнодушный взгляд на голову Авы.

Все в семье были блондинами и придерживались глупой и фальшивой идеальности. Соблюдать правила этикета за столом, перед гостями и без них, перед родителями. Никогда не перечить взрослым. Улыбаться по поводу и без. Выглядеть безукоризненно. Быть самыми лучшими.

Отец решил нарушить молчание, нависшее над семьей.

— Что с твоей головой, Авалон? — спросил он, с презрением оглядев близнецов.

— Я упала с лестницы, после чего отправилась в больницу. Все отлично, можете не волноваться, папа, — ответила Ава. Никто и не волновался, это были глупые формальности.

Они поели в молчании.

Доев, Ава подняла голову и поправила столовые приборы. Прямая спина, руки на коленях и улыбка на лице. Надо ждать, пока все члены семьи не доедят.

— Как дела в школе? — спросила мама, даже не поднимая головы.

— Отлично, — ответил Лир. — В связи с тем, что Коннор потерял форму за лето, меня сделали капитаном команды.

Помимо всего прочего, родители запрещали близнецам использовать сленг, простые слова и короткие предложения в речи.

— Хорошо. А ты, Авалон?

— У меня тоже все отлично, мама. Тренировки по теннису проходят хорошо, пока что никто из девочек не победил меня.

— Очень похвально.

Снова нависло молчание, прерываемое цоканьем вилок, которые касались фарфоровых тарелок.

— Надеюсь, вы продолжите быть лучшими, — сказал отец. — Вы помните правила дома Бауэрманов: либо первым, либо вообще никаким.

— Да, папа, — хором ответили Лир с Авой и поспешили в свои комнаты, сказав спасибо за ужин.

У Авы было две страсти: рисование и заполнение дневников.

Она умело рисовала, особенно хорошо писала портреты. А дневников собралось уже пять. Ава вела их с десяти лет.

У нее была коробка в форме сердца, в которой она хранила рисунки тех людей, которых считала красивыми. Более сотни портретов знакомых и незнакомых ей людей наполняли коробку. Благодаря страху, что незнакомый человек уйдет и она не успеет дорисовать, Ава научилась рисовать довольно быстро.

Настроение неожиданно стало хорошим и она принялась писать в дневнике, поочередно обводя буквы корявым детским почерком.

«Я люблю солнечную погоду. Я люблю смеяться до полусмерти, после чего вспоминать эти радостные мгновения. Я люблю своего брата. Я люблю, когда он играется с бровями и маниакально улыбается мне. Я люблю кататься на Изольде. Я люблю Нила и Кола. Я обожаю веснушки Кола. Я люблю улыбку Нила, несмотря на то, что он показывает ее так редко… Я люблю рисовать красивых людей и собирать рисунки в своей коробке. Я люблю какао Кола. Я люблю то чувство, когда твоя рана, что так сильно тебя раздражала, заживает. Я люблю, когда Лир достает языком до кончика своего носа, при этом пыхтя как паровоз. Я люблю смешить Лира. Я люблю смеяться. Я люблю научно-фантастическую литературу. Я люблю перебирать книги Кола и дарить ему их, заставляя его радоваться. Я люблю серьезных людей. Я люблю высоких людей. Я люблю долгие объятия. Я люблю играть в теннис. Я люблю тоннами выпивать воду, после долгих и утомительных тренировок. Я люблю с разбегу прыгать на Лира, Кола и даже Нила, несмотря на то, что последнего это сильно бесит. Я люблю подбирать пары для своих друзей. Я люблю кофе. Я люблю наблюдать за насекомыми. Люблю пауков. Я люблю смотреть на то, как искусно Лир притворяется, что ему нравится моя стряпня. Я люблю, когда Нил отказывается от моей еды, вешая мне на уши лапшу о том, что уже покушал. Я люблю разглядывать руки людей. Я люблю искусство. Я люблю работы Рене Магритта. Я люблю читать биографии мировых лидеров. Я люблю воду. Я люблю свои волосы. Я люблю свой дом. Я люблю перечислять то, что я люблю, при этом улыбаясь как идиотка. Я люблю эту жизнь.»

Она и вправду любила.